Среда, Ноябрь 20Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

РАЗНОТИПНЫЕ ИНТЕРТЕКСТЕМЫ В ЖУРНАЛИСТСКОМ ТЕКСТЕ: ОПЫТ ФУНКЦИОНАЛЬНОГО ОПИСАНИЯ

В статье рассматривается способ построения журналистского текста через цитатный материал. Разные типы цитат соотносят текст с реальной действительностью и с культурой, организуя особый способ представления авторской и чужой речи и делая медиатекст полифоничным. Выделяются, характеризуются и сопоставляются функции актуальных и культурологических интертекстем, устанавливаются их общие и особенные семантические роли. Доказывается, что в реальной жизни текста разнотипные интертекстемы взаимодействуют, пересекаются, переходят из одной группы в другую. Поэтому интертекстемы любого типа являются полифункциональным феноменом. 

VARIOUS TYPES OF INTERTEXTEMES
IN JOURNALISTIC TEXTS: A FUNCTIONAL DESCRIPTION 

The paper discusses the way to construct the journalistic text through citations. Various types of citations refer the text to the reality and culture in order to represent specifically the addressee’s and other agents’ speech and to make the text more polyphonic. The author characterizes and compares the functions of actual and cultural intertextemes and reveals their common and specific semantic roles. The paper claims that in the real life intertextemes of various types interact, coincide and transfer from one group to another. That is why intertextemes of any type are a polyfunctional phenomenon.

 

Мария Юрьевна Казак, доктор филологических наук, профессор кафедры журналистики Белгородского государственного национального исследовательского университета 

E-mail: kazak@bsu.edu.ru

Анна Алексеевна Махова, ассистент кафедры русского языка и профессионально-речевой коммуникации Белгородского государственного национального исследовательского университета 

E-mail: aulova_a@bsu.edu.ru

Maria Yurievna Kazak, PhD, Professor of the Journalism Department, Belgorod State National Research University 

E-mail: kazak@bsu.edu.ru 

Makhova Anna Alekseevna, Assistant of Department of the Russian Language and Professional Speech Communication, Belgorod State National Research University

E-mail: aulova_a@bsu.edu.ru

Казак М. Ю., Махова А. А. Разнотипные интертекстемы в журналистском тексте: опыт функционального описания // Медиалингвистика. 2015. № 2 (8). С. 93–103. URL: https://medialing.ru/raznotipnye-intertekstemy-v-zhurnalistskom-tekste-opyt-funkcionalnogo-opisaniya/ (дата обращения: 20.11.2019).

Kazak М. Yu., Makhova А. А. Various types of intertextemes in journalistic text: a functional description // Media Linguistics, 2015, No. 2 (8), pp. 93–103. Available at: https://medialing.ru/raznotipnye-intertekstemy-v-zhurnalistskom-tekste-opyt-funkcionalnogo-opisaniya/ (accessed: 20.11.2019). (In Russian)

УДК 811.161.1,1:07 
ББК 81.2 Р 
ГРНТИ 16.01.45 
КОД ВАК 10.02.01; 10.01.10

Диа­ло­гич­ность, поли­фо­нич­ность, поли­субъ­ект­ность, вто­рич­ность — фун­да­мен­таль­ные свой­ства жур­на­лист­ско­го тек­ста [см.: Дус­ка­е­ва 2012], тес­но сопря­га­ю­щи­е­ся с дру­гой онто­ло­ги­че­ской чер­той газет­ных пуб­ли­ка­ций — интер­тек­сту­аль­но­стью. Осно­ва­ни­ем для сбли­же­ния дан­ных кате­го­рий слу­жит откры­тость совре­мен­ных меди­а­тек­стов по отно­ше­нию к реаль­ной дей­стви­тель­но­сти, куль­ту­ре и дру­гим тек­стам, что, в свою оче­редь, объ­ек­ти­ви­ру­ет­ся в отсыл­ках к пер­во­тек­стам, в соот­но­ше­нии автор­ско­го и «чужо­го» сло­ва, смене субъ­ек­тов речи. В совре­мен­ных иссле­до­ва­ни­ях откры­тость тек­стов СМИ уста­нав­ли­ва­ет­ся на содер­жа­тель­но-смыс­ло­вом, ком­по­зи­ци­он­но-струк­тур­ном и зна­ко­вом уров­нях и сопря­га­ет­ся с мас­сме­дий­ной интер­тек­сту­аль­но­стью [Казак 2014; Чер­няв­ская 2013]. Не всту­пая в дис­кус­сию о содер­жа­нии столь мно­го­гран­но­го явле­ния, каким явля­ет­ся интер­тек­сту­аль­ность, отме­тим лишь инте­ре­су­ю­щий нас аспект, когда интер­тек­сту­аль­ность пони­ма­ет­ся как цитат­ность (в широ­ком смыс­ле сло­ва) и пред­ста­ет в жур­на­лист­ском тек­сте в виде раз­но­род­ных вкрап­ле­ний (цита­ты, реми­нис­цен­ции, аллю­зии, пара­фра­зы), или интер­тек­с­тем, кото­рые по-раз­но­му вклю­ча­ют­ся в тек­сто­вые струк­ту­ры и раз­лич­но воз­дей­ству­ют на интел­лект и память мас­со­вой ауди­то­рии (рабо­ты Р. Бар­та, Б. М. Гас­па­ро­ва, Ж. Дер­ри­да, Н. А. Кузь­ми­ной, В. В. Крас­ных, Ю. Кри­сте­вой, А. А. Негры­ше­ва, Н. Пье­ге-Гро, Н. А. Фате­е­вой, В. Е. Чер­няв­ской и др.).

Авто­ры тер­ми­на, В. М. Мок­и­ен­ко и К. П. Сидо­рен­ко, отно­сят к интер­тек­с­те­мам такие стро­е­вые тек­сто­вые эле­мен­ты («реля­ци­он­ные сег­мен­ты»), кото­рые отсы­ла­ют к дру­гим тек­стам и при этом обла­да­ют сте­рео­ти­пи­зи­ро­ван­но­стью, вос­про­из­во­ди­мо­стью, частот­но­стью, сти­ли­сти­че­ской мар­ки­ро­ван­но­стью [Мок­и­ен­ко, Сидо­рен­ко 1999: 22]. Для нас интер­тек­с­те­ма — более широ­кое поня­тие, явля­ю­ще­е­ся родо­вым по отно­ше­нию (1) к тра­ди­ци­он­ным цита­там, вовле­ка­ю­щим в тек­сто­вое про­стран­ство выска­зы­ва­ния, мне­ния, оцен­ки наших совре­мен­ни­ков, и (2) к куль­тур­ным зна­кам, отсы­ла­ю­щим к широ­ко­му миро­во­му и наци­о­наль­но­му куль­тур­но­му фон­ду. Для пер­во­го типа цитат пред­ла­га­ет­ся тер­мин «акту­аль­ные интер­тек­с­те­мы», для вто­ро­го типа — «куль­ту­ро­ло­ги­че­ские интер­тек­с­те­мы».

