Четверг, Июнь 27Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Особенности теледебатов как вида речевого взаимодействия

Статья содержит анализ основных речевых стратегий, используемых участниками теледебатов — одного из видов политического дискурса. Материалом для исследования послужили видеозаписи теледебатов Трамп — Клинтон, сделанные в ходе президентской избирательной кампании 2016 г. в США. На основе проведенного лингвистического анализа аудио- и видеоматериала автор выделяет ряд языковых средств достижения зрелищности, соревновательности и персонификации политического процесса, являющихся основными характеристиками данного вида политического дискурса. Рассматриваются различия между обычными репликами-высказываниями и репликами-комментариями, простыми наложениями реплик и умышленными прерываниями собеседника. Автор считает, что тип мены роли не случаен, а определяется выбранной участником теледебатов коммуникативной стратегией. Речевое поведение Трампа и Клинтон рассматривается как инструмент создания медийного портрета и персонификации собственной политической программы. Особое внимание уделено диалогичности теледебатов, которая в этом виде политического дискурса имеет двухуровневый характер: политик — оппонент и политик — аудитория. В связи с этим описан ряд манипулятивных тактик, используемых участниками теледебатов в качестве средства воздействия на оппонента и избирателей, в частности с целью умышленного очернения соперника и создания контрастного фона. В заключение автор предлагает использовать сделанные им выводы для обучения студентов риторическим навыкам и способам построения эффективной коммуникации.

Peculiarities of television debates as a type of speech interaction

The article contains the analysis of basic communicative strategies employed by the participants of TV debates, a type of political discourse. The study was conducted using the videos of the Trump — Clinton debate during the 2016 US presidential campaign. The major principles of building of a political dialogue of this type were singled out by means of a linguistic analysis, showmanship, competiveness and personification which are the top characteristics of this type of discourse. The article illustrates different types of turn-taking, shows the difference between turns and backchannels, simple overlaps and deliberate interruptions of a partner. However, the choice of turn-taking type is not random. It depends on the strategic planning of the candidates, who view it as a means to project their personality as well as their political programme onto the audience. Thus, the dual nature of discourse is highlighted: a dialogue between the candidates and the dialogue with the audience. The communicative strategies chosen by the politicians are viewed by the author as a means of influencing the opponent and the electorate in general, one of them being denigrating the opponent with the aim to create a more beneficial personal profile. In the end, the author suggests using the conclusions made in teaching oratory and effective public speaking techniques to students.

Тымбай Алексей Алексеевич — канд. филол. наук, доц.;
tymbay@inbox.ru

Московский государственный институт
международных отношений МИД России,
Российская Федерация, 119454, Москва, пр. Вернадского, 76

Alexey A. Tymbay — PhD, Associate Professor;
tymbay@inbox.ru

MGIMO University,
76, Vernadskogo pr., Moscow, 119454, Russian Fededration

Тымбай, А. А. (2018). Особенности теледебатов как вида речевого взаимодействия. Медиалингвистика, 5 (2), 221–232.

DOI: 10.21638/spbu22.2018.206

URL: https://medialing.ru/osobennosti-teledebatov-kak-vida-rechevogo-vzaimodejstviya/ (дата обращения: 27.06.2019)

Tymbay, A. A. (2018). Peculiarities of television debates as a type of speech interaction. Media Linguistics, 5 (2), 221–232. (In Russian)

DOI: 10.21638/spbu22.2018.206

URL: https://medialing.ru/osobennosti-teledebatov-kak-vida-rechevogo-vzaimodejstviya/ (accessed: 27.06.2019)

УДК 81

Исто­рия вопро­са. Клю­че­вой про­бле­мой изби­ра­тель­но­го про­цес­са в боль­шин­стве совре­мен­ных демо­кра­ти­че­ских госу­дарств явля­ет­ся низ­кая явка на выбо­ры. Реги­о­наль­ные выбо­ры в орга­ны мест­но­го само­управ­ле­ния в Москве в сен­тяб­ре 2017 г., напри­мер, про­шли при рекорд­но низ­кой явке, кото­рая соста­ви­ла все­го 14 %. Сре­ди моло­де­жи и людей сред­не­го воз­рас­та сле­дить за поли­ти­че­ской жиз­нью стра­ны ста­ло немод­но, а читать поли­ти­че­ские про­грам­мы пар­тий или отдель­ных кан­ди­да­тов, по мне­нию боль­шин­ства, про­сто скуч­но. Одна­ко ответ на непро­стой вопрос, как зама­нить изби­ра­те­ля на изби­ра­тель­ные участ­ки, дав­но изве­стен: необ­хо­ди­мо пре­вра­тить пред­вы­бор­ную кам­па­нию в шоу, как это сде­ла­ли на выбо­рах пре­зи­ден­та США в 2016 г.

Пожа­луй, с того само­го момен­та, как теле­ви­де­ние полу­чи­ло широ­кое рас­про­стра­не­ние в 1950–1960-х годах, изби­ра­тель­ные шта­бы аме­ри­кан­ских пре­зи­ден­тов ухва­ти­лись за глав­ное пре­иму­ще­ство теле­де­ба­тов — их зре­лищ­ность. Теле­де­ба­ты как раз­но­вид­ность поли­ти­че­ско­го дис­кур­са иде­аль­но впи­са­лись в раз­вле­ка­тель­ную кон­цеп­цию аме­ри­кан­ско­го теле­ви­де­ния. Во вре­мя выбо­ров толь­ко лени­вый не сле­дит за про­ис­хо­дя­щим: спе­ци­а­ли­сты, пен­си­о­не­ры и даже сту­ден­ты, в целом не про­яв­ля­ю­щие зна­чи­тель­но­го инте­ре­са к поли­ти­ке, вдруг начи­на­ют зада­вать­ся вопро­сом о том, кто же побе­дит на выбо­рах?

По сути, на пери­од про­ве­де­ния изби­ра­тель­ной кам­па­нии деба­ты кан­ди­да­тов в пре­зи­ден­ты заме­ня­ют собой транс­ля­цию сорев­но­ва­ний по бок­су, бас­кет­бо­лу, лоша­ди­ных бегов или авто­мо­биль­ных гонок. По сло­вам М. Соро­чен­ко, теле­зри­те­ли с удо­воль­стви­ем пере­клю­ча­ют­ся на теле­де­ба­ты, посколь­ку они как жанр дис­кур­са сохра­ня­ют глав­ную чер­ту, при­су­щую спор­тив­ным состя­за­ни­ям, — сорев­но­ва­тель­ность [Соро­чен­ко 2002].

