Пятница, Март 22Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Просодия медиаречи в условиях конвергенции

Экстралингвистические факторы, влияющие на развитие современных медиа, диктуют необходимость трансформации речи, звучащей в медиаэфире. В условиях практики многоканальности одно и то же сообщение в течение ограниченного периода времени передается журналистом на нескольких медийных платформах, что требует знания основных законов звучащей речи и владения выразительными возможностями просодии, уместными в конкретной эфирной конситуации. В данной статье речь в медиаэфире рассматривается в единстве с экстралингвистическими факторами, определяющими специфику медиаречи. Предложенная типология современной медиаречи дает возможность оценить выразительные возможности просодии в зависимости от типа речи и жанровых особенностей журналистских материалов и формулировать практические рекомендации по озвучиванию текстов для медиаэфира. На примере монологической речи прослеживается, как меняются просодические характеристики речи журналиста в условиях конкретной медиакоммуникации, какие приемы звучащей речи представляются наиболее эффективными для передачи информации и для воздействия на аудиторию. Анализ эфирных выступлений лучших ведущих позволяет сформулировать общие рекомендации по оформлению звучащей речи в медиаэфире. Результаты исследования показывают, как использовать весь спектр просодических возможностей для максимально эффективной медиакоммуникации.

Prosody of media speech in the context of convergence

Extralinguistic factors that influence the development of modern media caused the necessity to transform the speech that sounds in the air. In the conditions of multichannel practice, the same message is transmitted by the journalist on several media platforms that requires knowledge of the basic laws of sounding speech and expressive possibilities of prosody that are relevant in a specific situation on the air. Speech on the air is considered in conjunction with extralinguistic factors and specific screen situation that determine the specifics of the modern media. The proposed typology of the modern media, along with the analysis of the texts on the air, makes it possible to assess the expressive possibilities of prosody, depending on the type of speech and genre features of journalistic materials and to formulate practical recommendations for voicing the media texts. The example of monologic speech shows how the prosodic characteristics of a journalist’s speech change in the conditions of a specific media communication, what methods of sounding speech are most effective for transmitting information and for influencing the audience. The analysis of the best journalists’ and anchors’ speech allows us to formulate general recommendations on the design of a sounding speech in media. Th results of the research show how to use the full range of prosodic opportunities for the most effective media communication.

Наталья Юрьевна Ломыкина — канд. филол. наук;
ladylibra1410@gmail.com

Москва, Российская Федерация

Natalya Ju. Lomykina — PhD;
ladylibra1410@gmail.com

Moscow, Russian Federation

Ломыкина Н. Ю. Просодия медиаречи в условиях конвергенции // Медиалингвистика. 2018. Т. 5. № 1. С. 34–47.

DOI: 10.21638/11701/spbu22.2018.103

URL: https://medialing.ru/prosodiya-mediarechi-v-usloviyah-konvergencii/ (дата обращения: 22.03.2019)

Lomykina N. Ju. Prosody of media speech in the context of convergence. Media Linguistics, 2018, Vol. 5, No. 1, pp. 34–47. (In Russian)

DOI: 10.21638/11701/spbu22.2018.103

URL: https://medialing.ru/prosodiya-mediarechi-v-usloviyah-konvergencii/ (accessed: 22.03.2019)

УДК 00; 
ББК 00; 
ГРНТИ 00;
КОД ВАК 00 

Поста­нов­ка про­бле­мы. Циф­ро­ви­за­ция и повсе­мест­ное раз­ви­тие Интер­не­та обу­сло­ви­ли стре­ми­тель­ные изме­не­ния в медиа­сфе­ре. После появ­ле­ния под­ка­стов и идео­ло­гии Web 2.0 c клю­че­вым поня­ти­ем «кон­тент, создан­ный поль­зо­ва­те­ля­ми» (2004 г.), с выхо­дом на меж­ду­на­род­ный рынок YouTube (2005 г.), Twitter и Facebook (2006 г.) мно­го­ка­наль­ность ста­ла обя­за­тель­ным усло­ви­ем суще­ство­ва­ния жур­на­лист­ско­го про­дук­та на рын­ке. Под «кон­вер­гент­ной жур­на­ли­сти­кой» пони­ма­ет­ся ком­плекс уме­ний жур­на­ли­ста рабо­тать с раз­ны­ми медиа и исполь­зо­вать мето­ды как тра­ди­ци­он­ной, так и циф­ро­вой жур­на­ли­сти­ки [Кра­мер 2017]. Клю­че­вым поня­ти­ем ста­но­вит­ся «рас­ска­зы­ва­ние исто­рий» (англ. storytelling), при­чем вос­тре­бо­ван «муль­ти­ме­дий­ный» спо­соб, когда раз­ные эпи­зо­ды исто­рии рас­ска­зы­ва­ют­ся сред­ства­ми раз­ных медиа [Kalogeras 2014]. В усло­ви­ях прак­ти­ки мно­го­ка­наль­но­сти любой жур­на­лист дол­жен быть готов вый­ти в эфир по теле­фо­ну, взять интер­вью перед каме­рой, озву­чить сюжет, сня­тый на смарт­фон, и так далее. При под­го­тов­ке спе­ци­а­ли­стов, кото­рым пред­сто­ит рабо­тать в усло­ви­ях мно­го­ка­наль­но­сти, пред­став­ля­ет­ся крайне важ­ным уде­лять боль­ше вни­ма­ния изу­че­нию зако­нов зву­ча­щей речи.

Воз­дей­ствие сло­ва, зву­ча­ще­го в меди­а­эфи­ре, зна­че­ние, функ­ции и выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии ста­но­вят­ся важ­ны не толь­ко для буду­щих теле­жур­на­ли­стов и радио­ве­ду­щих. Повы­ше­ние каче­ства зву­ча­щей речи чрез­вы­чай­но акту­аль­но для всех жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в меди­а­эфи­ре. И это каса­ет­ся не толь­ко нор­ма­тив­но­го про­из­но­ше­ния слов и зна­ния «прин­ци­пов устрой­ства орфо­эпи­че­ско­го медиа­стан­дар­та» [Вещи­ко­ва 2017], кото­рые при­ня­то изу­чать на факуль­те­тах жур­на­ли­сти­ки, но и речи в целом. Необ­хо­ди­мо изу­чать бога­тей­шие воз­мож­но­сти про­со­дии в пере­да­че оттен­ков смыс­ла, диф­фе­рен­ци­а­ции язы­ко­вых сти­лей. Важ­но знать, как меня­ют­ся про­со­ди­че­ские харак­те­ри­сти­ки речи жур­на­ли­ста в усло­ви­ях кон­крет­ной меди­а­ком­му­ни­ка­ции, какие при­е­мы зву­ча­щей речи явля­ют­ся наи­бо­лее эффек­тив­ны­ми для пере­да­чи инфор­ма­ции и для воз­дей­ствия на ауди­то­рию [Ломы­ки­на 2013]. Навы­ки вла­де­ния выра­зи­тель­ны­ми воз­мож­но­стя­ми род­но­го язы­ка, зна­ние зако­нов напи­са­ния и вос­про­из­ве­де­ния тек­ста, пред­на­зна­чен­но­го для эфи­ра, уме­ние исполь­зо­вать весь спектр про­со­ди­че­ских воз­мож­но­стей для мак­си­маль­но эффек­тив­ной ком­му­ни­ка­ции ста­но­вят­ся необ­хо­ди­мы­ми ком­пе­тен­ци­я­ми жур­на­ли­ста ХХI в.