Объ­ек­том цити­ро­ва­ния для акту­аль­ных интер­тек­с­тем высту­па­ет сама окру­жа­ю­щая реаль­ность, речи поли­ти­ков и обще­ствен­ных дея­те­лей, мне­ния экс­пер­тов и про­фес­си­о­на­лов, раз­лич­ные источ­ни­ки инфор­ма­ции. Имен­но эти цита­ты и ссыл­ки фор­ми­ру­ют в инфор­ма­ци­он­ных и ана­ли­ти­че­ских жан­рах жур­на­ли­сти­ки фак­то­ло­ги­че­ский, пред­мет­но-логи­че­ский, опи­са­тель­ный, «содер­жа­тель­но-фак­ту­аль­ный» [Галь­пе­рин 1981] слой тек­ста, предъ­яв­ляя «чужое» сло­во, т. е. мне­ние и пози­цию сво­е­го совре­мен­ни­ка, в виде пря­мой или транс­фор­ми­ро­ван­ной цита­ты, обыч­но с точ­ной адре­са­ци­ей. Одно из глав­ных пред­на­зна­че­ний таких цитат — точ­ное вос­про­из­ве­де­ние чьих-либо слов из уст­ной речи или дослов­ная выдерж­ка из тек­стов в пись­мен­ной фор­ме с целью под­твер­жде­ния каких-либо дово­дов или сооб­ра­же­ний. Ком­плекс­ный ана­лиз дан­но­го типа интер­тек­с­тем [см.: Вар­чен­ко 2007; Негры­шев 2009] опи­ра­ет­ся на гла­го­лы гово­ре­ния, в семан­ти­ке кото­рых «име­ют­ся ком­по­нен­ты, опи­сы­ва­ю­щие цель гово­ре­ния» [Кобо­зе­ва 2000: 263], кото­рые харак­те­ри­зу­ют мане­ру речи, настро­е­ние гово­ря­ще­го, отно­ше­ние авто­ра пуб­ли­ка­ции к той или иной цита­те или пуб­лич­но­му лицу: ска­зал, доба­вил, вос­клик­нул, заявил, похва­лил, при­знал, ого­во­рил­ся, уточ­нил, напом­нил, ука­зал и др.: На вопрос о том, как Путин отно­сит­ся к вер­сии о том, что оли­гар­ха мог­ли устра­нить ино­стран­ные спец­служ­бы, он усмех­нул­ся: «С них ста­нет­ся» (Рос. газе­та. 2013. 26 апр.).

Вто­рой интер­тек­сту­аль­ный слой в газе­те — цита­ты, фор­ми­ру­ю­щие обра­зы, экс­прес­сив­ные оцен­ки, «содер­жа­тель­но-кон­цеп­ту­аль­ную инфор­ма­цию» (по И. Р. Галь­пе­ри­ну). Это цита­ты, обла­да­ю­щие линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ской цен­но­стью и апел­ли­ру­ю­щие к худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ре, искус­ству, исто­ри­че­ским собы­ти­ям и соци­аль­но­му опы­ту чело­ве­че­ства. Дан­ный цитат­ный фонд опи­сы­ва­ет­ся в науч­ной лите­ра­ту­ре через мно­го­чис­лен­ные тер­ми­ны, кото­рые нахо­дят­ся меж­ду собой в отно­ше­ни­ях тож­де­ства, вклю­че­ния или пере­се­че­ния: «интер­текст» (И. В. Арнольд, Г. В. Дени­со­ва, Н. А. Фате­е­ва), «интер­тек­с­те­ма» (В. М. Мок­и­ен­ко, К. П. Сидо­рен­ко, Е. А. Попо­ва), «тек­сто­вая реми­нис­цен­ция» (А. Е. Супрун, Г. Г. Слыш­кин), «фигу­ры речи» (В. П. Моск­вин, Г. В. Боб­ров­ская), «лого­эпи­сте­ма» (В. Г. Косто­ма­ров, Н. Д. Бур­ви­ко­ва), «пре­це­дент­ный текст» (Ю. Н. Кара­у­лов), «пре­це­дент­ный фено­мен», «куль­тур­ный знак» (Д. Б. Гуд­ков, В. В. Крас­ных), «рече­вые кли­ше» (М. А. Крон­гауз), «цита­ция» (Е. А. Зем­ская), «цитат­ное пись­мо» (С. И. Сме­та­ни­на). Пред­став­ляя собой раз­но­род­ный мате­ри­ал из раз­ных исто­ри­че­ских эпох и куль­тур­ных пла­стов, куль­ту­ро­ло­ги­че­ские интер­тек­с­те­мы обла­да­ют раз­лич­ной сте­пе­нью вос­про­из­во­ди­мо­сти и узна­ва­е­мо­сти целе­вой ауди­то­ри­ей. Поэто­му суще­ствен­ным для их ана­ли­за явля­ет­ся диф­фе­рен­ци­а­ция тек­стов на «силь­ные» и «сла­бые» (В. Н. Топо­ров), что отча­сти соот­но­сит тео­рию интер­тек­сту­аль­но­сти с тео­ри­ей пре­це­дент­но­сти. На сего­дня в оте­че­ствен­ной линг­ви­сти­ке нет еди­но­го мне­ния о соот­но­ше­нии ана­ли­зи­ру­е­мых поня­тий, и в боль­шин­стве иссле­до­ва­ний чет­кой гра­ни­цы меж­ду ними не про­во­дит­ся. Мы исхо­дим из того, что явле­ние пре­це­дент­но­сти явля­ет­ся одной из раз­но­вид­но­стей интер­тек­сту­аль­но­сти, оно свя­за­но с поня­ти­ем силь­но­го тек­ста, обла­да­ю­ще­го куль­тур­ной зна­чи­мо­стью для язы­ко­вой лич­но­сти и носи­те­лей язы­ка в целом, и с поня­ти­ем «тек­стов вли­я­ния» [Кузь­ми­на 2011], попу­ляр­ность кото­рых тех­ни­че­ски под­дер­жи­ва­ет­ся сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции.

