Четверг, Апрель 18Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

ТЕКСТООБРАЗУЮЩАЯ РОЛЬ ФАТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ В МЕДИАРЕЧИ

Статья посвящена анализу текстообразующей роли фатических средств в медиаречи. Фатическая речь сравнительно недавно признана как часть медиадискурса. Это объясняет актуальность постановки вопроса о её месте и роли в медиадискурсе. На примере аналитического жанра обозрения даётся представление о функционировании фатических речевых средств в медиадискурсе. Анализ материала даётся с позиций интенциональной стилистики.

PHATIC SPEECH AS A TEXT-CREATING FACTOR AT MASS MEDIA 

The article is devoted to analysis of phatic speech as a text creating factor at mass media. Investigation of phatic speech as a part of mass media discourse began recently, so the question about the role of phatic speech in media discourse is actual. Phatic speech’s functioning in mass media is illustrated by means of the example of an analytical genre such as a review. The material in the article is analyzed corresponding with theoretical principles of intentional stylistics.

Наталья Анатольевна Корнилова, кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры речевой коммуникации Санкт-Петербургского государственного университета

E-mail: natata_k@mail.ru

Natalia Anatolievna Kornilova, PhD, lecturer of the Chair of Speech Communication, St. Petersburg State University 

E-mail: natata_k@mail.ru

Корнилова Н. А. Текстообразующая роль фатических средств в медиаречи // Медиалингвистика. 2015. № 1 (6). С. 101–108. URL: https://medialing.ru/tekstoobrazuyushchaya-rol-faticheskih-sredstv-v-mediarechi/ (дата обращения: 18.04.2019).

Kornilova N. A. Phatic speech as a text-creating factor at mass media // Media Linguistics, 2015, No. 1 (6), pp. 101–108. Available at: https://medialing.ru/tekstoobrazuyushchaya-rol-faticheskih-sredstv-v-mediarechi/ (accessed: 18.04.2019). (In Russian)

УДК 81.42 
ББК 81.2 
ГРНТИ 16.21.55 
КОД ВАК 10.02.19

Иссле­до­ва­ние выпол­не­но при финан­со­вой под­держ­ке РГНФ в рам­ках про­ек­та про­ве­де­ния науч­ных иссле­до­ва­ний «Куль­тур­но-про­све­ти­тель­ский медиа­дис­курс: цен­но­сти, ком­му­ни­ка­тив­ные интен­ции и рече­вые жан­ры» № 14–34-01028

Вве­де­ние. Фати­ка срав­ни­тель­но недав­но ста­ла рас­смат­ри­вать­ся иссле­до­ва­те­ля­ми как часть медиа­дис­кур­са [Андре­ева 2006; Демен­тьев 2006; Дус­ка­е­ва, Кор­ни­ло­ва 2011, 2012, 2013; Клю­ев 1996; Федо­сюк 2000; Чеп­ки­на 2000; Чер­ны­шо­ва 2004, 2007]. Изу­че­ние её функ­ци­о­ни­ро­ва­ния в мас­сме­диа вызы­ва­ет зако­но­мер­ные вопро­сы о месте и роли фати­ки в СМИ, фати­че­ской интен­ци­о­наль­но­сти и сред­ствах её выра­же­ния.

В первую оче­редь фати­че­ская речь в мас­сме­диа — это речь, направ­лен­ная на выра­же­ние ком­му­ни­ка­тив­ной инфор­ма­тив­но­сти [Андре­ева 2006], кото­рая даёт пред­став­ле­ние о гово­ря­щем, его рече­вой ком­пе­тент­но­сти, отно­ше­нии к пред­ме­ту речи и целе­вой ауди­то­рии. Сред­ства­ми выра­же­ния фати­ки в таком слу­чае ста­но­вят­ся субъ­ек­тив­ная оцен­ка, обра­ще­ние к пре­це­дент­ным фено­ме­нам, упо­треб­ле­ние язы­ко­вой игры, соли­да­ри­за­ция с чита­тель­ской ауди­то­ри­ей, инти­ми­за­ция повест­во­ва­ния и т. д.

