Четверг, 15 апреляИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

МЕДИАЛИНГВИСТИКА В РОССИИ: ЛИНГВОПРАКСИОЛОГИЧЕСКАЯ ДОМИНАНТА

Иссле­до­ва­ние выпол­не­но при финан­со­вой под­держ­ке РГНФ в рам­ках про­ве­де­ния науч­но­го иссле­до­ва­ния «Куль­тур­но-про­све­ти­тель­ский медиа­дис­курс» № 14–34-01028.

Раз­ви­тие иссле­до­ва­ний язы­ка СМИ шло в рос­сий­ской линг­ви­сти­че­ской нау­ке по раз­ным направ­ле­ни­ям: социо­линг­ви­сти­че­ско­му, пси­хо­линг­ви­сти­че­ско­му и др. [Трес­ко­ва 1989, Дрид­зе 1980, Леон­тьев 1974, Швей­цер 1977, Шер­ко­вин 1974 и др.]. Но в этих направ­ле­ни­ях обра­щен­ность к той или иной сфе­ре обще­ния не явля­лась мето­до­ло­ги­че­ски важ­ным иссле­до­ва­тель­ским прин­ци­пом. Типо­ло­ги­че­ское изу­че­ние зако­но­мер­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в раз­ных сфе­рах обще­ния харак­тер­но для функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ских иссле­до­ва­ний, поэто­му медиа­линг­ви­сти­ку в Рос­сии, пред­ме­том изу­че­ния кото­рой явля­ют­ся зако­но­мер­но­сти функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в одной из обще­ствен­но зна­чи­мых сфер — мас­сме­диа, спра­вед­ли­во О. Б. Сиро­ти­ни­на и М. А. Кор­ми­ли­цы­на [Сиро­ти­ни­на, Кор­ми­ли­цы­на 2013: 85] назы­ва­ют наслед­ни­цей функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ских иссле­до­ва­тель­ских тра­ди­ций, зало­жен­ных в целом ряде тру­дов, посвя­щен­ных язы­ку СМИ [Васи­лье­ва 1983, Кожи­на 1977, Косто­ма­ров 1972, Май­да­но­ва 1987, Лыса­ко­ва 1989, Рого­ва 1975, Солга­ник 1978]. 

Важ­но под­черк­нуть при этом, что диф­фе­рен­ци­а­ция функ­ци­о­наль­ной сти­ли­сти­ки как нау­ки, иссле­ду­ю­щей зако­но­мер­но­сти функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в наи­бо­лее обще­ствен­но зна­чи­мых сфе­рах обще­ния, на несколь­ко дис­ци­плин: медиа­линг­ви­сти­ку, иссле­ду­ю­щую речь в СМИ, доку­мент­ную линг­ви­сти­ку, иссле­ду­ю­щую речь в пра­во­вой сфе­ре, тео­линг­ви­сти­ку, иссле­ду­ю­щую рели­ги­оз­ную речь, кол­ло­кви­а­ли­сти­ку, иссле­ду­ю­щую раз­го­вор­ную речь, про­изо­шло зако­но­мер­но, в соот­вет­ствии с логи­кой раз­ви­тия самой нау­ки. Обра­зо­вав­ши­е­ся вновь дис­ци­пли­ны обра­ще­ны к рече­вой вари­а­тив­но­сти каж­до­го из функ­ци­о­наль­ных сти­лей. Дума­ет­ся, имен­но о такой иссле­до­ва­тель­ской логи­ке писал В. В. Вино­гра­дов, когда пред­ла­гал рас­смат­ри­вать функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ские систе­мы, скла­ды­ва­ю­щи­е­ся в соци­аль­но зна­чи­мых сфе­рах — раз­го­вор­ной, науч­ной, дело­вой, и рече­вые сти­ли — соци­аль­но-груп­по­вые, про­фес­си­о­наль­ные и др., осо­бен­но­сти кото­рых фор­ми­ру­ют­ся под воз­дей­стви­ем обще­ствен­но-про­из­вод­ствен­но­го при­ме­не­ния язы­ка [Вино­гра­дов 1963: 4–9].