Деле­ние тек­стов на силь­ные и сла­бые обу­слов­ли­ва­ет диа­па­зон струк­тур­но-семан­ти­че­ско­го варьи­ро­ва­ния куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем, посколь­ку агно­ни­мич­ные, мало­зна­ко­мые мас­со­вой ауди­то­рии интер­тек­с­те­мы тре­бу­ют допол­ни­тель­ных све­де­ний, необ­хо­ди­мых чита­те­лю для деко­ди­ро­ва­ния глу­бин­ных тек­сто­вых смыс­лов. Пре­це­дент­ные тек­сты, обла­да­ю­щие свой­ством частот­но­сти и вос­про­из­во­ди­мо­сти, реже атри­бу­ти­ру­ют­ся отсыл­ка­ми к пер­во­ис­точ­ни­ку, вклю­ча­ясь в новый текст в виде раз­лич­ных струк­тур­но-семан­ти­че­ских транс­фор­мов. Глав­ное в пре­це­ден­те — при любом изме­не­нии цита­ты сохра­нить узна­ва­е­мость фор­мы: При­вет, ору­жие (Рос. газе­та. 2008. 26 мая); Пере­ме­ны на Запад­ном фрон­те (Нов. газе­та. 2014. 26 июля); Лесо­по­вал в сво­ем гла­зу (Моск. комс. 2014. 22 июля); «Мистраль» раз­до­ра (Нов. изв. 2014. 23 июля); Небес­ный быст­ро­ход (Рос. газе­та. 2014. 24 июля). Как пока­зы­ва­ет при­вле­чен­ный мате­ри­ал, пере­чень газет, акту­а­ли­зи­ру­ю­щих в заго­лов­ках интер­тек­сту­аль­ные свя­зи, очень широ­кий, и в этом спис­ке пред­став­ле­ны раз­но­тип­ные изда­ния, как каче­ствен­ные, так и мас­со­вые, что под­твер­жда­ет вос­тре­бо­ван­ность пре­це­ден­тов в совре­мен­ных СМИ. Так, в заго­лов­ках теле­обо­зре­ва­те­ля «Новой газе­ты» Ири­ны Пет­ров­ской реа­ли­зу­ет­ся палит­ра интер­тек­сту­аль­ных смыс­лов, ср.: Дух манья­ка бро­дит и бро­дит по теле­ви­зо­ру (2013. 1 окт.); Скор­би час, поте­хе вре­мя (2013. 21 нояб­ря); О дря­ни (2014. 13 февр.); Цирк уехал — ком­мен­та­то­ры оста­лись (2014. 27 февр.); Спо­кой­ной ночи, кибаль­чи­ши (2014. 13 мар­та); «Ост­ров Крым» дру­го­го Аксе­но­ва (2014. 21 мар­та); Цвет и тени нации. Герои наше­го и не наше­го вре­ме­ни на экра­нах ТВ (2014. 16 июня); А «Дождь» идет? А «дождь» идет (2014. 11 июля); Нам ли с вами роди­ну делить (2014. 31 июля). Вме­сте с тем, учи­ты­вая фоно­вые зна­ния сво­ей ауди­то­рии, газе­ты и жур­на­лы экс­плу­а­ти­ру­ют хре­сто­ма­тий­ные тек­сты, песен­ные фра­зы, кры­ла­тые выра­же­ния, кли­ше, реклам­ные сло­га­ны. Сам фено­мен пре­це­дент­но­сти высту­па­ет спе­ци­фи­че­ским кон­гло­ме­ра­том гото­вых обра­зов, оце­нок, норм и свое­об­раз­ным сре­зом, пока­за­те­лем куль­тур­но­го состо­я­ния обще­ства.

В насто­я­щем иссле­до­ва­нии функ­ци­о­наль­ные роли акту­аль­ных и куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем опре­де­ля­лись по их ком­по­нов­ке в жур­на­лист­ских текстах, по семан­ти­че­ско­му соот­но­ше­нию автор­ско­го и «чужо­го» голо­са, ком­мен­та­ри­ям как авто­ра тек­ста, так и геро­ев пуб­ли­ка­ции, по гла­голь­ной лек­си­ке, модаль­ным и экс­прес­сив­ным кон­струк­ци­ям. Пред­ва­ри­тель­ное закреп­ле­ние одно­го типа цитат за фак­том, а дру­го­го — за обра­зом воз­мож­но на пер­вом шаге ана­ли­за. Сопо­став­ле­ние функ­ци­о­наль­но­го диа­па­зо­на акту­аль­ных и куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем пока­зы­ва­ет, что и те, и дру­гие спо­соб­ны выпол­нять самые раз­ные смыс­ло­вые роли, начи­ная от инфор­ма­тив­ной и закан­чи­вая эсте­ти­че­ской, игро­вой, раз­вле­ка­тель­ной функ­ци­ей, и лишь неко­то­рые из них закреп­ля­ют­ся за опре­де­лен­ным типом интер­тек­с­тем:

Функ­цияАкту­аль­ные интер­тек­с­те­мыКуль­ту­ро­ло­ги­че­ские интер­тек­с­те­мы
Инфор­ма­тив­ная функ­ция++
Апел­ля­тив­ная функ­ция++
Аргу­мен­та­тив­ная функ­ция++
Мета­со­бы­тий­ная функ­ция++
Функ­ция акцен­ти­ро­ва­ния вни­ма­ния++
Экс­прес­сив­но-оце­ноч­ная функ­ция++
Линг­во­кре­а­тив­ная функ­ция++
Пароль­ная функ­ция-+
Фати­че­ская функ­ция-+
Функ­ция пиар-про­дви­же­ния+-
Функ­ция под­ме­ны ответ­ствен­но­сти+-

Оха­рак­те­ри­зу­ем сов­па­да­ю­щие функ­ции раз­но­тип­ных интер­тек­с­тем.

Инфор­ма­тив­ная функ­ция. Если рас­смот­реть цитат­ный мате­ри­ал на шка­ле частот­но­сти, то нель­зя не отме­тить, что инфор­ма­тив­ная функ­ция явля­ет­ся одной из глав­ных в пред­на­зна­че­нии акту­аль­ных интер­тек­с­тем, в то же вре­мя реа­ли­за­ция этой функ­ции куль­ту­ро­ло­ги­че­ски­ми интер­тек­с­те­ма­ми тре­бу­ет осо­бых усло­вий и не отно­сит­ся к основ­ным. В кру­гу акту­аль­ных цитат инфор­ма­тив­ная функ­ция свя­за­на с опе­ри­ро­ва­ни­ем инфор­ма­ции, отра­жа­ю­щей акту­аль­ные, зло­бо­днев­ные собы­тия сего­дняш­не­го дня, она наце­ле­на на пере­да­чу досто­вер­ной инфор­ма­ции. Куль­ту­ро­ло­ги­че­ские интер­тек­с­те­мы так­же могут номи­ни­ро­вать собы­тия — исто­ри­че­ские, имев­шие место, или совре­мен­ные, соот­вет­ству­ю­щие теку­ще­му момен­ту, ср.: Шаля­пин, Бунин, Цве­та­е­ва, Набо­ков всей душой люби­ли Рос­сию, поды­ха­ли от носталь­гии (Моск. комс. 2014. 1 окт.); Пер­вое, что бро­си­лось в гла­за, — вос­тор­жен­ные стро­ки… Вот послед­ний куп­лет: «Имя Ста­ли­на в веках будет жить…» (Там же). Одна­ко очень часто сооб­ще­ние новых све­де­ний, иллю­стри­ро­ва­ние мыс­лей, пояс­не­ние, допол­не­ние или рас­ши­ре­ние тези­сов через куль­тур­ные зна­ки ослож­ня­ет­ся раз­лич­ны­ми кон­но­та­ци­я­ми. Напри­мер: Сре­да ста­ла важ­ным днем для совет­ско­го интел­ли­ген­та. По сре­дам выхо­ди­ла «Лите­ра­тур­ка». Но… При­шли иные вре­ме­ни. Взо­шли иные име­на. И «Лите­ра­тур­ка» посте­пен­но ста­ла исче­зать (Там же).