Теле­де­ба­ты все­гда при­вле­ка­ли огром­ное вни­ма­ние иссле­до­ва­те­лей, посколь­ку явля­ют­ся смеж­ным объ­ек­том иссле­до­ва­ния для цело­го ряда гума­ни­тар­ных дис­ци­плин: поли­то­ло­гии, социо­ло­гии, пси­хо­ло­гии и линг­ви­сти­ки.

Поста­нов­ка про­бле­мы. По сло­вам Н. Д. Пав­ло­вой, в насто­я­щее вре­мя как нико­гда ост­ро вста­ет вопрос изу­че­ния отдель­ных видов мас­сме­дий­но­го дис­кур­са, полу­ча­ю­щих бла­го­да­ря раз­ви­тию тех­но­ло­гий широ­кое рас­про­стра­не­ние и при­вле­ка­ю­щих мно­го­мил­ли­он­ную ауди­то­рию, а с раз­ви­ти­ем новых инфор­ма­ци­он­ных ресур­сов и ростом меди­а­ти­за­ции обще­ства осо­бую акту­аль­ность при­об­ре­та­ет про­бле­ма пси­хо­ло­ги­че­ско­го воз­дей­ствия на изби­ра­те­ля [Пав­ло­ва, Гри­го­рье­ва 2012: 122].

Еще на при­ме­ре теле­де­ба­тов Буш — Кер­ри 2004 г. Н. Л. Ноблок дока­за­ла, что автор­ские стра­те­гии участ­ни­ков деба­тов обла­да­ют опре­де­лен­ным мани­пу­ля­тив­ным потен­ци­а­лом и пря­мо воз­дей­ству­ют на ауди­то­рию. По ее сло­вам, автор­ская стра­те­гия в пред­вы­бор­ном дис­кур­се явля­ет­ся дея­тель­но­стью ярко выра­жен­но­го мани­пу­ля­тив­но-воз­дей­ству­ю­ще­го харак­те­ра и пред­став­ля­ет собой «алго­ритм рече­мыс­ли­тель­ных опе­ра­ций» по кон­стру­и­ро­ва­нию у изби­ра­те­лей кар­ти­ны мира, выгод­ной дан­но­му поли­ти­ку [Ноблок 2007: 10].

Необ­хо­ди­мо пони­мать, что важ­ней­шей осо­бен­но­стью теле­де­ба­тов явля­ет­ся их диа­ло­гич­нось. Л. P. Дус­ка­е­ва назы­ва­ет диа­ло­гич­ность — выра­же­ние в речи вза­и­мо­дей­ствия двух или несколь­ких смыс­ло­вых пози­ций — фун­да­мен­таль­ным свой­ством всех пуб­ли­ци­сти­че­ских тек­стов, даже внешне моно­ло­ги­че­ских [Дус­ка­е­ва 2012: 3]. О. В. Рас­син­ская так­же заяв­ля­ет, что поли­ти­че­ский текст диа­ло­ги­чен апри­о­ри: «Мас­сме­дий­ный поли­ти­че­ский дис­курс все­гда направ­лен на адре­са­та, созда­ет­ся для него и на него же воз­дей­ству­ет» [Рас­син­ская 2015: 412]. При этом в слу­чае теле­де­ба­тов мы име­ем дело с так назы­ва­е­мой двой­ной диа­ло­гич­но­стью: диа­лог поли­ти­ков друг с дру­гом и диа­лог поли­ти­ков с ауди­то­ри­ей.

Оба уров­ня диа­ло­га оди­на­ко­во важ­ны. На уровне обще­ния поли­ти­ков меж­ду собой на пер­вый план выхо­дит их откры­то выра­жен­ное про­ти­во­сто­я­ние: борь­ба двух сопер­ни­ков — пре­тен­ден­тов на один пост. На уровне вза­и­мо­дей­ствия с ауди­то­ри­ей сами поли­ти­ки уже высту­па­ют еди­ным фрон­том как акто­ры инсти­ту­та выбо­ров, услов­но про­ти­во­по­став­ля­е­мые зри­те­лям, сидя­щим в зале, в кото­ром про­хо­дят деба­ты, а так­же теле­зри­те­лям, наблю­да­ю­щим за ходом их про­ве­де­ния за пре­де­ла­ми ауди­то­рии, т. е. с экра­нов теле­ви­зо­ров. Все, что гово­рит кан­ди­дат, адре­со­ва­но уже не его поли­ти­че­ско­му оппо­нен­ту, а ауди­то­рии в целом. Имен­но на нее он хочет воз­дей­ство­вать сво­и­ми рече­вы­ми стра­те­ги­я­ми, имен­но ею пыта­ет­ся мани­пу­ли­ро­вать.

Спо­соб­ность адек­ват­но деко­ди­ро­вать посы­ла­е­мые сиг­на­лы, сохра­нять при­вер­жен­ность соб­ствен­но­му мне­нию и не под­да­вать­ся мани­пу­ли­ро­ва­нию — зада­ча не из лег­ких. Ее реше­ние пред­по­ла­га­ет уме­ние про­во­дить адек­ват­ный ана­лиз раз­лич­ных видов мас­сме­дий­но­го дис­кур­са в целом и теле­де­ба­тов в част­но­сти.

Пред­став­ля­ет­ся, что осо­бую важ­ность эти навы­ки при­об­ре­та­ют в про­цес­се про­фес­си­о­наль­ной под­го­тов­ки спе­ци­а­ли­стов в обла­сти гума­ни­тар­ных наук. На наш взгляд, про­ве­де­ние ком­плекс­но­го линг­ви­сти­че­ско­го ана­ли­за акту­аль­ных выпус­ков теле­де­ба­тов как на род­ном, так и на изу­ча­е­мом ино­стран­ном язы­ке может помочь в фор­ми­ро­ва­нии общей про­фес­си­о­наль­ной ком­пе­тен­ции у сту­ден­тов, изу­ча­ю­щих поли­то­ло­гию, жур­на­ли­сти­ку и меж­ду­на­род­ные отно­ше­ния.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Выступ­ле­ния кан­ди­да­тов кам­па­нии 2016 г. Дональ­да Трам­па и Хил­ла­ри Клин­тон актив­но цити­ро­ва­лись и ана­ли­зи­ро­ва­лись. Для боль­шин­ства теле­де­ба­ты — это преж­де все­го сло­вес­ная пере­пал­ка, исход кото­рой зави­сит от ком­му­ни­ка­тив­ных уме­ний и рито­ри­че­ских навы­ков участ­ни­ков. Поли­ти­ки и эко­но­ми­сты иска­ли в теле­де­ба­тах дета­ли пред­ла­га­е­мой кан­ди­да­та­ми про­грам­мы эко­но­ми­че­ских реформ. Для линг­ви­стов — иссле­до­ва­те­лей в обла­сти меди­а­тек­ста, праг­ма­ти­ки и тео­рии ком­му­ни­ка­ции деба­ты — это несколь­ко часов аудио- и видео­за­пи­сей ярко­го поли­ти­че­ско­го дис­кур­са, даю­щих отлич­ную воз­мож­ность при­ме­нить на прак­ти­ке тео­ре­ти­че­ские поло­же­ния ком­му­ни­ка­тив­ной линг­ви­сти­ки.