Речь в меди­а­эфи­ре необ­хо­ди­мо рас­смат­ри­вать, во-пер­вых, с уче­том спе­ци­фи­че­ской экран­ной кон­си­ту­а­ции, кото­рая «скла­ды­ва­ет­ся из зна­че­ния и функ­ций средств, лежа­щих в трех плос­ко­стях: изоб­ра­же­ние — звук — сло­во» [Све­та­на 1976: 48], во-вто­рых, в един­стве с экс­тра­линг­ви­сти­че­ски­ми фак­то­ра­ми, опре­де­ля­ю­щи­ми спе­ци­фи­ку совре­мен­ной медиа­ре­чи. Осо­бен­но­сти рабо­ты кон­вер­гент­ных редак­ций под­ра­зу­ме­ва­ют, что жур­на­ли­сту при­хо­дит­ся в сжа­тые сро­ки транс­фор­ми­ро­вать один и тот же мате­ри­ал, адап­ти­руя его для раз­ных носи­те­лей. Необ­хо­ди­мо пони­мать, как меня­ет­ся аудио­ме­ди­а­текст, пред­на­зна­чен­ный для радио, теле­ви­де­ния, мобиль­ных при­ло­же­ний, соц­се­тей и т. д., какие зако­ны опре­де­ля­ют зву­ча­ние раз­ных типов медиа­ре­чи и как они рабо­та­ют на раз­ных кана­лах ком­му­ни­ка­ции.

На дан­ном эта­пе иссле­до­ва­ния преду­смот­рен ана­лиз состо­я­ния медиа­ре­чи, выяв­ле­ние общих зако­но­мер­но­стей и фор­ми­ро­ва­ние той нор­ма­тив­ной базы, кото­рая свой­ствен­на всем типам зву­ча­щей речи. Даль­ней­шая рабо­та будет свя­за­на с опре­де­ле­ни­ем про­со­ди­че­ских осо­бен­но­стей раз­лич­ных типов медиа­ре­чи в зави­си­мо­сти от раз­ных кана­лов ком­му­ни­ка­ции.

Исто­рия вопро­са. Про­со­дию, вслед за Н. Д. Све­то­за­ро­вой, мы опре­де­ля­ем как «сово­куп­ность зву­ко­вых средств, кото­рые накла­ды­ва­ют­ся на после­до­ва­тель­ность сег­мент­ных еди­ниц (фонем) и слу­жат для объ­еди­не­ния их в зна­чи­мые язы­ко­вые еди­ни­цы — сло­ва, син­таг­мы, выска­зы­ва­ния» [Све­то­за­ро­ва 1982: 3]. Это сово­куп­ность таких при­зна­ков зву­ча­щей речи, как мело­ди­ка (изме­не­ние тона), гром­кость, темп, уда­ре­ние, пау­за­ция, общие темб­ро­вые харак­те­ри­сти­ки. В ана­ло­гич­ном зна­че­нии исполь­зу­ют­ся так­же тер­ми­ны «про­со­ди­че­ские харак­те­ри­сти­ки» и «про­со­ди­че­ские при­зна­ки». Исполь­зо­ва­ние про­со­дии явля­ет­ся одним из уни­вер­саль­ных свойств чело­ве­че­ской речи, так же как исполь­зо­ва­ние про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик для инто­на­ци­он­но-смыс­ло­во­го чле­не­ния речи, пере­да­чи ком­му­ни­ка­тив­но­го типа выска­зы­ва­ния, выра­же­ния эмо­ци­о­наль­ных зна­че­ний. Сред­ства про­со­дии обслу­жи­ва­ют в язы­ке ряд авто­ном­ных систем, важ­ней­шие из кото­рых — уда­ре­ние и инто­на­ция.

Н. Д. Све­то­за­ро­ва отме­ча­ет, что супер­сег­мент­ность и зву­ко­вая спе­ци­фи­ка, при­су­щие про­со­ди­че­ским харак­те­ри­сти­кам речи, свой­ствен­ны в пол­ной мере и сред­ствам инто­на­ции. Меж­ду эти­ми поня­ти­я­ми не все­гда про­во­дит­ся чет­кое раз­гра­ни­че­ние: в опре­де­ле­нии про­со­дии неред­ко зву­чит сло­во «инто­на­ци­он­ный» или «рит­ми­ко-инто­на­ци­он­ный» [Ива­но­ва-Лукья­но­ва 2004], а фоне­ти­че­скую сто­ро­ну инто­на­ции харак­те­ри­зу­ют через исполь­зо­ва­ние ею про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик. Тем не менее тер­мин «про­со­дия» шире тер­ми­на «инто­на­ция». Про­со­ди­че­ская струк­ту­ра — это спо­соб орга­ни­за­ции зву­ко­вых после­до­ва­тель­но­стей, начи­ная со сло­га (слог, сло­во, рит­ми­че­ская груп­па, син­таг­ма, выска­зы­ва­ние), а под инто­на­ци­ей пони­ма­ет­ся лишь спо­соб про­со­ди­че­ской орга­ни­за­ции син­тагм и выска­зы­ва­ний. Целе­со­об­раз­ность раз­ли­че­ния поня­тий «про­со­дия» и «инто­на­ция» в рус­ском язы­ке опре­де­ля­ет­ся ролью уда­ре­ния — в рам­ках про­со­дии раз­гра­ни­чи­ва­ют­ся сфе­ра сло­вес­но­го уда­ре­ния (при­зна­ка отдель­но­го сло­ва) и сфе­ра фра­зо­во­го уда­ре­ния (при­зна­ка выска­зы­ва­ния или его части), име­ю­щие слож­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния.

В резуль­та­те мно­го­чис­лен­ных экс­пе­ри­мен­таль­но-фоне­ти­че­ских иссле­до­ва­ний про­со­дии речи, про­ве­ден­ных на мате­ри­а­ле раз­лич­ных язы­ков, дока­за­но, что «про­со­дия функ­ци­о­ни­ру­ет не толь­ко как рече­вое, но и как язы­ко­вое явле­ние. Она не толь­ко пред­став­ля­ет собой сред­ство, обслу­жи­ва­ю­щее грам­ма­ти­ку и сло­варь, но и выпол­ня­ет, поль­зу­ясь сред­ства­ми этих уров­ней язы­ка и соб­ствен­ны­ми ей при­су­щи­ми зву­ко­вы­ми сред­ства­ми, ком­му­ни­ка­тив­ную функ­цию в ее раз­лич­ных аспек­тах и поэто­му име­ет свои дистинк­тив­ные при­зна­ки и свои сти­ле­вые чер­ты» [Инто­на­ция 1978: 34].

Более того, вза­и­мо­обу­слов­лен­ность фоне­ти­че­ских средств про­со­ди­че­ско­го и сег­мент­но­го уров­ней, обна­ру­жен­ная в резуль­та­те экс­пе­ри­мен­таль­но-фоне­ти­че­ских иссле­до­ва­ний раз­лич­ных рече­вых жан­ров [Инто­на­ция 1978: 36], при­ве­ла к выво­ду о том, что диф­фе­рен­ци­а­ция типов и видов зву­ча­щей речи про­ис­хо­дит в основ­ном путем оцен­ки вос­при­ни­ма­е­мых про­со­ди­че­ских и сег­мент­ных сино­ни­ми­че­ских вари­ан­тов, кото­рые фор­ми­ру­ют­ся гово­ря­щим под вли­я­ни­ем раз­лич­ных экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, обра­зу­ю­щих рече­вую ситу­а­цию.

