Пятница, Июль 19Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Актуальные направления исследования медийного интернет-пространства

Рассматриваются основные направления исследования медийного интернет-пространства. Определяются границы объекта исследования, куда включаются гипермедиа, использующие одновременно различные средства доставки контента (офлайновые и онлайновые издания), а также трансмедиа — новые медиа (социальные сети). Описываются основные характеристики медийного интернет-текста, на которые в первую очередь было обращено внимание исследователей: гипертекстуальность, мультимедийность, интерактивность, синхронность/асинхронность общения, полисубъектность. Прослеживается становление теоретического аппарата исследований медийного интернет-пространства, отмечается междисциплинарный характер таких дисциплин, как медиалингвистика, интернет-лингвистика, медиалогия. Отмечается интегративный характер методов исследования медиатекста. Ставится задача определить актуальные перспективы исследований медийного интернет-текста. Наиболее актуальными признаются исследования конвергентных жанров, возникших на стыке разных жанров и каналов связи (вербальных, визуальных, аудиальных). В качестве перспективного направления развития медиатекста рассматривается трансмедийный сторителлинг, главным достоинством которого является возможность создавать полифоничное коммуникационное полотно, вовлекать потребителя в активное взаимодействие, создавать смешанную реальность, объединяющую онлайн и офлайн-коммуникации. Делается вывод о том, что в настоящее время созданы методологические предпосылки для интегративного междисциплинарного исследования современного медиатекста, представляющего собой новый формат общения на основе коллаборации (многосубъектности, активного участия пользователей в создании контента) и журналистики данных, использующей все возможности мультимедийности. Фокус современных исследований медийного интернет-пространства смещается от исследования отдельных медиажанров и характеристик текстов, связанных с интернет-технологиями, к интегративному исследованию всего медийного интернет-пространства на основе общей теории. Современное исследование медиатекста основывается на анализе всех сторон мультимедийного интерактивного процесса медиакоммуникации.

The actual trends of media Internet space researches 

The article is devoted to the main linguistic directions of media Internet space. The boundaries of the object of study are defined, including hypermedia — which uses various means to deliver content simultaneously (offline and online), and the TransMedia — new media (social networks). The major features of Internet media text, primarily focused on by researchers are described: hypertekstuality, multimedia, interactivity, synchronous/asynchronous communication, polysubject. The development of the theoretical apparatus of media studies is shown, the interdisciplinary nature of such disciplines as media linguistics, internet linguistics, mediology is revealed. The integrative nature of media text research methods is noted. The aim is to determine the current perspectives of research of media online text. The researches in the sphere of convergent genres that have emerged at the сontact point of different genres and channels of communication are considered to be the most relevant. Transmedia storytelling is considered to become a perspective trend of media text development. The main advantage of transmedia storytelling is the opportunity to create a polyphonic communication net, to engage the consumer in the active interaction, create a mixed reality, combining online and offline communications. The author comes to the conclusion that methodological preconditions for integrative interdisciplinary research of modern media that constitute a new communication format based on collaboration (multi-subject characteristics, active participation of users in content creation) and journalistic of data using all the features of multimedia are currently established. The focus of modern research of the media Internet space is shifting from the study of individual media genres and characteristics of texts related to Internet technologies to the integrative study of the entire media Internet space on the basis of the General theory. The modern study of media text is based on the analysis of all aspects of the multimedia interactive process of media communication.

Попова Татьяна Игоревна — д-р филол. наук, проф.;
t.popova@spbu.ru

Санкт-Петербургский государственный университет,
Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург,
Университетская наб., 11

Tatiana I. Popova — Dr. Sci. in Philology, Professor;
t.popova@spbu.ru

St. Petersburg State University,
11, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation

Попова, Т. И. (2018). Актуальные направления исследования медийного интернет-пространства. Медиалингвистика, 5 (3), 258–272.

DOI: 10.21638/spbu22.2018.301

URL: https://medialing.ru/aktualnye-napravleniya-issledovaniya-medijnogo-internet-prostranstva/ (дата обращения: 19.07.2019)

Popova, T. I. (2018). The actual trends of media Internet space researches. Media Linguistics, 5 (3), 258–272. (In Russian)

DOI: 10.21638/spbu22.2018.301

URL: https://medialing.ru/aktualnye-napravleniya-issledovaniya-medijnogo-internet-prostranstva/ (accessed: 19.07.2019)

УДК 81’42

Поста­нов­ка про­бле­мы. Конец ХХ — нача­ло ХХI в. озна­ме­но­вал­ся рево­лю­ци­он­ны­ми изме­не­ни­я­ми в харак­те­ре мас­со­во­го и меж­лич­ност­но­го обще­ния, что было свя­за­но с фор­ми­ро­ва­ни­ем гло­баль­ной ком­му­ни­ка­ци­он­ной сети при помо­щи интер­нет-тех­но­ло­гий и воз­ник­но­ве­ни­ем элек­трон­но­го сооб­ще­ства, вза­и­мо­дей­ству­ю­ще­го в режи­ме реаль­но­го вре­ме­ни и обрат­ной свя­зи. Если в сло­ва­ре-спра­воч­ни­ке «Эффек­тив­ная ком­му­ни­ка­ция: исто­рия, тео­рия, прак­ти­ка» об Интер­не­те гово­ри­лось как о потен­ци­аль­ном фак­то­ре, кото­рый в бли­жай­шие 10–15 лет повле­чет за собой серьез­ные изме­не­ния форм ком­му­ни­ка­ции [Сурин 2005: 873], то в 2012 г. в кол­лек­тив­ной моно­гра­фии «Интер­нет-ком­му­ни­ка­ция как новая рече­вая фор­ма­ция» при­зна­вал­ся тот факт, что «Интер­нет — это мно­го­ас­пект­ный фено­мен, кото­рый ради­каль­ным обра­зом изме­нил мир и наше пред­став­ле­ние о нем» [Коло­коль­це­ва, Луто­ви­но­ва 2012: 8]. В насто­я­щее вре­мя, по дан­ным отче­та Global Digital Statshot, «доступ к Интер­не­ту име­ют 3,819 млрд чело­век… что состав­ля­ет более 51% насе­ле­ния пла­не­ты, а коли­че­ство поль­зо­ва­те­лей соц­се­тей в мире пре­вы­си­ло 3 млрд, при том что все­го на пла­не­те насе­ле­ния 7,524 млрд чело­век» (цит. по: [Мар­ко­ва 2017]. 

Столь стре­ми­тель­ный про­цесс фор­ми­ро­ва­ния новой инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­тив­ной сфе­ры, сви­де­те­ля­ми и участ­ни­ка­ми кото­ро­го мы явля­ем­ся, есте­ствен­но, ска­зы­ва­ет­ся на уровне тео­ре­ти­че­ско­го осмыс­ле­ния это­го про­цес­са. Как отме­ча­ют иссле­до­ва­те­ли, «ско­рость изме­не­ний пре­вы­ша­ет ско­рость тео­ре­ти­ко-мето­до­ло­ги­че­ской рефлек­сии» [Кал­мы­ков 2011]. Боль­шин­ство уче­ных схо­дят­ся в том, что иссле­до­ва­ния медий­но­го интер­нет-про­стран­ства нахо­дят­ся в ста­дии ста­нов­ле­ния, отме­ча­ют, что для ново­го объ­ек­та иссле­до­ва­ния необ­хо­дим новый поня­тий­ный аппа­рат и соот­вет­ству­ю­щая мето­до­ло­гия [Вар­та­но­ва 2001; Горош­ко, Пав­ло­ва 2015; Доб­рос­клон­ская 2008; Дзя­ло­шин­ский, Дзя­ло­шин­ская 2014; Дус­ка­е­ва 2013; Шили­на 2011, 2013, 2014; Herring 2013].

Цель ста­тьи — про­сле­дить ста­нов­ле­ние новых линг­ви­сти­че­ских дис­ци­плин, свя­зан­ных с изу­че­ни­ем медий­но­го интер­нет-тек­ста, опи­сать их мето­до­ло­ги­че­скую базу, оха­рак­те­ри­зо­вать объ­ект и пред­мет этих иссле­до­ва­ний, выде­лить акту­аль­ные направ­ле­ния изу­че­ния медий­но­го интер­нет-про­стран­ства.

Методологическая база изучения медийного интернет-пространства

Осо­бен­но­сти изу­ча­е­мо­го объ­ек­та. Основ­ным дости­же­ни­ем иссле­до­ва­те­лей в обла­сти интер­нет-линг­ви­сти­ки за послед­ние 15–20 лет ста­ло выде­ле­ние отли­чи­тель­ных при­зна­ков интер­нет-ком­му­ни­ка­ции по срав­не­нию с тра­ди­ци­он­ны­ми фор­ма­ми обще­ния, сфор­ми­ро­вав­ши­ми­ся до ста­нов­ле­ния инфор­ма­ци­он­но­го обще­ства (печат­ные СМИ, теле­ви­де­ние, радио). В каче­стве базо­вых, кон­сти­ту­тив­ных харак­те­ри­стик интер­нет-ком­му­ни­ка­ции, вли­я­ю­щих на ее харак­тер, были назва­ны кате­го­рии, харак­те­ри­зу­ю­щие в основ­ном канал свя­зи и спо­соб пере­да­чи сооб­ще­ния, такие как элек­трон­ная фор­ма суще­ство­ва­ния тек­ста, гипер­тек­сту­аль­ность (нели­ней­ная орга­ни­за­ция содер­жа­ния), муль­ти­ме­дий­ность (поли­ко­до­вость), интер­ак­тив­ность, синхронность/асинхронность обще­ния, вари­а­тив­ность коли­че­ства и экс­пли­ци­ро­ван­но­сти ком­му­ни­кан­тов [Щипи­ци­на 2010: 59; Дус­ка­е­ва, Про­то­по­по­ва 2003].

