Четверг, 6 маяИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Просодия медиаречи в условиях конвергенции

Поста­нов­ка про­бле­мы. Циф­ро­ви­за­ция и повсе­мест­ное раз­ви­тие Интер­не­та обу­сло­ви­ли стре­ми­тель­ные изме­не­ния в медиа­сфе­ре. После появ­ле­ния под­ка­стов и идео­ло­гии Web 2.0 c клю­че­вым поня­ти­ем «кон­тент, создан­ный поль­зо­ва­те­ля­ми» (2004 г.), с выхо­дом на меж­ду­на­род­ный рынок YouTube (2005 г.), Twitter и Facebook (2006 г.) мно­го­ка­наль­ность ста­ла обя­за­тель­ным усло­ви­ем суще­ство­ва­ния жур­на­лист­ско­го про­дук­та на рын­ке. Под «кон­вер­гент­ной жур­на­ли­сти­кой» пони­ма­ет­ся ком­плекс уме­ний жур­на­ли­ста рабо­тать с раз­ны­ми медиа и исполь­зо­вать мето­ды как тра­ди­ци­он­ной, так и циф­ро­вой жур­на­ли­сти­ки [Кра­мер 2017]. Клю­че­вым поня­ти­ем ста­но­вит­ся «рас­ска­зы­ва­ние исто­рий» (англ. storytelling), при­чем вос­тре­бо­ван «муль­ти­ме­дий­ный» спо­соб, когда раз­ные эпи­зо­ды исто­рии рас­ска­зы­ва­ют­ся сред­ства­ми раз­ных медиа [Kalogeras 2014]. В усло­ви­ях прак­ти­ки мно­го­ка­наль­но­сти любой жур­на­лист дол­жен быть готов вый­ти в эфир по теле­фо­ну, взять интер­вью перед каме­рой, озву­чить сюжет, сня­тый на смарт­фон, и так далее. При под­го­тов­ке спе­ци­а­ли­стов, кото­рым пред­сто­ит рабо­тать в усло­ви­ях мно­го­ка­наль­но­сти, пред­став­ля­ет­ся крайне важ­ным уде­лять боль­ше вни­ма­ния изу­че­нию зако­нов зву­ча­щей речи.

Воз­дей­ствие сло­ва, зву­ча­ще­го в меди­а­эфи­ре, зна­че­ние, функ­ции и выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии ста­но­вят­ся важ­ны не толь­ко для буду­щих теле­жур­на­ли­стов и радио­ве­ду­щих. Повы­ше­ние каче­ства зву­ча­щей речи чрез­вы­чай­но акту­аль­но для всех жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в меди­а­эфи­ре. И это каса­ет­ся не толь­ко нор­ма­тив­но­го про­из­но­ше­ния слов и зна­ния «прин­ци­пов устрой­ства орфо­эпи­че­ско­го медиа­стан­дар­та» [Вещи­ко­ва 2017], кото­рые при­ня­то изу­чать на факуль­те­тах жур­на­ли­сти­ки, но и речи в целом. Необ­хо­ди­мо изу­чать бога­тей­шие воз­мож­но­сти про­со­дии в пере­да­че оттен­ков смыс­ла, диф­фе­рен­ци­а­ции язы­ко­вых сти­лей. Важ­но знать, как меня­ют­ся про­со­ди­че­ские харак­те­ри­сти­ки речи жур­на­ли­ста в усло­ви­ях кон­крет­ной меди­а­ком­му­ни­ка­ции, какие при­е­мы зву­ча­щей речи явля­ют­ся наи­бо­лее эффек­тив­ны­ми для пере­да­чи инфор­ма­ции и для воз­дей­ствия на ауди­то­рию [Ломы­ки­на 2013]. Навы­ки вла­де­ния выра­зи­тель­ны­ми воз­мож­но­стя­ми род­но­го язы­ка, зна­ние зако­нов напи­са­ния и вос­про­из­ве­де­ния тек­ста, пред­на­зна­чен­но­го для эфи­ра, уме­ние исполь­зо­вать весь спектр про­со­ди­че­ских воз­мож­но­стей для мак­си­маль­но эффек­тив­ной ком­му­ни­ка­ции ста­но­вят­ся необ­хо­ди­мы­ми ком­пе­тен­ци­я­ми жур­на­ли­ста ХХI в.

Речь в меди­а­эфи­ре необ­хо­ди­мо рас­смат­ри­вать, во-пер­вых, с уче­том спе­ци­фи­че­ской экран­ной кон­си­ту­а­ции, кото­рая «скла­ды­ва­ет­ся из зна­че­ния и функ­ций средств, лежа­щих в трех плос­ко­стях: изоб­ра­же­ние — звук — сло­во» [Све­та­на 1976: 48], во-вто­рых, в един­стве с экс­тра­линг­ви­сти­че­ски­ми фак­то­ра­ми, опре­де­ля­ю­щи­ми спе­ци­фи­ку совре­мен­ной медиа­ре­чи. Осо­бен­но­сти рабо­ты кон­вер­гент­ных редак­ций под­ра­зу­ме­ва­ют, что жур­на­ли­сту при­хо­дит­ся в сжа­тые сро­ки транс­фор­ми­ро­вать один и тот же мате­ри­ал, адап­ти­руя его для раз­ных носи­те­лей. Необ­хо­ди­мо пони­мать, как меня­ет­ся аудио­ме­ди­а­текст, пред­на­зна­чен­ный для радио, теле­ви­де­ния, мобиль­ных при­ло­же­ний, соц­се­тей и т. д., какие зако­ны опре­де­ля­ют зву­ча­ние раз­ных типов медиа­ре­чи и как они рабо­та­ют на раз­ных кана­лах коммуникации.

На дан­ном эта­пе иссле­до­ва­ния преду­смот­рен ана­лиз состо­я­ния медиа­ре­чи, выяв­ле­ние общих зако­но­мер­но­стей и фор­ми­ро­ва­ние той нор­ма­тив­ной базы, кото­рая свой­ствен­на всем типам зву­ча­щей речи. Даль­ней­шая рабо­та будет свя­за­на с опре­де­ле­ни­ем про­со­ди­че­ских осо­бен­но­стей раз­лич­ных типов медиа­ре­чи в зави­си­мо­сти от раз­ных кана­лов коммуникации.

