Четверг, Сентябрь 20Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

О ТОЧНОМ УПОТРЕБЛЕНИИ СЛОВА В СОВРЕМЕННЫХ СМИ И РЕКЛАМЕ

Изучение точности речи особенно актуально для журналиста, поскольку именно от того, как журналист выразит мысль, отразит факт, зависит восприятие этой информации читательской аудиторией. В данной статье рассматривается точность словоупотребления как способ верной передачи действительности. Сложность обозначенной темы диктуется и ограниченными возможностями самого слова слова. По мысли Л. Толстого, способность передать воображаемое, тем более выразить действительность, не всегда во власти слова. Одно из условий, приближающих адекватное, исчерпывающее употребление слова,  правильная, простая и выразительная речь. Точности слова в процессе коммуникации мешают девальвация слова, бюрократизмы, эвфемистическая подмена понятий, нарушения этических норм речевого поведения и др. Демонстрация журналистских поисков лексических единиц, способных максимально точно выразить мысль, наряду с высказанными выше соображениями, составляет содержание данной статьи.

THE EXACT USE OF THE WORD IN MODERN MEDIA AND ADVERTISING

Studying of accuracy of the speech is especially important for a journalist as how the journalist will express thought, will reflect the fact, the perception of this information by reader’s audience depends. This article discusses the word usage accuracy as a way to transmit true reality. The complexity of the designated theme is dictated also by limited opportunities of the word. According to L. Tolstoy, ability to convey the imaginary, especially to express the reality, it is not always in the power of words. One of the conditions which are bringing closer the adequate, comprehensive use of the word — the correct, simple and expressive speech. Accuracy of speech in the communication process is disturbed by devaluation of the word, bureaucracy, euphemistic substitution of concepts, ethical standards of speech behavior, etc. Demonstration of journalistic searches of the lexical units that can most accurately express the idea, along with the observations made above is the content of this article.

Нина Дмитриевна Бессарабова, кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова

E-mail: Nina_Dmitrievna_Bessarabova@mail.ru

Nina D. Bessarabova, PhD, associate professor of Russian stylistics department, journalism faculty of M. V. Lomonosov Moscow State University

E-mail: Nina_Dmitrievna_Bessarabova@mail.ru

УДК 81’373 
ББК 81.2.Рус-5 
ГРНТИ 16.21.07 
КОД ВАК 10.01.10

Ищем речи, 
Точной и нагой.
   В. Маяковский

Постановка проблемы. В толковых словарях русского языка прилагательное точный и существительное точность многозначны. В этих же словарях [например, в ТСРЯ 2007], сформулировано общее представление об этом понятии: «передача чего-н. в полном соответствии с действительностью, совершенно верно». Лингвистическому содержанию понятия точность (точный перевод, смысловая точность языка, точность формулировок, точный ответ, точно передать чьи-н. слова и т. п.) адресован ряд определений, которые вместе с толкованием значения приводятся в словарях: «действительный, правильный, подлинный, исчерпывающий, предельно полный, верный; не приблизительный, не общий». Дополнительные сведения о том, что означает точное словоупотребление (это касается и способов создания речевой выразительности), дают определения — «ясный, определенный, четкий, конкретный, правдивый». Они образуют синонимический ряд с прилагательным правильный, которое входит в объем разбираемого понятия [Александрова 1969]. Для характеристики точного слова в разговорной речи употребляется прилагательное меткий. Некоторые из названных выше определений мы используем в качестве синонимов слова точный.

В научной литературе точность речи признается важнейшим коммуникативным качеством любого функционального стиля с учетом его специфики. Предложенная тема всегда актуальна. Ученые определили основные условия правильных, четких, точных высказываний: «знание предмета речи, знание языковой системы и прочные речевые навыки» [Стилистический энциклопедический словарь 2003: 554]. При этом особенно подчеркивается роль словоупотребления, правильного выбора слова (словосочетания, оборота речи). Сама тема точности речи (точного словоупотребления) при всем том, что уже известно о ней, оказывается очень непростой. По мысли Л. Толстого, «слово далеко не может передать воображаемого, но выразить действительность еще труднее. Верная передача действительности есть камень преткновения слова» [Русские писатели о языке 1954: 562]. Возможно, этим объясняется «существование в современном русском языке феноменов, не имеющих точного и безоценочного названия. И это касается как политики, так и житейских ситуаций» [Милославский 2013].

Мы не станем углубляться в философские, социальные, культурные, психологические, личностные и др. причины «мук словесного творчества». Наша задача скромнее: на материале СМИ и рекламы еще раз вспомнить, как из-за незнания содержания лексических номинаций («своих» и заимствованных), использованных прямо или переносно, свободно или в связанных значениях; как по причине недооценки смысловых оттенков, сферы употребления, эмоционально-экспрессивной маркировки слов, невнимания к сочетаемости их с другими лексическими единицами, несоответствия слова контексту, ситуации и др. возникают помехи в адекватном отражении речью окружающей действительности, что мешает полноценной коммуникации.