Каж­дая из выде­лен­ных харак­те­ри­стик интер­нет-тек­ста под­верг­лась отдель­но­му изу­че­нию. Гипер­текст как объ­ект линг­ви­сти­че­ско­го изу­че­ния стал темой II Меж­ду­на­род­ной кон­фе­рен­ции в Сама­ре [Строй­ков 2011], гипер­тек­сту была посвя­ще­на моно­гра­фия Т. И. Рязан­це­вой «Гипер­текст и элек­трон­ная ком­му­ни­ка­ция» [Рязан­це­ва 2010]. Поли­ко­до­во­сти посвя­ще­ны моно­гра­фия и док­тор­ская дис­сер­та­ция А. Г. Сони­на [Сонин 2005; 2006], кан­ди­дат­ская дис­сер­та­ция Д. М. Мичу­ри­на [Мичу­рин 2014] и др. Интер­ак­тив­ность была в цен­тре вни­ма­ния работ, иссле­ду­ю­щих диа­ло­ги­че­ские фор­мы интер­нет-обще­ния [Куз­не­цо­ва 2008; Попо­ва 2017; Патру­ше­ва 2015].

Вни­ма­ние иссле­до­ва­те­лей в основ­ном было сосре­до­то­че­но на выяв­ле­нии осо­бен­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния жан­ров тра­ди­ци­он­ной несе­те­вой ком­му­ни­ка­ции (бесе­да, дис­кус­сия, раз­го­вор и др.) в новых фор­ма­тах, появив­ших­ся в сети бла­го­да­ря интер­нет-тех­но­ло­ги­ям (чаты, кон­фе­рен­ции, фору­мы и др.). В дис­сер­та­ци­он­ных иссле­до­ва­ни­ях изу­ча­лась связь меж­ду тра­ди­ци­он­ны­ми и сете­вы­ми жан­ра­ми. В каче­стве при­ме­ра мож­но назвать инте­рес­ную дис­сер­та­цию С. С. Ярце­вой [Ярце­ва 2011]. В ней про­сле­жи­ва­ет­ся исто­рия раз­ви­тия колон­ки как дви­же­ние от руб­ри­ки к жан­ру, обу­слов­лен­ное уси­ле­ни­ем лич­ност­но­го нача­ла в пуб­ли­ци­сти­ке, кото­рое свя­за­но с пер­со­на­ли­за­ци­ей и пер­со­ни­фи­ка­ци­ей тек­ста. Тема­ти­че­ский выпуск жур­на­ла «Ком­му­ни­ка­тив­ные иссле­до­ва­ния» (2014, № 2) [Ком­му­ни­ка­тив­ные иссле­до­ва­ния… 2014] цели­ком был посвя­щен теме «Тра­ди­ци­он­ные и новые медиа в совре­мен­ной Рос­сии».

Осо­бый инте­рес иссле­до­ва­те­лей вызва­ла новая, так назы­ва­е­мая уст­но-пись­мен­ная фор­ма обще­ния, когда в пись­мен­ную дистант­ную фор­му обще­ния про­ни­ка­ют язы­ко­вые сред­ства, харак­тер­ные для кон­такт­но­го уст­но­го обще­ния (см., напри­мер: [Тро­фи­мо­ва 2004; Уса­че­ва 2011; Казак 2012]). Иссле­до­ва­те­ли ста­ли гово­рить о новом типе рече­во­го пове­де­ния поль­зо­ва­те­лей сети, их «пси­хо­ло­ги­че­ской рас­кре­по­щен­но­сти, ненор­ма­тив­но­сти, боль­шей сво­бо­де в выбо­ре выска­зы­ва­ний и поступ­ков, в про­иг­ры­ва­нии ролей и сце­на­ри­ев, кото­рые не могут быть реа­ли­зо­ва­ны в реаль­ной жиз­ни» [Горош­ко 2014: 30].

Осо­бо­го тео­ре­ти­че­ско­го осмыс­ле­ния потре­бо­ва­ло такое явле­ние, как элек­трон­ные сете­вые СМИ. По мне­нию А. А. Кал­мы­ко­ва, мы явля­ем­ся сви­де­те­ля­ми гло­баль­ной систем­ной пере­строй­ки инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­тив­ной сфе­ры обще­ствен­ной дея­тель­но­сти, свя­зан­ной с про­цес­сом кон­вер­ген­ции (от лат. convergo — «сбли­жаю»), кото­рый пони­ма­ет­ся авто­ром как сбли­же­ние (вза­и­мо­про­ник­но­ве­ние, вза­и­мо­дей­ствие, согла­со­ва­ние и т. п.), про­ис­хо­дя­щее сра­зу в несколь­ких плос­ко­стях (сло­ях), отли­ча­ю­щих­ся мас­шта­бом про­те­ка­ния про­цес­са в медиа­от­рас­ли: кон­вер­ген­ция тех­ни­че­ских устройств (гад­же­тов), исполь­зу­е­мых жур­на­ли­ста­ми для сбо­ра и обра­бот­ки мате­ри­а­ла; кон­вер­ген­ция про­фес­си­о­на­лиз­ма, «посколь­ку новые диги­таль­ные устрой­ства не толь­ко тре­бу­ют допол­ни­тель­ных ком­пе­тен­ций, но и зада­ют кон­вер­гент­ные фор­ма­ты предо­став­ле­ния кон­тен­та»; кон­вер­ген­ция на уровне ком­по­нен­тов систе­мы СМИ (интер­нет-ТВ, онлайн-газе­та, интер­нет-радио) [Кал­мы­ков 2011; Хеле­мен­дик 2013]. В резуль­та­те про­цес­са кон­вер­ген­ции появ­ля­ют­ся гипер­ме­диа — изда­ния, исполь­зу­ю­щие одно­вре­мен­но раз­лич­ные сред­ства достав­ки кон­тен­та (оффлай­но­вая и онлай­но­вая газе­та), и транс­ме­диа — новые медиа (соци­аль­ные сети, кон­тент кото­рых, во-пер­вых, не инфор­ма­тив­ный, а ком­му­ни­ка­тив­ный, во-вто­рых, фор­ми­ру­ет­ся не редак­ци­ей, а поль­зо­ва­те­ля­ми) [Кал­мы­ков 2011].

В про­цес­се кон­вер­ген­ции рож­да­ют­ся новые инте­гри­ро­ван­ные жан­ры: инфо­тей­н­мент (information + entertainment), эдю­тей­н­мент (education + entartainment), инфор­то­ри­ал (information + editorial) [Вар­та­но­ва 2001]. Это явле­ние ста­но­вит­ся пред­ме­том отдель­но­го изу­че­ния. В рам­ках дан­но­го направ­ле­ния выпол­не­но иссле­до­ва­ние С. Г. Носо­вец, в кото­ром рас­смат­ри­ва­ют­ся струк­тур­ные и содер­жа­тель­ные осо­бен­но­сти функ­ци­о­ни­ро­ва­ния СМИ в соци­аль­ной сети «ВКон­так­те» и спе­ци­фи­ка пода­чи новост­но­го кон­тен­та [Носо­вец 2014].

Про­цесс ковер­ген­ции рас­про­стра­ня­ет­ся на систе­му медий­ных интер­нет-жан­ров в целом, веду­щей тен­ден­ци­ей раз­ви­тия этих жан­ров при­зна­ет­ся муль­ти­ме­дий­ность. При­ве­дем клас­си­фи­ка­цию жан­ров муль­ти­ме­диа, осно­ван­ную на типо­ло­гии кодов пере­да­чи инфор­ма­ции: иллю­стра­тив­ные жан­ры (дина­ми­че­ская иллю­стра­ция), фото­лен­та, фото­ре­пор­таж, фото­га­ле­рея, слайд-шоу, графика/рисунок/карикатура, инфо­гра­фи­ка); ауди­аль­ные жан­ры (аудио­ил­лю­стра­ция, аудио­вер­сия тек­ста, аудио­сю­жет); виде­ожан­ры (видео­ил­лю­стра­ция, видео­сю­жет, пото­ко­вое видео с места собы­тий, интер­ак­тив­ный видео­мост, видео­ко­лон­ка, видео­очерк, видео­ком­мен­та­рий) [Кости­ков 2017: 96–97].