Исто­рия вопро­са. Про­со­дию, вслед за Н. Д. Све­то­за­ро­вой, мы опре­де­ля­ем как «сово­куп­ность зву­ко­вых средств, кото­рые накла­ды­ва­ют­ся на после­до­ва­тель­ность сег­мент­ных еди­ниц (фонем) и слу­жат для объ­еди­не­ния их в зна­чи­мые язы­ко­вые еди­ни­цы — сло­ва, син­таг­мы, выска­зы­ва­ния» [Све­то­за­ро­ва 1982: 3]. Это сово­куп­ность таких при­зна­ков зву­ча­щей речи, как мело­ди­ка (изме­не­ние тона), гром­кость, темп, уда­ре­ние, пау­за­ция, общие темб­ро­вые харак­те­ри­сти­ки. В ана­ло­гич­ном зна­че­нии исполь­зу­ют­ся так­же тер­ми­ны «про­со­ди­че­ские харак­те­ри­сти­ки» и «про­со­ди­че­ские при­зна­ки». Исполь­зо­ва­ние про­со­дии явля­ет­ся одним из уни­вер­саль­ных свойств чело­ве­че­ской речи, так же как исполь­зо­ва­ние про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик для инто­на­ци­он­но-смыс­ло­во­го чле­не­ния речи, пере­да­чи ком­му­ни­ка­тив­но­го типа выска­зы­ва­ния, выра­же­ния эмо­ци­о­наль­ных зна­че­ний. Сред­ства про­со­дии обслу­жи­ва­ют в язы­ке ряд авто­ном­ных систем, важ­ней­шие из кото­рых — уда­ре­ние и интонация.

Н. Д. Све­то­за­ро­ва отме­ча­ет, что супер­сег­мент­ность и зву­ко­вая спе­ци­фи­ка, при­су­щие про­со­ди­че­ским харак­те­ри­сти­кам речи, свой­ствен­ны в пол­ной мере и сред­ствам инто­на­ции. Меж­ду эти­ми поня­ти­я­ми не все­гда про­во­дит­ся чет­кое раз­гра­ни­че­ние: в опре­де­ле­нии про­со­дии неред­ко зву­чит сло­во «инто­на­ци­он­ный» или «рит­ми­ко-инто­на­ци­он­ный» [Ива­но­ва-Лукья­но­ва 2004], а фоне­ти­че­скую сто­ро­ну инто­на­ции харак­те­ри­зу­ют через исполь­зо­ва­ние ею про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик. Тем не менее тер­мин «про­со­дия» шире тер­ми­на «инто­на­ция». Про­со­ди­че­ская струк­ту­ра — это спо­соб орга­ни­за­ции зву­ко­вых после­до­ва­тель­но­стей, начи­ная со сло­га (слог, сло­во, рит­ми­че­ская груп­па, син­таг­ма, выска­зы­ва­ние), а под инто­на­ци­ей пони­ма­ет­ся лишь спо­соб про­со­ди­че­ской орга­ни­за­ции син­тагм и выска­зы­ва­ний. Целе­со­об­раз­ность раз­ли­че­ния поня­тий «про­со­дия» и «инто­на­ция» в рус­ском язы­ке опре­де­ля­ет­ся ролью уда­ре­ния — в рам­ках про­со­дии раз­гра­ни­чи­ва­ют­ся сфе­ра сло­вес­но­го уда­ре­ния (при­зна­ка отдель­но­го сло­ва) и сфе­ра фра­зо­во­го уда­ре­ния (при­зна­ка выска­зы­ва­ния или его части), име­ю­щие слож­ные взаимоотношения.

В резуль­та­те мно­го­чис­лен­ных экс­пе­ри­мен­таль­но-фоне­ти­че­ских иссле­до­ва­ний про­со­дии речи, про­ве­ден­ных на мате­ри­а­ле раз­лич­ных язы­ков, дока­за­но, что «про­со­дия функ­ци­о­ни­ру­ет не толь­ко как рече­вое, но и как язы­ко­вое явле­ние. Она не толь­ко пред­став­ля­ет собой сред­ство, обслу­жи­ва­ю­щее грам­ма­ти­ку и сло­варь, но и выпол­ня­ет, поль­зу­ясь сред­ства­ми этих уров­ней язы­ка и соб­ствен­ны­ми ей при­су­щи­ми зву­ко­вы­ми сред­ства­ми, ком­му­ни­ка­тив­ную функ­цию в ее раз­лич­ных аспек­тах и поэто­му име­ет свои дистинк­тив­ные при­зна­ки и свои сти­ле­вые чер­ты» [Инто­на­ция 1978: 34].

Более того, вза­и­мо­обу­слов­лен­ность фоне­ти­че­ских средств про­со­ди­че­ско­го и сег­мент­но­го уров­ней, обна­ру­жен­ная в резуль­та­те экс­пе­ри­мен­таль­но-фоне­ти­че­ских иссле­до­ва­ний раз­лич­ных рече­вых жан­ров [Инто­на­ция 1978: 36], при­ве­ла к выво­ду о том, что диф­фе­рен­ци­а­ция типов и видов зву­ча­щей речи про­ис­хо­дит в основ­ном путем оцен­ки вос­при­ни­ма­е­мых про­со­ди­че­ских и сег­мент­ных сино­ни­ми­че­ских вари­ан­тов, кото­рые фор­ми­ру­ют­ся гово­ря­щим под вли­я­ни­ем раз­лич­ных экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, обра­зу­ю­щих рече­вую ситуацию.

Мето­ди­ка иссле­до­ва­ния. Гово­ря о про­со­дии зву­ча­щей речи, сле­ду­ет учи­ты­вать, что «это не про­сто над­строй­ка над выска­зы­ва­ни­ем, кото­рая цели­ком отно­сит­ся к зву­ко­во­му пла­ну, но, как и любая зна­ко­вая систе­ма, име­ет план содер­жа­ния и план выра­же­ния» [Нико­ла­е­ва 1982: 39]. Изу­чая речь, зву­ча­щую в эфи­ре, мы при­ме­ня­ем семан­ти­че­ский под­ход [Нико­ла­е­ва 1982] к про­со­дии. Объ­ек­та­ми изу­че­ния и ана­ли­за ста­но­вят­ся все клю­че­вые про­со­ди­че­ские характеристики:

  • мело­ди­ка выска­зы­ва­ния, кото­рая опре­де­ля­ет­ся изме­не­ни­ем основ­но­го тона голо­са (вос­хо­дя­щий тон, нис­хо­дя­щий, ров­ный, вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щий и нисходяще-восходящий);
  • темп речи (коли­че­ство зву­ков, про­из­не­сен­ных в еди­ни­цу времени);
  • дли­тель­ность и интен­сив­ность звучания;
  • пау­за как вре­мен­ный раз­рыв в пото­ке уст­ной речи; во вза­и­мо­дей­ствии с мело­ди­кой пау­за чле­нит речь, выпол­няя инто­на­ци­он­но-син­так­си­че­ские функ­ции (выде­ля­ем пау­зы меж­син­таг­мен­ные, меж­фра­зо­вые, логи­че­ские, пси­хо­ло­ги­че­ские, дик­тор­ские; пау­зы, выра­жен­ные сме­ной тона, а так­же пау­зы хези­та­ции, запол­нен­ные и неза­пол­нен­ные) [Ано­щен­ко­ва 1982: 55];
  • уда­ре­ние (син­таг­ма­ти­че­ское, фра­зо­вое, логи­че­ское и эмо­ци­о­наль­ное эмфатическое).