В поле зрения окажутся и другие моменты, затрудняющие правильность, адекватность понимания, например, использование слов с девальвированным, неопределенным значением и словесных прикрытий-эвфемизмов. Остановимся на нарушениях этических речевых норм, также влияющих на качество информации, ее точность. Обратим внимание на роль идеологического фактора, официальной трактовки того или иного события, также сказывающейся на выборе точного слова «в полном соответствии с действительностью».

Мы постараемся показать, как, какими путями и способами журналисты возвращают реалиям их полноценные обозначения, словам — исчерпывающую полноту, благодаря чему речь приближается к ясности и определенности.

Статья состоит из двух частей. В первой рассматриваются причины, мешающие полноценному, не приблизительному словоупотреблению. Вторая часть статьи посвящена поискам, выбору точного слова.

I

Основные положения. Разговор начнем с классики. Один из исследователей журналистской специфики речевой деятельности А. В. Калинин писал: «Хороший язык должен быть правильным, простым и выразительным» [Калинин 1984: 90]; «В языке нет мелочей <…>. Есть слова, употребленные точно или неточно. От этого зависит четкость изложения, правильные интонации, эмоциональная окраска материала. А следовательно, и воздействие его на читателя» [Там же: 96]; «Язык газеты должен быть предельно точным» [Там же: 74].

Из рекомендаций А. В. Калинина следует, что точность речи связана с ее правильностью, простотой и выразительностью. С этих позиций он прокомментировал свыше четырехсот слов из центральных, областных, республиканских, краевых газет 50–70-х годов ХХ в. У нас есть счастливая возможность познакомить читателей (прежде всего будущих журналистов) с комментариями автора. Они дают представление об идеале речи, нарисованном А. В. Калининым, о золотой норме русского литературного языка. Обращаем внимание на разработанный им жанр «критики текста»: сначала приводится пример неверного словоупотребления, затем следует его разбор и предлагается правильный вариант. Примеры и комментарии даем в сокращении. В скобках указываются страницы.

1. Параллельно с борьбой за увеличение количества продукции идет борьба за ее качество <…> «Параллельно» не столь точно передает нужный смысл <…> Если борьба за увеличение количества идет параллельно с борьбой за качество, получается, что эти два вида борьбы ведутся обособленно, независимо друг от друга, отдельно <…>. Нужно писать не параллельно, а «одновременно» или (еще лучше) «вместе» (с. 77).

2. <…> детализировать прошедшие футбольные события. «Детализировать» — неточно. Можно детализировать то, что перед этим намечено в общих чертах (например, детализировать план) <…> Автор, видимо, не вполне различает смысл слов детализировать и детально рассмотреть (с. 95).

3. <…> однозначный ответ на проблемы. А на проблему вообще нельзя дать ответ. Ее можно решить или не решить (с. 100).

В своей книге А. В. Калинин отмечает еще одно качество речи, способствующее ее точности, — дисциплину: «Очень нужна журналисту дисциплина языка. Краткость, выдержанность, строгость формы. И никакой расхлябанности, приблизительности!» [Там же: 85]. Недисциплинированное словоупотребление он видел в предложениях туманных, небрежно скомпонованных из разностильных, разнооценочных лексических единиц, в избыточности речи и штампах.

1. Ветер несет полынные запахи, и тишина напичкана птичьими голосами. Здесь хорошо думается в раннюю пору. Глагол пичкать — неодобрительный <…> Что же, автора раздражает птичье пение? Нет. Стало быть, он ошибся в выборе слова (с. 14).

2. Большинство офицеров — недавние выпускники <…> Современная молодежь во всех достойных смыслах этого понятия. Что такое «смыслы понятия» и какие это могут быть достойные смыслы? <…> Во всех отношениях современная молодежь (с. 76).

3. Основательность сызмальства присуща парню. Никак не укладываются рядом книжное прилагательное присуща и просторечное сызмальства. Да и парень с трудом помещается около книжного слова (с. 78).

4. <…> в ее одежде чувствовались аккуратность и простота. К чему тут глагол чувствовались? Не вернее ли: «Одета она была просто и аккуратно» (с. 91).

5. <…> в числе призовой тройки <…> Короче и вернее — в призовой тройке (с. 96).

6. Парень с модной челкой, спущенной на лоб. Челка, спущенная на лоб, все равно, что «усы, растущие над верхней губой», или «крыша, расположенная на верху дома» (с. 101).

Выразительность — одно из условий хорошего языка — помогает полнее представить какое-либо явление. «Без образной речи газете не жить», — утверждает автор книги «Культура русского слова». Метафора, которую чаще всего выбирают журналисты, должна быть точной и ясной, верной и не вызывающей нежелательных ассоциаций. Она должна не мешать чтению, а помогать [Там же: 59].

Примеры неудачных метафор.

1. Данный пример плохой метафоры оставлен автором без комментариев, как говорится, нет слов.

Команду полюбили не только за победы, выраженные очками, сколько за красивый техничный футбол. Им нравилось, как Иштоян выполнял «ноктюрн для правой ноги». Стыдливые кавычки не помогают (с. 59).

2. Экономическая реформа щедро питает реку народной инициативы, хозяйственного поиска, бережливости. Что это за река поиска, тем более река бережливости? Реку расточительности я могу себе представить, но реку бережливости — нет. И как это реформа питает реку? (с. 79).