Поста­нов­ка про­бле­мы. В соот­вет­ствии с раз­ра­бот­ка­ми совре­мен­ных иссле­до­ва­те­лей, зани­ма­ю­щих­ся вопро­са­ми фати­че­ской речи [Гущи­на 2006; Зай­це­ва 2012; Самой­лен­ко 2010; Сол­да­то­ва 2009; Федо­то­ва 2004; Чер­ник 2002], интен­ци­о­наль­ность фати­ки мож­но опи­сать как сово­куп­ность част­ных интен­ций, таких как вступ­ле­ние в кон­такт, нала­жи­ва­ние (укреп­ле­ние) кон­так­та, под­держ­ка и про­вер­ка кон­так­та, раз­мы­ка­ние кон­так­та с уста­нов­кой на его про­дол­же­ние [Кор­ни­ло­ва 2013, 2014]. В совре­мен­ной рече­вой прак­ти­ке мас­сме­диа уста­нов­ле­ние кон­так­та чаще все­го созда­ёт­ся бла­го­да­ря при­ё­мам соли­да­ри­за­ции с чита­те­лем (созда­ния «сво­е­го» кру­га) или эпа­ти­ро­ва­ния ауди­то­рии (нару­ше­ния ожи­да­ний, в основ­ном за счёт язы­ко­вой игры — раз­ру­ше­ния при­выч­ных кон­текст­ных и ассо­ци­а­тив­ных свя­зей слов). Под­держ­ка и про­вер­ка кон­так­та осу­ществ­ля­ет­ся на про­тя­же­нии все­го тек­ста, для это­го в текст вклю­ча­ют­ся аллю­зии и реми­нис­цен­ции, пря­мые обра­ще­ния к чита­те­лю, исполь­зу­ют­ся при­ё­мы язы­ко­вой игры и инти­ми­за­ции изло­же­ния. Раз­мы­ка­ние кон­так­та может быть выра­же­но доб­ры­ми поже­ла­ни­я­ми в адрес чита­те­ля, выра­же­ни­ем надеж­ды на даль­ней­шее вза­и­мо­дей­ствие, но может и не иметь спе­ци­аль­но­го выра­же­ния, оста­ва­ясь в под­тек­сте: созда­ние бла­го­при­ят­ной атмо­сфе­ры обще­ния, полу­че­ние удо­воль­ствия от вос­при­я­тия тек­ста уже может быть доста­точ­ным обос­но­ва­ни­ем для про­дол­же­ния ком­му­ни­ка­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия с кон­крет­ным авто­ром и / или изда­ни­ем.

В зави­си­мо­сти от изда­ния и жан­ро­вой при­над­леж­но­сти тек­ста фати­ка в нём функ­ци­о­ни­ру­ет по-раз­но­му. Напри­мер, в раз­вле­ка­тель­ных изда­ни­ях фати­ка может быть тек­сто­по­рож­да­ю­щим фак­то­ром, тогда как в инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ских изда­ни­ях она пре­иму­ще­ствен­но вос­тре­бо­ва­на как реа­ли­за­ция в речи кон­так­то­уста­нав­ли­ва­ю­ще­го потен­ци­а­ла язы­ка.

Что каса­ет­ся жан­ро­во­го аспек­та, обра­ще­ние к сред­ствам фати­че­ской речи обу­слов­ле­но интен­ци­о­наль­но­стью кон­крет­но­го тек­ста: в соот­вет­ствии с доми­ни­ру­ю­щей и вто­ро­сте­пен­ны­ми част­ны­ми интен­ци­я­ми про­ис­хо­дит отбор и соче­та­ние язы­ко­вых средств. Тогда фати­ка может быть как осно­вой тек­ста — в соб­ствен­но фати­че­ских жан­рах (бла­го­дар­ность, поздрав­ле­ние), так и и допол­ни­тель­ным фак­то­ром тек­сто­об­ра­зо­ва­ния — в инфор­ма­тив­ных жан­рах, ослож­нён­ных фати­че­ской интен­ци­о­наль­но­стью. Пока­жем функ­ци­о­ни­ро­ва­ние средств фати­че­ской речи в газет­ном жан­ре обо­зре­ния. Этот жанр отно­сит­ся к чис­лу ана­ли­ти­че­ских, посколь­ку пред­став­ля­ет собой обзор собы­тий, выяв­ля­ю­щий про­стран­ствен­но-вре­мен­ные или тема­ти­че­ские свя­зи меж­ду ними.

Как пра­ви­ло, в осно­ве обо­зре­ния лежит рече­вой жанр «оцен­ка ситу­а­ции» [Дус­ка­е­ва 2012], что пред­по­ла­га­ет вклю­че­ние допол­ни­тель­ных интен­ций: 1) оцен­ка пара­мет­ров ситу­а­ции — наблю­да­е­мых в дей­стви­тель­но­сти про­ти­во­ре­чий; 2) под­твер­жде­ние выска­зан­ных оце­нок; 3) пре­ду­пре­жде­ние об опас­но­сти послед­ствий пред­став­лен­ной ситу­а­ции и необ­хо­ди­мо­сти выхо­да из тупи­ка. Фати­че­ские сред­ства здесь, выпол­няя тек­сто­об­ра­зу­ю­щую роль связ­но­сти, ста­но­вят­ся мар­ке­ра­ми тек­сто­ти­па, отно­ся­ще­го­ся к осо­бо­му рече­во­му жан­ру. Основ­ная целе­уста­нов­ка обо­зре­ния заклю­ча­ет­ся в том, что­бы опре­де­лить состо­я­ние, суще­ству­ю­щее в дан­ный момент в той или иной сфе­ре. Набор ком­му­ни­ка­тив­ных шагов, состав­ля­ю­щих текст обо­зре­ния, обыч­но огра­ни­чи­ва­ет­ся сооб­ще­ни­ем о собы­тии (что про­ис­хо­дит / про­ис­хо­ди­ло?) и его оцен­кой (как это сле­ду­ет оце­ни­вать?).