В ста­тье исполь­зу­ет­ся инто­на­ци­он­ная тран­скрип­ция, отра­жа­ю­щая основ­ные про­ти­во­по­став­ле­ния в каж­дой из трех состав­ля­ю­щих инто­на­ци­он­ной систе­мы рус­ско­го язы­ка: в обла­сти инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, в обла­сти про­ти­во­по­став­ле­ния инто­на­ци­он­ных типов, в обла­сти акцент­но­го выде­ле­ния [Ломы­ки­на 2006]. В осно­ву тран­скрип­ции лег­ла систе­ма, пред­ло­жен­ная Н. Д. Све­то­за­ро­вой для опи­са­ния фоне­ти­ки спон­тан­ной речи [Све­то­за­ро­ва 1982], кото­рая допол­не­на с уче­том спе­ци­фи­ки зву­ча­ния медиа­ре­чи (напри­мер, добав­ле­ны пау­зы, выра­жен­ные сме­ной тона). При ана­ли­зе про­со­ди­че­ских харак­те­ри­стик речи исполь­зу­ет­ся аку­сти­че­ский метод сти­ли­за­ции инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра [Ломы­ки­на 2006]. Деталь­ная про­со­ди­че­ская инфор­ма­ция в кон­ту­рах есте­ствен­ных фраз сокра­ща­ет­ся путем авто­ма­ти­че­ско­го выде­ле­ния неко­то­ро­го набо­ра опор­ных точек, аппрок­си­ми­ру­ю­щих кон­тур в целом. Исполь­зу­ет­ся широ­кая сти­ли­за­ция — в каче­стве опор­ных точек выби­ра­ют­ся локаль­ные экс­тре­му­мы кон­ту­ра (пики и впа­ди­ны). Гра­фи­че­ский рису­нок инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра выстра­и­ва­ет­ся с уче­том повы­ше­ния / пони­же­ния мело­ди­ки, син­таг­ма­ти­че­ско­го, логи­че­ско­го и эмфа­ти­че­ско­го уда­ре­ния, пау­за­ции и изме­не­ния тем­па. Пере­хо­ды меж­ду пика­ми и впа­ди­на­ми обо­зна­че­ны после­до­ва­тель­ным соеди­не­ни­ем пря­мых линий.

Тран­скрип­ция в обла­сти инто­на­ци­он­но­го членения:

/ — пау­за нефи­наль­ная (чле­не­ние на син­таг­мы);
// — пау­за финаль­ная (чле­не­ние на фра­зы);
& — пау­за, выра­жен­ная сме­ной тона, без пере­ры­ва в зву­ча­нии;
| — пси­хо­ло­ги­че­ская пау­за, || — дли­тель­ная пси­хо­ло­ги­че­ская пау­за;
§ — пау­за хези­та­ции, §§ — дли­тель­ная пау­за хези­та­ции;
/* — шум­ная нефи­наль­ная пау­за;
//* — шум­ная финаль­ная пауза.

В обла­сти про­ти­во­по­став­ле­ния инто­на­ци­он­ных типов:

— нис­хо­дя­щая (по фор­ме), завер­ша­ю­щая (по функ­ции) мелодика;
— вос­хо­дя­щая мело­ди­ка (высо­кий вос­хо­дя­щий тон), мело­ди­ка неза­вер­шен­но­сти, вопро­си­тель­ная мелодика;
— вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щая, выде­ли­тель­ная мелодика;
— нис­хо­дя­ще-вос­хо­дя­щая мело­ди­ка (низ­кий вос­хо­дя­щий тон), мело­ди­ка неза­вер­шен­но­сти, вопро­си­тель­ная, выде­ли­тель­ная мелодика;
— ров­ный тон.

В обла­сти акцент­но­го выделения:

  • Доб­рый вечер — син­таг­ма­ти­че­ское ударение;
  • Доб­рый вечер — логи­че­ское, выде­ли­тель­ное ударение;
  • Какой потря­са­ю­щий вечер — эмфа­ти­че­ское, выде­ли­тель­ное ударение;
  • Доб­рый, тихий, теп­лый и необыч­ный, вечер — уско­ре­ние тем­па речи + пони­же­ние тона;
  • До:брый вечер — уве­ли­че­ние дли­тель­но­сти глас­но­го звука.

Обсуж­де­ние про­бле­мы. Речь, зву­ча­щая сего­дня в меди­а­эфи­ре, все боль­ше тяго­те­ет к уст­ной раз­го­вор­ной речи: ауди­то­рия хочет видеть и слы­шать не чита­ю­ще­го гото­вый текст дик­то­ра без эмо­ций, а дума­ю­ще­го и рас­суж­да­ю­ще­го жур­на­ли­ста. Но уста­нов­ка на твор­че­скую сво­бо­ду, непре­рыв­ное онлайн-веща­ние, выход на широ­кую ауди­то­рию в соц­се­тях и виде­об­ло­гах при­во­дят, к сожа­ле­нию, к излиш­ней рас­ко­ван­но­сти, рече­вой небреж­но­сти и замет­но­му сни­же­нию каче­ства речи, зву­ча­щей в эфи­ре. В при­ве­ден­ных ниже при­ме­рах вид­ны серьез­ные нару­ше­ния речи про­фес­си­о­наль­ных жур­на­ли­стов в обла­сти инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, уда­ре­ния, логи­че­ско­го и син­таг­ма­ти­че­ско­го, отме­че­ны нару­ше­ния дыха­ния и неумест­ные пау­зы хезитации.