Мы привели лишь незначительную часть критики текста, предложенную в книге. Но и она доставляет наслаждение от знакомства с обширными познаниями и редким лингвистическим даром ее автора. Демонстрируя ошибочное, неточное словоупотребление, порой доходящее до абсурда, А. В. Калинин не унижает своих незадачливых собеседников, а учит вчитываться, всматриваться, вслушиваться в слово, быть осторожным в обращении с ним, учитывать семантику, место, время и ситуацию использования. Казалось бы, чем может быть опасен штамп гостеприимно распахнуть двери, какой подвох можно от него ожидать? Но, оказывается, как замечает А. В. Калинин, «это образное выражение, даже сильно пообтершееся в газетных текстах, возникшее с благим намерением “перебить стандарт” (открылся магазин, открылся ресторан, открылась школа), неожиданно может предстать в первозданном смысле, предъявить свои права. Поэтому-то из гостеприимно распахнутых дверей магазина, находящегося за Полярным кругом (заметка датирована второй половиной ноября), вдруг пахнуло нестерпимым холодом на ни в чем не повинных продавцов и покупателей» [Там же: 56].

Сегодня уроки А. В. Калинина, как и других неравнодушных к слову ученых, деятелей культуры, особенно востребованы. Понизился общий культурно-речевой уровень владения русским языком. В статье «Типарусский диалект» Николай Романов констатирует тревожные сигналы: «Подросло нечитающее поколение <…> Молодые люди с жалкой самоуверенностью выдают свою неграмотность за “особую грамотность” <…> В этом плане они мало чем отличаются от мигрантов: “адын чиладрам” (среднеазиатское произношение и написание “один килограмм”) имеет то же происхождение, что и интернетное “аффтар жжот”» (Лит. газета. 10–16.02.2010). Складывающийся типарусский диалект — одно из свидетельств того, что «язык стремительно нищает и уже не является показателем интеллекта» (Там же). Автор имеет в виду языковую способность, умение говорить.

Анализ материала. Часть 1. На практике это выражается в нежелании (отсутствии потребности?!) некоторых говорящих по-русски хотя бы ориентироваться в семантике слова, в сочетаниях его с другими словами: мы с тобой коллеги по нации (в речи радиоведущего, у которого одинаковое имя с радиослушателем); реанимация мягкой мебели, очистка и реанимация выгребных ям (реклама); футбольный брак Украины и России (АиФ); нижегородское овощное рандеву (Незав. газета. 10–11.07.2011) и многие другие примеры. Языковое национальное достояние хранят словари. Обратимся к ним за разъяснениями.

Коллега — ‘о работниках умственного труда, о квалифицированных специалистах’ (коллеги по работе, по институту). Реанимация. Словари допускают переносное употребление, но в сочетании со словами отвлеченного значения (реанимация фашизма, реанимировать отжившие предрассудки). Брак — «семейные супружеские отношения между мужчиной и женщиной» (церковный, гражданский, незарегистрированный брак. Вступить в брак). В тексте, очевидно, шла речь о футбольном союзе двух государств. Нижегородское овощное рандеву. Из заголовка понятно, что имеется в виду встреча в Нижнем Новгороде производителей сельхозпродукции. Но почему рандеву? Далее: Сегодня в Нижнем Новгороде завершается двухдневный саммит РФ и ЕС <…> Пикантность 27-й по счету встрече в верхах придает российское эмбарго на ввоз с/х продукции из ЕС. Саммит, встреча в верхах — синонимы, но при чем тут рандеву? Рандеву — это свидание, но не всякое — «заранее условленная встреча двух влюбленных, вообще встреча мужчины и женщины, ищущих знакомства, взаимных отношений» [ТСРЯ 2007]. Предпринятая журналистом попытка выразиться образно не удалась из-за незнания точного значения слова рандеву. А в итоге появилось слово с приблизительным смыслом: о любой встрече, без уточнений, нюансов, отличающих рандеву, например, от тусовки, корпоратива, которые тоже содержат в своих значениях семантический компонент ‘встреча’, но различаются по смыслу.

Еще примеры. Рост расходов на стратегические виды оружия может оказаться заразным (Незав. газета. 02.11.2011). Ср.: заразная болезнь, заразный больной, заразить своим примером, заразительная веселость и т. д. Стало быть, рост расходов может влиять, воздействовать, оказаться заразительным. Аналогично: <…> часть еды выносится, немало съедается нерадивыми посетителями в торговых залах (Metro. 18.08.2013). Нерадивый (небрежный) работник, нерадивое (небрежное) отношение к делу — в тексте же говорится об обыкновенных воришках.

Реклама и глянцевая журналистика наводняют речь номинациями с приблизительным, размытым содержанием и семантически не стыкующимися лексемами: экстремальный вкус, сокрушительная свежесть, пафосный ресторан, сияние чувственности, космическая сексуальность цветов и др. [Бессарабова 2015: 186]. Философия роскошного бутика, иронично-роскошные сумочки, готическое обаяние кожи; Дельmond <…> представляет новую осенне-зимнюю коллекцию, которую отличают небрежная элегантность и тихоокеанские настроения и др. [Виноградский, Куницына 2005: 14, 24–26]. В эту группу вписываются фрагменты из некоторых ресторанных меню. Jam (джем) кафе: десерты. Штрудель. Яблочный рулет с комплиментом из ванильного мороженого. Супы. Грибы, утомленные в сливках. Холодные закуски. Строгий неспешный говяжий язык с отечественным хреном.

