Вторник, 11 маяИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

ЯЗЫКОВАЯ ИГРА: СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ, ГРАФИЧЕСКАЯ, ОРФОГРАФИЧЕСКАЯ (НА МАТЕРИАЛЕ ТЕКСТОВ СОВРЕМЕННЫХ РОССИЙСКИХ СМИ)

Поста­нов­ка про­бле­мы. Язы­ко­вая игра (далее — ЯИ) выпол­ня­ет сти­ле­об­ра­зу­ю­щую функ­цию в язы­ке совре­мен­ных рос­сий­ских СМИ, что поз­во­ля­ет гово­рить о том, что ЯИ ста­ла нор­мой для это­го функ­ци­о­наль­но­го сти­ля. Вме­сте с тем возь­мем на себя сме­лость утвер­ждать, что ЯИ име­ет тен­ден­цию к пре­вра­ще­нию в ано­ма­лию в свя­зи с уси­ле­ни­ем вычур­но­сти, эпа­таж­но­сти, наи­бо­лее ярко про­яв­ля­ю­щих­ся в нару­ше­нии эти­че­ских норм, ср.: День поеб­ды и гей-орги­ев­ская лен­точ­ка (Ком­со­моль­ская прав­да. 14.05.2013). Отме­чен­ные чер­ты нахо­дят выра­же­ние и в соб­ствен­но язы­ко­вых осо­бен­но­стях слов, создан­ных с уста­нов­кой на игру. В зада­чи наше­го иссле­до­ва­ния вхо­дит пока­зать ЯИ и как нор­му, и как аномалию.

Не под­вер­га­ет­ся сомне­нию тот факт, что наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной раз­но­вид­но­стью ЯИ явля­ет­ся сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ная игра (далее — СИ), широ­ко пред­став­лен­ная в раз­го­вор­ной речи, худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ре, язы­ке СМИ, язы­ке рекла­мы и, нако­нец, в язы­ке Интернета.

Мето­ди­ка ана­ли­за. Поз­во­лим заме­тить, что объ­ем поня­тия сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ная игра со вре­ме­ни его появ­ле­ния в кол­лек­тив­ной моно­гра­фии «Рус­ская раз­го­вор­ная речь» (1983) зна­чи­тель­но рас­ши­рил­ся. Так, в рабо­тах Е. А. Зем­ской, одно­го из авто­ров соот­вет­ству­ю­ще­го раз­де­ла в ука­зан­ной моно­гра­фии, посте­пен­но скла­ды­ва­ет­ся типо­ло­гия при­е­мов СИ [Зем­ская 1992], кото­рая в после­ду­ю­щем допол­ня­ет­ся, кон­кре­ти­зи­ру­ет­ся с уче­том мате­ри­а­ла иссле­до­ва­ния. Так, напри­мер, Н. А. Нико­ли­на, иссле­до­вав­шая СИ на мате­ри­а­ле худо­же­ствен­но­го тек­ста, пред­ло­жи­ла рас­смат­ри­вать СИ «в широ­ком и узком смыс­лах» [Нико­ли­на 1999: 338]. СИ в широ­ком смыс­ле, в свою оче­редь, пред­став­ле­на шестью раз­но­вид­но­стя­ми, пер­вой из кото­рых явля­ет­ся такая тра­ди­ци­он­ная раз­но­вид­ность СИ, как «созда­ние ново­об­ра­зо­ва­ний» [там же]. В. З. Сан­ни­ков так­же пред­ла­га­ет выде­лять две раз­но­вид­но­сти СИ по прин­ци­пу игры с внут­рен­ней или с внеш­ней фор­мой сло­ва: «1) пере­осмыс­ле­ние сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ной струк­ту­ры слов, уже суще­ству­ю­щих, 2) созда­ние новых слов» [Cан­ни­ков 1999: 146].

В целом, сло­жив­ша­я­ся сего­дня типо­ло­гия при­е­мов СИ поз­во­ля­ет созда­вать кар­ти­ны СИ в раз­лич­ных рече­вых фор­ма­ци­ях, срав­ни­вать эти кар­ти­ны, выяв­лять зоны сов­па­де­ния и несовпадения.

Как пока­зы­ва­ет ана­лиз мате­ри­а­ла, наи­бо­лее актив­но в язы­ке совре­мен­ных рос­сий­ских СМИ про­яв­ля­ют себя такие при­е­мы СИ, как кон­та­ми­на­ция и обра­зо­ва­ние по кон­крет­но­му образ­цу (в нашей тер­ми­но­ло­гии — «пред­ска­за­мус-при­ем»). Частот­ность этих при­е­мов поз­во­ля­ет рас­смат­ри­вать на их при­ме­рах и отме­чен­ные ранее тен­ден­ции к вычур­но­сти и эпа­таж­но­сти СИ.