Обо­зре­ние ори­ен­ти­ро­ва­но на высо­кий уро­вень обоб­ще­ния, пото­му что выяв­ля­ет типич­ное, общее, объ­яс­няя через это общее част­ные дета­ли. Спо­со­бом аргу­мен­та­ции в обо­зре­нии явля­ет­ся деталь.

В насто­я­щее вре­мя обыч­ным моти­вом созда­ния обо­зре­ния чаще все­го явля­ет­ся стрем­ле­ние осмыс­лить какую-то про­блем­ную тему. Обра­тим­ся к при­ме­рам.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Одной из тем, кото­рая часто осве­ща­ет­ся в обо­зре­нии, явля­ет­ся спорт. Возь­мём для при­ме­ра спор­тив­ное обо­зре­ние из газе­ты «Спорт уик-энд» от 12 янва­ря 2014 года, посвя­щен­ное три­ум­фаль­ным олим­пий­ским побе­дам оте­че­ствен­ных сбор­ных, и рас­смот­рим пер­вый фраг­мент:

Наши взя­ли фан­та­сти­че­скую побед­ную план­ку!

Зим­ний три­умф нашей сбор­ной в 1964-м затмил даже после­ду­ю­щую «неуда­чу» в Гре­нобле — вто­рое обще­ко­манд­ное место, кото­рое сей­час, нака­нуне Сочи, счи­та­ет­ся тоже прак­ти­че­ски недо­ся­га­е­мым. Сего­дня мы вспом­ним еще две зим­них Олим­пи­а­ды — в австрий­ском Инсбру­ке (29 янва­ря — 9 фев­ра­ля 1964 года) и фран­цуз­ском Гре­нобле (6–18 фев­ра­ля 1968 года).

Пер­вая Белая олим­пи­а­да в Австрии (через 12 лет в Инсбру­ке зим­ние Игры прой­дут вновь) ста­ла насто­я­щим три­ум­фом сбор­ной СССР, 50-летие кото­ро­го мы ско­ро отме­тим. Тогда его сви­де­те­ля­ми впер­вые в исто­рии ста­ло более мил­ли­о­на зри­те­лей. Нашим в Австрии уда­лось пора­зить всех, заво­е­вав 25 меда­лей — 11 золо­тых, 8 сереб­ря­ных и 6 брон­зо­вых, обой­дя иду­щих сле­дом нор­веж­цев прак­ти­че­ски в два раза 15 меда­лей (3, 6, 6). Олим­пи­а­да в Инсбру­ке была, пожа­луй, одной из самых успеш­ных за всю оте­че­ствен­ную олим­пий­скую исто­рию и зада­ла самую высо­кую план­ку на буду­щее. Насто­я­щим геро­ем Игр ста­ла «ураль­ская мол­ния» Лидия Скоб­ли­ко­ва — 4 золо­тых меда­ли в беге на конь­ках! Наши хок­ке­и­сты вновь вер­ну­ли себе зва­ние силь­ней­шей коман­ды пла­не­ты, выиг­рав все свои 8 мат­чей. Пер­вые золо­тые меда­ли в новей­шей исто­рии фигур­но­го ката­ния при­нес­ли нашей коман­де Люд­ми­ла Бело­усо­ва и Олег Про­то­по­пов, поло­жив нача­ло мно­го­лет­не­му доми­ни­ро­ва­нию оте­че­ствен­ной шко­лы…

В заго­лов­ке обо­зна­чен аспект, в кото­ром жур­на­лист наме­рен рас­смат­ри­вать про­ис­хо­див­шие собы­тия. Заго­ло­вок направ­лен не толь­ко на инфор­ми­ро­ва­ние о собы­тии (без инфор­ми­ру­ю­щей интен­ции обо­зре­ния не быва­ет), но и на заво­е­ва­ние ауди­то­рии. Послед­не­му, во-пер­вых, спо­соб­ству­ет место­име­ние «наши» для созда­ния «сво­е­го» кру­га, во-вто­рых, лек­си­ка с поло­жи­тель­ной оце­ноч­ной семан­ти­кой (фан­та­сти­че­скую, побед­ную).

В лиди­ру­ю­щем абза­це кон­кре­ти­зи­ру­ет­ся цель пуб­ли­ка­ции. Роль лиди­ру­ю­ще­го абза­ца заклю­ча­ет­ся в том, что­бы снять все неяс­но­сти, кото­рые мог­ли воз­ник­нуть по про­чте­нии заго­лов­ка. Спе­ци­фич­на функ­ция оце­ноч­ной лек­си­ки в тек­сте: она даёт оцен­ку нынеш­ней ситу­а­ции сквозь приз­му про­шед­ше­го. Обо­зре­ние опре­де­ля­ет состо­я­ние, суще­ству­ю­щее в кон­крет­ный момент в обще­стве, как этап раз­ви­тия собы­тий в той или иной сфе­ре обще­ствен­ной дея­тель­но­сти. В этом заклю­ча­ет­ся основ­ная целе­уста­нов­ка жан­ра.