Тра­ди­ци­он­но счи­та­лось, что из всех типов поли­ти­че­ско­го диа­ло­га деба­ты тра­ди­ци­он­но наи­бо­лее фор­ма­ли­зо­ва­ны, под­чи­не­ны жест­ко­му регла­мен­ту [Тым­бай 2015а: 75]. Тео­ре­ти­че­ски их долж­ны опре­де­лять такие харак­те­ри­сти­ки, как офи­ци­аль­ность, сце­нар­ность, посто­ян­ный роле­вой состав [Ники­фо­ро­ва 2015: 120]. Одна­ко про­ис­хо­див­шее на экране в сен­тяб­ре-октяб­ре 2016 г. лишь частич­но соот­вет­ство­ва­ло тра­ди­ци­он­но­му фор­ма­ту. Пред­став­лен­ный пуб­ли­ке диа­лог поли­ти­ков был менее фор­маль­ным, чем обыч­но: уста­нов­лен­ные веду­щим пра­ви­ла часто нару­ша­лись. То ли вви­ду непри­ми­ри­мо­сти пози­ций, то ли вви­ду жела­ния про­из­ве­сти впе­чат­ле­ние на ауди­то­рию Клин­тон и Трамп часто пере­би­ва­ли друг дру­га, всту­пая в сло­вес­ную пере­пал­ку. В резуль­та­те деба­ты места­ми были похо­жи на кухон­ные спо­ры кан­ди­да­тов, про­хо­див­шие годом ранее во вре­мя прай­ме­риз, хотя обыч­но, когда дело дохо­дит до все­об­щих выбо­ров, про­це­ду­ра ста­но­вит­ся более фор­ма­ли­зо­ван­ной и чин­ной. Это и понят­но, посколь­ку имен­но от сте­пе­ни убе­ди­тель­но­сти на экране и выбран­ных поли­ти­че­ским шта­бом рече­вых стра­те­гий часто зави­сит поли­ти­че­ское буду­щее кан­ди­да­тов.

Раз­ни­ца в обра­зе поли­ти­ков, создан­ная на экране, явля­ет­ся ярким при­ме­ром пер­со­ни­фи­ка­ции поли­ти­че­ских вопро­сов — еще одной харак­тер­ной чер­той теле­де­ба­тов. О роли лич­но­сти в поли­ти­ке напи­са­но мно­же­ство работ, и дей­стви­тель­но вли­я­ние поли­ти­че­ской пер­со­ны на ход изби­ра­тель­ной кам­па­нии труд­но пере­оце­нить, так как в конеч­ном сче­те изби­ра­тель отда­ет свой голос не за голую про­грам­му пар­тии или кан­ди­да­та, а за чело­ве­ка, ее пред­став­ля­ю­ще­го.

По мне­нию ряда аме­ри­кан­ских изда­ний (газе­та “Wall Street Journal”, теле­ка­нал CNBC), речь Хил­ла­ри Клин­тон зву­ча­ла строй­нее и убе­ди­тель­нее речи Дональ­да Трам­па, и дело здесь, воз­мож­но, не столь­ко в «домаш­ней рабо­те», про­де­лан­ной перед деба­та­ми шта­бом кан­ди­да­та от демо­кра­тов, сколь­ко в уме­лом исполь­зо­ва­нии клас­си­че­ских рито­ри­че­ских при­е­мов.

Кан­ди­дат от демо­кра­ти­че­ской пар­тии вела себя мак­си­маль­но сдер­жан­но, лишь ино­гда поз­во­ляя себе выра­жать эмо­ции. Меж­ду тем ее речь пест­рит ярки­ми эпи­те­та­ми и хоро­шо извест­ны­ми спи­чрай­те­рам «спис­ка­ми из трех пунк­тов», кото­рые все­гда эффект­но зву­чат и хоро­шо запо­ми­на­ют­ся ауди­то­ри­ей [Ябло­ко­ва 2011: 195].

В самом нача­ле пер­во­го раун­да деба­тов Клин­тон заяв­ля­ет, что она преж­де все­го мать и бабуш­ка. На фоне общей сдер­жан­но­сти кан­ди­да­та такой лич­ный посыл к части аме­ри­кан­ских изби­ра­те­лей был истол­ко­ван дво­я­ко. С одной сто­ро­ны, это «жен­ский» взгляд по-аме­ри­кан­ски, а с дру­гой — стра­те­гия мани­пу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ным созна­ни­ем, осно­ван­ная на ген­дер­ных ролях и опи­сан­ная, в част­но­сти, у В. П. Шей­но­ва [Шей­нов 2006].

Нель­зя отри­цать, что Клин­тон пыта­лась сде­лать свою речь яркой и мета­фо­рич­ной. Извест­но, что мета­фо­ры в поли­ти­че­ском дис­кур­се — это уже не про­сто сред­ство выра­зи­тель­но­сти. Как пишут в сво­ей рабо­те Э. В. Буда­ев и А. П. Чуди­нов, мета­фо­ра в совре­мен­ном пони­ма­нии ста­ла мощ­ным инстру­мен­том мыш­ле­ния и аргу­мен­та­ции [Буда­ев, Чуди­нов 2008: 6]. Но и это не помо­га­ет Клин­тон: за мастер­ским вла­де­ни­ем сло­вом изби­ра­тель не видит чувств и искрен­но­сти. Ряд ана­ли­ти­ков даже назы­ва­ли Клин­тон «сухой» и «без­душ­ной», тогда как она все­го лишь пыта­лась при­бли­зить­ся к неко­му иде­аль­но­му обра­зу пре­зи­ден­та, суще­ству­ю­ще­му в аме­ри­кан­ской поли­ти­ке не одно деся­ти­ле­тие.