Уси­лия медиа­линг­ви­сти­ки сего­дня направ­ле­ны на изу­че­ние рече­вой вари­а­тив­но­сти, скла­ды­ва­ю­щей­ся внут­ри чрез­вы­чай­но зна­чи­мой сего­дня «функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ской систе­мы» — пуб­ли­ци­сти­че­ско­го функ­ци­о­наль­но­го сти­ля. Несмот­ря на скеп­ти­че­ское отно­ше­ние неко­то­рых иссле­до­ва­те­лей к диф­фе­рен­ци­а­ции линг­ви­сти­ки на осно­ва­нии пред­ме­та — сфе­ры функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка, такой под­ход демон­стри­ру­ет эври­стич­ность резуль­та­тов, посколь­ку уче­ные, рас­кры­вая спе­ци­фи­ку исполь­зо­ва­ния язы­ка в раз­ных сфе­рах, глуб­же узна­ют о фор­мах и спо­со­бах эффек­тив­но­го упо­треб­ле­ния язы­ка в речи. Убе­ди­тель­но, на наш взгляд, пра­во­мер­ность тако­го под­хо­да пока­за­ло иссле­до­ва­ние Т. Г. Доб­рос­клон­ской, где язык СМИ пред­стал как дей­ству­ю­щая в раз­ных усло­ви­ях обще­ния систе­ма [2000].

Опо­ра на мето­до­ло­гию функ­ци­о­наль­ной сти­ли­сти­ки, изу­ча­ю­щей «речь в един­стве с дру­ги­ми сущ­ност­ны­ми свой­ства­ми чело­ве­ка — его дея­тель­но­стью и созна­ни­ем» [Сали­мов­ский 2013: 16], при­чем в аспек­те ее эффек­тив­но­сти, ста­ла, по суще­ству, базо­вым прин­ци­пом для медиа­линг­ви­сти­ки, кото­рой в целом свой­ствен функ­ци­о­на­лизм. Речь, пони­ма­е­мая, во-пер­вых, как фено­мен реаль­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния в медиа­сфе­ре и, во-вто­рых, как сред­ство реа­ли­за­ции целе­на­прав­лен­ной дея­тель­но­сти жур­на­ли­ста, рекла­ми­ста, спе­ци­а­ли­ста по свя­зям с обще­ствен­но­стью, сред­ство эффек­тив­но­го удо­вле­тво­ре­ния раз­но­об­раз­ных про­фес­си­о­наль­ных функ­ций, ста­но­вит­ся глав­ным пред­ме­том иссле­до­ва­ний в медиа­линг­ви­сти­ке. Дея­тель­ност­ный под­ход во всех функ­ци­о­наль­ных иссле­до­ва­ни­ях, кото­рый стал гос­под­ству­ю­щим сна­ча­ла в функ­ци­о­наль­ной сти­ли­сти­ке, а затем и в дру­гих — поз­же сфор­ми­ро­вав­ших­ся в Рос­сии функ­ци­о­наль­ных направ­ле­ни­ях линг­ви­сти­ки — рас­про­стра­ня­ет­ся и на медий­ную речь.

Важ­ней­шей осо­бен­но­стью иссле­до­ва­тель­ско­го под­хо­да авто­ров работ, посвя­щен­ных язы­ку СМИ, ста­но­вит­ся вни­ма­ние к рече­вой дея­тель­но­сти, рече­во­му пове­де­нию про­фес­си­о­на­лов в СМИ в тес­ной обу­слов­лен­но­сти про­фес­си­о­наль­ны­ми нор­ма­ми и пра­ви­ла­ми. Вот поче­му счи­та­ем целе­со­об­раз­ным пред­ста­вить совре­мен­ную медиа­линг­ви­сти­ку в прак­сио­ло­ги­че­ской1 пер­спек­ти­ве. Пред­ста­вим крат­кую — в пре­де­лах ста­тьи — харак­те­ри­сти­ку прак­сио­ло­ги­че­ско­го под­хо­да в науке.

В фило­соф­ских тру­дах отме­ча­ет­ся, что тер­мин прак­сио­ло­гия впер­вые был исполь­зо­ван Л. Бур­дье (1882), а вве­ден в прак­ти­ку нау­ки в нача­ле ХХ в. А. Эспи­на­сом и Е. Слуц­ким [Прак­сео­ло­гия: элек­трон­ный ресурс]. Одна­ко дис­ци­пли­нар­ный ста­тус прак­сио­ло­гии был при­дан тру­да­ми поль­ско­го исто­ри­ка фило­со­фии и логи­ки Т. Котар­бинь­ско­го «Прин­ци­пы раци­о­наль­ной орга­ни­за­ции дея­тель­но­сти» (1946); «Прак­сео­ло­гия» (1947) и «Трак­тат о хоро­шей рабо­те» (1955), в кото­рых «тер­мин и основ­ные идеи П. были упо­ря­до­че­ны в каче­стве систе­мы тео­ре­ти­че­ских и при­клад­ных иссле­до­ва­ний» [Там же]. 