Апел­ля­тив­ная функ­ция, кото­рая осу­ществ­ля­ет­ся через обра­ще­ние к авто­ри­тет­ным источ­ни­кам / авто­рам, пред­став­ле­на в про­стран­стве как акту­аль­ных, так и куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем. И если тех­ни­ка предъ­яв­ле­ния авто­ри­тет­ных мне­ний в них сов­па­да­ет, то раз­ны­ми ока­зы­ва­ют­ся сами источ­ни­ки. Акту­аль­ные цита­ты-апел­ля­ти­вы отсы­ла­ют к реаль­ным людям: пред­ста­ви­те­лям вла­сти, экс­пер­там, оче­вид­цам, участ­ни­кам собы­тий и т. п. В интер­тек­с­те­мах-апел­ля­ти­вах часто исполь­зу­ет­ся обоб­щен­ная фор­ма предъ­яв­ле­ния чужой речи: экс­пер­ты счи­та­ют, Мини­стер­ство энер­ге­ти­ки вво­дит режим пред­опла­ты, США не при­зна­ют ито­ги рефе­рен­ду­мов на восто­ке Укра­и­ны (Неза­вис. газе­та. 2014. 11 мая); Про­ку­ра­ту­ра Швей­цар­ской кон­фе­де­ра­ции в Берне сооб­щи­ла на про­шлой неде­ле, что забло­ки­ро­ва­ла акти­вы на сум­му 170 мил­ли­о­нов (Нов. газе­та. 2014. 12 мая). В отли­чие от пер­во­го типа цитат, куль­ту­ро­ло­ги­че­ские цита­ты-апел­ля­ти­вы обра­ща­ют­ся к выска­зы­ва­ни­ям вели­ких мыс­ли­те­лей, Биб­лии, фольк­ло­ру, народ­но­му эпо­су, худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ре, исто­ри­че­ским собы­ти­ям: И поче­му-то одо­ле­ва­ют чер­ные мыс­ли… Как быть? Кто посо­ве­ту­ет? А Пуш­кин на что? <…> Откры­ваю наугад, читаю: «Как мыс­ли чер­ные к тебе при­дут — Отку­по­ри шам­пан­ско­го бутыл­ку Иль пере­чти «Женить­бу Фига­ро»!» (Моск. комс. 2014. 6 июня).

Аргу­мен­та­тив­ная функ­ция явля­ет­ся одной из веду­щих в соста­ве всех типов интер­тек­с­тем. Обос­но­вы­вая свои тези­сы, взгля­ды, оцен­ки, жур­на­ли­сты неред­ко вво­дят в каче­стве дока­за­тель­ства акту­аль­ный и куль­ту­ро­ло­ги­че­ский мате­ри­ал. Наи­бо­лее ярко эта функ­ция пред­ста­ет тогда, когда стал­ки­ва­ют­ся раз­ные точ­ки зре­ния и через ком­би­на­цию интер­тек­с­тем они всту­па­ют в кон­фрон­та­цию или, напро­тив, допол­ня­ют друг дру­га. Так, дока­за­тель­ная струк­ту­ра ста­тьи «СУПЕРСТАР. Воз­раст­ная дис­кри­ми­на­ция ста­но­вит­ся соци­аль­ной про­бле­мой» (Рос. газе­та. 2008. 24 мая) выстра­и­ва­ет­ся с опо­рой на мно­го­чис­лен­ные «чужие голо­са» и раз­лич­ные точ­ки зре­ния: На сай­тах ком­па­ний и газет­ных поло­сах в раз­де­ле «Вакан­сии» то и дело мож­но про­чи­тать: «Тре­бу­ют­ся спе­ци­а­ли­сты, опыт рабо­ты от года, воз­раст от 20 до 25 лет»; По сло­вам началь­ни­ка Отде­ла инфор­ма­ции Гос­служ­бы заня­то­сти насе­ле­ния; Одной из при­чин нега­тив­но­го отно­ше­ния к пожи­лым людям, убеж­денаме­ри­кан­ский герон­то­лог Роберт Бат­лер, явля­ет­ся неосо­знан­ный страх перед болез­ня­ми, ста­ро­стью, бес­по­мощ­но­стью и смер­тью; Про­рек­тор Выс­шей шко­лы эко­но­ми­ки Татья­на Чет­вер­ни­на убеж­де­на, что в стар­шем поко­ле­нии скон­цен­три­ро­ва­на зна­чи­тель­ная часть ква­ли­фи­ци­ро­ван­ной рабо­чей силы; гово­рит веду­щий спе­ци­а­лист Цен­тра соци­аль­но-тру­до­вых прав Петр Бизю­ков; Юрий Ива­но­вич обра­тил­ся в суд; Суд поста­но­вил взыс­кать с ответ­чи­ка мате­ри­аль­ный вред; часть спе­ци­а­ли­стов убеж­де­на, что без повы­ше­ния пен­си­он­но­го воз­рас­та в Рос­сии не обой­тись; юри­сты реко­мен­ду­ют запи­сы­вать бесе­ду с кад­ро­ви­ком на дик­то­фон; в мос­ков­ской город­ской Думе гото­вит­ся новый закон о заня­то­сти; На вопрос кор­ре­спон­ден­та, отве­ти­ли (Рос. газе­та. 2008. 14 мая). Текст постро­ен таким обра­зом, что каж­дый новый абзац вво­дит ново­го пер­со­на­жа или пред­ла­га­ет иной взгляд на про­бле­му заня­то­сти стар­ше­го поко­ле­ния через цита­ты, каж­дая из кото­рых либо про­ти­во­ре­чит преды­ду­щей, либо слу­жит аргу­мен­том для дру­гой цита­ты.

Дей­ствие аргу­мен­та­тив­ной функ­ции куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем мы свя­зы­ва­ем с уси­ле­ни­ем дока­за­тель­ной состав­ля­ю­щей тек­ста, с исполь­зо­ва­ни­ем кон­т­ар­гу­мен­тов при столк­но­ве­нии мне­ний. Так, инфор­ма­ци­он­ным пово­дом пуб­ли­ка­ции «Визит на выход­ные к бабуш­ке» (Изв. 2014. 3 июля) ста­ло заяв­ле­ние Госде­пар­та­мен­та США, в кото­ром гово­рит­ся: «В заяв­ле­нии УВКБ ООН не было ска­за­но, что 110 тыс. укра­ин­ских бежен­цев бежа­ли с Укра­и­ны в Рос­сию. Там ска­за­но, что это чис­ло людей, кото­рые в какой-то момент пере­сек­ли гра­ни­цу. Может стать­ся, что они наве­ща­ют бабуш­ку и едут обрат­но». Ста­тья ста­вит целью опро­верг­нуть заяв­ле­ние офи­ци­аль­ных инстан­ций США, для реа­ли­за­ции кото­рой автор при­бе­га­ет к исполь­зо­ва­нию куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем. В ответ на заяв­ле­ние Бело­го дома жур­на­лист при­во­дит свой контр­ар­гу­мент и пред­по­ла­га­ет, что вско­ре Белый дом может объ­явить немец­ко-фашист­ское наступ­ле­ние лет­ней мигра­ци­ей: Они дое­ха­ли, а мно­гие уби­ты. // По бежен­цам стре­ля­ли мес­сер­шмит­ты // И юнкер­сы бом­би­ли поез­да» — тоже было лишь идил­ли­че­ской поезд­кой к бабуш­ке на пиро­ги, а вся­кие выдум­ки — это совет­ская про­па­ган­да. Сове­сти хва­тит. Точ­нее — ее пол­но­го отсут­ствия (Там же).