В пони­ма­нии кон­та­ми­на­ции, как извест­но, нет един­ства мне­ний. Мы явля­ем­ся сто­рон­ни­ка­ми широ­ко­го под­хо­да к кон­та­ми­на­ции, изло­жен­но­го, напри­мер, в ука­зан­ной моно­гра­фии В. З. Сан­ни­ко­ва: «1) фор­маль­но в ново­об­ра­зо­ва­нии пред­став­ле­ны, хотя бы одной бук­вой (точ­нее, фоне­мой) оба исход­ных сло­ва; 2) в зна­че­нии ново­об­ра­зо­ва­ния слож­ным обра­зом пере­пле­та­ют­ся зна­че­ния обо­их исход­ных слов» [Сан­ни­ков 1999: 164]. Еще более широ­кое пони­ма­ние кон­та­ми­на­ции как сти­ли­сти­че­ско­го при­е­ма при­во­дит­ся в сло­ва­ре-спра­воч­ни­ке «Куль­ту­ра рус­ской речи» (автор ста­тьи — А. П. Ско­во­род­ни­ков): «К. с. (кон­та­ми­на­ция сло­во­об­ра­зо­ва­ния — С. И.) обра­зу­ет­ся спо­со­бом сло­во­об­ра­зо­ва­тель­но­го кол­ла­жа, раз­но­вид­но­стя­ми кото­ро­го явля­ют­ся: 1) меж­д­у­слов­ное нало­же­ние <…>; внут­ри­слов­ная встав­ка <…>; 3) сло­во­об­ра­зо­ва­ние по ана­ло­гии <…>; 4) сло­во­сло­же­ние» [Куль­ту­ра рус­ской речи 2003: 272–273]. Обра­зо­ва­ние по кон­крет­но­му образ­цу или сло­во­об­ра­зо­ва­ние по ана­ло­гии — это при­ем созда­ния сло­ва «по образ­цу отдель­но­го сло­ва типо­вой струк­ту­ры, сло­ва с уни­каль­ным аффик­сом или с оста­точ­ной осно­вой, а так­же по образ­цу про­из­воль­но чле­ни­мо­го сло­ва» [Попо­ва, Раци­бур­ская, Гугу­на­ва 2005: 61].

Мы пред­ло­жи­ли исполь­зо­вать для обо­зна­че­ния это­го при­е­ма тер­мин «пред­ска­за­мус-при­ем», т. к. он, во-пер­вых, более нагляд­но отра­жа­ет как игро­вой харак­тер, так и меха­низм дей­ствия дан­но­го при­е­ма, во-вто­рых, более ком­пак­тен и, нако­нец, соот­но­сит­ся с назва­ни­ем дру­го­го игро­во­го при­е­ма — «фокус-покус приема».

Несмот­ря на то что в науч­ной лите­ра­ту­ре име­ет­ся чет­кое опи­са­ние как кон­та­ми­на­ции, так и «пред­ска­за­мус-при­е­ма», дале­ко не все­гда уда­ет­ся точ­но отне­сти ново­об­ра­зо­ва­ние к тому или ино­му при­е­му, поэто­му при­ве­ден­ная выше точ­ка зре­ния А. П. Ско­во­род­ни­ко­ва на кон­та­ми­на­цию как на родо­вое обо­зна­че­ние раз­ных игро­вых при­е­мов пред­став­ля­ет­ся нам вполне обос­но­ван­ной. Меж­ду тем, попро­бу­ем все-таки пред­ста­вить ново­об­ра­зо­ва­ния, создан­ные посред­ством кон­та­ми­на­ции, путем аналогии.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Ново­об­ра­зо­ва­ния, создан­ные спо­со­бом кон­та­ми­на­ции, ста­ли замет­ным явле­ни­ем в язы­ке СМИ на рубе­же ХХ–XXI вв., ср.: Джи­п­ло­ма­ты с боль­шой доро­ги (КП. 24.02.2000); Лепор­таж с пет­лей на шее (Изве­стия. 06.05.2000); Мини­стер­ские пиа­ра­ньи (Вер­сия. 2000. № 37). Не тре­бу­ет­ся осо­бой наблю­да­тель­но­сти для кон­ста­та­ции того фак­та, что все эти ново­об­ра­зо­ва­ния име­ют ярко выра­жен­ный оце­ноч­ный харак­тер, сохра­ня­ю­щий­ся и в даль­ней­шем, ср.: Бес­пре­дел­ки­но (Совер­шен­но сек­рет­но. 2003. № 8); Бри­га­де­ны­ши (Вер­сия. 2004. № 27); За пре­мьер­ное пове­де­ние (Вер­сия. 2005. № 4); Дере­ве­ней­шая про­фес­сия (Вер­сия. 2007. № 23); Ком­плекс­ный стер­вис (Вер­сия. 2008. № 13); Вуз­мерть (Вер­сия. 2009. № 3) и др.

Под при­це­лом соци­аль­ной оце­ноч­но­сти сред­ства­ми СИ ока­зы­ва­ют­ся в первую оче­редь клю­че­вые сло­ва — «сло­ва, обо­зна­ча­ю­щие явле­ния и поня­тия, нахо­дя­щи­е­ся в фоку­се соци­аль­но­го вни­ма­ния» [Зем­ская 1996: 92]. По мне­нию Е. А. Зем­ской, с кото­рым мы пол­но­стью соглас­ны, клю­че­вы­ми сло­ва­ми могут быть и име­на нари­ца­тель­ные, и име­на соб­ствен­ные. Доба­вим, что клю­че­вы­ми могут ста­но­вить­ся не толь­ко антро­по­ни­мы, но и топо­ни­мы, ср.: Крым­лев­ские раз­бор­ки (Вер­сия. 2006. № 23); Кры­ми­наль­ные раз­бор­ки (Изве­стия. 22.07.2008); Кры­ми­наль­ное чти­во (Вер­сия. 2009. № 29); Кры­ми­нал (Вер­сия. 2010. № 36).