Глав­ным выво­дом, к кото­ро­му при­шли иссле­до­ва­те­ли в про­цес­се изу­че­ния отдель­ных жан­ров и харак­те­ри­стик медий­но­го интер­нет-тек­ста, ста­ло мне­ние, что тех­но­ло­гии Интер­не­та ради­каль­но изме­ни­ли пара­диг­му меди­а­ком­му­ни­ка­ции: из вер­ти­каль­ной моде­ли она пре­вра­ти­лась в гори­зон­таль­ную. При­о­ри­тет гипер­тек­сту­аль­но­сти и поли­субъ­ект­но­сти обу­сло­вил рас­про­стра­не­ние в интер­нет-про­стран­стве кон­цеп­ции рав­но­прав­но­го созда­ния тек­ста авто­ром и чита­те­лем, что откры­ва­ет воз­мож­но­сти для раз­ви­тия так назы­ва­е­мой жур­на­ли­сти­ки граж­дан [Шили­на 2013: 137–138].

Таким обра­зом, все выде­лен­ные в про­цес­се иссле­до­ва­ний харак­те­ри­сти­ки медий­но­го интер­нет-тек­ста (гипер­тек­сту­аль­ность, муль­ти­ме­дий­ность, интер­ак­тив­ность, поли­субъ­ект­ность) посте­пен­но полу­ча­ют систем­ное объ­яс­не­ние и из экзо­ти­че­ских харак­те­ри­стик медий­но­го интер­нет-тек­ста, отли­ча­ю­щих их от тра­ди­ци­он­но­го тек­ста, пре­вра­ща­ют­ся в харак­те­ри­сти­ки тек­ста ново­го фор­ма­та, фик­си­ру­ю­щие новый тип отно­ше­ний в совре­мен­ном обще­стве. С этой точ­ки зре­ния осо­бен­но инте­рес­ны тео­ре­ти­че­ские рабо­ты, осмыс­ля­ю­щие медиа­про­цесс в целом и пред­ла­га­ю­щие новую мето­до­ло­ги­че­скую базу иссле­до­ва­ния это­го про­цес­са.

Научные направления исследования медийного интернет-пространства

Медий­ное интер­нет-про­стран­ство пред­став­ля­ет собой часть сфе­ры медиа, кото­рую необ­хо­ди­мо изу­чать систем­но, с уче­том совре­мен­ной ситу­а­ции и про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих в этой сфе­ре. Для ком­плекс­но­го ана­ли­за сфе­ры медиа иссле­до­ва­те­ли пред­ла­га­ют поня­тие «инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­тив­ный уни­вер­сум», в кото­рый вклю­ча­ют обще­ствен­ные (мас­со­вые), пуб­лич­ные (спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ные) и при­ват­ные (меж­лич­ност­ные) ком­му­ни­ка­ции [Дзя­ло­шин­ский, Дзя­ло­шин­ская 2014]. Фено­мен обще­ния в интер­нет-сре­де состо­ит в том, что в ней задей­ство­ва­ны все три типа ком­му­ни­ка­ции. Медиа уже нель­зя пони­мать толь­ко как сфе­ру жур­на­лист­ской дея­тель­но­сти, толь­ко как СМИ. Ком­му­ни­ка­то­ло­гия и медиа­ло­гия пре­тен­ду­ют на охват соци­аль­но-ком­му­ни­ка­тив­ных про­цес­сов в целом, в том чис­ле и на тео­ре­ти­ко-мето­до­ло­ги­че­ском фило­соф­ском уровне (см., напр.: [Дебрэ 2010]). Таким обра­зом, осно­во­по­ла­га­ю­щей дис­ци­пли­ной для изу­че­ния медий­ных интер­нет-тек­стов ста­но­вит­ся общая дис­ци­пли­на медиа­ло­гия (media studies), пред­мет кото­рой — все­сто­рон­ний ана­лиз исто­ри­че­ско­го раз­ви­тия, совре­мен­но­го состо­я­ния и осо­бен­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния все­го ком­плек­са средств мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции.

Част­ные направ­ле­ния изу­че­ния меди­а­тек­ста — медиа­линг­ви­сти­ка и медиа­сти­ли­сти­ка, в кото­рых медий­ный интер­нет-текст явля­ет­ся одним из объ­ек­тов изу­че­ния.

Медиа­линг­ви­сти­ка (Т. Г. Доб­рос­клон­ская, Л. Р. Дус­ка­е­ва и др.). Сре­ди наи­бо­лее зна­чи­мых пред­по­сы­лок зарож­де­ния медиа­линг­ви­сти­ки Т. Г. Доб­рос­клон­ская выде­ля­ет сле­ду­ю­щие: «стре­ми­тель­ный рост инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­ци­он­ных тех­но­ло­гий (ИКТ), выра­зив­ший­ся, в част­но­сти, в созда­нии гло­баль­ной сети меди­а­ком­му­ни­ка­ции; фор­ми­ро­ва­ние и раз­ви­тие еди­но­го инфор­ма­ци­он­но­го про­стран­ства как новой вир­ту­аль­ной сре­ды тек­сто­во­го обще­ния; ста­нов­ле­ние и науч­ное осмыс­ле­ние поня­тия “язык СМИ”, опре­де­ле­ние его функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ских осо­бен­но­стей и внут­рен­ней струк­ту­ры; осо­зна­ние необ­хо­ди­мо­сти при­ме­не­ния инте­гри­ро­ван­но­го под­хо­да к изу­че­нию медиа­ре­чи, осно­ван­но­го на объ­еди­не­нии уси­лий пред­ста­ви­те­лей раз­ных гума­ни­тар­ных дис­ци­плин; рас­смот­ре­ние иссле­до­ва­ний язы­ка СМИ в рам­ках медиа­ло­гии» [Доб­рос­клон­ская 2008: 4–5].

Медиа­сти­ли­сти­ка (Л. Р. Дус­ка­е­ва). Осо­бен­но­стью этой дис­ци­пли­ны явля­ет­ся изу­че­ние зако­но­мер­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в част­ных рече­вых раз­но­вид­но­стях медиа­сфе­ры, спе­ци­фи­ки рече­вой систем­но­сти этих раз­но­вид­но­стей, сти­ле­вых норм, скла­ды­ва­ю­щих­ся под вли­я­ни­ем экс­тра­линг­ви­сти­че­ских сти­ле­об­ра­зу­ю­щих фак­то­ров [Дус­ка­е­ва 2013; Куз­не­цо­ва 2008].

В каче­стве узко­го направ­ле­ния, изу­ча­ю­ще­го интер­нет-текст, выде­ля­ет­ся интер­нет-линг­ви­сти­ка (см.: [Herring 2014a; 2014b; Ком­пан­це­ва 2007; Луто­ви­но­ва 2009; Щипи­ци­на 2010] и мн. др.). Объ­ект это­го направ­ле­ния фоку­си­ру­ет­ся на изу­че­нии осо­бен­но­стей функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в про­стран­стве интер­нет-ком­му­ни­ка­ций. Основ­ной мето­до­ло­ги­че­ской плат­фор­мой ана­ли­за высту­па­ют поли­па­ра­диг­маль­ные и меж­дис­ци­пли­нар­ные под­хо­ды [Горош­ко, Пав­ло­ва 2015].

Мето­ды изу­че­ния. Иссле­до­ва­те­ли меди­а­тек­ста отме­ча­ют, что в медиа­линг­ви­сти­ке, как и в любой дру­гой меж­дис­ци­пли­нар­ной отрас­ли, мето­ды иссле­до­ва­ния носят ярко выра­жен­ный инте­гра­тив­ный харак­тер: в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки широ­ко при­ме­ня­ет­ся весь спектр мето­дов тек­сто­вой обра­бот­ки — от тра­ди­ци­он­ных мето­дов систем­но­го ана­ли­за и кон­тент-ана­ли­за до логи­че­ско­го, эмпи­ри­че­ско­го, социо­линг­ви­сти­че­ско­го и срав­ни­тель­но-куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го опи­са­ния. Тек­сты мас­со­вой инфор­ма­ции изу­ча­ют­ся с помо­щью когни­тив­ной линг­ви­сти­ки, дис­кур­сив­но­го ана­ли­за, кри­ти­че­ской линг­ви­сти­ки, функ­ци­о­наль­ной сти­ли­сти­ки, праг­ма­ти­ки, рито­ри­че­ской кри­ти­ки. Инте­гра­тив­ность их исполь­зо­ва­ния обес­пе­чи­ва­ет систем­ный, ком­плекс­ный под­ход к изу­че­нию тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции [Доб­рос­клон­ская 2008: 37].