Перед нами прошел парад словесных объединений, манерных, искусственных, употребленных произвольно (с покушениями на оригинальность, языковую игру?!). К ним принадлежат и безграмотные сочетания из рекламных листовок последних лет (оптимизация для коттеджей, оптимизация окон). Рожденные в искусственном мире глянца и рекламы, блестяще представленного в статье «Продвинутое чтиво» (Ал. Поликовский. Нов. газета. 02–05.08.2001), слова и словесные блоки с неопределенным, приблизительным значением пополняют пласт девальвированных, обесцененных номинаций. Превращаясь в условный знак, сигнал о чем-то, эрзац (М. Горбаневский, Г. Гачев), они мешают ясно и исчерпывающе понимать написанное, упрощают речь. Тенденция к упрощению речи, потере ею смысловых оттенков, красок, полутонов (что не имеет ничего общего с экономией речи) отдаляет участников коммуникации от полноценного общения. В этом плане приведенные примеры напоминают «адын чиладрам», в котором восприятие смысла словосочетания затруднено его написанием и произношением.

Говоря о точности речи и ее помехах, нельзя не сказать о бюрократизмах. Так мы называем слова и словосочетания, рожденные в недрах официально-делового стиля, но, в отличие от конкретных, однозначных лексических единиц этого стиля, наделенные минимальной информативной значимостью [Бессарабова 2015: 227]. И как следствие — нечеткость, смысловая размытость подобных лексических единиц.

Нежелательные организации. «Закон о “нежелательных организациях” <…> поражает своей безграмотностью: туманные формулировки дают возможность расширительного толкования» (Нов. газета. 27.05.2015). Нет точности, как отмечает газета, и в названии неправительственные организации, поскольку «общественные организации называют некоммерческими» (Там же). Мы почти привыкли к сочетанию малоимущие граждане, которое часто встречается в СМИ. Но что это за категория населения: бедные, нищие, еле сводящие концы с концами? Содержание расплывчато. Еще примеры бюрократических выражений из разных ведомств: Некто из Минкульта. Активизировать борьбу по созданию учебно-методической литературы нашего культурного наследства Родины (Лит. газета. 30.07–05.08.2008); Военный чиновник. Ответ находится в плоскости нашей работы по созданию нового облика Вооруженных сил (Лит. газета. 08–14.04.2009).

Губительны для точной и ясной речи бюрократизмы, выраженные глагольными и отглагольными словосочетаниями типа активизировать борьбу, активизация борьбы, улучшить показатели, усилить контроль (контрольные органы), заострить внимание, принять энергичные меры (эффективные меры), повысить ответственность, обеспечить намеченное, вести линию на укрепление (удаление), рапорты о «ярких инициативах» и т. д. Пришедшие от бюрократии советских времен, они продолжают и сегодня сотрясать воздух. Сопровождая официальные решения, они «обрекают эти решения на неисполнение в силу своей абсолютной неконкретности и <…> обезоруживающей безликости» [Культура русской речи 2001: 245]. Но видимость действия, деятельности они создают.

Эвфемизмы, используемые в СМИ, тоже могут влиять на точность, исчерпывающую полноту речи. Разговор не идет об эвфемизмах, смягчающих или нейтрализующих основные номинации: неуспех предприятия — вм. провал, банкротство; массовые нарушения законности в СССР — вм. репрессии, чистки; неправильная переписка чиновничьих ведомств с гражданами — вм. волокитство (АиФ. № 4. 2012) и т. п. Их понимание обеспечивается тем, что и основное, и эвфемистическое названия относятся к одному предмету речи. Подобные замены часто встречаются в СМИ, потому они широко известны.

Но в СМИ нередки и словесные прикрытия, которые маскируют реалии, уводят мысль в сторону или вообще подменяют предмет речи. Коммуниканты не понимают друг друга. «Что такое адекватный ответ?» — спрашивает читатель в связи с заявлением министра обороны России о том, что «правительство Грузии провоцирует нас на неадекватные ответные действия, но мы “ответим адекватно”». Как следует из разъяснений, «скорее всего, будут использованы дипломатические рычаги» (АиФ. № 40. 2006). Для подобных эвфемизмов обязателен контекст, из которого выясняется, что подтопление в Крымске (2012 г.) оказалось сильнейшим наводнением, а теневая экономика в масштабах страны не более чем смягченное название преступной деятельности в тех же масштабах (Время новостей. 06.05.2009); что «идет плановый демонтаж социального государства, т. е. уничтожение социальных завоеваний» (Лит. газета. 03–09.06.2015) и т. д. О том, как журналисты, используя эвфемизмы, называют вещи своими именами, мы будем говорить во второй части статьи. Сейчас перейдем к этическому компоненту речи, который существенно воздействует на ее полноту и точность.