В то же вре­мя клю­че­вые сло­ва-антро­по­ни­мы вызы­ва­ют гораз­до боль­ший инте­рес у жур­на­ли­стов, что нахо­дит отра­же­ние в так назы­ва­е­мом лави­но­об­раз­ном харак­те­ре СИ. В одной из наших работ мы пока­за­ли это явле­ние на при­ме­ре антро­по­ни­мов Буш и Оба­ма [Илья­со­ва 2010]. Огра­ни­чим­ся в дан­ном иссле­до­ва­нии лишь неко­то­ры­ми при­ме­ра­ми, где исполь­зо­ван при­ем кон­та­ми­на­ции, ср.: Бушеч­ное мясо (Аргу­мен­ты и фак­ты. 2004. № 37); Боль­шой Оба­ман (Изве­стия. 28.07.2008); Нас не оба­ма­нешь (Вер­сия. 2009. № 12).

К клю­че­вым сло­вам совре­мен­но­сти, без вся­ко­го сомне­ния, отно­сят­ся и аббре­ви­а­ту­ры. Это посто­ян­но мель­ка­ю­щие на стра­ни­цах СМИ заим­ство­ван­ные аббре­ви­а­ту­ры ПАСЕ, ОБСЕ, НАТО и др. Это аббре­ви­а­ту­ра ПРО, дав­шая рекорд­ное коли­че­ство при­ме­ров игры с внут­рен­ней фор­мой сло­ва, неко­то­рые из кото­рых могут слу­жить под­твер­жде­ни­ем фено­ме­на рече­вой агрес­сии, «кото­рая про­яв­ля­ет­ся в жест­ком, под­черк­ну­том сред­ства­ми язы­ка выра­же­нии нега­тив­но­го эмо­ци­о­наль­но-оце­ноч­но­го отно­ше­ния к кому‑, чему-либо, неред­ко нару­ша­ю­щем пред­став­ле­ние об эти­че­ской и эсте­ти­че­ской нор­ме» [Пет­ро­ва, Раци­бур­ская 2011: 19], ср.: Буша ПРО­нес­ло? (АиФ. 2007. № 24).

При­ме­ром нару­ше­ния эсте­ти­че­ских норм, эпа­таж­но­сти может слу­жить и игра с аббре­ви­а­ту­рой ЕГЭ, ср.: Ни фЭГЭ себе (АиФ. 2009. № 14).

Таким обра­зом, кон­та­ми­на­ции в язы­ке совре­мен­ных рос­сий­ских СМИ носят под­черк­ну­то оце­ноч­ный харак­тер, объ­ек­том оцен­ки «ста­но­вят­ся явле­ния обще­ствен­ной жиз­ни, эко­но­ми­ки, поли­ти­ки, куль­ту­ры, обще­ствен­но-поли­ти­че­ские дея­те­ли» [Попо­ва, Раци­бур­ская, Гугу­на­ва 2005: 70]. Ср.: Вуз­мерть (Вер­сия. 2009. № 3); Министр без спорт­фе­ля (АиФ. 2010. № 10); Ходор­ки во власть (Вер­сия. 2012. № 5; Ходорковский+ходоки); Осло­ва­тель­ная несго­вор­чи­вость (Вер­сия. 2012. № 13; Осло+основательный); Скол­ко мож­но (Вер­сия. 2013. № 16; Сколково+сколько).

В отно­ше­нии мно­гих кон­та­ми­на­ций мож­но упо­тре­бить опре­де­ле­ние затей­ли­вые, напри­мер: Закат «рус­ско­го бар­ак­ко» (Изве­стия. 20.12. 2013; о сно­се гара­жей-раку­шек); Гла­муррр­ная киса (КП. 17‑24.09.2014; о котен­ке, выкра­шен­ном в цвет наря­да хозяйки).

В отно­ше­нии дру­гих вполне умест­но опре­де­ле­ние эпа­ти­ру­ю­щие, напри­мер: В окку­па­ях Ста­лин­гра­да (Изве­стия. 30.09.2013); Пидо­ро­ты и гей­ба­ты (АиФ. 2014. № 38).

Рас­смот­рим теперь с пред­ло­жен­ных пози­ций реа­ли­за­цию в язы­ке СМИ меха­низ­ма «пред­ска­за­мус-при­е­ма». Заме­тим, что меха­низм реа­ли­за­ции «пред­ска­за­мус-при­е­ма» оче­ви­ден в сле­ду­ю­щих случаях:

1. Если в мини­маль­ном кон­тек­сте при­сут­ству­ет сло­во-про­об­раз, напри­мер: Копей­ка ста­нет «Юань­кой» (КП. 25.03.2002); Хро­но­цид хуже гено­ци­да (КП. 27.12‑03.01.2012); За кре­сто­по­вал — на лесо­по­вал (КП. 20–27.09.2012); Вестерн и «якут­стерн» (АиФ. 2014. № 3) и др.