Вто­рое пред­ло­же­ние лиди­ру­ю­ще­го абза­ца назы­ва­ет тему пуб­ли­ка­ции и выпол­ня­ет кон­так­то­уста­нав­ли­ва­ю­щую функ­цию, исполь­зуя такое свой­ство тек­ста, как ретро­спек­ция, — созда­вая свя­зи с преды­ду­щи­ми выпус­ка­ми изда­ния, отсы­лая к пред­ше­ству­ю­щим пуб­ли­ка­ци­ям: обо­зре­ние, рас­смат­ри­ва­е­мое нами, вышло в руб­ри­ке «Лето­пись Белых олим­пи­ад» как один из мате­ри­а­лов, тема­ти­че­ски объ­еди­нён­ных ожи­да­е­мым собы­ти­ем. Этот при­ём обес­пе­чи­ва­ет про­вер­ку и под­твер­жде­ние кон­так­та, а так­же уста­нов­ку на про­дол­же­ние обще­ния как обе­ща­ние даль­ней­ше­го раз­ви­тия темы.

В пер­вом абза­це тек­ста тезис­но обо­зна­че­ны все основ­ные вехи пуб­ли­ка­ции: автор даёт оцен­ку собы­тию и пере­чис­ля­ет дово­ды в поль­зу сво­ей точ­ки зре­ния. Спо­соб­ность рос­сий­ской коман­ды к фан­та­сти­че­ским побе­дам стра­ны в олим­пи­а­дах пока­за­на с помо­щью цепоч­ки оце­ноч­ных слов: три­умф в 1964 затмил, недо­ся­га­е­мый, уда­лось пора­зить всех, одной из самых успеш­ных, зада­ла самую высо­кую план­ку, зва­ние силь­ней­шей коман­ды. Даль­ней­ший текст пред­став­ля­ет собой раз­вёр­ну­тое под­твер­жде­ние заяв­лен­ных в нача­ле пуб­ли­ка­ции оце­нок. Внут­рен­ние заго­лов­ки обо­зре­ния как раз и пред­став­ля­ют поря­док и логи­ку выстра­и­ва­ния этих мыс­лей:

«Мир не знал подви­га выше Скоб­ли­ко­вой»,
Австрий­ские «изю­мин­ки»,
Осеч­ка, кото­рой мож­но гор­дить­ся,
Пер­вое золо­то коро­ля эста­фет.

Рас­смот­рим фраг­мент тек­ста, сле­ду­ю­щий после пер­во­го внут­рен­не­го заго­лов­ка:

(1) Глав­ную сен­са­цию на льду Инсбру­ка сотво­ри­ли наши конь­ко­беж­ки. (2) 9 из 12 разыг­ран­ных меда­лей заво­е­ва­ли тогда спортс­мен­ки СССР, а все 4 золо­тые меда­ли у жен­щин ста­ли досто­я­ни­ем Лидии Скоб­ли­ко­вой, уста­но­вив­шей на этих Играх три олим­пий­ских рекор­да. (3) Нико­му в мире не уда­ва­лось повто­рить такой резуль­тат до сих пор. (4) Аме­ри­кан­ский жур­нал «Спорт Иллю­ст­рей­тед» писал в дни Олим­пи­а­ды: «Мир не знал подви­га выше конь­ко­беж­ки Скоб­ли­ко­вой. (5) Она побе­ди­ла и на «пяти­сот­ке», и на «полу­тор­ке», и «тыся­че»… (6) Оста­ва­лась люби­мая для нее «треш­ка» — 3000 м. (7) Но вдруг неожи­дан­но потеп­ле­ло, а моро­зил­ки по вине орга­ни­за­то­ров мол­ча­ли: Скоб­ли­ко­ва нес­лась по воде, боясь одно­го: как бы на виду у все­го мира не «ныр­нуть» в лужи. (8) Но чет­вер­тое золо­то все-таки было взя­то! (9) Бук­валь­но через неде­лю после сен­са­ции в Австрии Скоб­ли­ко­ва взя­ла еще и пять золо­тых меда­лей на чем­пи­о­на­те мира в Шве­ции.

В пер­вом пред­ло­же­нии соеди­ня­ет­ся сооб­ще­ние о собы­тии (конь­ко­беж­ки сотво­ри­ли сен­са­цию) и его оцен­ка (глав­ная сен­са­ция). Вто­рое пред­ло­же­ние дета­ли­зи­ру­ет сооб­ща­е­мую инфор­ма­цию, отве­чая на вопрос, в чём заклю­ча­лась сен­са­ция; это так­же сооб­ще­ние о собы­тии. Тре­тье пред­ло­же­ние содер­жит оцен­ку через отри­ца­ние (нико­му не уда­ва­лось повто­рить), что повы­ша­ет её зна­чи­мость. Оце­ноч­ное суж­де­ние пред­став­ле­но и в сле­ду­ю­щем пред­ло­же­нии (5), толь­ко здесь субъ­ек­том оцен­ки явля­ет­ся не автор, а дру­гой субъ­ект речи. Вклю­че­ние чужой оцен­ки в текст обо­зре­ния повы­ша­ет сте­пень дове­рия по отно­ше­нию к автор­ско­му суж­де­нию. Пред­ло­же­ния (5–9) пред­став­ля­ют собой эле­мент собы­тий­но­го повест­во­ва­ния, напря­жен­ность изло­же­ния в кото­ром созда­ет­ся демон­стра­ци­ей «сопро­тив­ле­ния» обсто­я­тельств (под­черк­ну­то с помо­щью два­жды исполь­зо­ван­но­го про­ти­ви­тель­но­го сою­за но, наре­чий вдруг неожи­дан­но, части­цы все-таки) побе­де рос­сий­ской спортс­мен­ки, вопре­ки кото­рым она одер­жа­ла её (8).