Продолжающееся уже лет 25 смещение нравственных ориентиров в российском обществе сказалось на речевом поведении носителей русского языка, затронуло этические нормы речи. Раскрывая содержание понятия этико-речевые нормы, А. П. Сковородников обосновал их роль в процессе коммуникации: «Этико-речевые нормы <…> входят в понятие речевого идеала, представления о котором извлекаются из национальной философии, национальных речевых традиций, а также из универсальных (общечеловеческих) постулатов речевого общения и правил речевого этикета» [Сковородников 2005: 473]. Риторический идеал исключает неуважительное отношение к человеку (будь то рядовой гражданин, официальное лицо или выдающаяся личность), пренебрежение к достижениям человеческой культуры. «Признание достоинства личности, а также чуткость, вежливость, деликатность, скромность — суть нравственной категории УВАЖЕНИЕ» [Словарь по этике 1989: 362, цит. сокр.]. В современных СМИ достаточно примеров, иллюстрирующих отход от названной нравственной категории. Под предлогом свободы слова (как вседозволенности) там можно великого писателя и гражданина А. П. Чехова наградить эпитетами бабник и скалозуб; приписать А. С. Пушкину пунктик из-за любви поэта к осени; удостоить Переделкино звания писательского отстойника [Бессарабова 2015: 185]. И вообще использовать достойные имена, классические изречения, демонстрируя бездуховность и наглый прагматизм новых хозяев жизни [Бессарабова 2015: 178, 183, 184, 202 и др.].

Желая быть «ближе к народу», а по существу не уважая своих сограждан, некоторые СМИ снижают планку допустимого, эксплуатируя, например, тему трех известных букв. Вот некоторые примеры. В Сочи на три буквы (МК. 11.02.2002) — о выступлении команд КВН. Поправят на три буквы (Время новостей. 15.03.2010) — о биологических добавках — БАДах, которые собираются убрать с аптечных полок. Миром правит организация из трех букв (КП. 11.03.1999) — о МВФ. Еда на три буквы (АиФ. № 44. 2011) — о КПГ, или конечных продуктах гликирования. Судят за три буквы (Нов. известия. 16.05.2006) — о процессе по делу основателя «МММ» Сергея Мавроди. Аббревиатура СРО (саморегулируемые организации, появившаяся в связи с квартплатой в 2013 году) дала повод для заголовка в АиФ На три буквы. Та же газета удивила заглавием Опять соображают на троих — о совместных творческих планах П. Доминго, Х. Каррераса, Л. Паваротти. Эти газетные заголовки притянуты за уши, отвлекают от существа дела, вульгаризируют содержание материала. И если их авторам кажется, что они участвуют в языковой игре, то лишь в такой, где «провоцируется неадекватная реакция на изложенную информацию, разрушается этическое и моральное поле складывающегося веками российского менталитета» [Клушина 2002: 106].

На этом фоне отрадно сознавать, что в обществе сохранилась отрицательная реакция на бесцеремонно-развязное или казенно-равнодушное речевое поведение некоторых тружеников газетного и рекламного цехов. Тем самым подтверждается незримое присутствие национальных и общечеловеческих законов речевого общения в моральном сознании граждан.

Возмущение вызвало слово недоблокадник (АиФ. № 36. 2014) — о людях, проживших в блокадном Ленинграде менее четырех месяцев. По словам писательницы Т. Устиновой, «некто умный и тонкий из чиновничьего племени» мог придумать такое слово, достойное занять место в списке “Самых хамских высказываний 2014 г.”»

Читатель, шокированный рекламой с «творчески обновленными» стихами А. С. Пушкина («подруга дней моих суровых — сосиска сочная моя»), отнес эту рекламу к «мраку и беспределу на нашем ТВ» (Лит. газета. 17–23.06.2015).

В рубрике «А вы смотрели?» (Лит. газета. 22–28.01.2014) прозвучал недоуменный отклик на программу ОТВ, посвященную православной церкви. Автора заметки поразило, в каких выражениях ведущие высказывались о Дарах волхвов: «Почему гастроли святыни сопровождаются скандалами?» Прямо так и сказали — «гастроли святыни». А потом еще добавили: «Дары волхвов стали настоящим подарком для журналистов и блогеров».

Анализируя этическую составляющую материалов СМИ, порой бывает трудно понять, где явное, преднамеренное нарушение этических норм речи, а где сказалась привычка не вникать в слово, лишь слегка его касаясь, задевая его содержание, что тоже может вызвать нежелательный этический резонанс. Из новостей одной строкой: Пушкинский музей запустит экскурсии для беременных (АиФ. № 6. 2015). Почему запустит? Выходит нечто среднее между ‘прост. впустить, пустить куда-л. во что-л.’ (запустить карасей в пруд) и ‘разг. привести в действие, пустить’ (запустить станок). Похвальна инициатива учреждения культуры в отношении будущих мам, но известить об этом предпочтительней тактично, никого не унижая: «Пушкинский музей организует (регулярные) экскурсии для беременных».

На одной из встреч с руководителями вузов президент В. В. Путин обещал повысить зарплату преподавателям. Ректор МГУ В. А. Садовничий, как пишет журналист, в долгу не остался: «Он рассыпался в благодарностях Путину за неослабное внимание к проблемам высшей школы». (Незав. газета. 15.02.2012). Одно из значений глагола рассыпаться в чем: ‘подчеркнуто льстиво, многословно высказать то, что названо следующим существительным’ (Р. в похвалах, в благодарностях, в комплиментах). Ректор МГУ поблагодарил президента, а вот выбранная журналистом речевая форма обращается против него самого, характеризуя его как человека либо плохо знающего русский язык, либо допустившего намеренный выпад в адрес ректора.