Денис Ката­ев («Искус­ствен­ный отбор», теле­ка­нал «Дождь», 10 авг. 2017 г.):

Борис Кор­чев­ни­ков («Пря­мой эфир», теле­ка­нал «Рос­сия 1», 23 сент. 2013 г.):

Юлия Латы­ни­на («Код досту­па», радио­стан­ция «Эхо Моск­вы», 29 июля 2017 г.):

Учи­ты­вая акту­аль­ные тен­ден­ции раз­ви­тия медиа­биз­не­са и спе­ци­фи­ку рабо­ты кон­вер­гент­ных редак­ций, в рабо­те со сту­ден­та­ми факуль­те­тов жур­на­ли­сти­ки пред­став­ля­ет­ся важ­ным изу­че­ние зву­ча­щей медиа­ре­чи как раз­но­вид­но­сти уст­ной речи, осо­бен­но­сти кото­рой опре­де­ля­ют­ся при пере­да­че инфор­ма­ции по теле­ви­де­нию или онлайн. Дело в том, что спе­ци­фи­ка теле­ком­му­ни­ка­ции, при кото­рой инфор­ма­ция пере­да­ет­ся с помо­щью «трой­ной зави­си­мо­сти» (изоб­ра­же­ние — звук — речь) [Све­та­на 1976: 32], в эпо­ху циф­ро­ви­за­ции рас­про­стра­ня­ет­ся на все муль­ти­ме­дий­ные СМИ, исполь­зу­ю­щие онлайн-веща­ние. Кон­вер­гент­ная редак­ция ново­го типа (англ. convergence newsroom) объ­еди­ня­ет под еди­ным брен­дом вза­и­мо­дей­ствие печат­ной, аудио‑, теле- и интер­нет-вер­сии и адап­ти­ру­ет их к потреб­но­стям сво­ей ауди­то­рии [Жур­на­ли­сти­ка и кон­вер­ген­ция 2010: 23]. Это под­твер­жда­ет, напри­мер, тен­ден­ция веду­щих радио­стан­ций транс­ли­ро­вать онлайн-рабо­ту радио­сту­дии, сбли­жая радио­эфир с теле­ви­зи­он­ным, при этом рас­шиф­ров­ку эфи­ра мож­но рас­пе­ча­тать с сай­та и про­честь отдель­но. Круп­ные редак­ции со сво­им уни­каль­ным кон­тен­том транс­фор­ми­ру­ют­ся в муль­ти­ме­дий­ные пло­щад­ки, кото­рые поз­во­лят им исполь­зо­вать все тех­ни­че­ские пре­иму­ще­ства гипер­тек­сто­во­сти, муль­ти­ме­дий­но­сти и интер­ак­тив­но­сти для при­вле­че­ния и удер­жа­ния вни­ма­ния аудитории.

Пере­до­вые иссле­до­ва­те­ли жур­на­ли­сти­ки отме­ча­ли, что кон­вер­ген­ция как про­цесс сли­я­ния тех­но­ло­гий, раз­лич­ных форм и жан­ров меди­а­кон­тен­та и преж­де раз­роз­нен­ных сег­мен­тов СМИ опре­де­ля­ет направ­ле­ние транс­фор­ма­ции и медиа­си­стем, и биз­не­са СМИ, и про­фес­си­о­наль­ных основ жур­на­ли­сти­ки [Вар­та­но­ва 2007]. Перед иссле­до­ва­те­ля­ми и пре­по­да­ва­те­ля­ми вста­ет про­бле­ма транс­фор­ма­ции жур­на­лист­ских стан­дар­тов — в част­но­сти, изме­не­ния роли тако­го поня­тия, как «объ­ек­тив­ность» [Кор­ко­но­сен­ко 2012; Russial et al. 2015]; вопрос о сущ­но­сти жур­на­лист­ско­го мыш­ле­ния в свя­зи с ростом раз­вле­ка­тель­но­сти; вопрос о жур­на­лист­ской иден­тич­но­сти в «циф­ро­вую эпо­ху» [Phillips 2015]; вопрос о том, ста­нет ли жур­на­ли­сти­ка при­дат­ком «эко­но­ми­ки big data», и, нако­нец, о том, будут ли зна­ния и уме­ния сего­дняш­них сту­ден­тов-жур­на­ли­стов адек­ват­ны акту­аль­ным прак­ти­кам буду­ще­го [Creech, Mendelson 2015].

Ана­лиз речи про­фес­си­о­наль­ных теле­ве­ду­щих, в пол­ной мере вла­де­ю­щих мастер­ством эфир­но­го выступ­ле­ния, таких как Алек­сандр Архан­гель­ский, Вла­ди­слав Фляр­ков­ский, Миха­ил Зелен­ский и др., чье мастер­ство при­зна­но про­фес­си­о­наль­ным сооб­ще­ством (в част­но­сти, отме­че­но в докла­де кафед­ры сти­ли­сти­ки факуль­те­та жур­на­ли­сти­ки МГУ «Рус­ский язык в элек­трон­ных СМИ: резуль­та­ты мони­то­рин­га новост­ных про­грамм феде­раль­ных теле­ка­на­лов» [Слав­кин 2016]), поз­во­ля­ет сфор­му­ли­ро­вать основ­ные при­зна­ки про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния раз­ных типов медиаречи.

Пони­ма­ние спе­ци­фи­ки медиа­ре­чи, ее типо­ло­гии и состав­ля­ю­щих экран­но­го кон­тек­ста дает воз­мож­ность гра­мот­но исполь­зо­вать выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии в зави­си­мо­сти от типа речи и жан­ро­вых осо­бен­но­стей жур­на­лист­ских мате­ри­а­лов и фор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по напи­са­нию и озву­чи­ва­нию тек­стов для медиаэфира.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Для изу­че­ния свое­об­ра­зия про­со­ди­че­ской орга­ни­за­ции речи, зву­ча­щей в эфи­ре, мы опре­де­ля­ем и опи­сы­ва­ем основ­ные типы медиа­ре­чи и их оппо­зи­ции, а имен­но: моно­ло­ги­че­скую — диа­ло­ги­че­скую (в зави­си­мо­сти от коли­че­ства ком­му­ни­кан­тов), под­го­тов­лен­ную — спон­тан­ную (в зави­си­мо­сти от опо­ры на под­го­тов­лен­ный текст), тща­тель­ную — непри­нуж­ден­ную (в зави­си­мо­сти от вни­ма­ния к зву­ко­вой сто­роне речи) [Ломы­ки­на 2006]. При­чем мы обра­ща­ем осо­бое вни­ма­ние на то, что речь про­фес­си­о­наль­но­го жур­на­ли­ста не может быть абсо­лют­но спон­тан­ной, это ква­зис­пон­тан­ная речь [Ломы­ки­на 2006]. Ее ква­зис­пон­тан­ность обу­слов­ле­на про­фес­си­о­наль­ны­ми навы­ка­ми и фоно­вы­ми зна­ни­я­ми по рас­кры­ва­е­мой теме, нали­чи­ем сце­на­рия или сце­нар­но­го пла­на, пред­ва­ри­тель­ной под­го­тов­кой жур­на­ли­ста к эфиру.