Сле­ду­ю­щий ком­му­ни­ка­тив­ный шаг стро­ит­ся по пред­став­лен­ной моде­ли через смыс­ло­вые бло­ки: дости­же­ния Евге­ния Гри­ши­на, лыж­ные гон­ки, австрий­ские игры и т. д. Такое обо­зре­ние демон­стра­ци­ей про­шлых три­ум­фов пока­зы­ва­ет спо­соб­ность коман­ды побеж­дать, выра­же­ни­ем надеж­ды на побе­ду и в пред­сто­я­щей олим­пиа­де завер­ша­ет­ся пуб­ли­ка­ция.

Рас­смот­рим текст лите­ра­тур­но­го обо­зре­ния из дру­го­го изда­ния — инфор­ма­ци­он­но-ана­ли­ти­че­ско­го. Этот мате­ри­ал пол­но­стью соот­но­сит­ся с ком­по­зи­ци­он­ным постро­е­ни­ем преды­ду­ще­го, раз­ни­ца наблю­да­ет­ся лишь в рече­вом оформ­ле­нии тек­ста и более актив­ном обра­ще­нии к эле­мен­там фати­че­ской речи. «Как рас­ска­зать тебе про КГБ» — иро­ни­че­ское обо­зре­ние, опуб­ли­ко­ван­ное в жур­на­ле «Ого­нёк» 24 июля 2005 года.

Поэтам — и извест­ным, и осталь­ным — необ­хо­ди­мы две вещи: что­бы чита­ли дру­гие и что­бы было, где почи­тать. Интер­нет иде­аль­но отве­ча­ет двум этим тре­бо­ва­ни­ям: наи­боль­шей попу­ляр­но­стью поль­зу­ют­ся сай­ты «Тосты и поздрав­ле­ния», «Стихи.ру» и «Поэзия.ру».

(1) Театр начи­на­ет­ся с вешал­ки, река — с голу­бо­го ручей­ка, Роди­на — с той пес­ни, что пела нам мать, утро — с улыб­ки. (2) С чего начи­на­ют­ся сти­хи? (3) По-види­мо­му, с тостов и поздрав­ле­ний. (4) Это такая наи­бо­лее демо­кра­тич­ная совре­мен­ная фор­ма поэ­зии в рос­сий­ском интер­не­те. (5) Рань­ше эти поздрав­ле­ния надо было выду­мы­вать или обзва­ни­вать зна­ко­мых поэтов. (6) Теперь зво­нить нику­да не надо — сти­хи сами при­хо­дят к вам в дом. (7) На сай­те http://​etoast​.chat​.ru, кото­рый назы­ва­ет­ся «Тосты и поздрав­ле­ния», сра­зу пони­ма­ешь, что самое важ­ное в поэ­зии:

Этот радост­ный день Вашей жиз­ни
Пусть запом­нит­ся Вам навсе­гда,
А печа­ли, сомне­нья, раз­лу­ки
Пусть не будут у Вас нико­гда!

(8) Заме­ти­ли — осо­бен­но­го изя­ще­ства сти­хам, как и преж­де, при­да­ет риф­ма: «навсе­гда — нико­гда». (9) То есть зву­чит очень мело­дич­но, кра­си­во зву­чит, пря­мо ска­жем. (10) В сущ­но­сти, вся поэ­зия гово­рит об одном и том же: об этом про­ме­жут­ке меж­ду «все­гда» и «нико­гда». (11) Толь­ко одни опи­сы­ва­ют это слож­но, длин­но, полу­ча­ют за это Нобе­лев­ские пре­мии, а дру­гие — толь­ко в край­нем слу­чае руб­лей 500 или даже в мор­ду, если слиш­ком длин­но. (12) Пото­му что еще один сек­рет поэ­зии заклю­ча­ет­ся в том, что писать надо корот­ко и по делу (боль­шин­ство поздрав­ле­ний на сай­те — от четы­рех до вось­ми стро­чек), зато после хоро­ше­го и корот­ко­го сти­хо­тво­ре­ния все­гда хочет­ся выпить, пото­му что уж очень точ­но ска­за­но, луч­ше не ска­жешь:

Сего­дня ты строй­нее и моло­же,
Сего­дня ты неж­на и весе­ла,
И, гово­ря по прав­де, не похо­же,
Что эта дата и к тебе при­шла.