Мета­со­бы­тий­ная функ­ция реа­ли­зу­ет­ся как в одном, так и в дру­гом типе цитат, одна­ко, по нашим наблю­де­ни­ям, эта функ­ция име­ет боль­ший вес и зна­чи­мость в кру­гу акту­аль­ных интер­тек­с­тем, так как резо­нанс­ные собы­тия и тек­сты все­гда нахо­дят сво­е­го ком­мен­та­то­ра и кри­ти­ка в лице жур­на­ли­ста. Инфор­ма­ци­он­ным пово­дом пуб­ли­ка­ции «Оба­ма ули­чил Рос­сию в „тем­ной так­ти­ке“ на восто­ке Укра­и­ны» (Моск. комс. 2014. 4 июня) ста­ло выступ­ле­ние Бара­ка Оба­мы перед поля­ка­ми на празд­но­ва­нии 25-летия со дня пер­вых «полу­сво­бод­ных выбо­ров» в соци­а­ли­сти­че­ской Поль­ше. Сло­ва пре­зи­ден­та США тем­ная так­ти­ка появ­ля­ют­ся в тек­сте два­жды: в заго­лов­ке и в нача­ле пуб­ли­ка­ции: «После того, как было про­ли­то столь­ко кро­ви, что­бы объ­еди­нить Евро­пу, как мы можем поз­во­лить тем­ной так­ти­ке XX века уста­нав­ли­вать­ся в новом веке?» — заявил пре­зи­дент США Барак Оба­ма. Фра­за аме­ри­кан­ско­го лиде­ра вво­дит­ся пре­ди­ка­та­ми речи (заявив, вещал) и чув­ства (гро­зить), кото­рые, с одной сто­ро­ны, харак­те­ри­зу­ют отно­ше­ние пре­зи­ден­та США к Рос­сии, но, с дру­гой сто­ро­ны, фор­ми­ру­ют оце­ноч­ное вос­при­я­тие ауди­то­рии: Оба­ма при­гро­зил Москве: «Наши сво­бод­ные нации будут еди­ны, так что буду­щие рос­сий­ские про­во­ка­ции могут озна­чать для Рос­сии лишь еще боль­шую изо­ля­цию и поте­ри»; …вещал Барак Оба­ма, решив­ший, оче­вид­но, не вспо­ми­нать, как его стра­на тоже навя­зы­ва­ет свою волю дру­гим суве­рен­ным госу­дар­ствам…

В соста­ве куль­ту­ро­ло­ги­че­ских цитат мета­со­бы­тий­ная функ­ция начи­на­ет рабо­тать, когда жур­на­лист объ­яс­ня­ет смыс­лы вовле­чен­ных в текст интер­тек­с­тем. Ср.: Высоц­ко­го теперь надо пере­во­дить на совре­мен­ный рус­ский. Или точ­нее — для моло­дых рус­ских. Объ­яс­нять, напри­мер, что такое «вре­ме­на куль­та лич­но­сти». Объ­яс­нять, что «отды­хал я в раю»! — это горь­кая иро­ния, и речь идет о ГУЛА­Ге — о катор­ге. Это там вали­ли лес и теря­ли веру, что там гло­та­ли сле­зы, а если пове­зет — сырец (неочи­щен­ный спирт из опи­лок). «Полу­чи­лось, я зря им клей­мен» — надо ли пере­во­дить? «Зря» — это напрас­но; все­го лишь досад­ная ошиб­ка. Но «клей­мен» — такое силь­ное сло­во, что не допус­ка­ет лас­ко­вых тол­ко­ва­ний… (Моск. комс. 2014. 1 окт.).

Функ­ция акцен­ти­ро­ва­ния вни­ма­ния име­ет раз­ный удель­ный вес в про­стран­стве цитат: для куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем она явля­ет­ся доми­нант­ной, посколь­ку интер­тек­сту­аль­ные вклю­че­ния прак­ти­че­ски все­гда при­вле­ка­ют к себе вни­ма­ние ауди­то­рии. Ср.: В строй идут одни «ста­ри­ки» (Рос. газе­та. 2014. 4 авг.); По ком зве­нит Капел­ло? (Моск. комс. 2014. 30 июля); Бонд. Евро­бонд (Рос. газе­та. 2014. 19 июня); США не сда­ет­ся фран­цуз­ский «Мистраль» (Рос. газе­та. 2014. 6 июня); А я Мэри­лин узнаю по поход­ке (Комс. прав­да. 2014. 31 мая). Для акту­аль­ных интер­тек­с­тем дан­ная функ­ция «заклю­ча­ет­ся в фоку­си­ров­ке тех или иных выска­зы­ва­ний, мне­ний, „вер­баль­ных“ поступ­ков поли­ти­ков» [Негры­шев 2009, с. 67]. В отли­чие от сати­ри­че­ской или шут­ли­вой репли­ки, наце­лен­ной на язы­ко­вую игру, основ­ная интен­ция фак­то­ло­ги­че­ской цита­ции — сооб­щить, вычле­нив из цело­го выступ­ле­ния какие-то клю­че­вые фра­зы, обе­ща­ю­щие обще­ствен­ный резо­нанс. Этим при­е­мом жур­на­ли­сты поль­зу­ет­ся доволь­но актив­но. Так, фра­за Вла­ди­ми­ра Пути­на «Хочу поже­лать им при­ят­но­го аппе­ти­та», про­из­не­сен­ная им во вре­мя сам­ми­та G7, была рас­ти­ра­жи­ро­ва­на рос­сий­ски­ми изда­ни­я­ми. Ср.: Вла­ди­мир Путин с юмо­ром отре­а­ги­ро­вал на вопрос жур­на­ли­стов о брюс­сель­ском сам­ми­те стран «боль­шой семер­ки», на кото­ром обсуж­дал­ся кри­зис на Укра­ине и воз­мож­ность ново­го раун­да санк­ций про­тив Рос­сии. — Хочу поже­лать им при­ят­но­го аппе­ти­та, — ска­зал Вла­ди­мир Путин (Изв. 2014. 5 июня); «Хочу поже­лать им при­ят­но­го аппе­ти­та», — отве­тил Путин (Ведом. 2014. 5 июня); «Хочу поже­лать им при­ят­но­го аппе­ти­та», — отве­тил Путин на вопрос жур­на­ли­стов о сво­ем отно­ше­нии к тому, что «боль­шая семер­ка» обсуж­да­ет миро­вые про­бле­мы без уча­стия рос­сий­ско­го лиде­ра (Рос. газе­та. 2014. 5 июня); Отве­чая на вопрос, что он дума­ет по пово­ду того, что за общим сто­лом не ока­за­лось рос­сий­ско­го лиде­ра, Путин, ехид­но при­щу­рив­шись, ска­зал: «Хочу поже­лать им при­ят­но­го аппе­ти­та» (Моск. комс. 2014. 5 июня) и др.