Мето­ди­ка иссле­до­ва­ния. Гово­ря о про­со­дии зву­ча­щей речи, сле­ду­ет учи­ты­вать, что «это не про­сто над­строй­ка над выска­зы­ва­ни­ем, кото­рая цели­ком отно­сит­ся к зву­ко­во­му пла­ну, но, как и любая зна­ко­вая систе­ма, име­ет план содер­жа­ния и план выра­же­ния» [Нико­ла­е­ва 1982: 39]. Изу­чая речь, зву­ча­щую в эфи­ре, мы при­ме­ня­ем семан­ти­че­ский под­ход [Нико­ла­е­ва 1982] к про­со­дии. Объ­ек­та­ми изу­че­ния и ана­ли­за ста­но­вят­ся все клю­че­вые про­со­ди­че­ские харак­те­ри­сти­ки:

  • мело­ди­ка выска­зы­ва­ния, кото­рая опре­де­ля­ет­ся изме­не­ни­ем основ­но­го тона голо­са (вос­хо­дя­щий тон, нис­хо­дя­щий, ров­ный, вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щий и нис­хо­дя­ще-вос­хо­дя­щий);
  • темп речи (коли­че­ство зву­ков, про­из­не­сен­ных в еди­ни­цу вре­ме­ни);
  • дли­тель­ность и интен­сив­ность зву­ча­ния;
  • пау­за как вре­мен­ный раз­рыв в пото­ке уст­ной речи; во вза­и­мо­дей­ствии с мело­ди­кой пау­за чле­нит речь, выпол­няя инто­на­ци­он­но-син­так­си­че­ские функ­ции (выде­ля­ем пау­зы меж­син­таг­мен­ные, меж­фра­зо­вые, логи­че­ские, пси­хо­ло­ги­че­ские, дик­тор­ские; пау­зы, выра­жен­ные сме­ной тона, а так­же пау­зы хези­та­ции, запол­нен­ные и неза­пол­нен­ные) [Ано­щен­ко­ва 1982: 55];
  • уда­ре­ние (син­таг­ма­ти­че­ское, фра­зо­вое, логи­че­ское и эмо­ци­о­наль­ное эмфа­ти­че­ское).

В ста­тье исполь­зу­ет­ся инто­на­ци­он­ная тран­скрип­ция, отра­жа­ю­щая основ­ные про­ти­во­по­став­ле­ния в каж­дой из трех состав­ля­ю­щих инто­на­ци­он­ной систе­мы рус­ско­го язы­ка: в обла­сти инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, в обла­сти про­ти­во­по­став­ле­ния инто­на­ци­он­ных типов, в обла­сти акцент­но­го выде­ле­ния [Ломы­ки­на 2006]. В осно­ву тран­скрип­ции лег­ла систе­ма, пред­ло­жен­ная Н. Д. Све­то­за­ро­вой для опи­са­ния фоне­ти­ки спон­тан­ной речи [Све­то­за­ро­ва 1982], кото­рая допол­не­на с уче­том спе­ци­фи­ки зву­ча­ния медиа­ре­чи (напри­мер, добав­ле­ны пау­зы, выра­жен­ные сме­ной тона). При ана­ли­зе про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик речи исполь­зу­ет­ся аку­сти­че­ский метод сти­ли­за­ции инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра [Ломы­ки­на 2006]. Деталь­ная про­со­ди­че­ская инфор­ма­ция в кон­ту­рах есте­ствен­ных фраз сокра­ща­ет­ся путем авто­ма­ти­че­ско­го выде­ле­ния неко­то­ро­го набо­ра опор­ных точек, аппрок­си­ми­ру­ю­щих кон­тур в целом. Исполь­зу­ет­ся широ­кая сти­ли­за­ция — в каче­стве опор­ных точек выби­ра­ют­ся локаль­ные экс­тре­му­мы кон­ту­ра (пики и впа­ди­ны). Гра­фи­че­ский рису­нок инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра выстра­и­ва­ет­ся с уче­том повы­ше­ния / пони­же­ния мело­ди­ки, син­таг­ма­ти­че­ско­го, логи­че­ско­го и эмфа­ти­че­ско­го уда­ре­ния, пау­за­ции и изме­не­ния тем­па. Пере­хо­ды меж­ду пика­ми и впа­ди­на­ми обо­зна­че­ны после­до­ва­тель­ным соеди­не­ни­ем пря­мых линий.

Тран­скрип­ция в обла­сти инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния:

/ — пау­за нефи­наль­ная (чле­не­ние на син­таг­мы);
// — пау­за финаль­ная (чле­не­ние на фра­зы);
& — пау­за, выра­жен­ная сме­ной тона, без пере­ры­ва в зву­ча­нии;
| — пси­хо­ло­ги­че­ская пау­за, || — дли­тель­ная пси­хо­ло­ги­че­ская пау­за;
§ — пау­за хези­та­ции, §§ — дли­тель­ная пау­за хези­та­ции;
/* — шум­ная нефи­наль­ная пау­за;
//* — шум­ная финаль­ная пау­за.

В обла­сти про­ти­во­по­став­ле­ния инто­на­ци­он­ных типов:

— нис­хо­дя­щая (по фор­ме), завер­ша­ю­щая (по функ­ции) мело­ди­ка;
— вос­хо­дя­щая мело­ди­ка (высо­кий вос­хо­дя­щий тон), мело­ди­ка неза­вер­шен­но­сти, вопро­си­тель­ная мело­ди­ка;
— вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щая, выде­ли­тель­ная мело­ди­ка;
— нис­хо­дя­ще-вос­хо­дя­щая мело­ди­ка (низ­кий вос­хо­дя­щий тон), мело­ди­ка неза­вер­шен­но­сти, вопро­си­тель­ная, выде­ли­тель­ная мело­ди­ка;
— ров­ный тон.

В обла­сти акцент­но­го выде­ле­ния:

  • Доб­рый вечер — син­таг­ма­ти­че­ское уда­ре­ние;
  • Доб­рый вечер — логи­че­ское, выде­ли­тель­ное уда­ре­ние;
  • Какой потря­са­ю­щий вечер — эмфа­ти­че­ское, выде­ли­тель­ное уда­ре­ние;
  • Доб­рый, тихий, теп­лый и необыч­ный, вечер — уско­ре­ние тем­па речи + пони­же­ние тона;
  • До:брый вечер — уве­ли­че­ние дли­тель­но­сти глас­но­го зву­ка.

Обсуж­де­ние про­бле­мы. Речь, зву­ча­щая сего­дня в меди­а­эфи­ре, все боль­ше тяго­те­ет к уст­ной раз­го­вор­ной речи: ауди­то­рия хочет видеть и слы­шать не чита­ю­ще­го гото­вый текст дик­то­ра без эмо­ций, а дума­ю­ще­го и рас­суж­да­ю­ще­го жур­на­ли­ста. Но уста­нов­ка на твор­че­скую сво­бо­ду, непре­рыв­ное онлайн-веща­ние, выход на широ­кую ауди­то­рию в соц­се­тях и виде­об­ло­гах при­во­дят, к сожа­ле­нию, к излиш­ней рас­ко­ван­но­сти, рече­вой небреж­но­сти и замет­но­му сни­же­нию каче­ства речи, зву­ча­щей в эфи­ре. В при­ве­ден­ных ниже при­ме­рах вид­ны серьез­ные нару­ше­ния речи про­фес­си­о­наль­ных жур­на­ли­стов в обла­сти инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, уда­ре­ния, логи­че­ско­го и син­таг­ма­ти­че­ско­го, отме­че­ны нару­ше­ния дыха­ния и неумест­ные пау­зы хези­та­ции.