(9) И, гово­ря по прав­де, даже не верит­ся, что и к тебе, и ко мне при­хо­дит за раз столь­ко заме­ча­тель­ных бес­плат­ных сти­хов, доро­гой чита­тель. (10) Пово­дов для сти­хов, если верить сай­ту, у обыч­но­го чело­ве­ка в сред­нем что-то око­ло семи: рож­де­ние, ново­се­лье, юби­лей, сва­дьба, сереб­ря­ная сва­дьба, золо­тая сва­дьба. (11) Еще брил­ли­ан­то­вая, если пове­зет. (12) Очень удоб­но: на сай­те все это по кате­го­ри­ям и раз­ме­ще­но. (13) Вот, напри­мер, сти­хо­тво­ре­ние к рож­де­нию ребен­ка:

Вас было двое и любовь,
Игра­ла моло­дая кровь,
И от сли­я­нья двух сер­дец
Роди­лась жизнь — люб­ви венец!

(14) «Сер­дец — венец»: от такой риф­мы что хошь заиг­ра­ет, не толь­ко кровь. (15) Хочет­ся кри­чать в голос после тако­го посла­ния: венец, все­му венец! (16) Винец и оли­вьец, как гово­рит­ся, и пол­ный, изви­ни­те на сло­ве, мир и спо­кой­ствие в каж­дом доме.

Лиди­ру­ю­щий абзац зада­ёт тон обще­ния с чита­те­лем, вво­дя его в курс дела; кон­такт уста­нав­ли­ва­ет­ся бла­го­да­ря эффек­ту неожи­дан­но­сти, кото­рый воз­ни­ка­ет в отно­ше­нии заго­лов­ка к тек­сту. Семан­ти­че­ское поле, вве­дён­ное заго­лов­ком, не соот­вет­ству­ет лиду. Такое нача­ло поз­во­ля­ет заин­те­ре­со­вать чита­те­ля и настро­ить его на чте­ние тек­ста.

Иро­нич­ный тон зада­ёт­ся уже пер­вым пред­ло­же­ни­ем тек­ста, пред­ла­га­ю­щим свое­об­раз­ную игру — рас­по­зна­вать аллю­зии. Объ­еди­не­ние пре­це­дент­ных фено­ме­нов в одном пред­ло­же­нии не объ­яс­ня­ет­ся зако­на­ми логи­ки. Как поз­же пони­ма­ет чита­тель, это свя­за­но с харак­те­ром тек­стов, кото­рые рас­смат­ри­ва­ет автор в сво­ём лите­ра­тур­ном обо­зре­нии. Жур­на­лист созда­ёт внут­рен­ний диа­лог в обо­зре­нии, при­чём это и вопрос­но-ответ­ная фор­ма изло­же­ния (2–3), и обра­ще­ние к пре­це­дент­ным тек­стам (1, 6), и вза­и­мо­дей­ствие с тек­ста­ми, кото­рые автор ана­ли­зи­ру­ет в сво­ём мате­ри­а­ле. Все эти при­ё­мы рас­счи­та­ны на актив­ное вовле­че­ние чита­тель­ской ауди­то­рии в вос­при­я­тие тек­ста. В пер­вом абза­це автор назы­ва­ет тему тек­ста (как это было в пред­став­лен­ном выше мате­ри­а­ле), а далее начи­на­ет ана­ли­зи­ро­вать и сопо­став­лять сти­хо­твор­ные тек­сты, дока­зы­вать свою точ­ку зре­ния, созда­вать у чита­те­ля опре­де­лён­ное впе­чат­ле­ние.

Сра­зу обра­тим вни­ма­ние на то, что ком­му­ни­ка­тив­ное дей­ствие постро­е­но так же, как и в преды­ду­щем обо­зре­нии, и вклю­ча­ет те же ком­му­ни­ка­тив­ные шаги. В спор­тив­ном обо­зре­нии дава­лось сооб­ще­ние о собы­тии и его оцен­ка, здесь же даёт­ся фраг­мент тек­ста, при­влёк­ший вни­ма­ние авто­ра, и ком­мен­та­рий к нему — оце­ноч­ное суж­де­ние, как пра­ви­ло, содер­жа­щее пей­о­ра­тив­ную оцен­ку. Осо­бую язви­тель­ность инто­на­ции тек­ста при­да­ёт ими­та­ция грам­ма­ти­че­ских и рече­вых осо­бен­но­стей ана­ли­зи­ру­е­мых тек­стов. Имен­но этим объ­яс­ня­ет­ся нару­ше­ние падеж­но­го управ­ле­ния в (8) пред­ло­же­нии (осо­бен­но­го изя­ще­ства при­да­ет риф­ма). Несо­от­вет­ствие сти­хо­твор­ной фор­мы и лек­си­че­ско­го напол­не­ния (ней­траль­ная, зача­стую сни­жен­ная лек­си­ка) так­же ими­ти­ру­ет­ся в автор­ской речи обра­ще­ни­ем к лек­си­че­ским повто­рам и гру­бо-про­сто­реч­ной лек­си­ке с намё­ком на недо­ста­точ­ный сло­вар­ный запас авто­ра опуб­ли­ко­ван­но­го в Интер­не­те сти­хо­тво­ре­ния, раз­го­вор­ным син­так­си­сом, в целом — избы­точ­но­стью речи, харак­тер­ной для раз­го­вор­но-быто­во­го обще­ния. Язы­ко­вая игра, осно­ван­ная на мно­го­знач­но­сти сло­ва «полу­чать» так­же рас­счи­та­на на созда­ние отри­ца­тель­но­го обра­за, хотя, отме­тим, пря­мой оцен­ки в тек­сте нет.