Дис­кур­сив­ный под­ход. Схе­му дис­кур­сив­но­го ана­ли­за меди­а­тек­ста пред­ла­га­ют укра­ин­ские иссле­до­ва­те­ли Л. А. Куд­ряв­це­ва и К. А. Ива­но­ва. В схе­му ана­ли­за меди­а­тек­ста вхо­дят сле­ду­ю­щие ком­по­нен­ты: 1) исход­ные дан­ные (назва­ние ста­тьи, назва­ние источ­ни­ка, автор, дата созда­ния); 2) меди­а­то­пик, тема­ти­ка; 3) линг­ви­сти­че­ские харак­те­ри­сти­ки: лек­си­ка и фра­зео­ло­гия, мор­фо­ло­гия и син­так­сис, сти­ли­сти­ка (худо­же­ствен­ные при­е­мы, язы­ко­вая игра, рито­ри­че­ские фигу­ры); 4) медий­ные тех­но­ло­гии: визу­аль­ные сред­ства (рас­по­ло­же­ние мате­ри­а­ла, шрифт, гра­фи­ка, изоб­ра­же­ния), зву­ко­вые сред­ства, видео­со­про­вож­де­ние; 5) ком­му­ни­ка­тив­ная стра­те­гия, кото­рую реа­ли­зу­ет кон­крет­ный меди­а­текст, и его ком­му­ни­ка­тив­ные так­ти­ки (цель, с кото­рой создан меди­а­текст, и спо­со­бы ее реа­ли­за­ции, адре­сат и адре­сант меди­а­тек­ста); 6) отбор фак­тов, свя­зи и соот­но­ше­ния меж­ду ними, пре­це­дент­ность, гипер­текст [Куд­ряв­це­ва, Ива­но­ва 2014: 26]. Дис­кур­сив­ный под­ход стал цен­траль­ным для цело­го ряда иссле­до­ва­ний (см., напри­мер, ста­тью [Lemke 2012], моно­гра­фию [Несте­ро­ва 2015], кол­лек­тив­ную моно­гра­фию «Интер­нет-про­стран­ство: рече­вой порт­рет поль­зо­ва­те­лей» [Попо­ва и др. 2012] и мно­гие др.).

Куль­ту­ро­ло­ги­че­ский под­ход. Меди­а­текст рас­смат­ри­ва­ет­ся как резуль­тат «инфор­ма­ци­он­но­го взры­ва» вто­рой поло­ви­ны XX в., кото­рый выявил харак­тер­ные чер­ты пост­ин­ду­стри­аль­ной (пост­мо­дер­нист­ской) эпо­хи: «демас­си­фи­ка­цию» прес­сы (Э. Тоф­флер), теле­кра­тию и порож­ден­ную ею «клип­куль­ту­ру», уси­ле­ние роли инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­ци­он­ных тех­но­ло­гий (ИКТ) (см.: [Кирил­ло­ва 2011: 6]). В рам­ках это­го направ­ле­ния выпол­не­ны, напри­мер, дис­сер­та­ци­он­ные иссле­до­ва­ния: [Орло­ва 2012; Алек­се­е­ва 2006; Аннен­ко­ва 2011] и др.

Метод медиа­линг­ви­сти­че­ско­го ана­ли­за. Суть мето­да состо­ит в обна­ру­же­нии и опи­са­нии зако­но­мер­но­стей вза­и­мо­дей­ствия вер­баль­но­го и медий­но­го рядов, в изу­че­нии осо­бен­но­стей исполь­зо­ва­ния зна­ков медий­но­го уров­ня, а так­же раз­лич­ных вари­ан­тов ком­би­на­ций эле­мен­тов всех уров­ней меди­а­тек­ста: сло­во — звук — изоб­ра­же­ние, сло­во — гра­фи­че­ское оформ­ле­ние — образ и т. д. При этом учи­ты­ва­ют­ся функ­ции раз­но­уров­не­вых ком­по­нен­тов меди­а­тек­ста — иллю­стра­ция, допол­не­ние, уси­ле­ние, кон­траст, столк­но­ве­ние смыс­лов [Доб­рос­клон­ская 2008: 58].

Перспективные проблемы изучения сетевых медиа

Тра­ди­ци­он­ный круг вопро­сов, вол­ну­ю­щий иссле­до­ва­те­лей язы­ка СМИ: «Какое вли­я­ние ока­зы­ва­ет мас­со­вая ком­му­ни­ка­ция на соот­но­ше­ние уст­ной и пись­мен­ной форм речи, как мас­со­вый харак­тер сооб­ще­ния ска­зы­ва­ет­ся на дви­же­нии язы­ко­вой нор­мы, что пред­став­ля­ет собой язык мас­со­вой инфор­ма­ции с точ­ки зре­ния функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ской диф­фе­рен­ци­а­ции, како­вы кри­те­рии типо­ло­ги­че­ской клас­си­фи­ка­ции меди­а­тек­стов, како­ва спе­ци­фи­ка язы­ков кон­крет­ных СМИ — газет, жур­наль­ной прес­сы, радио, теле­ви­де­ния, Интер­не­та, а так­же язы­ков так назы­ва­е­мых медиа­обу­слов­лен­ных систем — рекла­мы и свя­зей с обще­ствен­но­стью» [Доб­рос­клон­ская 2008: 20]. Эти вопро­сы оста­ют­ся акту­аль­ны­ми и для иссле­до­ва­ния медий­но­го про­стран­ства Интер­не­та, одна­ко в совре­мен­ной ситу­а­ции они тре­бу­ют рас­смот­ре­ния с уче­том систем­но-функ­ци­о­наль­но­го под­хо­да к иссле­до­ва­нию Интер­не­та как ком­му­ни­ка­тив­но­го фено­ме­на.

Совре­мен­ные иссле­до­ва­ния медиа­ре­чи долж­ны быть осно­ва­ны на систем­ных пред­став­ле­ни­ях о медиа­сре­де и ее под­сти­лях (см., напри­мер, рабо­ту М. Чеку­но­вой o поли­ти­ко-адми­ни­стра­тив­ном сете­вом медиа­дис­кур­се [Чеку­но­ва 2017], ста­тью Г. А. Крас­но­вой и соав­то­ров о сете­вых медиа как инстру­мен­те рекру­тин­га сту­ден­тов [Крас­но­ва, Гринш­кун, Пых­ти­на 2017]). В центр вни­ма­ния иссле­до­ва­те­лей попа­да­ют соци­аль­ные медиа (social media) — «сово­куп­ность всех интер­нет-пло­ща­док, кото­рые на осно­ве онлайн-тех­но­ло­гий предо­став­ля­ют поль­зо­ва­те­лям воз­мож­ность уста­нав­ли­вать ком­му­ни­ка­цию друг с дру­гом и про­из­во­дить поль­зо­ва­тель­ский кон­тент, а зна­чит, быть актив­ным ресур­сом для осу­ществ­ле­ния ком­му­ни­ка­тив­ных прак­тик» [Шестер­ки­на 2017].

Тре­бу­ют изу­че­ния интер­ак­тив­ные модаль­ные плат­фор­мы. Интер­ак­тив­ные муль­ти­мо­даль­ные плат­фор­мы — ИМП (interactive multimodal platforms — IMPs) поз­во­ля­ют в соци­аль­ном вебе ком­мен­ти­ро­вать муль­ти­мо­даль­ный кон­тент посред­ством муль­ти­мо­даль­ных кана­лов на одном сай­те и даже с помо­щью одной «бесе­ды». ИМП мини­маль­но исполь­зу­ет текст и еще одну допол­ни­тель­ную семи­о­ти­че­скую систе­му (видео, аудио, гра­фи­ку). Эти моду­сы могут реа­ли­зо­вы­вать­ся как в син­хрон­ном, так и асин­хрон­ном режи­мах пере­да­чи дан­ных [Горош­ко, Пав­ло­ва 2015: 45–46]. В каче­стве при­ме­ров ИМПа назы­ва­ют­ся сер­вис YouTube, кото­рый поз­во­ля­ет в асин­хрон­ном режи­ме заре­ги­стри­ро­ван­ным поль­зо­ва­те­лям ком­мен­ти­ро­вать раз­ме­ща­е­мые видео на кана­ле как в тек­сто­вом, так и в видео­фор­ма­те; соци­аль­ная сеть Facebook, предо­став­ля­ю­щая сво­им поль­зо­ва­те­лям сер­вис виде­оча­та; сер­вис WhatsApp, поз­во­ля­ю­щий парал­лель­но с тек­сто­вы­ми сооб­ще­ни­я­ми обме­ни­вать­ся фото-, видео- и аудио­ин­фор­ма­ци­ей в рам­ках одно­го диа­ло­га [Горош­ко, Пав­ло­ва 2015: 45–46]. Эти муль­ти­мо­даль­ные ком­мен­та­тор­ские сре­ды ста­вят перед иссле­до­ва­те­ля­ми ряд вопро­сов: «Как и зачем люди обща­ют­ся в рам­ках дан­ной ком­му­ни­ка­тив­ной моде­ли? До какой сте­пе­ни выбор ими тек­ста, зву­ка или изоб­ра­же­ния вли­я­ет на само обще­ние? Что в этом обще­нии наи­бо­лее пози­тив­но и соци­аль­но, а что вызы­ва­ет вер­баль­ную агрес­сию и оттор­же­ние? Как ком­му­ни­ка­тив­ный эффект воз­дей­ствия свя­зан с тем или иным фор­ма­том пере­да­чи инфор­ма­ции (текст, звук, видео)? И как один фор­мат воз­дей­ствия свя­зан с дру­гим? До какой сте­пе­ни этот выбор вли­я­ет на полу­ча­те­ля сооб­ще­ния? И как вся эта инфор­ма­ция, полу­чен­ная посред­ством наше­го прак­ти­че­ско­го ана­ли­за, может повли­ять на улуч­ше­ние рабо­ты сер­ви­са с точ­ки зре­ния уси­ле­ния ком­му­ни­ка­тив­но­го эффек­та воз­дей­ствия?» [Herring 2015: 1–2] (цит. по: [Горош­ко, Пав­ло­ва 2015: 46]).