Денис Ката­ев («Искус­ствен­ный отбор», теле­ка­нал «Дождь», 10 авг. 2017 г.):

Борис Кор­чев­ни­ков («Пря­мой эфир», теле­ка­нал «Рос­сия 1», 23 сент. 2013 г.):

Юлия Латы­ни­на («Код досту­па», радио­стан­ция «Эхо Моск­вы», 29 июля 2017 г.):

Учи­ты­вая акту­аль­ные тен­ден­ции раз­ви­тия медиа­биз­не­са и спе­ци­фи­ку рабо­ты кон­вер­гент­ных редак­ций, в рабо­те со сту­ден­та­ми факуль­те­тов жур­на­ли­сти­ки пред­став­ля­ет­ся важ­ным изу­че­ние зву­ча­щей медиа­ре­чи как раз­но­вид­но­сти уст­ной речи, осо­бен­но­сти кото­рой опре­де­ля­ют­ся при пере­да­че инфор­ма­ции по теле­ви­де­нию или онлайн. Дело в том, что спе­ци­фи­ка теле­ком­му­ни­ка­ции, при кото­рой инфор­ма­ция пере­да­ет­ся с помо­щью «трой­ной зави­си­мо­сти» (изоб­ра­же­ние — звук — речь) [Све­та­на 1976: 32], в эпо­ху циф­ро­ви­за­ции рас­про­стра­ня­ет­ся на все муль­ти­ме­дий­ные СМИ, исполь­зу­ю­щие онлайн-веща­ние. Кон­вер­гент­ная редак­ция ново­го типа (англ. convergence newsroom) объ­еди­ня­ет под еди­ным брен­дом вза­и­мо­дей­ствие печат­ной, аудио-, теле- и интер­нет-вер­сии и адап­ти­ру­ет их к потреб­но­стям сво­ей ауди­то­рии [Жур­на­ли­сти­ка и кон­вер­ген­ция 2010: 23]. Это под­твер­жда­ет, напри­мер, тен­ден­ция веду­щих радио­стан­ций транс­ли­ро­вать онлайн-рабо­ту радио­сту­дии, сбли­жая радио­эфир с теле­ви­зи­он­ным, при этом рас­шиф­ров­ку эфи­ра мож­но рас­пе­ча­тать с сай­та и про­честь отдель­но. Круп­ные редак­ции со сво­им уни­каль­ным кон­тен­том транс­фор­ми­ру­ют­ся в муль­ти­ме­дий­ные пло­щад­ки, кото­рые поз­во­лят им исполь­зо­вать все тех­ни­че­ские пре­иму­ще­ства гипер­тек­сто­во­сти, муль­ти­ме­дий­но­сти и интер­ак­тив­но­сти для при­вле­че­ния и удер­жа­ния вни­ма­ния ауди­то­рии.

Пере­до­вые иссле­до­ва­те­ли жур­на­ли­сти­ки отме­ча­ли, что кон­вер­ген­ция как про­цесс сли­я­ния тех­но­ло­гий, раз­лич­ных форм и жан­ров меди­а­кон­тен­та и преж­де раз­роз­нен­ных сег­мен­тов СМИ опре­де­ля­ет направ­ле­ние транс­фор­ма­ции и медиа­си­стем, и биз­не­са СМИ, и про­фес­си­о­наль­ных основ жур­на­ли­сти­ки [Вар­та­но­ва 2007]. Перед иссле­до­ва­те­ля­ми и пре­по­да­ва­те­ля­ми вста­ет про­бле­ма транс­фор­ма­ции жур­на­лист­ских стан­дар­тов — в част­но­сти, изме­не­ния роли тако­го поня­тия, как «объ­ек­тив­ность» [Кор­ко­но­сен­ко 2012; Russial et al. 2015]; вопрос о сущ­но­сти жур­на­лист­ско­го мыш­ле­ния в свя­зи с ростом раз­вле­ка­тель­но­сти; вопрос о жур­на­лист­ской иден­тич­но­сти в «циф­ро­вую эпо­ху» [Phillips 2015]; вопрос о том, ста­нет ли жур­на­ли­сти­ка при­дат­ком «эко­но­ми­ки big data», и, нако­нец, о том, будут ли зна­ния и уме­ния сего­дняш­них сту­ден­тов-жур­на­ли­стов адек­ват­ны акту­аль­ным прак­ти­кам буду­ще­го [Creech, Mendelson 2015].

Ана­лиз речи про­фес­си­о­наль­ных теле­ве­ду­щих, в пол­ной мере вла­де­ю­щих мастер­ством эфир­но­го выступ­ле­ния, таких как Алек­сандр Архан­гель­ский, Вла­ди­слав Фляр­ков­ский, Миха­ил Зелен­ский и др., чье мастер­ство при­зна­но про­фес­си­о­наль­ным сооб­ще­ством (в част­но­сти, отме­че­но в докла­де кафед­ры сти­ли­сти­ки факуль­те­та жур­на­ли­сти­ки МГУ «Рус­ский язык в элек­трон­ных СМИ: резуль­та­ты мони­то­рин­га новост­ных про­грамм феде­раль­ных теле­ка­на­лов» [Слав­кин 2016]), поз­во­ля­ет сфор­му­ли­ро­вать основ­ные при­зна­ки про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния раз­ных типов медиа­ре­чи.

Пони­ма­ние спе­ци­фи­ки медиа­ре­чи, ее типо­ло­гии и состав­ля­ю­щих экран­но­го кон­тек­ста дает воз­мож­ность гра­мот­но исполь­зо­вать выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии в зави­си­мо­сти от типа речи и жан­ро­вых осо­бен­но­стей жур­на­лист­ских мате­ри­а­лов и фор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по напи­са­нию и озву­чи­ва­нию тек­стов для меди­а­эфи­ра.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Для изу­че­ния свое­об­ра­зия про­со­ди­че­ской орга­ни­за­ции речи, зву­ча­щей в эфи­ре, мы опре­де­ля­ем и опи­сы­ва­ем основ­ные типы медиа­ре­чи и их оппо­зи­ции, а имен­но: моно­ло­ги­че­скую — диа­ло­ги­че­скую (в зави­си­мо­сти от коли­че­ства ком­му­ни­кан­тов), под­го­тов­лен­ную — спон­тан­ную (в зави­си­мо­сти от опо­ры на под­го­тов­лен­ный текст), тща­тель­ную — непри­нуж­ден­ную (в зави­си­мо­сти от вни­ма­ния к зву­ко­вой сто­роне речи) [Ломы­ки­на 2006]. При­чем мы обра­ща­ем осо­бое вни­ма­ние на то, что речь про­фес­си­о­наль­но­го жур­на­ли­ста не может быть абсо­лют­но спон­тан­ной, это ква­зис­пон­тан­ная речь [Ломы­ки­на 2006]. Ее ква­зис­пон­тан­ность обу­слов­ле­на про­фес­си­о­наль­ны­ми навы­ка­ми и фоно­вы­ми зна­ни­я­ми по рас­кры­ва­е­мой теме, нали­чи­ем сце­на­рия или сце­нар­но­го пла­на, пред­ва­ри­тель­ной под­го­тов­кой жур­на­ли­ста к эфи­ру.

Так­же необ­хо­ди­мо учи­ты­вать зави­си­мость эффек­тив­но­го исполь­зо­ва­ния про­со­ди­че­ских при­е­мов от при­сут­ствия жур­на­ли­ста в кад­ре или за кад­ром. Для это­го пред­ло­же­на чет­вер­тая оппо­зи­ция: речь в кад­ре — речь за кад­ром [Ломы­ки­на 2006]. Речь за кад­ром не дает зри­те­лю пред­став­ле­ния о гово­ря­щем, на пер­вый план выхо­дит сама инфор­ма­ция, а образ жур­на­ли­ста выстра­и­ва­ет­ся «по голо­су». А когда жур­на­лист нахо­дит­ся в кад­ре, то инфор­ма­ция пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­на, содер­жа­ние кад­ра пере­да­ет све­де­ния о самом гово­ря­щем, его эмо­ци­о­наль­ном и физи­че­ском состо­я­нии. В этом слу­чае мас­со­вая ком­му­ни­ка­ция по сво­ей сути при­бли­же­на к меж­лич­ност­ной, что вли­я­ет и на выбор рече­вых средств, и на струк­ту­ру пере­да­чи и т. д. Поми­мо того, что и как гово­рит­ся, ста­но­вит­ся важ­но, кем гово­рит­ся.