Экс­прес­сив­но-оце­ноч­ная функ­ция явля­ет­ся веду­щей для куль­тур­ных зна­ков, кото­рые при­вно­сят в тек­сты раз­лич­ные эмо­тив­ные оттен­ки и оцен­ки. В соста­ве акту­аль­ных интер­тек­с­тем экс­прес­сив­ную и оце­ноч­ную функ­ции мож­но раз­де­лить, посколь­ку цита­ты вклю­ча­ют­ся не толь­ко в эмо­ци­о­наль­но-оце­ноч­ный кон­текст, но и в рече­вое окру­же­ние с раци­о­наль­ны­ми оцен­ка­ми. Напри­мер, в осо­бом жан­ре «Пись­ма пре­зи­ден­ту», при­над­ле­жа­щем перу обо­зре­ва­те­ля «Мос­ков­ско­го ком­со­моль­ца» Алек­сандра Мин­ки­на, пред­ла­га­ет­ся раз­вер­ну­тый ком­мен­та­рий к одной из пресс-кон­фе­рен­ций Вла­ди­ми­ра Пути­на. Жур­на­лист выде­ля­ет жир­ным шриф­том фраг­мен­ты выступ­ле­ния пре­зи­ден­та, кото­рые при­влек­ли его вни­ма­ние, и затем вво­дит оце­ноч­ный ком­мен­та­рий: Ответ бле­стя­щий. Что тут воз­ра­зишь? Ведь жур­на­ли­сты ниче­го не пони­ма­ют в ирланд­ских бир­жах и англий­ском пра­ве, сидят, кива­ют; Не слиш­ком удач­ный ответ. Полу­ча­ет­ся, что наши мини­стры и депу­та­ты совер­шен­но не пат­ри­о­ты; Из ваших слов сле­ду­ет, буд­то вы нахо­ди­те мини­стров на рын­ке тру­да…; Ска­за­ли вы и про оппо­зи­ци­о­не­ров, кото­рые пыта­ют­ся «кус­нуть глав­но­го»; Ответ, г‑н пре­зи­дент, тянет на целую дис­сер­та­цию и т. д. (Моск. комс. 2013. 19 дек.). Вме­сте с тем нель­зя не при­знать, что оце­ноч­ная функ­ция интер­тек­с­тем сопро­вож­да­ет мно­гие дру­гие функ­ции, фор­ми­руя с ними ком­плекс­ную соци­аль­ную оцен­ку.

При харак­те­ри­сти­ке акту­аль­ных интер­тек­с­тем была выде­ле­на раз­вле­ка­тель­ная функ­ция, кото­рая про­яв­ля­ет­ся в язы­ко­вой игре и пред­став­ле­на в «жел­тых» изда­ни­ях, свет­ских хро­ни­ках, раз­вле­ка­тель­ных руб­ри­ках. Ср.: Алек­сандр Шир­виндт: «Пере­став стро­ить дома, моя жена ста­ла стро­ить меня»; Андже­ли­на Джо­ли: «Я по-преж­не­му пло­хая дев­чон­ка. Озор­ни­ца и шалу­нья!»; Жан­на Эппле: «Я полю­би­ла свой день рож­де­ния»; Ната­лья Ворот­ни­ко­ва: «Певи­ца Нюша вый­дет замуж за про­дю­се­ра»; Ната­лья Ворот­ни­ко­ва: «У Бран­де­са начал­ся кри­зис сред­не­го воз­рас­та» (из свет­ской руб­ри­ки жур­на­ла «7 дней»).

В соста­ве куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем пред­по­чти­тель­нее гово­рить о линг­во­кре­а­тив­ной функ­ции, кото­рая вби­ра­ет в себя игро­вую и раз­вле­ка­тель­ную, но ока­зы­ва­ет­ся шире преды­ду­щих ролей, посколь­ку может фор­ми­ро­вать пуб­ли­ци­сти­че­ские обра­зы. Линг­во­кре­а­тив­ную функ­цию мож­но при­знать одной из глав­ных в пред­на­зна­че­нии куль­тур­ных зна­ков, тес­ней­шим обра­зом свя­зан­ную с экс­прес­сив­но-оце­ноч­ной и эсте­ти­че­ской. Так, в заго­лов­ке «Кри­ши­то кры­то» (Рос. газе­та. 2012. 30 мая), напо­ми­на­ю­щим раз­го­вор­ное выра­же­ние шито-кры­то, зашиф­ро­ва­на фами­лия защит­ни­ка «Зени­та» Доме­ни­ко Кри­ши­то, кото­ро­го обви­ни­ли в мошен­ни­че­стве. Ср. при­е­мы кон­та­ми­на­ции: 1) соеди­не­ние пре­це­дент­ных имен: Досто­ев­ский, допол­нен­ный Горь­ким (Изв. 2014. 2 июня); Асса Каре­ни­на (Рос. газе­та. 2009. 5 июня); Год­зил­ла и Мале­фи­сен­та на стра­же семей­ных усто­ев (Изв. 2007. 17 июня); 2) соеди­не­ние пре­це­дент­но­го име­ни с цита­той из дру­го­го источ­ни­ка / авто­ра: Гоголь и гений чистой кра­со­ты (Рос. газе­та. 2009. 26 мар­та); Итак, они сошлись — Лер­мон­тов и Шала­мов (Изв. 2007. 8 июня); 3) объ­еди­не­ние раз­ных куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем: Бла­го­род­ное семей­ство и геро­и­че­ские коты на фоне «Вре­ме­ни» (Изв. 2009. 23 окт.); На хол­мах Гру­зии — немы­тая Рос­сия (Нов. газе­та. 2009. 14 янв.).