На про­тя­же­нии все­го тек­ста мож­но наблю­дать одни и те же при­ё­мы вза­и­мо­дей­ствия автор­ской речи с ана­ли­зи­ру­е­мым мате­ри­а­лом: лек­си­че­ский под­хват (9), сни­жен­ная лек­си­ка (14, 16), игра на гра­ни фола (16). Через ими­та­цию рече­вой мане­ры цити­ру­е­мых авто­ров жур­на­лист выра­жа­ет своё отри­ца­тель­ное отно­ше­ние к сти­хам.

Таким обра­зом, рече­вым жан­ром, фор­ми­ру­ю­щим струк­ту­ру обо­зре­ния, явля­ет­ся «Оцен­ка ситу­а­ции». Под­твер­жде­ние выска­зан­но­го оце­ноч­но­го суж­де­ния про­ис­хо­дит бла­го­да­ря отбо­ру дета­лей, сами явле­ния отби­ра­ют­ся по прин­ци­пу тема­ти­че­ско­го тож­де­ства и временно́й бли­зо­сти.

Выво­ды. Зна­чи­тель­ной пред­став­ля­ет­ся роль фати­че­ских рече­вых средств в пред­став­лен­ном для ана­ли­за газет­ном жан­ре. В обо­их слу­ча­ях автор объ­еди­ня­ет­ся с ауди­то­ри­ей: в пер­вом при­ме­ре бла­го­да­ря созда­нию «сво­е­го» кру­га, поис­ку объ­еди­ня­ю­щих инте­ре­сов, инти­ми­за­ции изло­же­ния; во вто­ром — через фор­ми­ро­ва­ние иро­ни­че­ской тональ­но­сти, выра­же­ния пей­о­ра­тив­ной оцен­ки, исполь­зо­ва­ния язы­ко­вой игры. Созда­ние «сво­е­го» кру­га тоже пред­став­ле­но в этом тек­сте, но не напря­мую, как в пер­вом при­ме­ре, а через насмеш­ку над авто­ра­ми пред­став­лен­ных сти­хо­тво­ре­ний, кото­рую жур­на­лист и пред­ла­га­ет оце­нить чита­тель­ской ауди­то­рии.

Выбран­ные сред­ства фати­че­ской речи ста­но­вят­ся свое­об­раз­ным тек­сто­об­ра­зу­ю­щим фак­то­ром в пред­став­лен­ных для ана­ли­за мате­ри­а­лах, обес­пе­чи­вая кон­такт с чита­те­лем, посто­ян­ную под­держ­ку его вни­ма­ния и слу­жа сред­ства­ми свя­зи внут­ри тек­ста. Фати­че­ская речь созда­ёт тональ­ное един­ство тек­ста, обес­пе­чи­вая его цель­ность и связ­ность.

© Кор­ни­ло­ва Н. А., 2015

1. Андреева С. В. Речевые единицы устной русской речи: система, зоны употребления, функции. М., 2006.

2. Дементьев В. В. Непрямая коммуникация. М., 2006.

3. Дускаева Л.Р. Диалогическая природа газетных речевых жанров. СПб., 2012.

4. Дускаева Л. Р., Корнилова Н. А. Речевой эпатаж как форма контактоустановления в современной медийной речи // Мир лингвистики и коммуникации. Тверь, 2013. №1 (30). Режим доступа: http://www.tverlingua.ru/.

5. Дускаева Л. Р., Корнилова Н. А. Фатика как речевая форма реализации развлекательной функции в медиатексте // Гуманитарный вектор. 2011. № 4. С. 67–71.

6. Дускаева Л. Р., Корнилова Н. А. Этикетные речевые жанры в газетном дискурсе // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. Выпуск 3 (19). 2012. С. 177–185.

7. Зайцева Е. В. Социокультурная обусловленность письменной фатической коммуникации (на примере текстов открыток в британской языковой культуре). Автореф. дис. … канд. филол. наук. Воронеж, 2012.

8. Клюев Е. В. Фатика как предмет дискуссии // Поэтика. Стилистика. Язык и культура. Памяти Татьяны Григорьевны Винокур. М., 1996. С. 212–220.

9. Корнилова Н. А. Фатическая речь в массмедиа: композиционно-стилистические формы. Дис. … канд. филол. наук. СПб., 2013.

10. Корнилова Н. А. Средства фатической речи в массмедиа // Медиалингвистика. №2(5). СПб., 2014.

11. Самойленко Л. В. Фатические средства в речи пользователей компьютерной сетью (на материале жанра чата): Автореф. дис. … канд. филол. наук. Астрахань, 2010.