В рабо­тах Т. Котар­бинь­ско­го было пред­ло­же­но три уров­ня ана­ли­за обще­ствен­ной дея­тель­но­сти. На пер­вом уровне в прак­сио­ло­гии пред­по­ла­га­ет­ся раз­ра­бот­ка типо­ло­гии дей­ствий и постро­е­ния систе­мы кате­го­рий, на вто­ром — типо­ло­гии эффек­тив­ных нор­ма­тив­ных систем дей­ствия в кон­крет­но-исто­ри­че­ском соци­о­куль­тур­ном кон­тек­сте, на тре­тьем уровне — выра­бот­ку оцен­ки мето­дов раз­ви­тия чело­ве­че­ских дей­ствий с точ­ки зре­ния их достоинств. 

Уточ­няя эти поло­же­ния, Т. Котар­бинь­ский ука­зы­ва­ет сре­ди иссле­до­ва­тель­ских задач прак­сио­ло­гии ана­лиз тех­ни­ки и ана­ли­ти­че­ское опи­са­ние эле­мен­тов и форм раци­о­наль­ной дея­тель­но­сти, созда­ние «грам­ма­ти­ки дей­ствия» в поряд­ке выра­бот­ки наи­бо­лее общих норм мак­си­маль­ной целе­со­об­раз­но­сти дей­ствий, в част­но­сти, в виде обще­тех­ни­че­ских реко­мен­да­ций и предо­сте­ре­же­ний при­ме­ни­тель­но к про­фес­си­о­наль­ной инди­ви­ду­аль­ной и кол­лек­тив­ной дея­тель­но­сти (рабо­ты) [Котар­бинь­ский 1975]. В совре­мен­ной фило­со­фии прак­сио­ло­гия пред­ста­ет как нау­ка об эффек­тив­ной реа­ли­за­ции дея­тель­но­сти [Фило­со­фия… 2004].

Раз­ви­тие дея­тель­ност­но­го под­хо­да в медиа­линг­ви­сти­ке пред­опре­де­ля­ет воз­мож­ность изу­че­ния в ней рече­вой дея­тель­но­сти в мас­сме­диа с прак­сио­ло­ги­че­ских пози­ций. В этом слу­чае в цен­тре вни­ма­ния медиа­линг­ви­сти­ки — эффек­тив­ная про­фес­си­о­наль­ная рече­вая дея­тель­ность в медиа­сре­де, пред­став­лен­ная таки­ми вида­ми про­фес­си­о­наль­ной рече­вой дея­тель­но­сти, как жур­на­лист­ская, реклам­ная и свя­зи с обще­ствен­но­стью. Сле­до­ва­тель­но, в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки целе­со­об­раз­но выде­лить прак­сио­ло­гию про­фес­си­о­наль­ной жур­на­лист­ской, реклам­ной и PR рече­вой дея­тель­но­сти. На наш взгляд, в прак­сио­ло­ги­че­ском клю­че медиа­линг­ви­сти­ка высту­па­ет целост­ной науч­ной дис­ци­пли­ной, направ­лен­ной на пости­же­ние зако­но­мер­но­стей эффек­тив­но­го упо­треб­ле­ния язы­ка в про­фес­си­о­наль­но зна­чи­мых сфе­рах обще­ния, а пото­му обла­да­ет сво­им кру­гом иссле­до­ва­тель­ских задач. 

Вопрос об иссле­до­ва­нии рече­во­го пове­де­ния в про­фес­си­о­наль­но зна­чи­мых сфе­рах обще­ния воз­ник в линг­ви­сти­ке в свя­зи с потреб­но­стью в обу­че­нии про­фес­си­о­наль­ной ком­му­ни­ка­ции на ино­стран­ном язы­ке. Из англо­языч­ных работ в рос­сий­ские пуб­ли­ка­ции при­шли аббре­ви­а­ту­ры: сна­ча­ла ESP — English for Specific Purposes (англий­ский для спе­ци­аль­ных целей его изу­че­ния), затем LSP — Language for Specific Purposes (язык для спе­ци­аль­ных целей). Но чаще все­го, гово­ря об ESP или LSP, под­ра­зу­ме­ва­ют науч­ный и инже­нер­ный, дело­вой и эко­но­ми­че­ский язы­ки, каж­дый из кото­рых впо­след­ствии раз­би­ва­ет­ся еще на подъ­язы­ки про­фес­си­о­наль­ной заня­то­сти [Ширя­е­ва: элек­трон­ный ресурс]. 