Г. Г. Щепи­ло­ва, рабо­та­ю­щая в этом направ­ле­нии, про­ве­ла экс­пе­ри­мент по изу­че­нию ком­му­ни­ка­тив­но­го пове­де­ния поль­зо­ва­те­лей Facebook. Целью экс­пе­ри­мен­та было выяс­нить, как поль­зо­ва­те­ли реа­ги­ру­ют на раз­ные типы тек­стов. Иссле­до­ва­лись реак­ции поль­зо­ва­те­лей на раз­лич­ные типы пуб­ли­ка­ций (ново­сти, исто­рии, рекла­му) [Щепи­ло­ва 2012].

Пер­спек­тив­ным направ­ле­ни­ем иссле­до­ва­ния медий­но­го интер­нет-тек­ста явля­ет­ся систем­ное изу­че­ние муль­ти­мо­даль­но­сти. Мно­го­субъ­ек­ность совре­мен­но­го меди­а­тек­ста нахо­дит свое систем­ное объ­яс­не­ние в поня­тии «кол­ла­бо­ра­тив­ные медиа» как фор­мы опо­сре­до­ван­ной ком­му­ни­ка­ции, в кото­рой люди сов­мест­но рабо­та­ют и созда­ют новые сооб­ще­ния, кон­тент и смыс­лы. Это поня­тие рас­смот­ре­но в рабо­те Дж. Лёу­г­ре­на и Б. Рей­ме­ра [Löwgren, Reimer 2013] (см. так­же: [Зиган­ши­на 2017]). В рус­ле иссле­до­ва­ния поли­мо­даль­но­сти медий­но­го интер­нет-тек­ста мож­но рас­смат­ри­вать и рабо­ты в обла­сти коми­че­ских кре­о­ли­зо­ван­ных тек­стов в интер­нет-ком­му­ни­ка­ции (интер­нет-мемов) (см., напри­мер: [Щури­на 2010]). Интер­нет-мемы как поли­ко­до­вые тек­сты высту­па­ют осно­вой для порож­де­ния мно­же­ства новых про­из­ве­де­ний с раз­ной сте­пе­нью ото­рван­но­сти от ори­ги­на­ла [Мичу­рин 2014: 11].

Инте­рес­ное направ­ле­ние иссле­до­ва­ния медий­но­го интер­нет-тек­ста — изу­че­ние про­ек­тов дата-жур­на­ли­сти­ки (или жур­на­ли­сти­ки дан­ных — от англ. data journalism) (см.: [Zerfass 2016; Шили­на 2017; Сима­ко­ва 2014]). А. Пил­хо­фер (New York Times) пред­ла­га­ет рас­смат­ри­вать жур­на­ли­сти­ку дан­ных как «зон­тич­ный тер­мин», кото­рый «охва­ты­ва­ет мно­гое, вклю­чая в себя все новый и новый набор инстру­мен­тов… от тра­ди­ци­он­ных репор­та­жей, кото­рые гото­вят­ся при помо­щи ком­пью­те­ра (с исполь­зо­ва­ни­ем дан­ных в каче­стве “источ­ни­ка”) до самых совре­мен­ных и пере­до­вых спо­со­бов визу­а­ли­за­ции дан­ных и новост­ных при­ло­же­ний. Объ­еди­ня­ю­щая цель — жур­на­лист­ская: предо­став­ле­ние инфор­ма­ции и ана­ли­за, что­бы помо­гать инфор­ми­ро­вать нас обо всех важ­ных про­бле­мах дня» [Посо­бие по жур­на­ли­сти­ке дан­ных]. Тео­ре­ти­че­ское осмыс­ле­ние это­го направ­ле­ния толь­ко нача­лось. Иссле­дуя про­ек­ты дата-жур­на­ли­сти­ки веду­щих миро­вых мас­сме­диа (25 пуб­ли­ка­ций в «Гар­диан» и «Нью-Йорк Таймс», 2015−2016), М. Г. Шили­на при­хо­дит к выво­ду о каче­ствен­ных транс­фор­ма­ци­ях меди­а­ком­му­ни­ка­ции: «…фор­ми­ру­ет­ся поли­субъ­ект­ность (про­ект реа­ли­зу­ет твор­че­ско-тех­ни­че­ский кол­лек­тив — жур­на­лист, фото­граф, инфо­граф, веб-дизай­нер, SMM-мене­джер, ста­ти­стик, ана­ли­тик, про­грам­мист, спе­ци­а­ли­сты data science, про­дю­сер); меди­а­текст при­об­ре­та­ет инте­гри­ро­ван­ный харак­тер (текст и визу­а­ли­за­ция любых типов: гра­фи­ка, инфо­гра­фи­ка, видео); визу­а­ли­за­ция опре­де­ля­ет пода­чу инфор­ма­ции и онлай­но­вое раз­ви­тие сюже­та с уча­сти­ем про­сью­ме­ров, исполь­зу­ет­ся сто­ри­тел­линг на осно­ве визу­а­ли­за­ции резуль­та­тов ана­ли­за боль­ших и откры­тых дан­ных [Шили­на 2017: 17–18].

Пер­спек­тив­ным направ­ле­ни­ем иссле­до­ва­ния медий­но­го интер­нет-тек­ста явля­ет­ся иссле­до­ва­ние транс­ме­дий­но­го сто­ри­тел­лин­га (см.: [Чер­нен­ко 2017; Пра­со­ло­ва 2016]). Глав­ным досто­ин­ством новой тех­но­ло­гии при­зна­ет­ся воз­мож­ность созда­вать поли­фо­нич­ное ком­му­ни­ка­ци­он­ное полот­но, состо­я­щее из раз­но­фор­мат­ных эле­мен­тов, кото­рые рас­по­ло­же­ны в крос­сплат­фор­мен­ной сре­де. Дан­ные тех­но­ло­гии вовле­ка­ют потре­би­те­ля в актив­ное вза­и­мо­дей­ствие, созда­ют сме­шан­ную реаль­ность, объ­еди­ня­ю­щую онлайн- и офлайн-ком­му­ни­ка­ции [Пиль­гун 2015].

Заключение

Про­ве­ден­ный ана­лиз иссле­до­ва­ний в обла­сти интер­нет-ком­му­ни­ка­ции пока­зы­ва­ет, что уси­ли­я­ми уче­ных раз­ных линг­ви­сти­че­ских направ­ле­ний созда­ны усло­вия для инте­гра­тив­но­го меж­дис­ци­пли­нар­но­го иссле­до­ва­ния совре­мен­но­го медий­но­го интер­нет-тек­ста, пред­став­ля­ю­ще­го собой новый фор­мат обще­ния на осно­ве кол­ла­бо­ра­ции (мно­го­субъ­ект­но­сти, актив­но­го уча­стия поль­зо­ва­те­лей в созда­нии кон­тен­та) и жур­на­ли­сти­ки дан­ных (исполь­зу­ю­щей все воз­мож­но­сти муль­ти­ме­дий­но­сти).

Совре­мен­ное иссле­до­ва­ние пред­став­ля­ет­ся невоз­мож­ным без ана­ли­за всех сто­рон муль­ти­ме­дий­но­го интер­ак­тив­но­го про­цес­са меди­а­ком­му­ни­ка­ции, изме­нив­ше­го роли созда­те­ля и полу­ча­те­ля тек­ста, пре­вра­тив их в соучаст­ни­ков про­цес­са, рав­но­прав­ных парт­не­ров. Фокус иссле­до­ва­ний сме­ща­ет­ся от иссле­до­ва­ния отдель­ных меди­а­жан­ров и харак­те­ри­стик тек­стов, свя­зан­ных с интер­нет-тех­но­ло­ги­я­ми, к инте­гра­тив­но­му иссле­до­ва­нию все­го медий­но­го интер­нет-про­стран­ства на осно­ве общей тео­рии.

Алексеева, А. О. (2006). Новые интерактивные медиа в контексте теорий информационного общества. Автореф. дис. … канд. филол. наук. М. 

Анненкова, И. В. (2011). Медиадискурс XXI века. Лингвофилософский аспект языка СМИ. М.: Изд-во Московского университета.

Вартанова, Е. Л. (2001). К чему ведет конвергенция СМИ? В Развитие информационного общества в России. Т. 1. Теория и практика (с. 11–14). СПб.: Изд-во СПбГУ.

Горошко, Е. И., Павлова, Л. В. (2015). Лингвистика новых медиа как один из вызовов лингвистической традиции прошлого. Вопросы психолингвистики, 2 (24), 43–54.