По мне­нию Ю. М. Ива­но­вой, кон­цепт «пре­зи­дент» вооб­ще явля­ет­ся инфор­ма­ци­он­ным ядром ком­му­ни­ка­ции в жан­ре пред­вы­бор­ных теле­де­ба­тов. Рече­вое пове­де­ние, осу­ществ­ля­е­мое в этом жан­ре каж­дым из кан­ди­да­тов, направ­ле­но на то, что­бы мак­си­маль­но при­бли­зить­ся к про­то­тип­но­му обра­зу пре­зи­ден­та. Эта цель дости­га­ет­ся, по суж­де­нию авто­ра, пре­иму­ще­ствен­но за счет напол­не­ния кон­крет­ным содер­жа­ни­ем трех состав­ля­ю­щих фрей­ма «поли­тик»: пара­мет­ры дея­тель­но­сти, груп­по­вая при­над­леж­ность, лич­ност­ные каче­ства [Ива­но­ва 2003: 18].

У Дональ­да Трам­па, напро­тив, с «пре­зи­дент­ским» пове­де­ни­ем наблю­да­лись явные про­бле­мы. Сле­до­вать ого­во­рен­но­му фор­ма­ту деба­тов у него полу­ча­лось в сум­ме лишь несколь­ко минут из все­го отве­ден­но­го ему вре­ме­ни. Как толь­ко Хил­ла­ри Клин­тон упо­ми­на­ла вопрос, по кото­ро­му точ­ки зре­ния кан­ди­да­тов рас­хо­дят­ся, Трамп немед­лен­но начи­нал ее пере­би­вать, затем регу­ляр­но пере­хва­ты­вал ини­ци­а­ти­ву у веду­ще­го и вооб­ще нару­шал регла­мент.

С рито­ри­че­ской точ­ки зре­ния, как, впро­чем, и с точ­ки зре­ния поли­то­ло­гов Трамп — реак­ци­о­нер. Вся его речь стро­ит­ся на извест­ной кон­цеп­ту­аль­ной оппо­зи­ции «свой — чужой», опи­сан­ной Т. В. Али­е­вой [Али­е­ва 2008: 18]. Раз­го­вор­ные при­е­мы, хамо­ва­тые пере­би­ва­ния, обра­ще­ние к оппо­нен­ту “she” вме­сто “Hillary” долж­ны были сде­лать его в гла­зах аме­ри­кан­цев «сво­им пар­нем». «Сво­им» — зна­чит хоро­шим, в про­ти­во­вес «чужой», а зна­чит пло­хой Клин­тон. Стиль Трам­па буд­то пред­ла­га­ет ауди­то­рии сде­лать выбор: вы вме­сте со мной за новую Аме­ри­ку или c Клин­тон, с кото­рой за трид­цать лет во вла­сти в США ниче­го не изме­ни­лось?

Воз­ни­ка­ет вопрос: зачем ему это? Ответ мож­но най­ти в линг­во­пси­хо­ло­гии: созда­ние кон­траст­но­го фона поз­во­ля­ет поли­ти­ку луч­ше доне­сти свои идеи до ауди­то­рии и одно­вре­мен­но очер­нить сопер­ни­ка.

Сра­зу после деба­тов мно­же­ство обще­ствен­но-поли­ти­че­ских изда­ний пред­ло­жи­ли раз­ло­жен­ные «по полоч­кам» пози­ции сто­рон. Но пред­став­ля­ет­ся, что не все­гда все то, что так лег­ко чита­ет­ся экс­пер­та­ми в пись­мен­ной рас­шиф­ров­ке диа­ло­га, зву­чит с той же сте­пе­нью ясно­сти из уст самих участ­ни­ков. Понят­но, что в поли­ти­че­ском кон­тек­сте, как, впро­чем, и в любом дру­гом, не все­гда настоль­ко важен сам текст, насколь­ко посыл, а глав­ное — реак­ция собе­сед­ни­ка. Слож­ность оцен­ки дан­ной рече­вой ситу­а­ции, на наш взгляд, состо­ит в нало­же­нии цело­го ряда кри­те­ри­ев, вли­я­ю­щих на эффек­тив­ность ком­му­ни­ка­ции.

Оце­ни­вая праг­ма­ти­че­скую состав­ля­ю­щую теле­де­ба­тов, необ­хо­ди­мо учи­ты­вать как содер­жа­ние реплик, так и раз­лич­ные харак­те­ри­сти­ки их реа­ли­за­ции, в част­но­сти жела­ние или неже­ла­ние собе­сед­ни­ка усту­пить свою ком­му­ни­ка­тив­ную роль.

Под ком­му­ни­ка­тив­ной ролью в диа­ло­ге мы пони­ма­ем еди­нич­ный рече­вой вклад его участ­ни­ка, харак­те­ри­зу­ю­щий­ся опре­де­лен­ной смыс­ло­вой закон­чен­но­стью. Соот­вет­ствен­но, сме­на гово­ря­ще­го, как пра­ви­ло, ведет за собой сме­ну ком­му­ни­ка­тив­ной роли, а сам про­цесс при­ня­то назы­вать «мена/смена ролей» [Тым­бай 2015б].

На при­ме­рах ниже мы попы­та­ем­ся про­сле­дить основ­ные стра­те­гии веде­ния поли­ти­че­ских деба­тов каж­дым из участ­ни­ков. Эти стра­те­гии, по наше­му мне­нию, выстро­и­лись в зако­но­мер­но­сти, опре­де­ля­ю­щие пер­со­наль­ные ком­му­ни­ка­тив­ные сти­ли Дональ­да Трам­па и Хил­ла­ри Клин­тон.

Рас­смот­рим, как участ­ни­ки выра­жа­ли свое мне­ние. В диа­ло­ге этой цели слу­жит так назы­ва­е­мый «оце­ноч­ный ком­мен­та­рий». Это сво­е­го рода сиг­нал обрат­ной свя­зи, но, в отли­чие от клас­си­че­ско­го упо­треб­ле­ния сиг­на­лов обрат­ной свя­зи для выра­же­ния пони­ма­ния парт­не­ра или вни­ма­ния к его сло­вам, поли­ти­ки на теле­де­ба­тах ожи­да­ют, что реак­ци­ей на их репли­ки ста­нет вни­ма­ние и пони­ма­ние зри­те­лей, пусть даже на дан­ном эта­пе физи­че­ски никак не ощу­ти­мое.