Раз­ли­ча­ют­ся под­хо­ды к опре­де­ле­нию сфе­ры обще­ния, в кото­рых дей­ству­ют язы­ки для спе­ци­аль­ных целей: одни иссле­до­ва­те­ли про­фес­си­о­наль­ные язы­ки рас­смат­ри­ва­ют в чис­ле ака­де­ми­че­ских, дру­гие не толь­ко в рам­ках ака­де­ми­че­ско­го, но и дело­во­го и пра­во­во­го дис­кур­сов [Авде­е­ва 2005; Голо­ва­но­ва 2007; Дюжев 1973 и т. д.]. Кро­ме того, раз­ли­ча­ет­ся пони­ма­ние само­го поня­тия «язык». Боль­шая часть иссле­до­ва­те­лей про­фес­си­о­наль­ным язы­ком назы­ва­ет толь­ко создан­ный для целей тако­го обще­ния лек­си­кон. Нам пред­став­ля­ет­ся эта пози­ция ограниченной. 

Пола­га­ем, что про­фес­си­о­наль­ная ори­ен­ти­ро­ван­ность при упо­треб­ле­нии язы­ка в той или иной про­фес­си­о­наль­ной сфе­ре отра­жа­ет­ся отнюдь не толь­ко в лек­си­ке. Цели и зада­чи про­фес­си­о­наль­но­го обще­ния вли­я­ют на отбор и ком­би­на­цию средств всех уров­ней язы­ко­вой систе­мы и фор­ми­ру­ют рече­вую систем­ность, скла­ды­ва­ю­щу­ю­ся для выра­же­ния про­фес­си­о­наль­но зна­чи­мых смыс­лов. Ины­ми сло­ва­ми, умест­но гово­рить о рече­вой орга­ни­за­ции тек­стов, под­чи­нен­ной целям про­фес­си­о­наль­но­го общения. 

С уче­том ука­зан­ных обсто­я­тельств мы и пред­ла­га­ем посмот­реть на медиа­линг­ви­сти­че­ские иссле­до­ва­ния в Рос­сии с точ­ки зре­ния прак­сио­ло­гии — нау­ки об эффек­тив­ной орга­ни­за­ции про­фес­си­о­наль­ной деятельности.

1. В цен­тре вни­ма­ния медиа­линг­ви­сти­ки — спе­ци­фи­че­ская рече­вая орга­ни­за­ция про­фес­си­о­наль­ных сфер: жур­на­ли­сти­ки, рекла­мы, PR — и раз­но­об­раз­ных ситу­а­ций медий­но­го обще­ния, — ины­ми сло­ва­ми, язык как инстру­мент осу­ществ­ле­ния эффек­тив­ной про­фес­си­о­наль­ной рече­вой дея­тель­но­сти субъ­ек­та. Для дан­но­го направ­ле­ния, как и во всей функ­ци­о­наль­ной линг­ви­сти­ке, харак­тер­но рас­смот­ре­ние рече­вой дея­тель­но­сти в пря­мой зави­си­мо­сти от экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров (от ситу­а­ции обще­ния в мас­сме­диа, целей и задач обще­ния, типа содер­жа­ния, жан­ра и мн. др.), пред­опре­де­ля­ю­щих фор­мы рече­вой орга­ни­за­ции, их сти­ли­сти­ко-рече­вую систем­ность. В раз­ных линг­ви­сти­че­ских направ­ле­ни­ях в цен­тре вни­ма­ния нахо­дят­ся раз­ные экс­тра­линг­ви­сти­че­ские фак­то­ры и детер­ми­ни­ро­ван­ность ими упо­треб­ле­ния язы­ка. Для линг­во­прак­сио­ло­гии цен­траль­ны­ми ста­но­вят­ся экс­тра­линг­ви­сти­че­ские фак­то­ры про­фес­си­о­наль­но­го пове­де­ния, что поз­во­ля­ет уста­но­вить пра­ви­ла эффек­тив­но­го исполь­зо­ва­ния язы­ка в про­фес­си­о­наль­ной речи, объ­яс­нить фор­ми­ро­ва­ние тех или иных рече­вых проявлений.