Далее оха­рак­те­ри­зу­ем функ­ции, кото­рые выпол­ня­ют толь­ко лишь акту­аль­ные интер­тек­с­те­мы. Функ­ция пиар-про­дви­же­ния реа­ли­зу­ет­ся через тща­тель­но ото­бран­ный цитат­ный мате­ри­ал, в пози­тив­ном све­те пред­став­ля­ю­щий госу­дар­ствен­ные и ком­мер­че­ские струк­ту­ры, пар­тии, поли­ти­ков и т. п. Напри­мер, в пуб­ли­ка­ции «С 2014 года дети будут болеть мень­ше» гово­рит­ся о том, что с 2014 года детей будут вак­ци­ни­ро­вать про­тив пнев­мо­кок­ко­вой инфек­ции, пред­став­ля­ю­щей серьез­ную угро­зу для детей пер­вых пяти лет жиз­ни. В тек­сте кон­стру­и­ру­ет­ся поло­жи­тель­ное отно­ше­ние не толь­ко и не столь­ко к про­це­ду­ре вак­ци­на­ции, сколь­ко к фир­ме, изго­тов­ля­ю­щей этот пре­па­рат, ее руко­во­ди­те­лям и вла­дель­цу — Вла­ди­ми­ру Пота­ни­ну: Как сооб­щил Гене­раль­ный дирек­тор «НПО Пет­ро­вакс Фарм» Арка­дий Некра­сов: «Наше пред­при­я­тие явля­ет­ся одним из пер­вых рос­сий­ских пред­при­я­тий, взяв­ших­ся за реше­ние зада­чи такой кате­го­рии слож­но­сти и меры ответ­ствен­но­сти. <…> Ана­ло­гич­ное про­из­вод­ство вак­цин тако­го клас­са на тер­ри­то­рии РФ в насто­я­щее вре­мя отсут­ству­ет» (Моск. комс. 2014. 15 мая).

Функ­ция под­ме­ны ответ­ствен­но­сти соот­не­се­на в нашей рабо­те с осо­бой ролью жур­на­ли­ста в тек­сте — ролью ретранс­ля­то­ра, при кото­рой адре­сант, вос­про­из­во­дя эти­че­ски неод­но­знач­ные смыс­лы или сни­жен­ные выра­же­ния, про­из­не­сен­ные поли­ти­ка­ми и дру­ги­ми извест­ны­ми людь­ми, как бы мас­ки­ру­ет­ся, защи­ща­ет­ся чужим име­нем, пере­кла­ды­вая ответ­ствен­ность на дру­гой текст. Как спра­вед­ли­во отме­ча­ет Т. И. Сури­ко­ва, роль ретранс­ля­то­ра дает жур­на­ли­сту «наи­боль­шую эти­че­скую сво­бо­ду», посколь­ку он руко­вод­ству­ет­ся прин­ци­пом «из чужой пес­ни сло­ва не выки­нешь, даже если оно не совсем при­лич­ное» [Сури­ко­ва 2012: 208]. Акту­аль­ные интер­тек­с­те­мы, выпол­ня­ю­щие функ­цию под­ме­ны ответ­ствен­но­сти, часто встре­ча­ют­ся в мас­со­вых изда­ни­ях, «жел­тых» жур­на­лах и газе­тах.

Обра­тим­ся к функ­ци­ям, кото­рые свой­ствен­ны лишь куль­ту­ро­ло­ги­че­ским интер­тек­с­те­мам. Пароль­ная и фати­че­ская функ­ции очень тес­но свя­за­ны меж­ду собой, пере­те­ка­ют одна в дру­гую, мар­ки­руя отно­ше­ния «свой — чужой» и уста­нав­ли­вая ком­му­ни­ка­тив­ное сотруд­ни­че­ство меж­ду созда­те­лем тек­ста и его ауди­то­ри­ей. Так, тек­сты Мак­си­ма Соко­ло­ва, обо­зре­ва­те­ля газе­ты «Изве­стия», пред­став­ля­ют собой слож­но­струк­ту­ри­ро­ван­ное интер­тек­сту­аль­ное про­стран­ство, кото­рое бази­ру­ет­ся на зна­ках из раз­лич­ных сло­ев куль­ту­ры и не огра­ни­чи­ва­ет­ся цита­та­ми, хоро­шо зна­ко­мы­ми сред­не­му чита­те­лю. Обра­ща­ясь к раз­лич­ным временны́м пла­стам миро­вой куль­ту­ры, мифо­ло­гии, рели­гии, жур­на­лист услож­ня­ет свои тек­ста­ми изре­че­ни­я­ми из фран­цуз­ско­го, немец­ко­го, гре­че­ско­го, латин­ско­го язы­ков и т. д. Напри­мер: Посрам­лен­ные Вит­тель­с­ба­хи (Изв. 2010. 19 мар­та), Баб­ка Парас­ка и дидь­ко Вюр­цель­ба­хер (Изв. 2008. 24 окт.); Ave, Caesar, imperator (Изв. 2014. 26 авг.); Вла­ди­мир Кунк­та­тор (Изв. 2014. 18 авг.); Quid timeas? Caesarem vehis! (усе­чен­ное латин­ское изре­че­ние: Чего тебе боять­ся? Ты везешь Цеза­ря и его судь­бу) (Изв. 2011. 22 мар­та). При отсут­ствии интер­тек­сту­аль­ной ком­пе­тент­но­сти чита­тель не спо­со­бен адек­ват­но деко­ди­ро­вать куль­тур­ные зна­ки, тек­сты оста­ют­ся для него непо­нят­ны­ми, зашиф­ро­ван­ны­ми.

Фати­че­ская функ­ция наце­ле­на на уста­нов­ле­ние кон­так­та и упро­че­ние отно­ше­ний меж­ду собе­сед­ни­ка­ми. Еще недав­но счи­та­лось, что фати­че­ская функ­ция не свой­ствен­на медий­ной речи [Вино­кур 1993], в насто­я­щее же вре­мя иссле­до­ва­те­ли не толь­ко при­зна­ют нали­чие фати­ки в мас­сме­диа, но и рас­ши­ря­ют аспек­ты ее пред­на­зна­че­ния [Кор­ни­ло­ва 2013; 2014; Чер­ны­шо­ва 2007]. Кон­такт с ауди­то­ри­ей уста­нав­ли­ва­ет­ся в СМИ через созда­ние дове­ри­тель­ной и ком­форт­ной ситу­а­ции неофи­ци­аль­но­го обще­ния, через круг близ­ких и понят­ных тем, сбли­же­ние смыс­ло­вых пози­ций ком­му­ни­кан­тов. Мож­но пред­по­ло­жить, что свой набор пре­це­дент­ных фено­ме­нов суще­ству­ет в моло­деж­ной прес­се, оппо­зи­ци­он­ных и демо­кра­ти­че­ских изда­ни­ях, «жел­тых» газе­тах или глян­це­вых жур­на­лах. Так, в лево­оп­по­зи­ци­он­ной печа­ти посто­ян­но акту­а­ли­зи­ру­ют­ся лозун­ги, деви­зы, воз­зва­ния, харак­тер­ные для совет­ской эпо­хи. В газе­те «Совет­ская Рос­сия» мно­гие заго­лов­ки бази­ру­ют­ся на тра­ди­ци­он­ных для совет­ско­го пери­о­да пре­це­дент­ных име­нах и фра­зах: Ост­ров­ский и Кор­ча­гин (2014. 25 сент.); Ско­рей воз­вра­щай­ся на веч­ную вах­ту, Авро­ра (23 сент.); Вы не встре­ча­ли Пав­ку в Ново­рос­сии? (23 сент.); Пули Кап­лан и кувал­ды бан­де­ров­цев (25 февр.); Хотят ли рус­ские вой­ны? (15 мая).