При­мер 1

В этом при­ме­ре мы можем наблю­дать инте­рес­ную ситу­а­цию, когда в отрыв­ке зву­ча­ще­го тек­ста ауди­то­рия фик­си­ру­ет три репли­ки, одна­ко пол­но­цен­ной сме­ны гово­ря­ще­го, т. е. сме­ны ком­му­ни­ка­тив­ной роли, так и не про­ис­хо­дит.

Клин­тон, про­дол­жая свою мысль, при­во­дит аргу­мен­ты и не обра­ща­ет вни­ма­ния на выска­зы­ва­ние Трам­па. Что же каса­ет­ся Трам­па, непо­нят­но, к кому он обра­ща­ет­ся: к собе­сед­ни­ку или к ауди­то­рии. Пока он не готов сде­лать пол­но­цен­ный рече­вой вклад. Он про­сто ком­мен­ти­ру­ет заяв­ле­ния собе­сед­ни­ка:

CLINTON: In fact, Donald was one of the people who rooted for the housing crisis. He said, back in 2006, “Gee, I hope it does collapse, because then I can go in and buy some and make some money”. 

TRUMP: That's called business, by the way. 

Clinton: …Well, it did collapse… 

При­мер 2

TRUMP: Your husband signed NAFTA, which was one of the worst things that ever happened to the manufacturing industry. 

CLINTON: Well, that's your opinion. That is your opinion. 

TRUMP: You go to New England, you go to Ohio, Pennsylvania, you go anywhere you want… 

В при­ве­ден­ном при­ме­ре Трамп так­же при­бе­га­ет к свое­об­раз­ной так­ти­ке «игно­ри­ро­ва­ния» собе­сед­ни­ка. Репли­ка Клин­тон, в свою оче­редь, направ­ле­на в зал и в дан­ном слу­чае не ста­вит сво­ей целью пере­хват ком­му­ни­ка­тив­ной ини­ци­а­ти­вы. Одна­ко так быва­ет не все­гда. Часто подоб­ные репли­ки-ком­мен­та­рии в речи теле­де­ба­тов реа­ли­зу­ют так­ти­ку пере­хва­та ини­ци­а­ти­вы.

Так, в при­ме­ре ниже четы­ре ком­мен­та­рия-выска­зы­ва­ния логи­че­ски про­дол­жа­ют друг дру­га и пере­рас­та­ют уже в то, что мож­но было бы назвать «пери­о­дом одно­вре­мен­но­го гово­ре­ния» участ­ни­ков, где их репли­ки накла­ды­ва­ют­ся друг на дру­га.

При­мер 3

CLINTON: …Some country is going to be the clean-energy superpower of the 21st century. Donald thinks that climate change is a hoax perpetrated by the Chinese. I think it's real. 

TRUMP: I did not. I did not. I do not say that. 

CLINTON: I think science is real. 

TRUMP: I do not say that. 

CLINTON: And I think it's important that we grip this and deal with it, both at home and abroad. 

Любо­пыт­но, что хотя непо­сред­ствен­ная сте­но­грам­ма это­го отрыв­ка может быть раз­де­ле­на на пять реплик, фак­ти­че­ской сме­ны гово­ря­ще­го опять не про­ис­хо­дит ни разу. Клин­тон вновь не реа­ги­ру­ет на ком­мен­та­рии собе­сед­ни­ка, ее репли­ка фак­ти­че­ски даже не пре­ры­ва­ет­ся.

Трамп нароч­но исполь­зу­ет так­ти­ку оце­ноч­но­го ком­мен­та­рия. Здесь и в дру­гих при­ме­рах вид­но, что он выбрал ее в каче­стве основ­ной стра­те­гии веде­ния теле­де­ба­тов.

Из при­ме­ров вид­но, что осо­бое место в деба­тах зани­ма­ют пре­ры­ва­ния собе­сед­ни­ка. Пре­ры­ва­ния отли­ча­ют­ся от про­стых нало­же­ний тем, что гово­ря­щий замол­ка­ет до про­из­не­се­ния ком­му­ни­ка­тив­но­го цен­тра выска­зы­ва­ния. Послед­няя, пре­рван­ная, син­таг­ма, как пра­ви­ло, харак­те­ри­зу­ет­ся смыс­ло­вой и инто­на­ци­он­ной неза­вер­шен­но­стью.

При­мер 4

CLINTON: Well, that is just not accurate. I was against it once it was finally negotiated and the terms were laid out. I wrote about that in… 

TRUMP: You called it the gold standard…You called it the gold standard of trade deals. You said it's the finest deal you've ever seen. 

Как вид­но из при­ме­ра, сра­зу после пре­ры­ва­ния собе­сед­ни­ка Трамп пыта­ет­ся утвер­дить­ся в роли актив­но­го гово­ря­ще­го и для это­го повто­ря­ет фра­зу, с помо­щью кото­рой он ее захва­тил.

В сле­ду­ю­щем при­ме­ре пре­ры­ва­ния уже выли­лись в целую цепоч­ку.

При­мер 5

CLINTON: Well, Donald, I know you live in your own reality, but that is not the facts. The facts are — I did say I hoped it would be a good deal, but when it was negotiated… 

TRUMP: Not. 

CLINTON: …which I was not responsible for, I concluded it wasn't. I wrote about that in my book… 

TRUMP: So is it President Obama's fault? 

CLINTON: …before you even announced. 

TRUMP: Is it President Obama's fault? 

CLINTON: Look, there are differences… 

TRUMP: Secretary, is it President Obama's fault? 

CLINTON: There are… 

TRUMP: Because he's pushing it. 

CLINTON: There are different views about what's good for our country, our economy, and our leadership in the world. 

Посколь­ку пре­рван­ные син­таг­мы, как пра­ви­ло, не отли­ча­ют­ся смыс­ло­вой закон­чен­но­стью, смысл таких реплик улав­ли­ва­ет­ся слу­ша­ю­щи­ми с тру­дом. Боль­шое коли­че­ство пре­ры­ва­ний может выве­сти диа­лог за рам­ки коопе­ра­тив­но­го обще­ния.

Ско­рее все­го, подоб­ные пре­ры­ва­ния явля­ют­ся мани­фе­ста­ци­ей того, что Е. Ю. Але­ши­на назы­ва­ет «убеж­да­ю­щим» или «при­зыв­ным» типом поли­ти­че­ско­го дис­кур­са [Але­ши­на 2015: 80] и что слу­жит инстру­мен­том созда­ния кон­траст­но­го фона для более ярко­го пози­ци­о­ни­ро­ва­ния лич­ност­ных харак­те­ри­стик поли­ти­ка.