Еще пример. Совет Федерации матереет (Незав. газета. 27.04.2012, заголовок). Под заголовком фотография В. Матвиенко и врезка: «Валентина Матвиенко нуждается в дополнительных рычагах власти». Глагол матереть здесь употребляется переносно и относится к Совфеду, однако косвенно задевает и его руководителя — женщину, которая, как и любая нормальная женщина, вряд ли обрадуется, узнав, что она ‘матереет — мужает’ вместе с вверенным ей органом власти. Вероятно, был замысел сыграть на женском имени руководителя Совфеда. Но значение глагола матереть воспрепятствовало замыслу.

Предложенную подборку примеров объединяют плохая языковая компетентность и этическая незрелость их авторов, что привело к информационному сбою и нарушению точности речи. «Несоответствие с действительностью», вызванное неточным использованием лексических единиц, сказалось и на качестве информации: где-то она получилась искаженной, где-то несправедливо обидной, где-то явно бестактной и унизительной.

II

Анализ материала. Часть 2. Во второй части статьи мы покажем, как журналисты избавляются от смысловой неопределенности, какими способами располагают для достижения этой цели. Начнем с приема «разоблачения» эвфемизмов, прикрывающих истинное положение дел, например, в медицине, науке, образовании, армии, экономике и т. д.

Оптимизация, модернизация, реорганизация — самые модные тенденции <…> тренды последних лет в нашем здравоохранении. Говоря же грубо и зримо — ликвидация лечебных учреждений от Москвы до самых до окраин (Незав. газета. 19.02.2013). Более конкретно последствия деятельности «зарвавшихся и ошалевших от безнаказанности и шальных денег “здравоохранительных” бизнесменов» раскрывает следующий пример: Как прогнозируют эксперты, теперь “оптимизация”, читай — закрытие больниц, поликлиник, диспансеров и передача их в частные руки, а также увольнение врачей и среднего медперсонала — пойдут ускоренными темпами» (АНJ. 10.09.2015). Примечательно, что в ряду прикрывающих, вносящих спасительную неопределенность в содержание предложений, оказались слова реформа, реформирование, нацеленные по своему назначению на улучшение дел, на положительный результат. Но так как под их именем скрываются неблаговидные действия различных ведомственных структур, эти слова приобретают неодобрительный, даже ругательный смысл.

Сегодня <…> под прикрытием слов реформа, реформирование по существу происходит ликвидация, разрушение, сокращение, уничтожение фундаментальной и прикладной науки. Чиновничий произвол, утилитаризм, коррупция — суть реформ в научной сфере (Лит. газета. 04–10.08.2009). В сентябре в Госдуме пройдет третье чтение пресловутого закона о реформировании (читай — уничтожении!) Российской академии наук (АНJ. 12.09.2013). За Сердюковым стояли серьезные люди и силы, которые дали ему карт-бланш на развал армии под видом ее реформы (Мир новостей. 16.07.2013).

Содержание эвфемизма может стать поводом для авторских публицистических обобщений. За понятием “недострой” скрывается нечто большее, чем строительная халтура. Недострой — это судьба нашей страны и нашего народа (АиФ. № 45. 2012).

В поисках исчерпывающих названий журналисты не ограничиваются обнажением эвфемистических прикрытий. Осуждая неприглядные, постыдные, недостойные стороны российской действительности, они напрямую обращаются к словам-бичам, словам-хлыстам, которые, по их мнению, наносят ощутимые удары по дряни — безответственности, равнодушию, преступной халатности, непрофессионализму, нечестности. Набор этих слов не так велик: бардак, беспредел, деградация, идиотизм, маразм, мракобесие, мордобой, пофигизм, свара и некоторые другие. Кажется, что подобных слов больше, т. к. одно и то же слово может оценивать, характеризовать неблагополучие в разных сферах жизни.

Страна победившего идиотизма (заголовок статьи о реформировании (читай — уничтожении!) Российской академии наук. Аргументы недели. 03.10.2013). Как известно, при Сталине случился погром советской генетической науки. Возглавил его полуграмотный идиот, любимец вождя, “народный академик” Лысенко (Аргументы недели. 25.07.2013). Долгое время в «Новой газете» существовала рубрика «Энциклопедия бюрократического идиотизма».

Наша страна деградирует и вымирает (АиФ. № 50. 2010). Из-за сокращения расходов на культуру мы наблюдаем культурную деградацию уже сегодня во всей красе (АиФ. № 6. 2015). За последние 20 лет нравственный облик россиянина заметно деградировал, — свидетельствуют специалисты Института психологии Российской академии наук. — То, что раньше считалось постыдным, сегодня входит чуть ли не в норму (АиФ. № 9. 2015). У нас нет свободных профсоюзов, которые могли бы остановить этот олигархический беспредел (Лит. газ. 19–25.01.2011). Где граница между жизнью власти и властью беспредела, управляющего повседневной жизнью сограждан? (Лит. газ. 19–25.01.2011). См. также беспредел экономический, правовой, уголовный, чиновничий, при переходе к рынку и т. д.