Горошко, Е. И. (2014). Современная интернет-коммуникация: структура и основные параметры. В Т. Н. Колокольцева, О. В. Лутовинова (Ред.), Интернет-коммуникация как новая речевая формация. 2-е изд., стер. (с. 9–52). М.: ФЛИНТА; Наука.

Дебрэ, Р. (2010). Введение в медиологию. Пер. с фр. М.: Праксис.

Дзялошинский, И. М., Дзялошинская, М. И. (2014). К вопросу о понятийном аппарате медиаисследований. Медиаскоп, 4. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/1658.

Добросклонская, Т. Г. (2008). Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ. М.: Флинта.

Дускаева, Л. Р. (2013). Медиастилистика как ведущее направление медиалингвистических исследований в славянских странах. В С. Г. Корконосенко (Ред.), Российские исследования массмедиа и журналистики в международном контексте. Мат-лы всерос. научно-практ. конф. (23– 24 мая 2013 г.) (с. 37–42). СПб.: филол. ф-т СПбГУ.

Дускаева, Л. Р., Протопопова, О. В. (2003). Язык сети Интернет. В М. Н. Кожина (Ред.), Стилистический энциклопедический словарь русского языка (с. 648–651). М.: Флинта.

Зиганшина, А. А. (2017). Коллаборативные медиа в цифровой рекламной коммуникации. Медиаальманах, 3, 14–20.

Казак, М. Ю. (2012) Медиатекст: сущностные и типологические свойства. Глобальный медиажурнал.
Электронный ресурс http://www.gmj.sfedu.ru/v2i1/v2i1_kazak.htm.

Калмыков, А. А. (2011). Конвергенция — возможность универсального журнализма в рамках профессиональной идентичности. Оптимальные коммуникации. Электронный ресурс http://jarki.ru/wpress/2011/04/28/2198/.

Кириллова, Н. Б. (2011). От медиакультуры к медиалогии. Культурологический журнал, 4 (6), 6–16.

Колокольцева, Т. Н., Лутовинова, О. В. (Ред.) (2012). Интернет-коммуникация как новая речевая формация. 2-е изд., стер. М.: ФЛИНТА; Наука.

Коммуникативные исследования. Тематический выпуск: Традиционные и новые медиа в современной России, 2 (2014).

Компанцева, Л. Ф. (2007). Интернет-коммуникация: когнитивно-прагматический и лингвокультурологический аспекты. Луганск: Знание.

Костиков В. Ю. (2017). Продвижение бренда спортивного клуба в жанрах мультимедиа. Медиаальманах, 2, 92–102.

Краснова, Г. А., Гриншкун, В. В., Пыхтина Н. А. (2017). Сетевые медиаресурсы как инструмент рекрутинга иностранных студентов в российские вузы. Вестник РУДН. Серия: Информатизация образования, 14(2), 171–179.

Кудрявцева, Л. А., Иванова, К. А. (2014). Дискурс-анализ медиатекста. Русский язык, литература, культура в школе и вузе, 4(58), 22–26.

Кузнецова, Н. В., Трофимова, О. В. (Ред.). (2009). Русская речь в интернет-форуме: структура и стилистика текста. Тюмень: Мандр и Кª.

Кузнецова, Н. В. (2008). Структура и стилистика языковых средств в текстах Интернет-форумов. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Тюмень.

Лутовинова, О. В. (2009). Лингвокультурологические характеристики виртуального дискурса. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Волгоград.

Маркова, И. (2007). Количество пользователей соцсетей в мире превысило 3 млрд. Электронный ресурс https://www.searchengines.ru/social-users–3bln.html.

Мичурин, Д. С. (2014). Прецедентный поликодовый текст в вербально-изобразительной коммуникации интернет-сообществ (на материале русскоязычных имидж-форумов). Дис. … канд. филол. наук. Тверь.

Нестерова, Н. Г. (2015). Современный радиодискурс (коммуникативно-прагматический аспект). Томск: Изд-во Том. ун-та.

Носовец, С. Г. (2014). СМИ в социальной сети «ВКонтакте»: структурная и содержательная специфика. Коммуникативные исследования, 2, 245–255.

Орлова, О. В. (2012). Дискурсивно-стилистическая эволюция медиаконцепта: жизненный цикл и миромоделирующий потенциал. Дис. … д-ра филол. наук. Томск.

Патрушева, Л. С. (2015). Форум как речевой жанр интернет-дискурса. Дис. … канд. филол. наук. Ижевск.

Пильгун, М. А. (2015). «Тransmedia Storytelling»: перспективы развития медиатекста. Медиаскоп, 3. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/1773.

Попова, Д. А. (2017). Способы репрезентации субъектности цифровой личности в жанре интернет-комментария. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Улан-Удэ.

Попова, Т. И., Вознесенская, И. М. Колесова, Д. В. Савотина, В. М. (2012). Интернет-пространство: речевой портрет пользователя. СПб.: Эйдос.

Пособие по журналистике данных. Официальный сайт РИА Новости. Электронный ресурс http://ria.ru/files/book/_site/введение_2.html.

Прасолова, Е. В. (2016). Функционально-стилевые особенности мультимедийной истории как жанра интернет-СМИ. Дис. … канд. филол. наук. М.

Рязанцева, Т. И. (2010). Гипертекст и электронная коммуникация. М.: URSS.

Симакова, С. И. (2014). Дата-журналистика как медиатренд. Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского, 2 (2), 481–484.

Сонин, А. Г. (2006). Моделирование механизмов понимания поликодовых текстов. Дис. … д-ра филол. наук. М.

Сонин, А. Г. (2005). Понимание поликодовых текстов: когнитивный аспект. М.: Ин-т языкознания РАН.

Стройков, С. А. (Ред.) (2011), Гипертекст как объект лингвистического исследования. Мат-лы II Междунар. конф., 18–20 октября 2011 г. Самара: ПГСГА.

Сурин, А. В. (2005). Интернет как новое средство коммуникации. В М. И. Панов, Л. Е. Тумина (Ред.), Эффективная коммуникация: история, теория, практика. Словарь-справочник (с. 871–873). М.: КРПА Олимп.

Трофимова, Г. Н. (2004). Языковой вкус интернет-эпохи в России: функционирование русского языка в интернете: концептуально-сущностные доминанты. М.: Изд-во РУДН.

Усачева, О. Ю. (2011). Анализ дискурса диалогической коммуникации в интернете. М.: Изд-во МГОУ.

Хелемендик, B. C. (2013). Конвергенция как современная форма взаимодействия СМИ. Проблемы современного образования, 3, 106–123.

Чекунова, М. А. (2017). Языковые и стилистические особенности политико-административного сетевого медиадискурса. Медиаальманах, 4. Электронный ресурс http://www.mediaalmanah.ru/ archive/.

Черненко, Ю. А. (2017). Политический сторителлинг в условиях новой экологии медиа. Медиальманах, 2, 12–19.

Шестеркина, Л. П. (Ред.) (2017). Социальные медиа как ресурс интегрированных коммуникативных практик. Челябинск: Изд. центр ЮУрГУ.

Шилина, М. Г. (2013). Интернет и Рунет: новые направления и тенденции медиаисследований. В С. Г. Корконосенко (Ред.), Российские исследования массмедиа и журналистики в международном контексте. Мат-лы всерос. научн.-практ. конф. (23– 24 мая 2013 г.) (с. 136–140). СПб.: филол. ф-т СПбГУ.

Шилина, М. Г. (2011). Интернет-коммуникация и теоретические аспекты исследований массмедиа. Медиаскоп, 4. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/node/972.

Шилина, М. Г. (2017). Медиавизуалистика в парадигме big data и virtual reality. Медиаальманах, 1, 12–24.

Шилина, М. Г. (2014). Медиатекст в интернете: теоретико-методологические подходы к исследованию. Медиатекст: технологии воздействия. IV междунар. науч.-практ. интернет-конф. Ставрополь: Северо-Кавказский федеральный университет.

Щепилова, Г. Г. (2012). Поведение пользователей Facebook: исследовательский проект. Медиаскоп, 4. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/node/1220.

Щипицина, Л. Ю. (2010). Компьютерно-опосредованная коммуникация: лингвистический аспект анализа. М.: КРАСАНД.‌‌‌

Щурина, Ю. В. (2010). Комические креолизованные тексты в интернет-коммуникации. Вестник Новгородского государственного университета, 57, 82–86.

Ярцева, С. С. (2011). Колумнистика: история возникновения и перспективы развития. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Воронеж.

Herring, S. C. (2013). Discourse in Web 2.0: Familiar, reconfigured, and emergent. In D. Tannen & A. M. Tester (Eds.), Georgetown University Round Table on Languages and Linguistics 2011: Discourse 2.0: Language and new media (pp. 1–25). Washington, DC: Georgetown University Press. Prepublication version. Retrieved from http://ella.slis.indiana.edu/~herring/GURT.2011.prepub.pdf.

Herring, S. C. (2014а). Language and the Internet. In W. Donsbach (Ed.), The concise encyclopedia of communication. Oxford, UK: Wiley-Blackwell. Prepublication version. Retrieved from http://ella.slis. indiana.edu/~herring/concise.pdf.