Так­же необ­хо­ди­мо учи­ты­вать зави­си­мость эффек­тив­но­го исполь­зо­ва­ния про­со­ди­че­ских при­е­мов от при­сут­ствия жур­на­ли­ста в кад­ре или за кад­ром. Для это­го пред­ло­же­на чет­вер­тая оппо­зи­ция: речь в кад­ре — речь за кад­ром [Ломы­ки­на 2006]. Речь за кад­ром не дает зри­те­лю пред­став­ле­ния о гово­ря­щем, на пер­вый план выхо­дит сама инфор­ма­ция, а образ жур­на­ли­ста выстра­и­ва­ет­ся «по голо­су». А когда жур­на­лист нахо­дит­ся в кад­ре, то инфор­ма­ция пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­на, содер­жа­ние кад­ра пере­да­ет све­де­ния о самом гово­ря­щем, его эмо­ци­о­наль­ном и физи­че­ском состо­я­нии. В этом слу­чае мас­со­вая ком­му­ни­ка­ция по сво­ей сути при­бли­же­на к меж­лич­ност­ной, что вли­я­ет и на выбор рече­вых средств, и на струк­ту­ру пере­да­чи и т. д. Поми­мо того, что и как гово­рит­ся, ста­но­вит­ся важ­но, кем говорится.

Если в слу­чае с закад­ро­вым тек­стом досто­вер­ность сооб­ще­ния «про­ве­ря­ет­ся» сопо­став­ле­ни­ем с видео­ря­дом, то в слу­чае речи в кад­ре кри­те­ри­ем досто­вер­но­сти высту­па­ет пове­де­ние гово­ря­ще­го, его мими­ка, жесты и дру­гие невер­баль­ные сред­ства ком­му­ни­ка­ции, а так­же такие экс­тра­линг­ви­сти­че­ские пара­мет­ры, как авто­ри­тет и репу­та­ция гово­ря­ще­го. Сни­жа­ет­ся нагруз­ка на сло­во; в отли­чие от ситу­а­ции с закад­ро­вым тек­стом, жур­на­лист может заме­нить сло­во выра­зи­тель­ным жестом, мими­кой, тело­дви­же­ни­ем, что пока­за­но в при­ме­рах ремар­кой, заклю­чен­ной в фигур­ные скобки.

Кро­ме того, при­сут­ствие веду­ще­го в кад­ре поз­во­ля­ет на визу­аль­ном уровне под­черк­нуть диа­ло­гич­ность речи. Напри­мер, во вре­мя моно­ло­ги­че­ско­го выска­зы­ва­ния одно­го из участ­ни­ков бесе­ды опе­ра­то­ры часто круп­ным пла­ном пока­зы­ва­ют мими­че­ские реак­ции дру­гих участ­ни­ков, что под­чер­ки­ва­ет диа­ло­гич­ность, созда­ет осо­бый под­текст и вклю­ча­ет зри­те­ля в ком­му­ни­ка­цию. Это воз­мож­ность исполь­зу­ет­ся как яркий при­ем в про­грам­ме Вла­ди­ми­ра Позне­ра «Познер» (Пер­вый канал), где опе­ра­то­ры дают даже не круп­ные, а мак­ро­пла­ны лица веду­ще­го, слу­ша­ю­ще­го гостя, и наобо­рот. Меж­ду веду­щим, выпол­ня­ю­щим функ­цию моде­ра­то­ра, и гостем или меж­ду сове­ду­щи­ми может про­ис­хо­дить обмен невер­баль­ны­ми репли­ка­ми, кото­рый с помо­щью изоб­ра­же­ния вос­при­ни­ма­ет­ся зри­те­лем как часть диа­ло­га. Бла­го­да­ря визу­аль­ной ситу­а­ции жур­на­ли­сты пере­да­ют, а зри­те­ли полу­ча­ют боль­ше инфор­ма­ции в еди­ни­цу времени.

При рабо­те жур­на­ли­ста в кад­ре пара­линг­ви­сти­че­ские сред­ства ком­му­ни­ка­ции могут уси­ли­вать, дуб­ли­ро­вать и / или заме­нять выра­зи­тель­ные сред­ства про­со­дии. Напри­мер, на месте пау­зы хези­та­ции, выпол­ня­ю­щей функ­цию кон­тро­ля рече­про­из­вод­ства и выбо­ра под­хо­дя­ще­го сло­ва, вме­сто неже­ла­тель­ных вока­ли­за­ций типа «м‑м-м» могут исполь­зо­вать­ся харак­тер­ные для поис­ка сло­ва жесты (напри­мер, вра­ще­ние кистью в воз­ду­хе, щел­чок паль­ца­ми и т. д.)

В зави­си­мо­сти от жан­ра про­грам­мы в речи жур­на­ли­ста соче­та­ют­ся ее раз­ные харак­те­ри­сти­ки: речь под­го­тов­лен­ная, моно­ло­ги­че­ская, тща­тель­ная — в одной про­грам­ме (напри­мер, «Ново­сти куль­ту­ры» с Вла­ди­сла­вом Фляр­ков­ским); ква­зис­пон­тан­ная, диа­ло­ги­че­ская, непри­нуж­ден­ная — в дру­гой про­грам­ме (напри­мер, «Пусть гово­рят»). В отли­чие от тако­го сво­бод­но­го ком­би­ни­ро­ва­ния при­зна­ков (моно­ло­ги­че­ская — диа­ло­ги­че­ская, под­го­тов­лен­ная — спон­тан­ная, тща­тель­ная — непри­нуж­ден­ная) соче­та­е­мость ука­зан­ных харак­те­ри­стик зву­ча­щей речи в кад­ре и за кад­ром огра­ни­че­на тра­ди­ци­ей и воз­мож­но­стя­ми эфи­ра. Осо­бен­но это каса­ет­ся речи за кад­ром: она, как пра­ви­ло, моно­ло­ги­че­ская, почти все­гда под­го­тов­лен­ная и более тща­тель­ная по срав­не­нию с речью в кад­ре [Ломы­ки­на 2006].