Перечисленные слова концентрируют в своем содержании максимум смыслов и эмоций, рассредоточенных в синонимах этих слов. В идиотизме сошлись глупость, нелепость, неразумность, несуразность, абсурдность в их крайнем проявлении [Александрова 1969: 106]. Беспредел — крайняя степень беззакония, беспорядка [ТСРЯ 2007]. Слово из мира криминала, освоено в разговорной речи и СМИ. Богатая внутренняя форма (без границ, без краев, без предела) и жизненная потребность сделали его актуальным в современной речи. Однако при всей своей смысловой и эмоциональной насыщенности «сильные» слова все же условно, приблизительно можно называть точными обозначениями реалий. Говорить о точности речи, о том, что с помощью «сильных» слов устанавливается соответствие речи определенному явлению внеязыковой действительности, по-видимому, следует с осторожностью. Их обобщающая категоричность содержит не столько осмысление явления, сколько его оценку. Эмоционально-оценочный компонент значения и частота использования некоторых из таких слов (например, бардак, беспредел, маразм…), в том числе «в ситуациях скверных, но обыденных» [Новиков 2008: 18], облегчает выпуск пара, но не установление диагноза.

В отношении газетно-публицистического стиля, особенно в материалах СМИ общественно-политического содержания, выбор точного слова «в полном соответствии с действительностью» осложняется зависимостью этого выбора от официальной трактовки событий. Мюнхенский (1939 г.) договор или сговор? Произошедшее в России в октябре 1917 г. — революция или большевистский переворот? Развал или распад СССР (1991 г.) (АиФ. № 39. 2015)? В феврале 2014 г. произошло воссоединение Крыма с Россией, или присоединение Крыма к России, или аннексия Крыма Россией? Официальная версия о контрперевороте и захвате власти на Украине (2014 г.) устами президента США Обамы преподнесена как передача власти. Министр иностранных дел России Лавров дипломатично говорит о смене власти на Украине.

И сегодня российское общество демонстрирует неодинаковые взгляды и подходы к происходящему: «Сегодня мало кто станет отрицать, что в России не лучшие времена. Но называют их по-разному. Одни говорят — кризис, другие — стагнация, третьи — безвременье. Чем дальше от Кремля и от Москвы, тем жестче оценки» (АиФ. № 27. 2015).

Помимо названных выше способов поиска точных номинаций (разоблачение эвфемистических прикрытий, использование «сильных» слов), адресант может, например, пригласить адресата вместе решить, какое из двух названий следует считать более правильным, справедливым.

«Жизнь легка или убога?» — спрашивает философ, профессор (АиФ. № 5. 2014). «Антикоррупционная возня или все-таки борьба?» — приглашает принять участие в полемике философ, преподаватель (Лит. газета. 16–22.03.2011). Ответы самих авторов на поставленные вопросы аргументированно однозначны. «Печатно и экранно нам внушают: освободись от внутренней скованности, от предрассудков и комплексов, ограничений и запретов». Все это оказывается мощным импульсом к примитивизации душевного мира, к его убожеству и такому же выбору жизненного пути.

Коррупция — страшное зло, «подрывающее основы нашей общей жизни (дом, образование, лечение, безопасность, работа, культурные потребности…)». И пока не будет для коррупционеров «пожизненных сроков с конфискацией неправедно нажитого», уместнее говорить об антикоррупционной возне. С этим мнением согласны участники полемики — журналисты, юристы, деятели науки, культуры, рядовые граждане: «нынешнее преследование коррупционеров подозрительно напоминает “операцию прикрытия”, “банальную показуху”. Пока не будет введена конфискация как наказание, вся борьба с коррупцией, объявленная и пропагандируемая сегодня, превращается в профанацию» (АиФ. № 5. 2014).

Продуктивным способом выбора точных слов (словосочетаний) оказывается противопоставление (сопоставление) двух номинаций. Давно это было <…> Тогда еще у ветеранов были льготы, а не “меры социальной поддержки (Обл. газета. Родник. 20.05.2009). Казалось бы, меры социальной поддержки подразумевают льготы, во всяком случае — не исключают их. Однако в такой трактовке меры социальной поддержки превращаются в видимость, фикцию в отличие от льгот, предоставлявших ветеранам конкретную помощь.

В однокорневых сопоставляемых словах убедительнее вырисовываются смысловые различия между ними. О наборе в армию по контракту. Планируется, что ежегодно будут набирать по 50000. Но не просто набирать, а отбирать (Незав. газета. 09.10.2012). Отбирать — значит учитывать в контракте не только физическое и моральное здоровье, но и высокопрофессиональную подготовку новобранцев. Спорт нужно поддерживать, а не содержать (Нов. газета. 13.07.2011). Поддерживать — значит ‘активно поощрять, продвигать’. Содержать — ‘зависеть от содержателя, находиться на содержании’.