2. Если сло­во-про­об­раз лег­ко узна­ва­е­мо бла­го­да­ря уни­каль­но­му эле­мен­ту сло­ва-про­об­ра­за или лег­ко узна­ва­е­мо­му его фраг­мен­ту, напри­мер: Евро­оби­де­ние (Вер­сия. 2013. № 21); Жира­фо­цид (КП. 14.02.2014); Кот-неппинг по-мос­ков­ски (КП. 25.06.2014); Сластьи­му­щий (КП. 28.05.2014); Вися­кос­ный год (Вер­сия. 2014. № 25).

Ново­об­ра­зо­ва­ния это­го спо­со­ба обра­зо­ва­ния, как и кон­та­ми­на­ции, по пре­иму­ще­ству име­ют под­черк­ну­то оце­ноч­ный харак­тер, напри­мер: Фельд­ме­бель Сер­дю­ков (Вечер­ний Ростов. 13.12.2012); Дум­ские иди­о­ти­вы (АиФ. 2012. № 51); «Секс-гуроч­ка» по вызо­ву (КП. 11.01.2013); «Секстре­ми­сток» из Femen осу­дят во Фран­ции (Вер­сия. 2013. № 36); Бан­ди­да­ты наук (АиФ. 2013. № 11).

Выде­лим такой при­мер СИ: Дело рук петар­да­стов (АиФ. 2012. № 47). В нашей кар­то­те­ке уже име­ет­ся при­мер ново­об­ра­зо­ва­ния, создан­но­го по тому же образ­цу, ср.: У нас есть свой круг «ель­ци­но­и­дов» и «гай­да­рас­тов» (АиФ. 1996. № 12).

Как видим, для созда­ния оцен­ки часто исполь­зу­ет­ся лек­си­ка, ранее в язы­ке СМИ не упо­треб­ляв­ша­я­ся или имев­шая огра­ни­чен­ное хож­де­ние. Таким обра­зом, фено­мен рече­вой сво­бо­ды посте­пен­но ста­но­вит­ся фено­ме­ном сво­бо­ды от соблю­де­ния эти­че­ских и эсте­ти­че­ских норм.

Это наблю­де­ние со всей оче­вид­но­стью под­твер­жда­ет­ся сле­ду­ю­щи­ми при­ме­ра­ми: Рого­зья мор­да (АиФ. 2008. № 3); Нало­го­об­ла­жа­ние (Вер­сия. 2011. № 38); Фут­боль­ное обор­зе­ние (Вер­сия. 2012. № 10); Ген Зюг ЦК КПСС (АиФ. 2010. № 50; по ана­ло­гии с ген­сек); Мав­зо­лей «Генин» (АиФ. 2012. № 16; от Ген­на­дий Зюга­нов).

Широ­кое рас­про­стра­не­ние в язы­ке СМИ нача­ла ХХ века полу­ча­ет гра­фи­че­ская игра, хотя отдель­ные при­ме­ры игры с гра­фи­кой встре­ча­лись и рань­ше [Косто­ма­ров 1971]. Так же, как и сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ная, гра­фи­че­ская игра (далее — ГИ), изу­че­на доста­точ­но хоро­шо, дока­за­тель­ством чего может слу­жить, напри­мер, типо­ло­гия при­е­мов ГИ, пред­ло­жен­ная Т. В. Попо­вой. Дан­ная типо­ло­гия, непро­ти­во­ре­чи­вая в целом, нуж­да­ет­ся в уточ­не­нии при­ме­ни­тель­но к язы­ку СМИ. При­ем, обо­зна­чен­ный авто­ром как «неузу­аль­ное сла­бо моти­ви­ро­ван­ное или немо­ти­ви­ро­ван­ное чере­до­ва­ние строч­ных и про­пис­ных букв» [Попо­ва 2009: 231], — основ­ной сре­ди при­е­мов ГИ в язы­ке СМИ, име­ет совер­шен­но оче­вид­ную моти­ва­цию — направ­лен­ность на игру с внут­рен­ней фор­мой слова.

В одной из наших работ мы дали все­сто­рон­нюю харак­те­ри­сти­ку это­му при­е­му. Обо­зна­чив его как капи­та­ли­за­ция, мы пока­за­ли, во-пер­вых, его струк­тур­ные раз­но­вид­но­сти, во-вто­рых, виды моти­ва­ци­он­ных отно­ше­ний (реаль­ная моти­ва­ция, пере­ход­ные слу­чаи, псев­до­мо­ти­ва­ция) и, нако­нец, типы капи­та­ли­за­ции [Илья­со­ва, Ами­ри 2009].

Наши наблю­де­ния за ГИ поз­во­ля­ют утвер­ждать, что реаль­ная моти­ва­ция (при­ме­ры типа Бес­ПЛАТ­НАЯ меди­ци­на) крайне ред­ка, что не тре­бу­ет спе­ци­аль­ных разъ­яс­не­ний. Вме­сте с тем, по дан­ным нашей кар­то­те­ки, при­ме­ры псев­до­мо­ти­ва­ции (типа Паци­ент не бУЗИ; Как УКрасть мил­ли­о­ны) тоже усту­па­ют в коли­че­ствен­ном отно­ше­нии при­ме­рам ЯИ гра­фи­ко-сло­во­об­ра­зо­ва­тель­но­го типа, в кото­рых гра­фи­че­ски выде­лен­ный сег­мент высту­па­ет в ново­об­ра­зо­ва­ни­ях, создан­ных путем контаминации.