Herring, S. C. (2014b). Research: Computer-mediated communication. ASIS&T Bulletin, 40 (3). Retrieved from http://www.asis.org/Bulletin/Feb–14/FebMar14_Herring.html.

Herring, S. C. (2015). New frontiers in interactive multimodal communication. In A. Georgopoulou, T. Spilloti (Eds.), The Routledge handbook of language and digital communication. London: Routledge. Retrieved from http://info.ils.indiana.edu/~herring/hldc.pdf.

Lemke, Jay L. (2012). Multimedia and discourse analysis. In J. P. Gee, M. Handford (Eds.), The Routledge Handbook of Discourse Analysis (pp. 79–90). New York: Routledge.

Löwgren, J., Reimer, B. (2013). Collaborative Media: production, consumption, and design interventions. Cambridge, MA: MIT Press.

Zerfass, A.(Eds.).(2016) Explainingtrendsinbigdata, stakeholderengagementandstrategiccommunication. European Communication Monitor — 2016. Berlin: Quadriga Media.

Alekseeva, A. O. (2006). Novye interaktivnye media v kontekste teorii informatsionnogo obschestva [New interactive media in the context of theories of the information society]. Thesis candidate … filol. of sciences. Moscow (In Russian)

Annenkova, I. V. (2011). Mediadiskurs XXI veka. Lingvofilosofskii aspekt iazyka SMI [The media discourse of the XXI century. Linguistics and philosophical aspect of the media language]. Moscow: Izd-vo Moscovskogo un-ta. (In Russian)

Chekunova, M. A. (2017). Yazykovye i stilisticheskie osobennosti politiko-administrativnogo setevogo mediadiskursa [Linguistic and stylistic features of the political and administrative network of media discourse]. Mediaalmanax [Mediaalmanac], 4. Retrieved from http://www.mediaalmanah.ru/archive/. (In Russian)

Chernenko, Yu. A. (2017). Politicheskii storitelling v usloviiax novoi ekologii media [Political storytelling in the new media ecology]. Mediaalmanax [Mediaalmanac], 2, 12–19. (In Russian)

Debre, R. (2010). Vvedenie v mediologiiu [Introduction to mediologics]. Transl. from French. Moscow: Praksis. (In Russian)

Dobrosklonskaya, T. G. (2008). Medialingvistika: sistemnyi podkhod k izucheniiu iazyka SMI [Media linguistics: systematic approach to the study of media language]. Moscow: Flinta. (In Russian)

Duskaeva, L. R. (2013). Mediastilistika kak veduschhee napravlenie medialingvisticheskikh issledovanii v slavianskix stranax [Media stylistics as a mainstream of media linguistics studies in the Slavic countries]. In S. G. Korkonosenko (Eds.), Rossiiskie issledovaniia massmedia i zhurnalistiki v mezhdunarodnom kontekste [Russian study of mass media and journalism in international context]. Issue Russian science and practice Conf. (23–24 may 2013) (pp. 37–42). St. Petersburg: Filol. faculty SPbSU. (In Russian)

Duskaeva, L. R., Protopopova, O. V. (2003). Iazyk seti Internet [The language of the Internet]. In M. N. Kozhina (Eds.), Stilisticheskii entsiklopedicheskii slovar’ russkogo iazyka [Stylistic encyclopedic dictionary of Russian language] (pp. 648–651). Moscow: Flinta. (In Russian)

Dzyaloshinskij, I. M., Dzyaloshinskaya, M. I. (2014). K voprosu o poniatiinom apparate mediaissledovanii [To the issue of conceptual apparatus of media studies]. Mediaskop [Mediascope], 4. Retrieved from http://www.mediascope.ru/1658. (In Russian)

Goroshko, E. I. (2014). Sovremennaia internet-kommunikatsiia: struktura i osnovnye parametry [Modern Internet communication: structure and basic parameters]. In T. N. Kolokolceva, O. V. Lutovinova (Eds.), Internet-kommunikatsiia kak novaia rechevaia formatsiia [Internet communication as a new verbal formation]. 2nd ed. (pp. 9–52). Moscow: FLINTA; Nauka. (In Russian)

Goroshko, E. I., Pavlova, L. V. (2015). Lingvistika novykh media kak odin iz vyzovov lingvisticheskoi traditsii proshlogo [New media Linguistics as one of the challenges to the linguistic traditions of the past]. Voprosy psikholingvistiki [Issues of psycholinguistics], 2 (24), 43–54. (In Russian)

Herring, S. C. (2013). Discourse in Web 2.0: Familiar, reconfigured, and emergent. In D. Tannen & A. M. Tester (Eds.), Georgetown University Round Table on Languages and Linguistics 2011: Discourse 2.0: Language and new media (pp. 1–25). Washington, DC: Georgetown University Press. Prepublication version http://ella.slis.indiana.edu/~herring/GURT.2011.prepub.pdf.

Herring, S. C. (2014). Language and the Internet. In W. Donsbach (Ed.), The concise encyclopedia of communication. Oxford, UK: Wiley-Blackwell. Prepublication version. Retrieved from http://ella.slis. indiana.edu/~herring/concise.pdf.

Herring, S. C. (2014). Research: Computer-mediated communication. ASIS&T Bulletin, 40 (3). Retrieved from http://www.asis.org/Bulletin/Feb-14/FebMar14_Herring.html.

Herring, S. C. (2015). New frontiers in interactive multimodal communication. In A. Georgopoulou, T. Spilloti (Eds.), The Routledge handbook of language and digital communication. London: Routledge. Retrieved from http://info.ils.indiana.edu/~herring/hldc.pdf.

Kalmykov, A. A. (2011). Konvergentsiia — vozmozhnost’ universal’nogo zhurnalizma v ramkakh professional’noi identichnosti [Convergence — the possibility of universal journalism as part of the professional identity]. Optimalnye kommunikatsii [Optimum communication]. Retrieved from http:// jarki.ru/wpress/2011/04/28/2198/. (In Russian)

Kazak, M. Yu. (2012). Mediatekst: suschnostnye i tipologicheskie svoistva [Media text: ontological and typological properties]. Globalnyi mediazhurnal [Global megajournal]. Retrieved from http://www.gmj. sfedu.ru/v2i1/v2i1_kazak.htm. (In Russian)

Khelemendik, B. C. (2013). Konvergentsiia kak sovremennaia forma vzaimodeistviia SMI [Convergence as a modern form of media interaction]. Problemy sovremennogo obrazovaniia [Problems of modern education], 3, 106–123. (In Russian)

Kirillova, N. B. (2011). Ot mediakul’tury k medialogii [From media culture to media studies]. Kul’turologicheskii zhurnal [Cultural studies journal], 4 (6), 6–16. (In Russian)

Kolokolceva, T. N., Lutovinova, O. V. (Eds.). (2012). Internet-kommunikatsiia kak novaia rechevaia formatsiia [Internet communication as a new verbal formation]. Moscow: FLINTA; Nauka. (In Russian)

Kommunikativnye issledovaniia. Tematicheskii vypusk: Traditsionnye i novye media v sovremennoi Rossii) [Communication research. Special issue: Traditional and new media in contemporary Russia)], 2. (2014). (In Russian)

Kompantseva, L. F. (2007). Internet-kommunikatsiia: kognitivnopragmaticheskii i lingvokul’turologicheskii aspekty [Internet communication: cognitive and pragmatical, linguistics and cultural aspects]. Lugansk: Znaniye. (In Russian)

Kostikov, V. Yu. (2017). Prodvizhenie brenda sportivnogo kluba v zhanrax multimedia [Promotion of the brand of the sports club in the genres of multimedia]. Mediaalmanakh [Media almanac], 2, 92–102. (In Russian)

Krasnova, G. A., Grinshkun, V. V., Pyxtina, N. A. (2017). Setevye media-resursy kak intstrument rekrutinga inostrannykh studentov v rossiiskie vuzy [Network media resources as a tool for recruitment of foreign students to Russian universities]. Vestnik RUDN. Seriia: Informatizatsiia obrazovaniia [Bulletin RUDN. Series: Informatization of education], 14(2), 171–179. (In Russian)

Kudryavceva, L. A., Ivanova, K. A. (2014). Diskurs-analiz mediateksta [Discourse analysis of media text]. Russkii iazyk, literatura, kul’tura v shkole i vuze [Russian language, literature, culture in school and university], 4(58), 22–26. (In Russian)

Kuzneczova, N. V. (2008). Struktura i stilistika iazykovykh sredstv v tekstakh Internet-forumov [The structure and style of language means in Internet forums texts]. Thesis dis. kand. filol. sciences. Tiumen. (In Russian)

Kuznetsova, N. V., Trofimova, O. V. (Eds.). (2009). Russkaia rech v internet-forume: struktura i stilistika teksta [Russian language at Internet forum: the structure and style of the text]. Tiumen: Mandr i Кª. (In Russian)

Lemke, Jay L. (2012). Multimedia and discourse analysis. In J. P. Gee, M. Handford (Eds.), The Routledge Handbook of Discourse Analysis (pp. 79–90). New York: Routledge.