Если в слу­чае с закад­ро­вым тек­стом досто­вер­ность сооб­ще­ния «про­ве­ря­ет­ся» сопо­став­ле­ни­ем с видео­ря­дом, то в слу­чае речи в кад­ре кри­те­ри­ем досто­вер­но­сти высту­па­ет пове­де­ние гово­ря­ще­го, его мими­ка, жесты и дру­гие невер­баль­ные сред­ства ком­му­ни­ка­ции, а так­же такие экс­тра­линг­ви­сти­че­ские пара­мет­ры, как авто­ри­тет и репу­та­ция гово­ря­ще­го. Сни­жа­ет­ся нагруз­ка на сло­во; в отли­чие от ситу­а­ции с закад­ро­вым тек­стом, жур­на­лист может заме­нить сло­во выра­зи­тель­ным жестом, мими­кой, тело­дви­же­ни­ем, что пока­за­но в при­ме­рах ремар­кой, заклю­чен­ной в фигур­ные скоб­ки.

Кро­ме того, при­сут­ствие веду­ще­го в кад­ре поз­во­ля­ет на визу­аль­ном уровне под­черк­нуть диа­ло­гич­ность речи. Напри­мер, во вре­мя моно­ло­ги­че­ско­го выска­зы­ва­ния одно­го из участ­ни­ков бесе­ды опе­ра­то­ры часто круп­ным пла­ном пока­зы­ва­ют мими­че­ские реак­ции дру­гих участ­ни­ков, что под­чер­ки­ва­ет диа­ло­гич­ность, созда­ет осо­бый под­текст и вклю­ча­ет зри­те­ля в ком­му­ни­ка­цию. Это воз­мож­ность исполь­зу­ет­ся как яркий при­ем в про­грам­ме Вла­ди­ми­ра Позне­ра «Познер» (Пер­вый канал), где опе­ра­то­ры дают даже не круп­ные, а мак­ро­пла­ны лица веду­ще­го, слу­ша­ю­ще­го гостя, и наобо­рот. Меж­ду веду­щим, выпол­ня­ю­щим функ­цию моде­ра­то­ра, и гостем или меж­ду сове­ду­щи­ми может про­ис­хо­дить обмен невер­баль­ны­ми репли­ка­ми, кото­рый с помо­щью изоб­ра­же­ния вос­при­ни­ма­ет­ся зри­те­лем как часть диа­ло­га. Бла­го­да­ря визу­аль­ной ситу­а­ции жур­на­ли­сты пере­да­ют, а зри­те­ли полу­ча­ют боль­ше инфор­ма­ции в еди­ни­цу вре­ме­ни.

При рабо­те жур­на­ли­ста в кад­ре пара­линг­ви­сти­че­ские сред­ства ком­му­ни­ка­ции могут уси­ли­вать, дуб­ли­ро­вать и / или заме­нять выра­зи­тель­ные сред­ства про­со­дии. Напри­мер, на месте пау­зы хези­та­ции, выпол­ня­ю­щей функ­цию кон­тро­ля рече­про­из­вод­ства и выбо­ра под­хо­дя­ще­го сло­ва, вме­сто неже­ла­тель­ных вока­ли­за­ций типа «м-м-м» могут исполь­зо­вать­ся харак­тер­ные для поис­ка сло­ва жесты (напри­мер, вра­ще­ние кистью в воз­ду­хе, щел­чок паль­ца­ми и т. д.)

В зави­си­мо­сти от жан­ра про­грам­мы в речи жур­на­ли­ста соче­та­ют­ся ее раз­ные харак­те­ри­сти­ки: речь под­го­тов­лен­ная, моно­ло­ги­че­ская, тща­тель­ная — в одной про­грам­ме (напри­мер, «Ново­сти куль­ту­ры» с Вла­ди­сла­вом Фляр­ков­ским); ква­зис­пон­тан­ная, диа­ло­ги­че­ская, непри­нуж­ден­ная — в дру­гой про­грам­ме (напри­мер, «Пусть гово­рят»). В отли­чие от тако­го сво­бод­но­го ком­би­ни­ро­ва­ния при­зна­ков (моно­ло­ги­че­ская — диа­ло­ги­че­ская, под­го­тов­лен­ная — спон­тан­ная, тща­тель­ная — непри­нуж­ден­ная) соче­та­е­мость ука­зан­ных харак­те­ри­стик зву­ча­щей речи в кад­ре и за кад­ром огра­ни­че­на тра­ди­ци­ей и воз­мож­но­стя­ми эфи­ра. Осо­бен­но это каса­ет­ся речи за кад­ром: она, как пра­ви­ло, моно­ло­ги­че­ская, почти все­гда под­го­тов­лен­ная и более тща­тель­ная по срав­не­нию с речью в кад­ре [Ломы­ки­на 2006].

Имен­но соче­та­ние раз­лич­ных типов речи в усло­ви­ях кон­крет­ной ком­му­ни­ка­ции опре­де­ля­ет про­со­ди­че­ский облик жур­на­лист­ско­го выска­зы­ва­ния. Ана­лиз кон­крет­ных ком­би­на­ций типов речи, зву­ча­щей в эфи­ре, в соче­та­нии с жан­ро­вы­ми осо­бен­но­стя­ми инфор­ма­ци­он­ных, ана­ли­ти­че­ских, худо­же­ствен­ных и раз­вле­ка­тель­ных про­грамм поз­во­ля­ет выявить набор про­со­ди­че­ских при­е­мов, свой­ствен­ных кон­крет­но­му типу медиа­ре­чи (напри­мер, под­го­тов­лен­ная моно­ло­ги­че­ская речь), обос­но­вать воз­мож­ность / невоз­мож­ность их исполь­зо­ва­ния в эфир­ном выступ­ле­нии дру­го­го типа (напри­мер, диа­ло­ги­че­ская ква­зис­пон­тан­ная речь) и сфор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по исполь­зо­ва­нию выра­зи­тель­ных воз­мож­но­стей про­со­дии в кон­крет­ных типах теле­ви­зи­он­ной речи [Ломы­ки­на 2006].

Под­го­тов­лен­ный моно­лог исполь­зу­ет­ся преж­де все­го в новост­ных, инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ских и про­све­ти­тель­ских про­грам­мах, где необ­хо­ди­мо пере­да­вать боль­шой объ­ем инфор­ма­ции, насы­щен­ной фак­та­ми, име­на­ми, циф­ра­ми, цита­та­ми обще­ствен­ных и поли­ти­че­ских дея­те­лей.

Зву­ча­ние под­го­тов­лен­ных моно­ло­ги­че­ских тек­стов инфор­ма­ци­он­ных про­грамм отли­ча­ет­ся наи­боль­шей стан­дар­ти­за­ци­ей в срав­не­нии с осталь­ны­ми типа­ми медиа­ре­чи. Под­го­тов­лен­но­му инфор­ма­ци­он­но­му моно­ло­гу свой­ствен­ны:

  • про­сто­та и еди­но­об­ра­зие инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра син­тагм и фраз;
  • актив­ное исполь­зо­ва­ние нор­ма­тив­ных дик­тор­ских пауз и пауз, выра­жен­ных сме­ной тона без физи­че­ско­го пере­ры­ва в зву­ча­нии;
  • ред­кое и обос­но­ван­ное упо­треб­ле­ние логи­че­ских пауз;
  • отсут­ствие уси­лен­но­го логи­че­ско­го и эмо­ци­о­наль­но­го эмфа­ти­че­ско­го уда­ре­ния;
  • ста­биль­ный уско­рен­ный темп.