Имен­но соче­та­ние раз­лич­ных типов речи в усло­ви­ях кон­крет­ной ком­му­ни­ка­ции опре­де­ля­ет про­со­ди­че­ский облик жур­на­лист­ско­го выска­зы­ва­ния. Ана­лиз кон­крет­ных ком­би­на­ций типов речи, зву­ча­щей в эфи­ре, в соче­та­нии с жан­ро­вы­ми осо­бен­но­стя­ми инфор­ма­ци­он­ных, ана­ли­ти­че­ских, худо­же­ствен­ных и раз­вле­ка­тель­ных про­грамм поз­во­ля­ет выявить набор про­со­ди­че­ских при­е­мов, свой­ствен­ных кон­крет­но­му типу медиа­ре­чи (напри­мер, под­го­тов­лен­ная моно­ло­ги­че­ская речь), обос­но­вать воз­мож­ность / невоз­мож­ность их исполь­зо­ва­ния в эфир­ном выступ­ле­нии дру­го­го типа (напри­мер, диа­ло­ги­че­ская ква­зис­пон­тан­ная речь) и сфор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по исполь­зо­ва­нию выра­зи­тель­ных воз­мож­но­стей про­со­дии в кон­крет­ных типах теле­ви­зи­он­ной речи [Ломы­ки­на 2006].

Под­го­тов­лен­ный моно­лог исполь­зу­ет­ся преж­де все­го в новост­ных, инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ских и про­све­ти­тель­ских про­грам­мах, где необ­хо­ди­мо пере­да­вать боль­шой объ­ем инфор­ма­ции, насы­щен­ной фак­та­ми, име­на­ми, циф­ра­ми, цита­та­ми обще­ствен­ных и поли­ти­че­ских деятелей.

Зву­ча­ние под­го­тов­лен­ных моно­ло­ги­че­ских тек­стов инфор­ма­ци­он­ных про­грамм отли­ча­ет­ся наи­боль­шей стан­дар­ти­за­ци­ей в срав­не­нии с осталь­ны­ми типа­ми медиа­ре­чи. Под­го­тов­лен­но­му инфор­ма­ци­он­но­му моно­ло­гу свойственны:

  • про­сто­та и еди­но­об­ра­зие инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра син­тагм и фраз;
  • актив­ное исполь­зо­ва­ние нор­ма­тив­ных дик­тор­ских пауз и пауз, выра­жен­ных сме­ной тона без физи­че­ско­го пере­ры­ва в звучании;
  • ред­кое и обос­но­ван­ное упо­треб­ле­ние логи­че­ских пауз;
  • отсут­ствие уси­лен­но­го логи­че­ско­го и эмо­ци­о­наль­но­го эмфа­ти­че­ско­го ударения;
  • ста­биль­ный уско­рен­ный темп.

Инди­ви­ду­а­ли­за­ция в текстах это­го типа созда­ет­ся в первую оче­редь с помо­щью мело­ди­ки — повы­ше­ния / пони­же­ния тона и вари­а­тив­но­сти тем­па. Частое отсут­ствие реаль­ной пау­зы в речи веду­ще­го новост­ной про­грам­мы дает воз­мож­ность сохра­нять тре­бу­е­мый в ново­стях высо­кий темп речи, но при этом жур­на­лист дол­жен уметь путем инто­ни­ро­ва­ния сохра­нять логи­че­ское деле­ние на син­таг­мы и фра­зы и обес­пе­чи­вать вер­ное вос­при­я­тие инфор­ма­ции аудиторией.

Вла­ди­слав Фляр­ков­ский («Ново­сти куль­ту­ры», теле­ка­нал «Куль­ту­ра», 6 нояб­ря 2006 г.):

Если веду­щий при­сут­ству­ет в кад­ре, он может поль­зо­вать­ся невер­баль­ны­ми сред­ства­ми ком­му­ни­ка­ции. Спе­ци­фи­ка инфор­ма­ци­он­но­го веща­ния огра­ни­чи­ва­ет жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в эфи­ре, в исполь­зо­ва­нии воз­мож­но­стей прок­се­ми­ки и жестов, а осо­бен­но мими­че­ских реак­ций. Инфор­ма­ция пода­ет­ся вер­баль­но и сред­ства­ми просодии.

В новост­ных моно­ло­гах коли­че­ство спо­со­бов созда­ния логи­че­ских уда­ре­ний огра­ни­че­но жан­ро­вой спе­ци­фи­кой. Посколь­ку пер­во­сте­пен­ное зна­че­ние для зри­те­ля име­ет объ­ек­тив­ность инфор­ма­ции, зада­ча веду­ще­го — изло­жить фак­ты, пере­да­вая сред­ства­ми про­со­дии логи­ку собы­тий и под­чер­ки­вая объ­ек­тив­но важ­ную инфор­ма­цию. Допус­ка­ет­ся лишь сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ный спо­соб созда­ния логи­че­ско­го уда­ре­ния — путем инто­на­ци­он­но­го выде­ле­ния и изме­не­ния интен­сив­но­сти звучания.

Миха­ил Зелен­ский («Вести Москва», теле­ка­нал «Рос­сия 1», 17.08.2016):

Стрем­ле­ние совре­мен­ной теле­ре­чи к инти­ми­за­ции [Сен­ке­вич 1996] в ряде слу­ча­ев про­яв­ля­ет­ся даже в речи веду­щих инфор­ма­ци­он­ных про­грамм. Если при пода­че поли­ти­че­ских ново­стей веду­щие ста­ра­ют­ся не допус­кать оце­ноч­но­сти на про­со­ди­че­ском уровне, то, гово­ря в текстах ново­стей о тра­ги­че­ских собы­ти­ях феде­раль­но­го или меж­ду­на­род­но­го зна­че­ния (breaking news) или, напро­тив, о важ­ных куль­тур­ных и спор­тив­ных собы­ти­ях (infotainment), веду­щие шире исполь­зу­ют выра­зи­тель­ные сред­ства про­со­дии. В этом слу­чае логи­че­ское уда­ре­ние, под­черк­ну­тое пау­зой, логи­че­ской или пси­хо­ло­ги­че­ской, уси­лен­ное с помо­щью мело­ди­ки, ослаб­ле­ния или уси­ле­ния голо­са и / или изме­не­ния тем­па пере­да­ет не толь­ко логи­ку речи, но и под­чер­ки­ва­ет тра­ги­че­ский или, наобо­рот, пози­тив­ный харак­тер инфор­ма­ции, а так­же выра­жа­ет отно­ше­ние гово­ря­ще­го к сооб­ще­нию, его лич­ную пози­цию. Веду­щая Пер­во­го кана­ла, пояс­няя подроб­но­сти тер­ак­та в Санкт-Петер­бур­ге, пони­жа­ет тон голо­са и исполь­зу­ет пси­хо­ло­ги­че­ские пау­зы, под­чер­ки­вая серьез­ность ситу­а­ции и давая слу­ша­те­лям воз­мож­ность осмыс­лить случившееся.