На осно­ве экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, зна­чи­мых для про­фес­си­о­наль­но­го обще­ния в той или иной ситу­а­ции, про­во­дят­ся типо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния, кото­рые поз­во­ля­ют уви­деть не толь­ко атри­бу­ты рече­вой дея­тель­но­сти (цели, зада­чи участ­ни­ков, про­стран­ство рас­про­стра­не­ния), но и ее струк­ту­ру: дей­ствия и опе­ра­ции, а так­же отдель­ные тех­ни­ки дости­же­ния про­фес­си­о­наль­ных задач. При линг­во­прак­сио­ло­ги­че­ском под­хо­де цели и зада­чи обще­ния трак­ту­ют­ся как про­фес­си­о­наль­но ори­ен­ти­ро­ван­ные. Тем самым в медиа­линг­ви­сти­че­ском рече­ве­де­нии ситу­а­ция обще­ния рас­смат­ри­ва­ет­ся более «точеч­но»: как част­ный слу­чай реа­ли­за­ции пред­на­зна­че­ния (целей и задач) про­фес­си­о­наль­ной деятельности.

В послед­ние годы осва­и­ва­ют­ся все новые и новые тема­ти­че­ские сфе­ры как ситу­а­ции обще­ния в мас­сме­диа: в цен­тре вни­ма­ния ока­зы­ва­ют­ся не толь­ко поли­ти­ко-идео­ло­ги­че­ские (И. В. Аннен­ко­ва, А. В. Полон­ский, Т. В. Чер­ны­шо­ва), но и спор­тив­ные (К. В. Про­хо­ро­ва, А. А. Малы­шев, Е. Г. Малы­ше­ва), куль­тур­но-про­све­ти­тель­ские (Л. Р. Дус­ка­е­ва, Н. С. Цве­то­ва), науч­но-про­све­ти­тель­ские (Ю. М. Коня­е­ва, Т. Ю. Редь­ки­на, С. И. Сме­та­ни­на), а кро­ме того, реклам­ные (Е. С. Кара-Мур­за, А. А. Горя­чев) СМИ. Это осво­е­ние про­ис­хо­дит с исполь­зо­ва­ни­ем раз­ных мето­дов и мето­дик — интен­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ских, праг­ма­линг­ви­сти­че­ских, когни­тив­но-семан­ти­че­ских, линг­во­се­ми­о­ти­че­ских, поз­во­ля­ю­щих диф­фе­рен­ци­ро­ван­но изу­чать эффек­тив­ность упо­треб­ле­ния язы­ка в раз­лич­ных клас­сах тек­стов. Исхо­дя из про­фес­си­о­наль­но-дея­тель­ност­ной трак­тов­ки речи, вари­а­тив­ность медиа­ре­чи свя­зы­ва­ет­ся с необ­хо­ди­мо­стью объ­ек­ти­ва­ции раз­ных форм про­фес­си­о­наль­но­го обще­ния, скла­ды­ва­ю­щих­ся под вли­я­ни­ем широ­ко­го спек­тра вне­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров в раз­лич­ных сфе­рах и ситу­а­ци­ях медий­но­го общения.

2. Про­фес­си­о­наль­ная ком­му­ни­ка­тив­ная дея­тель­ность в медиа­линг­ви­сти­ке пред­ста­ет как целе­на­прав­лен­ная пер­су­а­зив­ная рече­вая актив­ность субъ­ек­та, отправ­ля­ю­ще­го по раз­лич­ным кана­лам рас­про­стра­не­ния свой «мес­седж» с уче­том смыс­ло­вой пози­ции ауди­то­рии. Цели и зада­чи это­го мес­седжа преду­смот­ре­ны про­фес­си­о­наль­ны­ми обя­зан­но­стя­ми субъ­ек­та в той или иной ситу­а­ции, а фор­ма — тра­ди­ци­я­ми их испол­не­ния. Смыс­ло­вая пози­ция субъ­ек­та выра­жа­ет­ся с раз­ной сте­пе­нью про­яв­лен­но­сти. В иссле­до­ва­ни­ях ана­ли­зи­ро­ва­лось и ана­ли­зи­ру­ет­ся рече­вое пове­де­ние отдель­ных пуб­ли­ци­стов (в част­но­сти, В. П. Вомпер­ским и его уче­ни­ка­ми, О. Б. Сиро­ти­ни­ной, М. А. Кор­ми­ли­цы­ной), а так­же типо­ло­ги­че­ская кате­го­рия автор­ской пози­ции (рабо­ты Л. Г. Кай­ды, Г. Я. Солга­ни­ка, Т. В. Шме­ле­вой), автор­ско­го нача­ла и т. п. Иссле­ду­ет­ся так­же спе­ци­фи­ка радио- и теле­ре­чи (напри­мер, в рабо­тах С. В. Све­та­ны, Э. А. Лаза­ре­вой, Т. В. Мат­ве­е­вой, Э. В. Чепкиной).