С одной сто­ро­ны, любые деба­ты кон­фликт­ны сами по себе, посколь­ку нали­цо столк­но­ве­ние инте­ре­сов и поли­ти­че­ская борь­ба [Атьман 2011: 100], с дру­гой сто­ро­ны, в силу того что речь поли­ти­ков во вре­мя деба­тов жест­ко регла­мен­ти­ро­ва­на, участ­ни­ки диа­ло­га не «ска­ты­ва­ют­ся» в кон­фликт­ный стиль. От раун­да к раун­ду, несмот­ря на накал поли­ти­че­ской борь­бы, коли­че­ство пре­рван­ных реплик хотя и незна­чи­тель­но, но сни­жа­ет­ся.

Спо­со­бом сохра­нить ком­му­ни­ка­тив­ную ини­ци­а­ти­ву и уйти от кон­фликт­ной ситу­а­ции в этом слу­чае может стать уве­ли­че­ние гром­ко­сти. Трамп пре­крас­но вла­де­ет этим при­е­мом, что наблю­да­ет­ся при ауди­тор­ском ана­ли­зе сле­ду­ю­ще­го сты­ка реплик.

При­мер 6

TRUMP: And I'll tell you why I'm satisfied with it. 

HOLT: That was… 

TRUMP: Because I want to get on to defeating ISIS, because I want to get on to creating jobs, because I want to get on to having a strong border, because I want to get on to things that are very important to me and that are very important to the country. 

Хотя, в отли­чие Трам­па, веду­щий Лестер Холт начи­на­ет свою репли­ку после неболь­шой пау­зы во вполне оче­вид­ном месте, Трамп в силу сво­их сооб­ра­же­ний еще не готов усту­пить роль гово­ря­ще­го и исполь­зу­ет гром­кость как фоне­ти­че­ский мар­кер, что­бы пока оста­вить сло­во за собой.

Важ­ней­шей харак­те­ри­сти­кой пре­ры­ва­ний собе­сед­ни­ка явля­ет­ся их вкли­ни­ва­ние в непо­ло­жен­ном с точ­ки зре­ния фоне­ти­че­ско­го оформ­ле­ния выска­зы­ва­ния месте.

При­мер 7

CLINTON: And maybe because you haven't paid any federal income tax for a lot of years. And the other thing I think is important… 

TRUMP: It would be squandered, too, believe me. 

Трамп вкли­ни­ва­ет­ся в репли­ку Клин­тон, не дождав­шись наи­бо­лее удач­но­го для это­го вре­ме­ни, часто мар­ки­ро­ван­но­го корот­кой пау­зой или умень­ше­ни­ем гром­ко­сти. Он пре­ры­ва­ет собе­сед­ни­ка в сере­дине син­таг­мы, и Клин­тон реша­ет замол­чать и усту­пить роль.

Сто­ит отме­тить, что такое пове­де­ние нети­пич­но для Клин­тон. Подоб­ная реак­ция явля­ет­ся ско­рее исклю­че­ни­ем, чем пра­ви­лом. В целом же стра­те­ги­ей Клин­тон на про­шед­ших деба­тах ста­ла стра­те­гия игно­ри­ро­вать собе­сед­ни­ка.

При­мер 8

CLINTON: Well, I hope the fact-checkers are turning up the volume and really working hard. Donald supported the invasion of Iraq. 

TRUMP: Wrong. 

CLINTON: That is absolutely proved over and over again. 

TRUMP: Wrong. Wrong. 

CLINTON: He actually advocated for the actions we took in Libya and urged that Gadhafi be taken out, after actually doing some business with him one time. 

В этом при­ме­ре Трамп про­во­ци­ру­ет Клин­тон. Он хочет задеть ее, вызвать на спор, не дать ей дого­во­рить, но она вер­на сво­ей зада­че. Цель деба­тов для Клин­тон — доне­сти свое мне­ние до изби­ра­те­ля. Ей попро­сту неко­гда выяс­нять отно­ше­ния.

Такая же ситу­а­ция наблю­да­ет­ся и в сле­ду­ю­щем при­ме­ре.

При­мер 9

CLINTON: And one of the worst things he said was about a woman in a beauty contest. He loves beauty contests, supporting them and hanging around them. And he called this woman “Miss Piggy”. Then he called her “Miss Housekeeping”, because she was Latina. Donald, she has a name. 

TRUMP: Where did you find this? Where did you find this? 

CLINTON: Her name is Alicia Machado. 

TRUMP: Where did you find this? 

CLINTON: And she has become a U. S. citizen, and you can bet… 

TRUMP: Oh, really?  

CLINTON: …she's going to vote this November. 

TRUMP: OK, good. Let me just tell you… 

Клин­тон так увле­ка­ет­ся изоб­ли­че­ни­ем Трам­па в свя­зи с его выска­зы­ва­ни­я­ми о жен­щи­нах, что иско­мый рито­ри­че­ский эффект в ее рече­вом пове­де­нии совер­шен­но оче­вид­но выхо­дит на пер­вый план. Трамп все-таки пере­хва­ты­ва­ет роль, но Клин­тон усту­па­ет ее толь­ко тогда, когда она уже впе­чат­ли­ла ауди­то­рию сво­и­ми откро­ве­ни­я­ми, обли­чи­ла Трам­па и ей уже в прин­ци­пе не важ­но, что он ска­жет в ответ, ведь шоу уже состо­я­лось.

В ито­ге скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что Трамп как мастер оце­ноч­но­го ком­мен­та­рия и Клин­тон с ее стра­те­ги­ей игно­ри­ро­ва­ния собе­сед­ни­ка обра­зо­ва­ли иде­аль­ный дуэт.

При­мер 10

CLINTON: Well, that's because he'd rather have a puppet as president of the United States. 

TRUMP: No puppet. No puppet. 

CLINTON: And it's pretty clear… 

TRUMP: You're the puppet! 

CLINTON: It's pretty clear you won't admit… 

TRUMP: No, you're the puppet. 

CLINTON: … that the Russians have engaged in cyberattacks against the United States of America. 