Под­го­тов­лен­ную моно­ло­ги­че­скую речь веду­ще­го инфор­ма­ци­он­ной про­грам­мы отли­ча­ет стрем­ле­ние к стан­дар­ти­за­ции, отсут­ствие оце­ноч­но­сти и экс­прес­сив­но­сти, мини­маль­ная инди­ви­ду­а­ли­за­ция речи. Пре­об­ла­да­ет вос­хо­дя­ще-нис­хо­дя­щая мело­ди­ка и вос­хо­дя­щая мело­ди­ка в кон­це фра­зы при вопро­се, при повто­ре вопро­са (в отве­те), при пере­спро­се и при повест­во­ва­нии в неко­неч­ной син­таг­ме. Не допус­ка­ет­ся вос­хо­дя­щая мело­ди­ка на кон­це повест­во­ва­тель­но­го выска­зы­ва­ния, отли­ча­ю­ще­го­ся смыс­ло­вой и грам­ма­ти­че­ской завер­шен­но­стью, так как подоб­ное инто­ни­ро­ва­ние явля­ет­ся копи­ро­ва­ни­ем мело­ди­че­ско­го кон­ту­ра англий­ско­го языка.

В ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах эффек­тив­но­му под­го­тов­лен­но­му моно­ло­гу тре­бу­ет­ся ней­траль­ная инто­на­ция, но с боль­шей вари­а­тив­но­стью мело­ди­ки, допол­нен­ная выра­зи­тель­ны­ми воз­мож­но­стя­ми ней­траль­но­го и уси­лен­но­го логи­че­ско­го уда­ре­ния, ста­биль­ный сред­ний и уско­рен­ный темп речи, воз­мож­но так­же созда­ние под­тек­ста путем наме­рен­ных нару­ше­ний в стан­дарт­ных спо­со­бах оформ­ле­ния инто­на­ци­он­но­го контура.

В инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ских и ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах веду­щий может под­креп­лять инфор­ма­цию с помо­щью невер­баль­ных средств ком­му­ни­ка­ции. Как пра­ви­ло, в таких про­грам­мах веду­щий сидит за сто­лом, каме­ра пока­зы­ва­ет его сред­ним и круп­ным пла­ном, т. е. он может исполь­зо­вать жесты и мими­ку. Важ­но, что­бы мими­ка и жесты согла­со­вы­ва­лись с про­со­ди­че­ски­ми сиг­на­ла­ми и соб­ствен­но вер­баль­ной инфор­ма­ци­ей. Одна­ко наме­рен­ный дис­со­нанс меж­ду мими­кой или жестом и сло­вом, как и спла­ни­ро­ван­ное нару­ше­ние инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра, слу­жит пре­крас­ным спо­со­бом созда­ния подтекста.

Непод­го­тов­лен­ная моно­ло­ги­че­ская речь жур­на­ли­стов, рабо­та­ю­щих в эфи­ре, как пра­ви­ло, ква­зис­пон­тан­на. Все­гда суще­ству­ет сце­на­рий сюже­та или пере­да­чи, где зафик­си­ро­ва­ны основ­ные пово­ро­ты сюже­та, а в ряде слу­ча­ев и клю­че­вые фра­зы теле­ве­ду­щих. В новост­ных про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог воз­мо­жен толь­ко в экс­трен­ных слу­ча­ях во вре­мя пря­мо­го вклю­че­ния, когда жур­на­ли­сты пере­да­ют репор­та­жи из горя­чих точек, с места про­ис­ше­ствия и т. д.

Основ­ной отли­чи­тель­ный при­знак спон­тан­ной речи — нали­чие пауз хези­та­ции [Ано­щен­ко­ва 1982: 55]. В спон­тан­ной и ква­зис­пон­тан­ной речи веду­щих их нали­чие оправ­дан­но, но мы пола­га­ем, что коли­че­ство хези­та­ций в медиа­ре­чи не долж­но пре­вы­шать 20–25 % от всех типов пауз, про­цент вока­ли­за­ций (м‑м, а‑а) в речи про­фес­си­о­на­ла дол­жен быть мини­ма­лен, а пау­зы коле­ба­ния долж­ны быть либо запол­нен­ны­ми, либо без­звуч­ны­ми и по воз­мож­но­сти сов­па­дать с меж­ситн­таг­мен­ны­ми и межфразовыми.

Рас­смот­рим при­мер пря­мо­го вклю­че­ния из Санкт-Петер­бур­га, кор­ре­спон­дент рас­ска­зы­ва­ет о дей­стви­ях маши­ни­ста, управ­ляв­ше­го соста­вом мет­ро, в кото­ром про­изо­шел теракт.

В ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог часто пред­ва­ря­ет и / или завер­ша­ет дис­кус­сию на акту­аль­ную тему. В раз­вле­ка­тель­ных про­грам­мах ква­зис­пон­тан­ный моно­лог исполь­зу­ет­ся часто, име­ет ярко выра­жен­ную раз­го­вор­ную окрас­ку и созда­ет атмо­сфе­ру живо­го, непри­нуж­ден­но­го обще­ния теле­ве­ду­ще­го со зри­те­ля­ми в сту­дии и у телеэкранов.

В целом для каче­ствен­но­го спон­тан­но­го и ква­зис­пон­тан­но­го моно­ло­га в ана­ли­ти­че­ских про­грам­мах характерны:

  • ней­траль­ная инто­на­ция с боль­шей, в срав­не­нии с под­го­тов­лен­ной речью, вари­а­тив­но­стью мелодики;
  • исполь­зо­ва­ние ней­траль­но­го и экс­прес­сив­но окра­шен­но­го логи­че­ско­го ударения;
  • сред­ний и уско­рен­ный темп речи; вари­а­тив­ность тем­па дости­га­ет­ся путем исполь­зо­ва­ния пауз раз­лич­но­го типа, в том чис­ле логи­че­ских и психологических.