Инди­ви­ду­а­ли­за­ция в текстах это­го типа созда­ет­ся в первую оче­редь с помо­щью мело­ди­ки — повы­ше­ния / пони­же­ния тона и вари­а­тив­но­сти тем­па. Частое отсут­ствие реаль­ной пау­зы в речи веду­ще­го новост­ной про­грам­мы дает воз­мож­ность сохра­нять тре­бу­е­мый в ново­стях высо­кий темп речи, но при этом жур­на­лист дол­жен уметь путем инто­ни­ро­ва­ния сохра­нять логи­че­ское деле­ние на син­таг­мы и фра­зы и обес­пе­чи­вать вер­ное вос­при­я­тие инфор­ма­ции ауди­то­ри­ей.

Вла­ди­слав Фляр­ков­ский («Ново­сти куль­ту­ры», теле­ка­нал «Куль­ту­ра», 6 нояб­ря 2006 г.):

Если веду­щий при­сут­ству­ет в кад­ре, он может поль­зо­вать­ся невер­баль­ны­ми сред­ства­ми ком­му­ни­ка­ции. Спе­ци­фи­ка инфор­ма­ци­он­но­го веща­ния огра­ни­чи­ва­ет жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в эфи­ре, в исполь­зо­ва­нии воз­мож­но­стей прок­се­ми­ки и жестов, а осо­бен­но мими­че­ских реак­ций. Инфор­ма­ция пода­ет­ся вер­баль­но и сред­ства­ми про­со­дии.

В новост­ных моно­ло­гах коли­че­ство спо­со­бов созда­ния логи­че­ских уда­ре­ний огра­ни­че­но жан­ро­вой спе­ци­фи­кой. Посколь­ку пер­во­сте­пен­ное зна­че­ние для зри­те­ля име­ет объ­ек­тив­ность инфор­ма­ции, зада­ча веду­ще­го — изло­жить фак­ты, пере­да­вая сред­ства­ми про­со­дии логи­ку собы­тий и под­чер­ки­вая объ­ек­тив­но важ­ную инфор­ма­цию. Допус­ка­ет­ся лишь сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ный спо­соб созда­ния логи­че­ско­го уда­ре­ния — путем инто­на­ци­он­но­го выде­ле­ния и изме­не­ния интен­сив­но­сти зву­ча­ния.

Миха­ил Зелен­ский («Вести Москва», теле­ка­нал «Рос­сия 1», 17.08.2016):

Стрем­ле­ние совре­мен­ной теле­ре­чи к инти­ми­за­ции [Сен­ке­вич 1996] в ряде слу­ча­ев про­яв­ля­ет­ся даже в речи веду­щих инфор­ма­ци­он­ных про­грамм. Если при пода­че поли­ти­че­ских ново­стей веду­щие ста­ра­ют­ся не допус­кать оце­ноч­но­сти на про­со­ди­че­ском уровне, то, гово­ря в текстах ново­стей о тра­ги­че­ских собы­ти­ях феде­раль­но­го или меж­ду­на­род­но­го зна­че­ния (breaking news) или, напро­тив, о важ­ных куль­тур­ных и спор­тив­ных собы­ти­ях (infotainment), веду­щие шире исполь­зу­ют выра­зи­тель­ные сред­ства про­со­дии. В этом слу­чае логи­че­ское уда­ре­ние, под­черк­ну­тое пау­зой, логи­че­ской или пси­хо­ло­ги­че­ской, уси­лен­ное с помо­щью мело­ди­ки, ослаб­ле­ния или уси­ле­ния голо­са и / или изме­не­ния тем­па пере­да­ет не толь­ко логи­ку речи, но и под­чер­ки­ва­ет тра­ги­че­ский или, наобо­рот, пози­тив­ный харак­тер инфор­ма­ции, а так­же выра­жа­ет отно­ше­ние гово­ря­ще­го к сооб­ще­нию, его лич­ную пози­цию. Веду­щая Пер­во­го кана­ла, пояс­няя подроб­но­сти тер­ак­та в Санкт-Петер­бур­ге, пони­жа­ет тон голо­са и исполь­зу­ет пси­хо­ло­ги­че­ские пау­зы, под­чер­ки­вая серьез­ность ситу­а­ции и давая слу­ша­те­лям воз­мож­ность осмыс­лить слу­чив­ше­е­ся.

Под­го­тов­лен­ную моно­ло­ги­че­скую речь веду­ще­го инфор­ма­ци­он­ной про­грам­мы отли­ча­ет стрем­ле­ние к стан­дар­ти­за­ции, отсут­ствие оце­ноч­но­сти и экс­прес­сив­но­сти, мини­маль­ная инди­ви­ду­а­ли­за­ция речи. Пре­об­ла­да­ет вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щая мело­ди­ка и вос­хо­дя­щая мело­ди­ка в кон­це фра­зы при вопро­се, при повто­ре вопро­са (в отве­те), при пере­спро­се и при повест­во­ва­нии в неко­неч­ной син­таг­ме. Не допус­ка­ет­ся вос­хо­дя­щая мело­ди­ка на кон­це повест­во­ва­тель­но­го выска­зы­ва­ния, отли­ча­ю­ще­го­ся смыс­ло­вой и грам­ма­ти­че­ской завер­шен­но­стью, так как подоб­ное инто­ни­ро­ва­ние явля­ет­ся копи­ро­ва­ни­ем мело­ди­че­ско­го кон­ту­ра англий­ско­го язы­ка.

В ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах эффек­тив­но­му под­го­тов­лен­но­му моно­ло­гу тре­бу­ет­ся ней­траль­ная инто­на­ция, но с боль­шей вари­а­тив­но­стью мело­ди­ки, допол­нен­ная выра­зи­тель­ны­ми воз­мож­но­стя­ми ней­траль­но­го и уси­лен­но­го логи­че­ско­го уда­ре­ния, ста­биль­ный сред­ний и уско­рен­ный темп речи, воз­мож­но так­же созда­ние под­тек­ста путем наме­рен­ных нару­ше­ний в стан­дарт­ных спо­со­бах оформ­ле­ния инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра.

В инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ских и ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах веду­щий может под­креп­лять инфор­ма­цию с помо­щью невер­баль­ных средств ком­му­ни­ка­ции. Как пра­ви­ло, в таких про­грам­мах веду­щий сидит за сто­лом, каме­ра пока­зы­ва­ет его сред­ним и круп­ным пла­ном, т. е. он может исполь­зо­вать жесты и мими­ку. Важ­но, что­бы мими­ка и жесты согла­со­вы­ва­лись с про­со­ди­че­ски­ми сиг­на­ла­ми и соб­ствен­но вер­баль­ной инфор­ма­ци­ей. Одна­ко наме­рен­ный дис­со­нанс меж­ду мими­кой или жестом и сло­вом, как и спла­ни­ро­ван­ное нару­ше­ние инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра, слу­жит пре­крас­ным спо­со­бом созда­ния под­тек­ста.

Непод­го­тов­лен­ная моно­ло­ги­че­ская речь жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в эфи­ре, как пра­ви­ло, ква­зис­пон­тан­на. Все­гда суще­ству­ет сце­на­рий сюже­та или пере­да­чи, где зафик­си­ро­ва­ны основ­ные пово­ро­ты сюже­та, а в ряде слу­ча­ев и клю­че­вые фра­зы теле­ве­ду­щих. В новост­ных про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог воз­мо­жен толь­ко в экс­трен­ных слу­ча­ях во вре­мя пря­мо­го вклю­че­ния, когда жур­на­ли­сты пере­да­ют репор­та­жи из горя­чих точек, с места про­ис­ше­ствия и т. д.