Как вид­но из при­ме­ра, Трамп спо­рит, отри­ца­ет, обви­ня­ет, но при этом не выра­жа­ет готов­но­сти взять на себя роль актив­но­го гово­ря­ще­го. Клин­тон, в свою оче­редь, не гото­ва ее усту­пить. Ей нуж­но выска­зать свою пози­цию до кон­ца и при этом сде­лать это убе­ди­тель­но и аргу­мен­ти­ро­ван­но.

Выво­ды. Под­во­дя итог, мож­но сде­лать сле­ду­ю­щие выво­ды.

  1. Участ­ни­ки теле­де­ба­тов в сво­ем рече­вом пове­де­нии обра­ща­ют­ся к одним и тем же ком­му­ни­ка­тив­ным стра­те­ги­ям и так­ти­кам. Это пове­де­ние отра­жа­ет лич­ност­ные харак­те­ри­сти­ки гово­ря­щих. Каж­дый поли­тик име­ет свои осо­бен­но­сти пуб­лич­ной рече­вой дея­тель­но­сти. На осно­ве этих осо­бен­но­стей мож­но создать инди­ви­ду­аль­ный рече­вой порт­рет поли­ти­ка.
  2. Как пока­зы­ва­ют про­ана­ли­зи­ро­ван­ные выше мате­ри­а­лы, ком­му­ни­ка­тив­ные стра­те­гии Трам­па и Клин­тон настоль­ко про­ти­во­по­лож­ны, что в конеч­ном сче­те начи­на­ют допол­нять друг дру­га. Клин­тон не жела­ет усту­пать роль гово­ря­ще­го, тогда как Трамп и не жела­ет брать эту роль, что как нель­зя луч­ше впи­сы­ва­ет­ся в кон­цеп­цию его оппо­нен­та.
  3. Теле­де­ба­ты как вид поли­ти­че­ско­го дис­кур­са прин­ци­пи­аль­но диа­ло­гич­ны. Они пред­став­ля­ют собой два уров­ня диа­ло­га: диа­лог поли­ти­ков меж­ду собой и диа­лог поли­ти­ков и зри­те­лей. Имен­но этот скры­тый вто­рой уро­вень обще­ния выхо­дит в теле­де­ба­тах на пер­вый план.
  4. Участ­ни­ки теле­де­ба­тов рас­смат­ри­ва­ют дан­ную фор­му обще­ния как спо­соб пред­став­ле­ния, а глав­ное — пер­со­ни­фи­ка­ции сво­ей поли­ти­че­ской про­грам­мы.
  5. Ком­мен­та­рии оскор­би­тель­но­го харак­те­ра, упо­ми­на­ние ком­про­ме­ти­ру­ю­щих дета­лей и наме­рен­ное очер­не­ние собе­сед­ни­ка явля­ют­ся резуль­та­том жела­ния создать кон­траст­ный фон, стать «сво­им» в оппо­зи­ции «свой — чужой». Ины­ми сло­ва­ми, это рече­вое пове­де­ние не толь­ко опре­де­ля­ет кан­ди­да­та в каче­стве «сво­е­го», но и реа­ли­зу­ет обра­ще­ние к «сво­е­му» элек­то­ра­ту через оце­ноч­ный кон­текст.
  6. Теле­де­ба­ты в совре­мен­ном виде утра­ти­ли былую сце­нар­ность и офи­ци­аль­ность. Зада­ча совре­мен­ных теле­де­ба­тов — при­да­ние зре­лищ­но­сти изби­ра­тель­но­му про­цес­су. Исполь­зу­е­мые участ­ни­ка­ми теле­де­ба­тов рече­вые стра­те­гии (пере­хват ини­ци­а­ти­вы, оце­ноч­ный ком­мен­та­рий, одно­вре­мен­ное гово­ре­ние) как раз и обес­пе­чи­ва­ют тре­бу­е­мую зре­лищ­ность. Суще­ству­ю­щий кон­фликт целей, эмо­ци­о­наль­ная борь­ба, в том чис­ле на уровне рито­ри­че­ских при­е­мов, линг­ви­сти­че­ских и пара­линг­ви­сти­че­ских средств, явля­ет­ся сви­де­тель­ством при­су­щей дан­но­му виду поли­ти­че­ско­го дис­кур­са сорев­но­ва­тель­но­сти.

В заклю­че­ние отме­тим, что запи­си про­шед­ших в США теле­де­ба­тов было бы полез­но исполь­зо­вать на заня­ти­ях со сту­ден­та­ми как язы­ко­вых, так и неязы­ко­вых вузов с целью повы­ше­ния язы­ко­вой ком­пе­тент­но­сти. По сло­вам Н. А. Коб­зе­вой, ком­му­ни­ка­тив­ная ком­пе­тен­ция уча­ще­го­ся — меж­дис­ци­пли­нар­ный фено­мен, в фор­ми­ро­ва­нии кото­ро­го задей­ство­ва­ны почти все изу­ча­е­мые дис­ци­пли­ны [Коб­зе­ва 2011: 118]. На наш взгляд, рабо­та с тек­стом теле­де­ба­тов, выбо­роч­ный про­смотр отдель­ных эпи­зо­дов, напи­са­ние резю­ме по мате­ри­а­лам про­слу­шан­но­го будут полез­ны сту­ден­там, обу­ча­ю­щим­ся по самым раз­ным спе­ци­аль­но­стям. Подоб­ные зада­ния раз­ви­ва­ют не толь­ко обще­куль­тур­ную ком­пе­тен­цию, но и соб­ствен­но язы­ко­вую: они помо­га­ют сту­ден­там сфор­ми­ро­вать навы­ки отбо­ра и соче­та­ния язы­ко­вых и рече­вых средств, обес­пе­чи­ва­ю­щих эффек­тив­ную реа­ли­за­цию диа­ло­ги­че­ско­го вза­и­мо­дей­ствия как на род­ном, так и на ино­стран­ном язы­ке.

Алешина, Е. Ю. (2015). Публичный политический дискурс конфликтной ситуации. М.: Прометей.

Алиева, Т. В. (2008). Концептуальная оппозиция «свой — чужой» в политическом дискурсе прессы США (на материале публикаций, посвященных электоральной кампании). Филологические науки в МГИМО, 34 (49), 18–26.

Атьман, О. В. (2011). Вербализация стратегии самопрезентации в президентских теледебатах как агональном жанре политического дискурса США. Политическая лингвистика, 1 (35), 96–102.

Будаев, Э. В., Чудинов, А. П. Зарубежная политическая метафорология. Екатеринбург: Изд-во Уральского гос. пед. университета.