Заго­лов­ки, постро­ен­ные на ГИ, убе­ди­тель­но под­твер­жда­ют сле­ду­ю­щее поло­же­ние: «Заго­ло­вок в газе­те — явле­ние уни­каль­ное» [Рус­ская речь в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции 2007: 179]. Они очень брос­ки, реклам­ны. Гра­фи­че­ски выде­лен­ным сег­мен­том могут быть име­на соб­ствен­ные, напри­мер: ИННА­пла­не­тян­ка (АиФ. 2013. № 40; о юби­лее Инны Чури­ко­вой); МЭЛо­чи жиз­ни (КП. 28.03.2014; о Мэле Гиб­соне); АМИР­ным путем (АиФ. 2014. № 29; о фут­бо­ли­сте Ами­ре Натхо). Удач­ные наход­ки могут повто­рять­ся, напри­мер: МЕССИя‑3 выполнима‑3 (КП. 11.01.2012); МЕССИЯ невы­пол­ни­ма (КП. 22‑29.10.2014).

В ГИ могут вовле­кать­ся и ком­му­ни­ка­тив­но зна­чи­мые топо­ни­мы, напри­мер: КРЫМ­со­та по-аме­ри­кан­ски (КП. 05.02.2014).

Мощ­ное втор­же­ние в совре­мен­ный рус­ский язык заим­ство­ван­ной лек­си­ки, а так­же акту­а­ли­за­ция дав­них заим­ство­ва­ний нашли отра­же­ние в появ­ле­нии слов с гра­фи­че­ски выде­лен­ным ино­языч­ным ком­по­нен­том. Как пра­ви­ло, новым реа­ли­ям дает­ся оцен­ка, ср.: УГГо­мо­нись, мороз (КП. 19‑26.11.2009); Совсем АЙФО­На­ре­ли (КП. 05.11.2014); СПАЙ­Стись от спай­са (КП. 07.10.2014); СТРАЗ­но, аж жуть! (КП. 29.10‑05.11.2014).

Соеди­не­ние «сво­е­го» и «чужо­го» рож­да­ет мощ­ный эффект обма­ну­то­го ожи­да­ния, напри­мер: Папа­рац­ци раз­вя­за­ли про­тив Кейт Мид­дл­тон вой­НЮ (КП. 02.10.2012).

Как спра­вед­ли­во отме­ча­ют авто­ры кол­лек­тив­ной моно­гра­фии, посвя­щен­ной оцен­ке рече­вой прак­ти­ки совре­мен­ных СМИ, «уста­нов­ка на экс­прес­сив­ность при­во­дит к тому, что авто­ры тек­стов полу­ча­ют воз­мож­ность исполь­зо­вать как экс­прес­сив­ные сред­ства, сфор­ми­ро­вав­ши­е­ся в сфе­ре пись­мен­ной речи (напри­мер, весь набор тро­пов и фигур), так и экс­прес­сив­ные сред­ства раз­го­вор­ной речи» [Рус­ская речь в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции 2007: 62]. Дей­стви­тель­но, раз­го­вор­ные, про­сто­реч­ные, жар­гон­ные сло­ва ста­но­вят­ся актив­ны­ми участ­ни­ка­ми ГИ, ср.: Хоро­ший ПОН­Тус (КП. 24.02.2012); Эво­лю­ция «МЫЛО­драм» (АиФ. 2012. № 19); Выго­ним пор­ту­галь­цев вза­ШЕЙК (КП. 11‑18.10.2012); Про­Жрач­ность бюд­же­та (АиФ. 2013. № 41).

Труд­но не согла­сить­ся с тем, что сни­жен­ная лек­си­ка явля­ет­ся «одним из наи­бо­лее эффек­тив­ных средств экс­прес­сив­но­го выра­же­ния оцен­ки, и это очень суще­ствен­но для СМИ» [Пет­ро­ва, Раци­бур­ская 2011: 57], но в то же вре­мя язык СМИ, кото­рый назы­ва­ют зако­но­да­те­лем язы­ко­вой моды, вряд ли дол­жен при­вле­кать вни­ма­ние чита­те­лей таки­ми, напри­мер, при­ме­ра­ми: Пра­во­охрЕ­ни­тель­ные орга­ны (АиФ. 2009. № 45); Ну, дуБ­ЛИН могут (АиФ. 2010. № 41); Гей-ПОПА­ган­да (АиФ. 2013. № 6); Ана­ста­СИ­СЯ Уско­ва (КП. 03‑10.10.2013).

Отно­си­тель­но новой для язы­ка совре­мен­ных СМИ явля­ет­ся игра, кото­рую мы назва­ли орфо­гра­фи­че­ской, а про­дукт этой игры — орфо­гра­фи­че­ски­ми окка­зи­о­на­лиз­ма­ми. В одной из наших работ мы оха­рак­те­ри­зо­ва­ли этот при­ем как мод­ный при­ем язы­ко­вой игры [Илья­со­ва 2011]. Как пока­зы­ва­ет вре­мя, этот при­ем по-преж­не­му оста­ет­ся в моде.