Стре­мясь воз­дей­ство­вать на ауди­то­рию, в целях эффек­тив­но­сти воз­дей­ствия субъ­ект, обду­мы­вая пред­мет сво­ей речи и выра­ба­ты­вая к нему отно­ше­ние, при­ни­ма­ет во вни­ма­ние не столь­ко адек­ват­ные интен­ции адре­са­та, сколь­ко про­ти­во­по­лож­ные тем, кото­рые автор стре­мит­ся вызвать. Сле­до­ва­тель­но, в рече­вой струк­ту­ре вся­ко­го выска­зы­ва­ния закла­ды­ва­ют­ся воз­мож­но­сти пре­ду­пре­жде­ния чита­тель­ско­го «сопро­тив­ле­ния» когни­тив­но­му и эмо­ци­о­наль­но-воле­во­му воз­дей­ствию со сто­ро­ны субъ­ек­та речи — без это­го эффек­тив­ное воз­дей­ствие на мас­со­вую ауди­то­рию невоз­мож­но. Отра­же­ние вза­и­мо­дей­ствия с адре­са­том как усло­вие эффек­тив­но­сти рече­во­го воз­дей­ствия в цен­тре вни­ма­ния медиа­линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний [Дус­ка­е­ва 2004, 2012; Камин­ская 2009; Чеп­ки­на 1993]. 

Таким обра­зом, стре­мясь выявить, како­вы осо­бен­но­сти рече­во­го пове­де­ния в раз­ных ситу­а­ци­ях про­фес­си­о­наль­но­го обще­ния, в медиа­линг­ви­сти­ке про­во­дят­ся типо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния, уста­нав­ли­ва­ю­щие спе­ци­фи­ку рече­во­го про­яв­ле­ния в раз­ных сфе­рах медий­но­го общения.

3. Пони­мая, что вся­кая дея­тель­ность осу­ществ­ля­ет­ся с помо­щью инстру­мен­та­рия, важ­но знать сред­ства дея­тель­но­сти, кото­рые изу­ча­ют­ся по-раз­но­му. В одних иссле­до­ва­ни­ях в цен­тре вни­ма­ния отдель­ные язы­ко­вые еди­ни­цы, высту­па­ю­щие в каче­стве тех­ник осу­ществ­ле­ния той или иной про­фес­си­о­наль­ной ком­му­ни­ка­тив­ной зада­чи (М. И. Конюш­ке­вич). В цен­тре вни­ма­ния дру­гих иссле­до­ва­ний — репро­дук­тив­ные рече­вые фор­мы дея­тель­но­сти, напри­мер рече­вые жан­ры. Цен­траль­ной, без­услов­но, ста­но­вит­ся кате­го­рия меди­а­тек­ста [Доб­рос­клон­ская 2005, Казак 2014, Солга­ник 2005], посколь­ку дости­же­ние жур­на­ли­стом, рекла­ми­стом, спе­ци­а­ли­стом по свя­зям с обще­ствен­но­стью про­фес­си­о­наль­ных целей воз­мож­но толь­ко с помо­щью тек­стов. Важ­но, что в меди­а­тек­сте, как и в любом дру­гом, отра­жа­ет­ся не толь­ко резуль­тат, но и про­цесс рече­вой дея­тель­но­сти субъ­ек­та по дости­же­нию про­фес­си­о­наль­ных целей. 

Такой под­ход пока­зы­ва­ет, как в кон­цеп­то­сфе­ре, ком­по­зи­ции и архи­тек­то­ни­ке меди­а­тек­стов выра­жа­ют­ся меха­низ­мы инфор­ма­ци­он­но­го воз­дей­ствия и в рече­вых еди­ни­цах (дей­стви­ях, актах, суб­жан­рах) раз­вер­ты­ва­ет­ся спе­ци­фи­че­ская рече­вая деятельность. 