Основ­ной отли­чи­тель­ный при­знак спон­тан­ной речи — нали­чие пауз хези­та­ции [Ано­щен­ко­ва 1982: 55]. В спон­тан­ной и ква­зис­пон­тан­ной речи веду­щих их нали­чие оправ­дан­но, но мы пола­га­ем, что коли­че­ство хези­та­ций в медиа­ре­чи не долж­но пре­вы­шать 20–25 % от всех типов пауз, про­цент вока­ли­за­ций (м-м, а-а) в речи про­фес­си­о­на­ла дол­жен быть мини­ма­лен, а пау­зы коле­ба­ния долж­ны быть либо запол­нен­ны­ми, либо без­звуч­ны­ми и по воз­мож­но­сти сов­па­дать с меж­ситн­таг­мен­ны­ми и меж­фра­зо­вы­ми.

Рас­смот­рим при­мер пря­мо­го вклю­че­ния из Санкт-Петер­бур­га, кор­ре­спон­дент рас­ска­зы­ва­ет о дей­стви­ях маши­ни­ста, управ­ляв­ше­го соста­вом мет­ро, в кото­ром про­изо­шел тер­акт.

В ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог часто пред­ва­ря­ет и / или завер­ша­ет дис­кус­сию на акту­аль­ную тему. В раз­вле­ка­тель­ных про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог исполь­зу­ет­ся часто, име­ет ярко выра­жен­ную раз­го­вор­ную окрас­ку и созда­ет атмо­сфе­ру живо­го, непри­нуж­ден­но­го обще­ния теле­ве­ду­ще­го со зри­те­ля­ми в сту­дии и у теле­экра­нов.

В целом для каче­ствен­но­го спон­тан­но­го и ква­зис­пон­тан­но­го моно­ло­га в ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах харак­тер­ны:

  • ней­траль­ная инто­на­ция с боль­шей, в срав­не­нии с под­го­тов­лен­ной речью, вари­а­тив­но­стью мело­ди­ки;
  • исполь­зо­ва­ние ней­траль­но­го и экс­прес­сив­но окра­шен­но­го логи­че­ско­го уда­ре­ния;
  • сред­ний и уско­рен­ный темп речи; вари­а­тив­ность тем­па дости­га­ет­ся путем исполь­зо­ва­ния пауз раз­лич­но­го типа, в том чис­ле логи­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских.

Жур­на­ли­сты в худо­же­ствен­ных, раз­вле­ка­тель­ных, позна­ва­тель­ных и спор­тив­ных про­грам­мах акти­ви­зи­ру­ют все язы­ко­вые воз­мож­но­сти для созда­ния выра­зи­тель­но­сти, образ­но­сти, исполь­зу­ют все экс­прес­сив­ные воз­мож­но­сти про­со­ди­че­ских средств. Зву­ча­щая речь про­фес­си­о­на­лов харак­те­ри­зу­ет­ся слож­но­стью инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра, боль­шим тональ­ным диа­па­зо­ном, вари­а­тив­но­стью гром­ко­сти, богат­ством логи­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских пауз, уме­рен­но­стью пауз хези­та­ции и пре­об­ла­да­ни­ем ней­траль­ных меж­син­таг­мен­ных и меж­фра­зо­вых пауз при отсут­ствии дик­тор­ских пауз. Темп речи в основ­ном сред­ний, в спор­тив­ном ком­мен­та­рии — уско­рен­ный, вари­а­тив­ный.

С помо­щью средств про­со­дии теле­жур­на­ли­сты могут создать иллю­зию спон­тан­но­сти речи. Бла­го­да­ря пони­же­нию ско­ро­сти про­из­не­се­ния слов, дли­тель­но­сти пауз и раз­но­об­ра­зия спо­со­бов пау­зи­ро­ва­ния (при отсут­ствии дик­тор­ских пауз и нали­чии неболь­шо­го коли­че­ства пауз хези­та­ции), вслед­ствие исполь­зо­ва­ния уси­лен­но­го логи­че­ско­го уда­ре­ния даже зара­нее напи­сан­ные и отре­пе­ти­ро­ван­ные тек­сты в испол­не­нии опыт­но­го жур­на­ли­ста зву­чат сво­бод­но, как бы рож­да­ясь в момент речи.

Нахо­дясь в кад­ре, жур­на­лист, исполь­зуя сред­ства пара­линг­ви­сти­ки, может при­влечь вни­ма­ние зри­те­лей к логи­ке рас­суж­де­ния: под­черк­нуть зна­чи­мость наи­бо­лее важ­ных слов, тези­сов, дока­за­тельств с помо­щью жестов и прок­се­ми­ки, пере­дать свое отно­ше­ние к ска­зан­но­му бла­го­да­ря мими­ке. Дис­со­нанс вер­баль­ных и невер­баль­ных ком­по­нен­тов явля­ет­ся одним из самых выра­зи­тель­ных спо­со­бов созда­ния под­тек­ста и для инти­ми­за­ции речи (невер­баль­ные сиг­на­лы слов­но бы пред­на­зна­че­ны для избран­ных: «уж мы-то с вами зна­ем»). Если жан­ро­вые осо­бен­но­сти про­грам­мы пред­по­ла­га­ют неофи­ци­аль­ность обще­ния «жур­на­лист — ауди­то­рия», веду­щий может заме­нить сло­во выра­зи­тель­ным жестом, мими­кой, тело­дви­же­ни­ем.

Выво­ды. Пони­ма­ние спе­ци­фи­ки медиа­ре­чи, ее типо­ло­гии и состав­ля­ю­щих экран­но­го кон­тек­ста дает воз­мож­ность гра­мот­но исполь­зо­вать выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии в зави­си­мо­сти от типа речи и жан­ро­вых осо­бен­но­стей жур­на­лист­ских мате­ри­а­лов и фор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по напи­са­нию и озву­чи­ва­нию тек­стов для меди­а­эфи­ра.

Осо­бен­но­сти про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния совре­мен­ной медиа­ре­чи опре­де­ля­ют­ся, во-пер­вых, типом речи (моно­ло­ги­че­ская / диа­ло­ги­че­ская, под­го­тов­лен­ная / спон­тан­ная, тща­тель­ная / непри­нуж­ден­ная, в кад­ре / за кад­ром), во-вто­рых, зако­на­ми жан­ра и фор­ма­том про­грам­мы, в-тре­тьих, инди­ви­ду­аль­ной мане­рой гово­рить и ими­джем само­го жур­на­ли­ста. Ком­би­на­ция типов речи опре­де­ля­ет соот­вет­ству­ю­щий набор при­е­мов про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния, кото­рый затем кор­рек­ти­ру­ет­ся в соот­вет­ствии с фор­ма­том и жан­ро­вы­ми осо­бен­но­стя­ми про­грам­мы.