Что же такое орфо­гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы? Это ново­об­ра­зо­ва­ния, про­из­во­дя­щие впе­чат­ле­ние иска­жен­но­го двой­ни­ка узу­аль­но­го сло­ва. Доба­вим, что этот при­ем исполь­зу­ет­ся и в рекла­ме. Игры с орфо­гра­фи­ей, без­услов­но, про­во­ци­ру­ет и интернет.

В язы­ке СМИ при­ем созда­ния орфо­гра­фи­че­ских окка­зи­о­на­лиз­мов при­об­рел систем­ный харак­тер и устой­чи­вые спо­со­бы выра­же­ния. Пред­ста­вим типо­ло­гию орфо­гра­фи­че­ских окка­зи­о­на­лиз­мов в язы­ке СМИ.

I. Орфо­гра­фи­че­ски-гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы, т. е. окка­зи­о­на­лиз­мы, в кото­рых для игры с орфо­гра­фи­ей исполь­зу­ют­ся при­е­мы гра­фи­че­ской игры — обыч­но при­ем капи­та­ли­за­ции, т. е. гра­фи­че­ское выде­ле­ние сегмента.

I.1. Нару­ше­ния в напи­са­нии соглас­ных, выра­жа­ю­ще­е­ся в так назы­ва­е­мом удво­е­нии. Конеч­но, и сло­во нару­ше­ние, и сло­во удво­е­ние при­ме­ни­тель­но к рас­смат­ри­ва­е­мым далее при­ме­рам име­ют услов­ный харак­тер, т. к. нару­ше­ние нор­мы име­ет место по отно­ше­нию к одно­му из слов, а гра­фи­че­ски выде­лен­ный сег­мент сохра­ня­ет свое напи­са­ние, ср.: Кем была, кем стАЛ­ЛА (КП. 15.04.1999); Депу­та­ты зада­ют мини­стру мно­го вопРОС­СОВ (КП. 23.03.2000; игра с фами­ли­ей началь­ни­ка УВД Иркут­ской обла­сти А. Рос­со­ва); Пол­ный ФИН­Ниш (КП. 26.02.06).

I.2. Нару­ше­ния в напи­са­нии глас­ных. Окка­зи­о­на­лиз­мы это­го типа гораз­до более пред­ста­ви­тель­ны, ср.: НеВИ­Зу­чие (Изве­стия. 03.05.06; от сло­ва виза); КРЕ­Ми­нал от мор­щин (АиФ. 2007. № 6); НАГА­Няй для жули­ков (АиФ. 2014. № 24; от име­ни соб­ствен­но­го Наган); ГАРА­Жане (КП. 08‑15.10.2014). В роли гра­фи­че­ски выде­лен­но­го сег­мен­та часто высту­па­ют аббре­ви­а­ту­ры, ср.: Бар­хат­ный СИЗОн (Вер­сия. 2002. № 39). Удач­ная наход­ка начи­на­ет повто­рять­ся, если инте­рес к аббре­ви­а­ту­ре под­дер­жи­ва­ет­ся на про­тя­же­нии дли­тель­но­го вре­ме­ни, ср.: Что ПАСЕ­ют чечен­цы в Страс­бург? (КП. 27.01.2000); Что ПАСЕ­ешь, то и пожнешь (Изве­стия. 05.04.2000); Весен­ний ПАСЕв (Изве­стия. 15.04.08) и др.

В язы­ке совре­мен­ных СМИ суще­ству­ет уже целый ряд окка­зи­о­на­лиз­мов «на слу­чай», к ним отно­сят­ся и такие орфо­гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы, как: Нас сно­ва ОСКАР­би­ли? (КП. 17.02.2000); В Гол­ли­ву­де жаж­дут ОСКАРб­ле­ния (КП. 24.03.2001); ОСКАР­би­тель­ный выбор (Вер­сия. 2006. № 10) и др.

Обоб­щая наши наблю­де­ния за орфо­гра­фи­че­ски-гра­фи­че­ски­ми окка­зи­о­на­лиз­ма­ми, выска­жем ряд соображений.