Фор­маль­ную сто­ро­ну тек­ста, как пред­став­ля­ет­ся, сле­ду­ет рас­смат­ри­вать в тес­ней­шем вза­и­мо­дей­ствии с глу­бин­ным, содер­жа­тель­ным уров­нем. Вот поче­му сери­ей работ мы нача­ли раз­ра­бот­ку интен­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ско­го под­хо­да к изу­че­нию меди­а­тек­ста, поз­во­ля­ю­ще­го уви­деть обу­слов­лен­ность линг­ви­сти­че­ской орга­ни­за­ции меди­а­тек­ста дина­ми­кой его содер­жа­тель­но-смыс­ло­вой струк­ту­ры, кото­рая в свою оче­редь обу­слов­ле­на всем ком­плек­сом экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, дей­ству­ю­щих в той или иной про­фес­си­о­наль­но-ори­ен­ти­ро­ван­ной ком­му­ни­ка­тив­ной ситу­а­ции. Имен­но этот под­ход поз­во­ля­ет уви­деть рече­вое пове­де­ние во всем его мно­го­об­ра­зии, обна­ру­жить в нем не толь­ко то, что соот­вет­ству­ет пра­ви­лам про­фес­си­о­наль­но­го пове­де­ния, но и то, что не соот­вет­ству­ет, выра­бо­тать кри­те­рии несо­от­вет­ствия и прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции по их устра­не­нию [Дус­ка­е­ва 2013].

При линг­во­прак­сио­ло­ги­че­ском под­хо­де иссле­до­ва­тель мас­сме­диа име­ет дело с соб­ствен­но рече­вы­ми еди­ни­ца­ми, кото­рые чаще все­го ана­ли­зи­ру­ют­ся как части струк­ту­ры цело­го тек­ста. Целост­ный текст как еди­ни­ца обще­ния (!) пред­ста­ет в его ком­по­нен­тах: ком­му­ни­ка­тив­ных шагах, рече­вых актах, рече­вых жан­рах, рече­вых дей­стви­ях, ком­му­ни­ка­тив­но-рече­вые бло­ках, сме­на кото­рых отра­жа­ет после­до­ва­тель­ность, алго­рит­мы рече­вой дея­тель­но­сти. При­чем важ­но под­черк­нуть: линг­вист не может игно­ри­ро­вать того обсто­я­тель­ства, что рече­вые еди­ни­цы созда­ют­ся под вли­я­ни­ем про­фес­си­о­наль­ной интен­ци­о­наль­но­сти систем­ным вза­и­мо­дей­стви­ем язы­ко­вых средств.

Имен­но в медиа­линг­ви­сти­ке тек­стом может рас­смат­ри­вать­ся не толь­ко отдель­ное рече­вое про­из­ве­де­ние, но и их сово­куп­ность в рам­ках газет­ной поло­сы и газет­но­го номе­ра, кото­рый «пред­став­ля­ет собой кон­ти­ну­ум, состав­лен­ный из вза­и­мо­свя­зан­ных частей — тек­стов пуб­ли­ка­ций» [Лаза­ре­ва 1995: 57]. Тем самым пред­ме­том изу­че­ния медиа­линг­ви­сти­ки ста­но­вит­ся рече­вая систем­ность меди­а­тек­стов раз­ных типов, фор­маль­но-смыс­ло­вая струк­ту­ра кото­рых созда­ет­ся соче­та­ни­ем и вза­и­мо­дей­стви­ем как язы­ко­вых, так и неязы­ко­вых ком­по­нен­тов, не толь­ко внут­ри­тек­сто­вых, но и меж­тек­сто­вых факторов.