Необ­хо­ди­мо обра­щать вни­ма­ние буду­щих жур­на­ли­стов на функ­ци­о­ни­ро­ва­ние в речи эле­мен­тов про­со­дии, гово­рить о нор­ма­тив­ном исполь­зо­ва­нии и выра­зи­тель­ных воз­мож­но­стях инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, син­таг­ма­ти­че­ско­го и логи­че­ско­го уда­ре­ния, раз­но­го типа пауз. Это часть прак­ти­че­ской сти­ли­сти­ки зву­ча­щей речи, тот инстру­мен­та­рий, кото­рый тре­бу­ет­ся муль­ти­ме­дий­но­му жур­на­ли­сту вне зави­си­мо­сти от его основ­ной спе­ци­а­ли­за­ции. Важ­но осо­зна­вать, что речь жур­на­ли­ста, рабо­та­ю­ще­го в эфи­ре, рас­счи­та­на на неод­но­род­ную по соста­ву, уров­ню обра­зо­ва­ния ауди­то­рию, кото­рая по-преж­не­му вос­при­ни­ма­ет теле­ви­зи­он­ную речь как обра­зец рус­ской зву­ча­щей речи. Жур­на­лист несет ответ­ствен­ность не толь­ко за содер­жа­ние сво­е­го сооб­ще­ния, но и за его зву­ко­вое вопло­ще­ние. Под­го­тов­лен­ный к рабо­те в меди­а­эфи­ре автор выби­ра­ет модель зву­ча­ще­го тек­ста в зави­си­мо­сти от фор­ма­та про­грам­мы и меди­а­но­си­те­ля и зна­ет, какие сред­ства про­со­дии обес­пе­чи­ва­ют мак­си­маль­но эффек­тив­ную ком­му­ни­ка­цию.

Анощенкова А. М. Роль явлений хезитации в процессе речепроизводства // Тезисы докладов научно-методической конференции «Просодия текста». М.: Изд-во Моск. гос. пед. ин-та иностр. языков им. М. Тореза, 1982. С. 54–56.

Вартанова Е. Л. Новые реалии современного телевидения // Конвергенция в электронных СМИ: методики преподавания: мат. Летней школы по журн. и мас. коммуникациям. Москва, 2007. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 2007. С. 6.

Вещикова И. А. Телевизионная речь в аспекте орфоэпии: пространство нормы / пограничные явления / ошибки // Медиаскоп. 2017. Вып. 1. URL: http://www.mediascope.ru/2271 (дата обращения: 27.08.2017).

Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в мультимедийные / под ред. А. Г. Качкаевой. М.: ФОКУС-МЕДИА, 2010.

Иванова-Лукьянова Г. Н. Культура устной речи: интонация, паузирование, логическое ударение, темп, ритм: учеб. пособие. 6-е изд. М.: Флинта, 2004.

Интонация / под ред. И. Г. Торсуевой. Киев: Вища школа, 1978.

Корконосенко С. Г. Журналистика сетевых СМИ: смена исследовательских парадигм или продолжение традиций? // Учен. зап. Забайкал. гос. ун-та. Сер. Филология, история, востоковедение. 2012. Вып. 2. C. 234–239.

Крамер А. Ю. Радиожурналистика в эпоху конвергенции // Медиаскоп. 2017. Вып. 1. URL: http://www. mediascope.ru/2281 (дата обращения: 19.06.2017).

Ломыкина Н. Ю. Просодические особенности телевизионной речи // Труды кафедры стилистики русского языка. Вып. 4. Медиастилистика. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 2013.

Ломыкина Н. Ю. Просодические характеристики речи телеведущих: на матер. программ социально-культурной тематики : дис. … канд. филол. наук. М., 2006.

Николаева Т. М. Семантика акцентного выделения. М.: Наука, 1982.

Светана С. В. Телевизионная речь. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1976.

Светозарова Н. Д. Интонационная система русского языка. Л.: Изд-во Ленингр. гос. у-та, 1982.

Сенкевич М. П. Культура телевизионной и радиоречи: учеб. пособие. М.: Изд-во ин-та повыш. квалификации работников телевидения и радиовещания, 1996.

Славкин В. В. Русский язык в электронных СМИ: результаты мониторинга новостных программ // Научно-практическая конференция «Учимся говорить по-русски: проблемы современного языка в электронных СМИ». Москва, Россия, 12–13 окт. 2016. Изд-во Моск. гос. ун-та, 2016.

Creech B., Mendelson A. L. Imagining the Journalist of the Future: technological visions of journalism education and Newswork // The Communication Review. 2015. N 18 (2). P. 142–165.

Kalogeras S. Transmedia Storytelling and the New Era of Media Convergence in Higher Education. New York: Springer, 2014.

Phillips A. Journalism in context: practice and theory for the digital age. New York: Routledge, 2015.

Russial J., Laufer P., Wasko J. Journalism in Crisis? // The Public. 2015. N 22 (4). P. 299–312.

Anoshchenkova A. M. Rol’ iavlenii hezitatsii v protsesse recheproizvodstva [The role of the pauses of hesitation in speech]. Moscow, 1982. (In Russian)

Creech B., Mendelson A. L. Imagining the Journalist of the Future: technological visions of journalism education and Newswork. The Communication Review, 2015, no. 18 (2), pp. 142–165.

Intonatsia [Intonation]. Ed. by I. G. Torsueva. Kiev, 1978. (In Russian)

Ivanova-Lukianova G. N. Kul’tura ustnoij rechi [The culture of oral speech]. Moscow, 2004. (In Russian)

Zhurnalistika i konvergentsia [Journalism and convergence]. Ed. by A. G. Kachkaeva. Moscow, 2010. (In Russian)

Kalogeras S. Transmedia Storytelling and the New Era of Media Convergence in Higher Education. New York, Springer, 2014.

Korkonosenko S. G. Zhurnalistika setevikh SMI [Journalism of online-media]. Uchenie zapiski ZabGGPU, 2012, no. 2, pp. 234–239. (In Russian)

Kramer A. J. Radiozhurnalistika v epokhu konvergentsii [Radio journalism at the age of convergence]. Mediascope, 2017, vol. 1. Available at: http://www.mediascope.ru/2281 (accessed: 19.06.2017). (In Russian)

Lomykina N. J. Prosodicheskie kharakteristiki rechi televedushikh [Prosodic characteristics of TV anchors’ speech]. Moscow, 2006. (In Russian)

Lomykina N. J. Prosodicheskie osobennosti televizionnoi rechi [Prosodic features of TV speech]. Trudy kafedry stilistiki russkogo iazika (MGU) [Works of the Department of Russian language stylistics]. Is. 4. Moscow, 2013. (In Russian)

Nikolaeva T. M. Semantika aktsentnogo videleniia [Semantics of accentuation]. Moscow, 1982. (In Russian)

Phillips A. Journalism in context: practice and theory for the digital age. New York, Routledge, 2015.

Russial J., Laufer P., Wasko J. Journalism in Crisis? The Public, 2015, no. 22 (4). pp. 299–312.

Senkevich M. P. Kul’tura televizionnoi i radiorechi [The culture of TV and radio speech]. Moscow, 1996. (In Russian)

Slavkin V. V. Russkii iazyk v elektronnykh SMI: rezultaty monitoringa novostnykh prorgramm [Russian language in digital media: the results of news monitoring]. Learn to speak Russian: the problems of modern language in digital media: research and practice conf. Moscow, Oct.12–13 2016. Moscow, 2016. (In Russian)

Svetana S. V. Televizionnaia rech [TV speech]. Moscow, 1976. (In Russian)

Svetozarova N. D. Intontsionnaia sistema russkogo iazyka [Intonational system of Russian language]. Leningrad, 1982. (In Russian)

Vartanova E. L. Novye realii sovremennogo televideniia [New reality of contemporary TV]. Konvergentsiia v elektronnykh SMI: metodiki prepodavaniia: mat. Letnei shkoly po zhurn. i mas. kommunikatsiiam [Convergence in digital media: methods of teaching: Summer school of journalism and mass communications materials]. Moscow, 2007. (In Russian)

Veshikova I. A. Televizionnaia rech v aspekte orfoepii: prostranstvo normy [TV speech in the aspect of orthoepy: norm sphere]. Mediascope, 2017, vol. 1. Available at: http://www.mediascope.ru/2271 (accessed: 28.08.2017). (In Russian)

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 сен­тяб­ря 2017 г.;
реко­мен­до­ва­на в печать 25 октяб­ря 2017 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018