12. Солдатова О. С. Фатические эмотивы и стиль коммуникации: сопоставление английской и русской лингвокультур: Автореф. дис. …канд. филол. наук. М., 2009.

13. Федосюк М. Ю. Публичная фатическая речь // Речеведение: научно-методические тетради. №2. Великий Новгород, 2000. С. 19–28.

14. Чепкина Э. В. Русский журналистский дискурс: Текстопорождающие практики и коды. Екатеринбург, 2000.

15. Чернышова Т. В. Тексты СМИ в ментально-языковом пространстве современной России. М., 2007.

16. Чернышова Т. В. Фатическое общение как социальный символ коммуникации (на материале текстов печатных СМИ) // Известия Алтайского государственного университета. Серия история, филология, философия и педагогика. Барнаул, 2004. № 4. С. 46–51.

. Поэтика. Риторика. СПб: Азбука, 2000. 

1. Andreeva S. V. Speech units of the oral Russian speech: system, zone of use, functions. [Rechevye edinicy ustnoj russkoj rechi: sistema, zony upotreblenija, funkcii]. Moscow, 2006.

2. Dementjev V. V. Indirect communication [Neprjamaja kommunikacija]. М., 2006.

3. Duskaeva L. R. Dialogic nature of speech genres [Dialogicheskaja priroda rechevyh zhanrov]. 2nd edition. St. Petersburg, 2012.

4. Duskaeva L. R., Kornilova N. A. Shoking as a form of establishing of communication at modern mass media discourse // World of linguistics and communication. [Rechevoj epatazh kak forma kontaktoustanovlenija v sovremennoj medijnojrechi] // Mir lingvistiki I kommunikacii. Tver, 2013. №1 (30). URL: http://www.tverlingua.ru/.

5. Duskaeva L. R., Kornilova N. A. Phatic as a speech form of realization of entertaining function of media text // Humanities vector [Fatika kak rechevaja forma realizacii razvlekatelnoj funkcii v mediatekste // Gumanitarnyj vektor], 2011. № 4. Pp. 67–71.

6. Duskaeva L. R., Kornilova N. A. Etiquette speech genres in media discourse // Bulletin of Perm University. Russian and abroad filology [Etiketnye rechevye zhanry v gazetnom diskurse // Vestnik Permskogo universiteta. Rossijskaja I zarubezhnaja filologija]. № 3 (19). 2012. Pp. 177–185.

7. Zaitzeva E. V. Sociocultural conditionality of written phatic communication (on the material text cards in the British language culture) [Sociokulturnaja obuslovlennost pismennoj faticheskoj kommunikacii (na primere tekstov otkrytok v britanskoj jazykovoj kulture)]. Voronezh, 2012.

8. Kluev E. V. Phatic as an object of discussion // Poetics. Stylistics. Language and culture. In memory of Tatyana Vinokur [Fatika kak predmet diskussii // Poetika. Stilistika. Jazyk I kultura. Pamyati Tatjany Grigorjevny Vinokur]. Moscow, 1996. Pp. 212–220.

9. Kornilova N. A. Phatic speech in mass media: compositional and stylistic forms. PhD thesis [Faticheskaja rech v massmedia: kompozicionno-stilisticheskie formy: Dissertacija na soiskanie uch. stepeni kand. filol. nauk.]. St. Petersburg, 2013.

10. Kornilova N. A. Means of expression phatic speech at mass media discourse // Media linguistics. №2 (5). [Sredstva faticheskoj rechi v massmedia // Medialingvistika. №2(5)]. St. Petersburg, 2014. 

11. Samojlenko L. V. Phatic means in a computer network users’ speech (on the material of the genre chat) [Faticheskie sredstva v rechi polzovatelej kompjuternoj set’ju (na material zhanra chata)]. Astrakhan, 2010.

12. Soldatova O. S. Phatic emotives and communicative style: comparison of English and Russian linguocultures [Faticheskie emotivy I stil kommunikacii: sopostavlenie anglijskoj I russkoj lingvokultur]. Moscow, 2009.

13. Fedosuk M. U. Public phatic speech // Rechevedenie: scientific-methodical notes [Publichnaja faticheskaja rech // Rechevedenie: nauchno-metodicheskie tetradi. №2]. Veliky Novgorod, 2000. Pp. 19–28.

14. Chepkina E. V. Russian journalistic discourse: Text-generating practices and codes [Russkij zhurnalistskij diskurs: Tekstoporozhdajuschie praktiki I kody]. Ekaterinburg, 2000.

15. Chernyshova T. V. Media texts in mental and language space of modern Russia [Texty SMI v mental’no-jazykovom prostranstve sovremennoj Rossii]. Мoscow, 2007.

16. Chernyshova T. V. Phatic interaction as a symbol of social communication (on the material of printing media) // Bulletin of Altai state University. History, philology, philosophy and pedagogical series. [Faticheskoe obschenie kak social’nyj simvol kommunikacii (na material textov pechatnyh SMI) // Izvestija Altajskogo gosudarsvennogo universiteta. Serija istorija, filologija, filosofija I pedagogika.] Barnaul, 2004. № 4. Pp. 46–51.