Дускаева, Л. Р. (2012). Диалогическая природа газетных жанров. СПб.: Филол. факультет СПбГУ.

Иванова, Ю. М. (2003). Стратегии речевого воздействия в жанре предвыборных теледебатов. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Волгоград.

Кобзева, Н. А. (2011). Коммуникативная компетенция как базисная категория современной теории и практики обучения иностранному языку. Молодой ученый, 2 (3), 118–121.

Никифорова, М. В. (2015). Средства аргументации в жанре предвыборных теледебатов (на материале теледебатов с участием Е. Ройзмана). Политическая лингвистика, 1 (51), 120–125.

Ноблок, Н. Л. (2007). Авторские стратегии в англоязычном политическом дискурсе (на материале теледебатов Дж. Буша и Дж. Керри). Тамбов: Изд-во Тамбовского гос. университета.

Павлова, Н. Д., Григорьева, А. А. (2012). Средства воздействия в масс-медийном дискурсе: сравнительный анализ теледебатов, телебесед и ток-шоу. Мир науки, культуры, образования, 2 (33), 122–125.

Рассинская, О. В. (2015). Речевые особенности политической коммуникации. Молодой ученый, 1, 412–413.

Сороченко, В. В. (2002). Теледебаты как избирательная технология. Электронный ресурс http://rumagic.com/html/avtor/sorochenko/sorochenko-02.htm.

Тымбай, А. А. (2015а). Статус диалога в контексте политического взаимодействия. Филологические науки в МГИМО: сб. науч. тр., 57 (72), 74–79.

Тымбай, А. А. (2015б). Просодическая составляющая процесса мены ролей в диалоге. Saarbrucken: LAP LAMBERT Academic Publishing.

Шейнов, В. П. (2006). Скрытое управление человеком. М.: АСТ.

Яблокова, Т. Н. Эмоциональные высказывания в диалогической и монологической речи. Филологические науки. Вопросы теории и практики, 2 (9), 191–197.

Alioshina, E. Iu. (2015). Publichnyi politicheskii diskurs konfliktnoi situatsii [Public political discourse of a conflict situation]. Moscow: Prometej. (In Russian)

Alieva, T. V. (2008). Konceptual'naia oppoziciia «svoi — chuzhoi» v politicheskom diskurse pressy SSHA (na materiale publikacii, posviashchennykh elektoral'noi kampanii) [Conceptual opposition We-They in the political discourse of the US press (on the election campaign materials)]. Filologicheskie nauki v MGIMO [Philological Studies at MGIMO], 34 (49), 18–26. (In Russian)

At'man, O. V. (2011). Verbalizaciia strategii samoprezenttsii v prezidentskikh teledebatakh kak agonal'nom zhanre politicheskogo diskursa SSHA [Verbalisation of self-representation strategies in presidential TV debates in the USA]. Politicheskaja lingvistika [Political Linguistics], 1 (35), 96–102. (In Russian)

Budaev, Je. V., Chudinov, A. P. (2008). Zarubezhnaia politicheskaia metaforologiia [Foreign political metaphorology]. Ekaterinburg: Ural State Pedagogical University. (In Russian)

Duskaeva, L. R. (2012). Dialogicheskaia priroda gazetnykh zhanrov [The dialogue nature of newspaper genres]. St. Petersburg: Philolog. Department of SPbGU. (In Russian)

Iablokova, T. N. Emotsional'nye vyskazyvaniia v dialogicheskoi i monologicheskoi rechi [Emotional utterances in dialogues and monologues]. Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki [Phililogical Studies: Theory and Practice], 2 (9), 191–197. (In Russian)

Ivanova, Iu. M. (2003). Strategii rechevogo vozdejstviia v zhanre predvybornykh teledebatov [Strategies of speech influence in election debates]. Avtoref. diss. … kand. filol. nauk. Volgograd. (In Russian)

Kobzeva, N. A. (2011). Kommunikativnaia kompetetsiia kak bazisnaia kategoriia sovremennoi teorii i praktiki obucheniia inostrannomu iazyku [Communicative competence as a fundamental category of modern foreign language teaching]. Molodoi uchenyi [A Young Scientist], 2 (3), 118–121. (In Russian)

Nikiforova, M. V. (2015). Sredstva argumenttsii v zhanre predvybornykh teledebatov: (na materiale teledebatov s uchastiem E. Roizmana) [Argumentation means in the genre of political debates (based on E. Royzmann TV debates)]. Politicheskaia lingvistika [Political Linguistics], 1 (51), 120–125. (In Russian)

Noblok, N. L. (2007). Avtorskie strategii v angloiazychnom politicheskom diskurse (na materiale teledebatov Dzh. Busha i Dzh. Kerri) [Author strategies in English political discourse (based on Bush — Kerry TV debates)]. Tambov: Tambov State University. (In Russian)

Pavlova, N. D., Grigor'eva, A. A. (2012). Sredstva vozdeistviia v mass-mediinom diskurse: sravnitel'nyi analiz teledebatov, telebesed i tok-shou [Means of influence in a mass-media discourse]. Mir nauki, kul'tury, obrazovanija [The World of Science, Culture and Education], 2 (33), 122–125. (In Russian)

Rassinskaia, O. V. Rechevye osobennosti politicheskoi kommunikatsii [Speech peculiarities of political communication]. Molodoi uchenyi [A Young Scientist], 1, 412–413. (In Russian)

Sheinov, V. P. Skrytoe upravlenie chelovekom [The Hidden management of a person]. Moscow: AST. (In Russian)

Sorochenko, V. V. Teledebaty kak izbiratel'naia tekhnologiia [TV debates as an election technology]. Retrieved from http://rumagic.com/html/avtor/sorochenko/sorochenko-02.htm. (In Russian)

Tymbai, A. A. (2015a). Status dialoga v kontekste politicheskogo vzaimodeistviia [The status of a dialogue in the context of political interaction]. Filologicheskie nauki v MGIMO: sbornik nauch. trudov [Philological Studies at MGIMO: a collection of scientific works], 57 (72), 74–79. (In Russian)

Tymbai, A. A. (2015b). Prosodicheskaia sostavlaiushchaia protsessa meny rolei v dialoge [Prosodic component of turn-taking in a dialogue]. Saarbrucken: LAP LAMBERT Academic Publishing. (In Russian)

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 5 фев­ра­ля 2018 г;
реко­мен­до­ва­на в печать 26 мар­та 2018 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018

Received: February 5, 2018
Accepted: March 26, 2018