Жур­на­ли­сты в худо­же­ствен­ных, раз­вле­ка­тель­ных, позна­ва­тель­ных и спор­тив­ных про­грам­мах акти­ви­зи­ру­ют все язы­ко­вые воз­мож­но­сти для созда­ния выра­зи­тель­но­сти, образ­но­сти, исполь­зу­ют все экс­прес­сив­ные воз­мож­но­сти про­со­ди­че­ских средств. Зву­ча­щая речь про­фес­си­о­на­лов харак­те­ри­зу­ет­ся слож­но­стью инто­на­ци­он­но­го кон­ту­ра, боль­шим тональ­ным диа­па­зо­ном, вари­а­тив­но­стью гром­ко­сти, богат­ством логи­че­ских и пси­хо­ло­ги­че­ских пауз, уме­рен­но­стью пауз хези­та­ции и пре­об­ла­да­ни­ем ней­траль­ных меж­син­таг­мен­ных и меж­фра­зо­вых пауз при отсут­ствии дик­тор­ских пауз. Темп речи в основ­ном сред­ний, в спор­тив­ном ком­мен­та­рии — уско­рен­ный, вариативный.

С помо­щью средств про­со­дии теле­жур­на­ли­сты могут создать иллю­зию спон­тан­но­сти речи. Бла­го­да­ря пони­же­нию ско­ро­сти про­из­не­се­ния слов, дли­тель­но­сти пауз и раз­но­об­ра­зия спо­со­бов пау­зи­ро­ва­ния (при отсут­ствии дик­тор­ских пауз и нали­чии неболь­шо­го коли­че­ства пауз хези­та­ции), вслед­ствие исполь­зо­ва­ния уси­лен­но­го логи­че­ско­го уда­ре­ния даже зара­нее напи­сан­ные и отре­пе­ти­ро­ван­ные тек­сты в испол­не­нии опыт­но­го жур­на­ли­ста зву­чат сво­бод­но, как бы рож­да­ясь в момент речи.

Нахо­дясь в кад­ре, жур­на­лист, исполь­зуя сред­ства пара­линг­ви­сти­ки, может при­влечь вни­ма­ние зри­те­лей к логи­ке рас­суж­де­ния: под­черк­нуть зна­чи­мость наи­бо­лее важ­ных слов, тези­сов, дока­за­тельств с помо­щью жестов и прок­се­ми­ки, пере­дать свое отно­ше­ние к ска­зан­но­му бла­го­да­ря мими­ке. Дис­со­нанс вер­баль­ных и невер­баль­ных ком­по­нен­тов явля­ет­ся одним из самых выра­зи­тель­ных спо­со­бов созда­ния под­тек­ста и для инти­ми­за­ции речи (невер­баль­ные сиг­на­лы слов­но бы пред­на­зна­че­ны для избран­ных: «уж мы-то с вами зна­ем»). Если жан­ро­вые осо­бен­но­сти про­грам­мы пред­по­ла­га­ют неофи­ци­аль­ность обще­ния «жур­на­лист — ауди­то­рия», веду­щий может заме­нить сло­во выра­зи­тель­ным жестом, мими­кой, телодвижением.

Выво­ды. Пони­ма­ние спе­ци­фи­ки медиа­ре­чи, ее типо­ло­гии и состав­ля­ю­щих экран­но­го кон­тек­ста дает воз­мож­ность гра­мот­но исполь­зо­вать выра­зи­тель­ные воз­мож­но­сти про­со­дии в зави­си­мо­сти от типа речи и жан­ро­вых осо­бен­но­стей жур­на­лист­ских мате­ри­а­лов и фор­му­ли­ро­вать прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по напи­са­нию и озву­чи­ва­нию тек­стов для медиаэфира.

Осо­бен­но­сти про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния совре­мен­ной медиа­ре­чи опре­де­ля­ют­ся, во-пер­вых, типом речи (моно­ло­ги­че­ская / диа­ло­ги­че­ская, под­го­тов­лен­ная / спон­тан­ная, тща­тель­ная / непри­нуж­ден­ная, в кад­ре / за кад­ром), во-вто­рых, зако­на­ми жан­ра и фор­ма­том про­грам­мы, в‑третьих, инди­ви­ду­аль­ной мане­рой гово­рить и ими­джем само­го жур­на­ли­ста. Ком­би­на­ция типов речи опре­де­ля­ет соот­вет­ству­ю­щий набор при­е­мов про­со­ди­че­ско­го оформ­ле­ния, кото­рый затем кор­рек­ти­ру­ет­ся в соот­вет­ствии с фор­ма­том и жан­ро­вы­ми осо­бен­но­стя­ми программы.

Необ­хо­ди­мо обра­щать вни­ма­ние буду­щих жур­на­ли­стов на функ­ци­о­ни­ро­ва­ние в речи эле­мен­тов про­со­дии, гово­рить о нор­ма­тив­ном исполь­зо­ва­нии и выра­зи­тель­ных воз­мож­но­стях инто­на­ци­он­но­го чле­не­ния, син­таг­ма­ти­че­ско­го и логи­че­ско­го уда­ре­ния, раз­но­го типа пауз. Это часть прак­ти­че­ской сти­ли­сти­ки зву­ча­щей речи, тот инстру­мен­та­рий, кото­рый тре­бу­ет­ся муль­ти­ме­дий­но­му жур­на­ли­сту вне зави­си­мо­сти от его основ­ной спе­ци­а­ли­за­ции. Важ­но осо­зна­вать, что речь жур­на­ли­ста, рабо­та­ю­ще­го в эфи­ре, рас­счи­та­на на неод­но­род­ную по соста­ву, уров­ню обра­зо­ва­ния ауди­то­рию, кото­рая по-преж­не­му вос­при­ни­ма­ет теле­ви­зи­он­ную речь как обра­зец рус­ской зву­ча­щей речи. Жур­на­лист несет ответ­ствен­ность не толь­ко за содер­жа­ние сво­е­го сооб­ще­ния, но и за его зву­ко­вое вопло­ще­ние. Под­го­тов­лен­ный к рабо­те в меди­а­эфи­ре автор выби­ра­ет модель зву­ча­ще­го тек­ста в зави­си­мо­сти от фор­ма­та про­грам­мы и меди­а­но­си­те­ля и зна­ет, какие сред­ства про­со­дии обес­пе­чи­ва­ют мак­си­маль­но эффек­тив­ную коммуникацию.

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 сен­тяб­ря 2017 г.;
реко­мен­до­ва­на в печать 25 октяб­ря 2017 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018