Нель­зя не заме­тить, что даже при номи­наль­ном сов­па­де­нии функ­ций они име­ют раз­ный удель­ный вес и зна­чи­мость в кру­гу акту­аль­ных и куль­ту­ро­ло­ги­че­ских интер­тек­с­тем, обла­дая сво­ей спе­ци­фи­кой и сти­ли­сти­ко-смыс­ло­вы­ми нюан­са­ми. Вме­сте с тем непре­одо­ли­мых пре­град меж­ду раз­но­тип­ны­ми интер­тек­с­те­ма­ми не суще­ству­ет, посколь­ку акту­аль­ные цита­ты, обла­да­ю­щие афо­ри­стич­но­стью, экс­прес­сив­но­стью, пара­док­саль­но­стью и тех­ни­че­ски под­дер­жи­ва­е­мые СМИ, лег­ко сдви­га­ют­ся в область вос­про­из­во­ди­мых и узна­ва­е­мых тек­стов. В реаль­ной жиз­ни тек­ста цитат­ные пла­сты тес­но вза­и­мо­дей­ству­ют, пере­се­ка­ют­ся, нала­га­ют­ся друг на дру­га, выпол­няя одно­вре­мен­но мно­же­ство функ­ций. Поэто­му интер­тек­с­те­мы любо­го типа ока­зы­ва­ют­ся поли­функ­ци­о­наль­ным фено­ме­ном, под­чи­нен­ным иерар­хии ком­му­ни­ка­тив­ных интен­ций в медиа­сфе­ре.

© Казак М. Ю., Махо­ва А. А., 2015

1. Бобровская Г. В. Когнитивно-элокутивный потенциал газетного дискурса. Волгоград: Перемена, 2011. 

2. Варченко В. В. Цитатная речь в медиа-тексте. М.: ЛКИ, 2007.

3. Винокур Т. Г. Говорящий и слушающий: варианты речевого поведения. М.: Наука, 1993. 

4. Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981.

5. Дускаева Л. Р. Диалогическая природа газетных речевых жанров / под ред. М. Н. Кожиной. 2-е изд., испр. и доп. СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т, Филол. ф-т, 2012.

6. Казак М. Ю. Современный медиатекст: проблемы идентификации, делимитации, типологии // Медиалингвистика. 2014. № 1 (4). URL: http://medialing.spbu.ru/part10/58.html. 

7. Кобозева И. М. Лингвистическая семантика: учебник. М.: Эдиториал УРСС, 2000. 

8. Корнилова Н. А. Фатическая речь в массмедиа: композиционно-стилистические формы. Дис. … канд. филол. наук. СПб., 2013. 

9. Корнилова Н. А. Средства выражения фатической речи в массмедиа // Медиалингвистика. 2014. Вып. 2(5). URL: http://medialing.spbu.ru/part10/58.html.

 10. Кузьмина Н. А. Интертекстуальность и прецедентность как базовые когнитивные категории медиадискурса // Медиаскоп. 2011. № 1. URL: http://www.mediascope.ru/node/755.

 11. Мокиенко В. М., Сидоренко К. П. Словарь крылатых выражений Пушкина. СПб.: Фолио-Пресс, 1999.

 12. Негрышев А. А. Аспекты речевого воздействия в новостях СМИ. Владимир: Владимир. гос. гуманитар. ун-т, 2009.

 13. Современный медиатекст: учеб. пособие / под ред. Н. А. Кузьминой. Омск: Изд-во полиграф. центра «Татьяна», 2011.

 14. Сурикова Т. И. Журналист, аудитория и власть: лингвоэтические аспекты взаимодействия в политическом дискурсе СМИ // Язык СМИ и политика / под ред. Г. Я. Солганика. М.: Моск. гос. ун-т, Ф-т журн., 2012. C. 199–246.

 15. Чернышова Т. В. Тексты СМИ в ментально-языковом пространстве современной России. 2-е изд., перераб . М.: Эдиториал УРСС, 2007. 

 16. Чернявская В. Е. Лингвистика текста. Лингвистика дискурса. М.: Флинта; Наука, 2013.

1. Bobrovskaya G. V. Cognitive and elocutional potential of the newspaper discourse [Cognitivno-elokutivnyi potentsial gazetnogo discursa]. Volgograd, 2011.

2. Varchenko V. V. Citation speech in the media text [Tsitatnaya rech v media-texte]. Moscow, 2007. 

3. Vinokur T. G. Speaker and Listener: variants of verbal behavior [Govor,aschij I slushajuschij: varianty rechevogo povedenija]. Moscow, 1993.

4. Galperin I. R. Text as an object of linguistic research [Text kak ob’ekt lingvisticheskogo isslodovaniya]. Moscow, 1981.

5. Duskaeva L. R. Dialogical nature of speech genres [Dialogicheskaya priroda rechevykh zhanrov] / ed. M. N. Kozhina. 2nd ed. St Petersburg, 2012. 

6. Kazak M. Y. Contemporary media text: problems of identification, delimitation, typology [Sovremennyj mediatext: problemy identifikatsii, delimitatsii, tipologii] // Media Linguistics. 2014. Vol. 1 (4). URL: http://medialing.spbu.ru/part10/58.html.

7. Kobozeva I. M. Linguistic semantics [Lingvisticheskaya semantika]. Moscow, 2000.

8. Kornilova N. A. Phatic speech in mass media: compositional and stylistic forms [Faticheskaya rech v massmedia: kompozitsionno-stilisticheskie formy: dis. … kand. filol. nauk]. St Petersburg, 2013.

9. Kornilova N. A. Means of phatic speech expression in mass media discourse [Sredstva vyrazhenia fhaticheskoj rechi v massmedia] // Media Linguistics. 2014. Vol. 2 (5). URL: http://medialing.spbu.ru/part10/58.html.

10. Kuzmina N. A. Intertextuality and precedentity as basic cognitive categories of media discourse [Intertextualnost, i pretsedentnost, kak bazovye kognitivnye kategorii mediadiskursa] // Mediaskop. 2011. N 1. URL: http://www.mediascope.ru/node/755. 

11. Mokienko V. M., Sidorenko K. P. Thesaurus of Pushkin’s eloquent expressions [Slovar, krylatykh vyrazhenii Pushkina]. St Petersburg, 1999.

12. Negryshev A. A. Aspects of speech impact in news media [Aspekty pechevogo vozdejstviya v novostyakh SMI]. Vladimir, 2009.

13. Modern media text [Sovremennyy mediatext]. Omsk, 2011. 

14. Surikova T. I. Journalists, audience and power: linguistic and ethical aspects of interaction in the political media discourse [Zhurnalist, auditoria i vlast,: lingvoeticheskiye aspekty vzaimodejstviya v politicheskom diskurse SMI] // Lanuage, mass media and politics [Yazyk SMI I politika]. Moscow, 2008. P. 199–246.

15. Chernyshova T. V. Media texts in mental and language sphere of the contemporary Russia [Texty SMI v mental,no-yazykovom prostranstve sovremennoj Rossii]. Moscow, 2007.

16. Chernyavskaya V. E. Text linguistics. Discourse linguistics [Lingvistika texta. Lingvistika diskursa]. Moscow, 2013.