Lutovinova, O. V. (2009). Lingvokul’turologicheskie kharakteristiki virtual’nogo diskursa [Linguistic and cultural characteristics of virtual discourse]. Thesis dis. kand. filol. sciences. Volgograd. (In Russian)

Löwgren, J., Reimer, B. (2013). Collaborative Media: Production, consumption, and design interventions. Cambridge, MA: MIT Press.

Markova, I. (2007). Kolichestvo pol’zovatelei sotssetei v mire prevysilo 3 mlrd. [The Number of users of social networks in the world exceeded 3 billion]. Retrieved from https://www.searchengines.ru/social-users-3bln.html. (In Russian)

Michurin, D. S. (2014). Pretsedentnyi polikodovyi tekst v verbal’no-izobrazitel’noi kommunikatsii internet-soobschestv (na materiale russkoiazychnykh imidzh-forumov) [Precedent multicode text in verbal and visual communication, online communities (on the material of Russian-speaking image forums)]. Thesis … kand. filol. sciences. (In Russian)

Nesterova, N. G. (2015). Sovremennyi radiodiskurs (kommunikativno-pragmaticheskii aspekt) [Modern radio discourse (communicative and pragmatic aspect)]. Tomsk: Izd-vo Tom.un-ta. (In Russian)

Nosovets, S. G. (2014). SMI v social’noi seti «Vkontakte»: strukturnaia i soderzhatel’naia spetsifika [Media in the social network “Vkontakte”: structure and content specificity]. Kommunikativnye issledovaniia [Communication research], 2, 245–255. (In Russian)

Orlova, O. V. (2012). Diskursivno-stilisticheskaia evoliutsiia mediakontsepta: zhiznennyi tsikl i miromodeliruiuschii potentsial [Discursive and stylistic evolution of media concept: life cycle and world modeling potential]. Thesis … kand. filol. sciences. Tomsk. (In Russian)

Patrusheva, L. S. (2015). Forum kak rechevoi zhanr internet-diskursa [The forum as a speech genre of Internet discourse]. Thesis … kand. filol. sciences. Izhevsk. (In Russian)

Pilgun, M. A. (2015). «Transmedia Storytelling»: perspektivy razvitiia mediateksta [“Тransmedia Storytelling”: the prospects for the development of media text]. Mediaskop [Mediascope], 3. Retrieved from http://www.mediascope.ru/1773. (In Russian)

Popova, D. A. (2017). Sposoby reprezentatsii sub’’ektnosti tsifrovoi lichnosti v zhanre internet-kommentariia [The ways of representation of the digital personality subjectivity in the online review genre]. Thesis … dis. kand. filol. sciences. Ulan-Ude. (In Russian)

Popova, T. I. (Eds.), Voznesenskaia, I. M., Kolesova, D. V., Savotina, V. M. (2012). Internet-prostranstvo: rechevoi portret pol’zovatelia [Internet space: a voice user’s profile]. (Collective monograph). St. Petersburg: Eydos. (In Russian)

Posobie po zhurnalistike dannykh. Ofitsial’nyi sait RIA Novosti [The data journalism handbook: the Official website of RIA Novosti]. Retrieved from http://ria.ru/files/book/_site/vvedenie_2.html. (In Russian)

Prasolova, E. V. (2016). Funktsional’no-stilevye osobennosti mul’timediinoi istorii kak zhanra internet-SMI [Functional and stylistic peculiarities of multimedia story as an online media genre]. Thesis … kand. filol. sciences. Moscow. (In Russian)

Riazantseva, T. I. (2010). Gipertekst i elektronnaia kommunikatsiia [Hypertext and electronic communication]. Moscow: URSS. (In Russian)

Schepilova, G. G. (2012). Povedenie pol’zovatelei Facebook: issledovatelskii proekt [The behavior of the Facebook users: a research project]. Mediaskop [Mediascope], 4. Retrieved from http://www.mediascope.ru/node/1220. (In Russian)

Schipitsina, L. Iu. (2010). Komp’iuterno-oposredovannaia kommunikatsiia: Lingvisticheskii aspekt analiza [Computer mediated communication: Linguistic aspect of the analysis]. Moscow: KRASAND. (In Russian)

Schurina, Iu. V. (2010). Komicheskie kreolizovannye teksty v internet-kommunikatsii [Comic creolized texts in the Internet communication]. Vestnik Novgorodskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of Novgorod State University], 57, 82–86. (In Russian)

Shesterkina, L. P. (Eds.). (2017). Sotsialnye media kak resurs integrirovannykh kommunikativnykh praktik [Social media as a resource integrated communication practices]. Chelyabinsk: Izdatelskiy tsentr YuUrGU. (In Russian)

Shilina, M. G. (2013). Internet i Runet: novye napravleniia i tendentsii mediaissledovanii [The Internet and the Runet: new trends in media and communication studies]. In S. G. Korkonosenko (Eds.), Rossiiskie issledovaniia massmedia i zhurnalistiki v mezhdunarodnom kontekste [Russian study of mass media and journalism in international context]. Issue Russian science and practice Conf. (23–24 may 2013) (pp. 136–140). St. Petersburg: Filol. faculty SPbSU. (In Russian)

Shilina, M. G. (2011). Internet-kommunikatsiia i teoreticheskie aspekty issledovanii mass-media [Internet communication and theoretical aspects of mass media research]. Mediaskop [Mediascope], 4. Retrieved from http://www.mediascope.ru/node/972. (In Russian)

Shilina, M. G. (2017). Mediavizualistika v paradigme big data i virtual reality [Medivisuals in the paradigm of big data and virtual reality]. Mediaalmanakh [Media almanac], 1, 12–24. (In Russian)

Shilina, M. G. (2014). Mediatekst v internete: teoretiko-metodologicheskie podxody k issledovaniiu [Media text on the Internet: theoretical and methodological approaches to research]. Mediatekst: tekhnologii vozdeistviia. IV mezhdunarodnaia nauchno-prakticheskaia internet-konferentsiia [Media text: the impact of technology. IV international scientific and practical Internet-conference]. Stavropol’: Severo-Kavkazskii federalnyi universitet. (In Russian)

Simakova, S. I. (2014). Data-zhurnalistika kak mediatrend [Data journalism as media trend]. Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N. I. Lobachevskogo [Bulletin of N. I. Lobachevskii Nizhegorodskii university], 2(2), 481–484. (In Russian)

Sonin, A. G. (2006). Modelirovanie mekhanizmov ponimaniia polikodovykh tekstov [Mechanisms of understanding multicode texts modeling]. Thesis … kand. filol. sciences. Moscow. (In Russian)

Sonin, A. G. (2005). Ponimanie polikodovykh tekstov: kognitivnyi aspect [Multicode texts understanding: cognitive aspect]. Moscow: Institute of linguistics. (In Russian)

Strojkov, S. A. (Eds.) (2011). Gipertekst kak ob’’ekt lingvisticheskogo issledovaniia [Hypertext as an object of linguistic research]. Proceedings of the II International conference, 18–20 October 2011. Samara: PGSGA. (In Russian)

Surin, A. V. (2005). Internet kak novoe sredstvo kommunikatsii [The Internet as a new means of communication]. In M. I. Panov (Eds.), L. E. Tumina, Effektivnaia kommunikatsiia: istoriia, teoriia, praktika [Effective communication: history, theory, practice]. Dictionary (pp. 871–873). Moscow: KRPA Olimpus. (In Russian)

Trofimova, G. N. (2004). Iazykovoi vkus internet-epokhi v Rossii: Funktsionirovanie russkogo iazyka v internete: kontseptual’no-suschnostnye dominanty [Language taste of the Internet age in Russia: the Russian language functioning in the Internet: conceptual and ontological dominant]. Moscow: Izd-vo RUDN. (In Russian)

Usacheva, O., Yu. (2011). Analiz diskursa dialogicheskoi kommunikatsii v internete [Dialogic communication on the Internet discourse analysis]. Moscow: Izd-vo MGOU. (In Russian)

Vartanova E. L. (2001). K chemu vedet konvergentsiia SMI? [What is convergence of media?] In Razvitie informatsionnogo obschestva v Rossii. T. 1. Teoriia i praktika [Development of information society in Russia. Vol. 1. Theory and practice] (pp. 11–14). St. Petersburg: Izd-vo S.-Peterb. un-ta. (In Russian)

Iartseva, S. S. (2011). Kolumnistika: istoriia vozniknoveniia i perspektivy razvitiia [Column journalism: history and prospects]. Thesis … dis. kand. filol. sciences. Voronezh. (In Russian)

Zerfass, A.(Eds.)(2016). Explainingtrendsinbigdata, stakeholderengagementandstrategiccommunication.
European Communication Monitor — 2016. Berlin: Quadriga Media.

Ziganshina, A. A. (2017). Kollaborativnye media v tsifrovoi reklamnoi kommunikatsii [Collaborative media in the digital advertising communications]. Mediaalmanakh [Media almanac], 3, 14–20. (In Russian)

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 мая 2018 г.;
реко­мен­до­ва­на в печать 28 июля 2018 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018

Received: May 15, 2018
Accepted: July 28, 2018