Даже такие, каза­лось бы, без­обид­ные игры вызы­ва­ют тре­во­гу иссле­до­ва­те­лей, ибо так назы­ва­е­мая «орфо­гра­фи­че­ская ошиб­ка» может закре­пить­ся в созна­нии чита­тель­ской ауди­то­рии. Учи­ты­вая тен­ден­цию сни­же­ния гра­мот­но­сти в совре­мен­ном обще­стве, вряд ли сто­ит оце­ни­вать поло­жи­тель­но заго­лов­ки с «ошиб­кой»: Пол­ный ФИН­Ниш. Сбор­ная Рос­сии про­иг­ра­ла фин­нам со сче­том 4:0 и не смог­ла про­бить­ся в финал олим­пий­ско­го тур­ни­ра [Ляпун 2007: 75]. Раз­де­ляя эту тре­во­гу, под­черк­нем, что риск пре­вра­ще­ния игры в ошиб­ку осо­бен­но велик, если обыг­ры­ва­е­мое сло­во не очень зна­ко­мо чита­те­лям, напри­мер: На гла­зах у сара­тов­цев разыг­ра­лась рус­ская МИС­Сте­рия (КП. 20.08.98). Речь в пуб­ли­ка­ции идет о кон­кур­се кра­со­ты, т. е. о выбо­ре оче­ред­ной мисс — сло­ве, частот­ный харак­тер кото­ро­го поз­во­ля­ет гово­рить о том, что оно ста­ло клю­че­вым для наше­го вре­ме­ни. В заго­лов­ке это сло­во кон­та­ми­ни­ро­ва­но с суще­стви­тель­ным мисте­рия — «сред­не­ве­ко­вая дра­ма на биб­лей­ские темы», напи­са­ние кото­ро­го вряд ли извест­но мас­со­во­му чита­те­лю так же хоро­шо, как сло­во мисс, но соче­та­ние с гла­го­лом разыг­ра­лась уси­ли­ва­ет вли­я­ние имен­но это­го ком­по­нен­та кон­та­ми­на­ции и, как пред­став­ля­ет­ся, нали­чие гра­фи­че­ско­го выде­ле­ния в этом слу­чае будет «рабо­тать» на запо­ми­на­ние невер­но­го напи­са­ния сло­ва мисте­рия.

При­е­мы гра­фи­че­ской игры, без­услов­но, явля­ют­ся дей­ствен­ны­ми спо­со­ба­ми дости­же­ния праг­ма­ти­че­ско­го эффек­та — необыч­ная фор­ма при­вле­ка­ет вни­ма­ние чита­те­ля, вовле­ка­ет его в игру, кото­рая, как пра­ви­ло, име­ет сво­ей целью не столь­ко раз­вле­че­ние, сколь­ко воз­дей­ствие. Без­услов­но, капи­та­ли­за­ция, как и дру­гие при­е­мы гра­фи­че­ской игры, есть сиг­нал пред­на­ме­рен­но­го нару­ше­ния нор­мы, но одно­вре­мен­но это и мощ­ное воз­дей­ствие на зри­тель­ное вос­при­я­тие. Дума­ет­ся, что тако­му воз­дей­ствию спо­соб­ству­ет и ряд фак­то­ров, напри­мер, игра с пре­це­дент­ны­ми фено­ме­на­ми, при кото­рой устой­чи­вый сло­вес­ный ком­плекс вос­при­ни­ма­ет­ся цели­ком, напри­мер: УкРА­Ти­те­ли авто­мо­би­лей (КП. 14.08.07; РАТ — Рос­сий­ское авто­мо­биль­ное това­ри­ще­ство). КАРОн­ный номер (Ито­ги. 22.10.07; от назва­ния ком­па­нии «Каро­Фильм»), БлО­гие наме­ре­ния (АиФ. 2009. № 36; о пред­ло­же­нии губер­на­то­ра Перм­ско­го края собрать в его бло­ге фак­ты исполь­зо­ва­ния им власт­но­го ресурса).

Еще раз обра­тим вни­ма­ние на опас­ность игры с орфо­гра­фи­ей в тех слу­ча­ях, когда обыг­ры­ва­нию под­вер­га­ют­ся сло­ва, кото­рые мас­со­во­му чита­те­лю зна­ко­мы боль­ше по зву­ча­нию, неже­ли по напи­са­нию, т. е. облик тако­го сло­ва мог сте­реть­ся в памя­ти, напри­мер: В Эрми­та­же пол­ная КОТа­ва­сия (КП. 01.04.2000); Крас­ный сон в сти­ле РАКо­ко (Вер­сия. 2001. № 20); Послед­ний из МАГи­кан (Вер­сия. 2005. № 3); Рос­сий­ский ГАЗО­ват (Вер­сия. 2007. № 2); Све­то­ПРИ­СТАВ­ле­ние (Ито­ги. 04.02.08).

II. Соб­ствен­но орфо­гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы. Рас­смат­ри­ва­е­мые далее орфо­гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы пред­став­ле­ны дву­мя раз­но­вид­но­стя­ми в напи­са­нии: тра­ди­ци­он­ной для рус­ско­го язы­ка (т. е. строч­ны­ми бук­ва­ми) и новой, отра­жа­ю­щей фор­ми­ру­ю­щу­ю­ся тен­ден­цию в напи­са­нии заго­лов­ков. В отно­ше­нии подоб­ных напи­са­ний вполне мож­но исполь­зо­вать тер­мин экс­прес­сив­ная орфо­гра­фия, моду на кото­рую в язы­ке рекла­мы и СМИ Е. С. Кара-Мур­за счи­та­ет импор­ти­ро­ван­ной [Кара-Мур­за 2008: 55].

Соб­ствен­но орфо­гра­фи­че­ские окка­зи­о­на­лиз­мы в язы­ке СМИ полу­ча­ют все боль­шее рас­про­стра­не­ние. Они, как и уже рас­смот­рен­ные, могут быть пред­став­ле­ны в виде сле­ду­ю­щей типологии.