4. Осо­бое место зани­ма­ют иссле­до­ва­ния нор­ма­тив­но­го и эти­че­ско­го аспек­та рече­во­го пове­де­ния в мас­сме­диа. Необ­хо­ди­мость прак­ти­че­ской регу­ля­ции рече­во­го пове­де­ния в СМИ потре­бо­ва­ла раз­ра­бот­ки науч­ных основ лите­ра­тур­но­го редак­ти­ро­ва­ния [Сен­ке­вич 1994, Нако­ря­ко­ва 2009]. Сего­дня уве­рен­но мож­но гово­рить о ста­нов­ле­нии линг­во­э­ти­ки [Бес­са­ра­бо­ва 2011, Кара-Мур­за 2011, Сури­ко­ва 2009, Эти­ка рече­во­го пове­де­ния… 2010]. Одна из ост­рых линг­во­э­ти­че­ских про­блем — про­бле­ма диа­гно­сти­ро­ва­ния деви­ант­ных форм рече­во­го пове­де­ния, а зна­чит и вопрос кри­те­ри­ев опре­де­ле­ния лжи, дема­го­гии, кле­ве­ты, оскорб­ле­ния и дру­гих форм рече­вой агрес­сии [Рече­вая агрес­сия… 1997 и др.]. Созда­ние, с одной сто­ро­ны, типо­ло­гии эффек­тив­ных рече­вых тех­но­ло­гий и тех­ник для той или иной фор­мы обще­ния, с дру­гой сто­ро­ны, типо­ло­гии про­фес­си­о­наль­ных рече­вых оши­бок, про­ступ­ков и «пре­ступ­ле­ний» [Гор­ба­нев­ский, Кара­у­лов, Шакле­ин 1996; Кара-Мур­за 2011; Сиро­ти­ни­на 2013] тре­бу­ет выра­бот­ки кри­те­ри­ев оцен­ки резуль­та­тов дея­тель­но­сти. В этой свя­зи, наря­ду с про­бле­мой созда­ния тео­рии резуль­та­тив­ных моде­лей опре­де­лен­ных обла­стей рече­вой рабо­ты, в линг­во­прак­сио­ло­гии мас­сме­диа тре­бу­ет­ся раз­ра­бот­ка реко­мен­да­ций и предо­сте­ре­же­ний отно­си­тель­но орга­ни­за­ции эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти. Тако­го рода поис­ки ведут­ся целым рядом уче­ных [Бара­нов 2007, Кара-Мур­за 2011, Сиро­ти­ни­на 2013, Чер­ны­шо­ва 2013]. Прак­сио­ло­ги­че­ский под­ход, наря­ду с дру­ги­ми, спо­соб­ству­ет реше­нию проблемы.

Итак, в совре­мен­ной рос­сий­ской медиа­линг­ви­сти­ке обна­ру­жи­ва­ют­ся три важ­ней­ших про­блем­ных поля, иссле­до­ва­ния в кото­рых, как нам пред­став­ля­ет­ся, долж­ны вестись имен­но в прак­сио­ло­ги­че­ском клю­че, преду­га­дан­ном Т. Котарбиньским. 

1. С целью «выра­бот­ки наи­бо­лее общих норм мак­си­маль­ной целе­со­об­раз­но­сти» (Т. Котар­бинь­ский) необ­хо­ди­мо созда­вать типо­ло­гии медиа­ре­чи с «ана­ли­ти­че­ским опи­са­ни­ем эле­мен­тов и форм» (Т. Котар­бинь­ский) рече­вой дея­тель­но­сти, что вклю­ча­ет уста­нов­ле­ние алго­рит­мов эффек­тив­но­го про­фес­си­о­наль­но­го рече­во­го пове­де­ния в раз­ных ситу­а­ци­ях обще­ния. Один из путей — изу­че­ние ком­по­зи­ци­он­но-рече­вых форм постро­е­ния меди­а­тек­стов с раз­ной «грам­ма­ти­кой дей­ствия» (Т. Котарбиньский). 

2. Раз­ра­ба­ты­вать, с одной сто­ро­ны, типо­ло­гии эффек­тив­ных рече­вых тех­но­ло­гий и тех­ник для той или иной фор­мы обще­ния, с дру­гой сто­ро­ны, типо­ло­гии про­фес­си­о­наль­ных рече­вых оши­бок, про­ступ­ков и пре­ступ­ле­ний в про­цес­се рабо­ты, кри­те­рии оцен­ки резуль­та­тов деятельности. 

3. Нако­нец, необ­хо­ди­мо вести актив­ную раз­ра­бот­ку реко­мен­да­ций и предо­сте­ре­же­ний отно­си­тель­но орга­ни­за­ции эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти и созда­ния резуль­та­тив­ных моде­лей опре­де­лен­ных обла­стей рабо­ты при­ме­ни­тель­но к про­фес­си­о­наль­ной инди­ви­ду­аль­ной и кол­лек­тив­ной рече­вой деятельности. 

Тем самым медиа­линг­ви­сти­ка пред­ста­нет науч­ной дис­ци­пли­ной, в пол­ной мере направ­лен­ной на изу­че­ние зако­но­мер­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в раз­ных ситу­а­ци­ях про­фес­си­о­наль­но­го медий­но­го обще­ния и на опи­са­ние пра­вил эффек­тив­но­го про­фес­си­о­наль­но­го рече­во­го поведения.

1 Мы исполь­зу­ем тер­мин в совре­мен­ном орфо­гра­фи­че­ском варианте.

© Дус­ка­е­ва Л. Р., 2014