II.1. Нару­ше­ния в напи­са­нии соглас­ных. Этот тип пред­став­лен сле­ду­ю­щи­ми подтипами:

II.1.1.Удвоение соглас­но­го, напри­мер: РАСПУГАЛЛА (Вер­сия. 2007. № 47); Аллый день кален­да­ря (Изве­стия. 15.04.09); Мадон­на закаб­ба­ли­лась (Изве­стия. 08.09.04); Закаб­ба­ли­ли избран­ных (Изве­стия. 28.12.04); УММАПОМРАЧЕНИЕ (Вер­сия. 2009. № 48; умма — духов­ная общи­на мусуль­ман). Обра­ща­ет на себя вни­ма­ние сле­ду­ю­щее: во-пер­вых, игра с так назы­ва­е­мы­ми клю­че­вы­ми сло­ва­ми, в роли кото­рых могут высту­пать антро­по­ни­мы (Алла Пуга­че­ва), во-вто­рых, тира­жи­ро­ва­ние при­ме­ров ЯИ.

II.1.2. «Разудво­е­ние» согласного.

Как пред­став­ля­ет­ся, этот тип нару­ше­ний еще не полу­чил тако­го рас­про­стра­не­ния, как преды­ду­щие и после­ду­ю­щие. По край­ней мере, в нашей кар­то­те­ке он пред­став­лен одним при­ме­ром: АБСОЛЮТНО БЕСПОРНО (Вер­сия. 2010. № 27; о рас­про­стра­не­нии пор­но­про­дук­ции через Интернет).

II.2. Нару­ше­ния в напи­са­нии глас­ных. Дан­ные нашей кар­то­те­ки поз­во­ля­ют гово­рить о том, что этот тип орфо­гра­фи­че­ских окка­зи­о­на­лиз­мов име­ет в язы­ке СМИ доста­точ­но дав­нюю исто­рию, ср.: Газават(ь), пока бен­зин не кон­чил­ся (Изве­стия. 08.10.1999); «Фиде­раль­ная про­бле­ма» (Вер­сия. 11.09.2000; фидер — кабель­ное соеди­не­ние меж­ду пере­дат­чи­ком и антен­ной). Сего­дня этот тип пред­став­лен как тра­ди­ци­он­ны­ми, так и новы­ми напи­са­ни­я­ми. К пер­вым отно­сят­ся такие при­ме­ры, как Грин­лан­дия (Изве­стия. 24.08.10; пуб­ли­ка­ция об А. Грине); Гра­бо­вое мол­ча­ние: 60 дней на сво­бо­де (КП. 22‑29.07.10; о «цели­те­ле» Г. Гра­бо­вом); Бло­го­твор­ное (Ито­ги. 25.01.10; об инфор­ма­ции, кото­рую мож­но полу­чить на одном из сай­тов). Гово­ря о новых напи­са­ни­ях, мы име­ем в виду так назы­ва­е­мую экс­прес­сив­ную орфо­гра­фию, о широ­ком рас­про­стра­не­нии кото­рой в язы­ке СМИ сви­де­тель­ству­ют сле­ду­ю­щие при­ме­ры: КОТОФАЛК (Изве­стия. 28.10.04; о филь­ме «Жен­щи­на-кош­ка»); ГОСУДАРСТВЕННАЯ БЛОГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ (Вер­сия. 2008. № 39; о поли­ти­ке вла­стей в отно­ше­нии Руне­та); МАКСИМАЛЬНОЕ УДОЛЕНИЕ (Вер­сия. 2009. № 36; о про­бле­мах доле­во­го стро­и­тель­ства); НЕВАЗВРАТ (Вер­сия. 2009. № 37; о про­бле­мах ВАЗа); ГОРМОНИЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ (Вер­сия. 2010. № 16; о гор­мо­нах, спо­соб­ству­ю­щих сек­су­аль­ной активности).

Выво­ды. Мно­го­лет­ние наблю­де­ния за ЯИ в язы­ке рос­сий­ских СМИ поз­во­ля­ют выска­зать сле­ду­ю­щие соображения.

1. Арсе­нал игро­вых средств посто­ян­но попол­ня­ет­ся как за счет при­вле­че­ния новых ресур­сов, так и за счет соче­та­ния уже име­ю­щих­ся, что сви­де­тель­ству­ет о том, что ЯИ в язы­ке совре­мен­ных рос­сий­ских СМИ — явле­ние динамичное.

2. В то же вре­мя уста­нов­ка на экс­прес­сив­ность име­ет и обрат­ную сто­ро­ну: ЯИ при­об­ре­та­ет чер­ты вычур­но­сти, а порой и эпа­таж­но­сти. Пре­вы­ше­ние поро­га ком­пе­тен­ции адре­са­та, как и нару­ше­ние эти­че­ских и эсте­ти­че­ских норм может при­во­дить к ком­му­ни­ка­тив­ной неудаче.

3. Рас­про­стра­не­ние в язы­ке СМИ орфо­гра­фи­че­ской игры, с одной сто­ро­ны, соот­вет­ству­ет тен­ден­ции посто­ян­но­го поис­ка новых при­е­мов при­вле­че­ния вни­ма­ния, с дру­гой — про­ти­во­ре­чит уста­нов­ке на незыб­ле­мость орфо­гра­фи­че­ских норм.

© Илья­со­ва С. В., 2015