Стилистическая и эмоциональная маркировка одного из сопоставляемых названий делает точный выбор слова особенно убедительным. Надо карать за воровство, тунеядство, преступное предпринимательство — карать, а не пугать (АиФ. № 5. 2011). Карать — ‘устар. и высок. подвергать каре, наказывать’. Несмотря на всю свою непохожесть на вождя (Сталина — Н. Б.), Молотов перенимает его способы, методологию и становится его соратником, а точнее, соучастником по множеству и множеству преступлений (Лит. газета. 07.09.1998). Соучастник (в отличие от ‘высок. соратник, сподвижник’) отмечен соучастием в преступных действиях в качестве сообщника.

Следующий пример интересен не только выбором точного маркированного слова, но и способностью контекста изменить с этой целью саму маркировку слова. Не спонсоры нужны сегодня русской культуре, а радетели (Лит. газета. 16–22.01.2008). Радетель — ‘устар. и ирон. Человек, который радеет кому-л., покровитель’. Слово адресовано П. М. Третьякову — «меценату (основал художественную галерею, подарил Москве прекрасные здания, вкладывал средства во многие арт-проекты, содержал училище глухонемых), “общественному работнику” отечественной культуры». Ни о какой иронической окраске здесь не может быть и речи; слово радетель, подчеркивая подвижничество П. М. Третьякова, воспринимается как актуальное слово и приобретает благородное, положительное звучание.

Разумеется, перечисленными способами, приемами не исчерпывается выбор конкретных, предельно полных, четких слов. Сама тема точности речи (даже в рамках разговора только о словоупотреблении) обширна и многогранна, о чем мы говорили в начале статьи.

Выводы. Подытожим сказанное. Мы убедились, что отношение к слову как условному знаку, сигналу о чем-либо противоречит точности речи. Мы видели, что информация о тех или иных реалиях, выраженная словами с неопределенным, девальвированным значением (включая бюрократизмы), оказывается либо неполной, либо недостоверной. Эвфемизмы, скрывающие правду или подменяющие предмет речи, также способны нанести урон коммуникации. Мы наблюдали, как этический компонент речи существенно влияет на ее достоверность. В материалах СМИ на социально-политические темы идеологический фактор играет основную роль в выборе номинаций.

Здесь особенно важен опыт гражданской журналистики, ответственной, профессиональной, — публицистов, политологов, социологов, аналитиков, обозревателей. Они своим творческим примером учат любить и знать правильную, простую и выразительную русскую речь. Но не только. Они не оставляют своих читателей, слушателей, зрителей наедине со сложными темами и стараются найти и находят (в меру своих знаний и возможностей) убедительные, исчерпывающие, правдивые слова о происходящем в стране и в мире.

© Бессарабова Н. Д., 2016

1. Бессарабова Н. Д. Журналист и слово. М., 2015.

2. Виноградский В. С., Куницына Н. В. Типологические и стилистические особенности иллюстративно-популярных изданий. М., 2005.

3. Калинин А. В. Культура русского слова. М., 1984.

4. Клушина Н. И. Этические границы языковой игры // Журналистика и культура русской речи. 2002. № 2.

5. Культура русской речи: Учебник для вузов / Под ред. проф. Л. К. Граудиной и проф. Е. Н. Ширяева. М., 2001.

6. Милославский И. Г. Как преодолеть ложные представления о русском языке в российском обществе? // Журналистика и культура русской речи. 2013. № 1.

7. Русские писатели о языке (XVIII–ХХ вв.) / Под ред. Б. В. Томашевского и Ю. Д. Левина. Л., 1954.

8. Санников В. З. Русский язык в зеркале языковой игры. М., 1999.

9. Сковородников А. П. Энциклопедический словарь-справочник. Выразительные средства русского языка и речевые ошибки и недочеты / Под ред. А. П. Сковородникова. М., 2005.

10. Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под ред. М. Н. Кожиной. М., 2003.

СЛОВАРИ

1. Бессарабова Н. Д. Журналист и слово. М., 2015.

2. Виноградский В. С., Куницына Н. В. Типологические и стилистические особенности иллюстративно-популярных изданий. М., 2005.

3. Калинин А. В. Культура русского слова. М., 1984.

4. Клушина Н. И. Этические границы языковой игры // Журналистика и культура русской речи. 2002. № 2.

5. Культура русской речи: Учебник для вузов / Под ред. проф. Л. К. Граудиной и проф. Е. Н. Ширяева. М., 2001.

6. Милославский И. Г. Как преодолеть ложные представления о русском языке в российском обществе? // Журналистика и культура русской речи. 2013. № 1.

7. Русские писатели о языке (XVIII–ХХ вв.) / Под ред. Б. В. Томашевского и Ю. Д. Левина. Л., 1954.

8. Санников В. З. Русский язык в зеркале языковой игры. М., 1999.

9. Сковородников А. П. Энциклопедический словарь-справочник. Выразительные средства русского языка и речевые ошибки и недочеты / Под ред. А. П. Сковородникова. М., 2005.

10. Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под ред. М. Н. Кожиной. М., 2003.

1. Александрова З. Е. Словарь синонимов русского языка / Под ред. Л. А. Чешко. М., 1969.

2. Новиков Вл. Новый словарь модных слов. М., 2008.

3. Сеничкина Е. П. Словарь эвфемизмов русского языка. М., 2008.

4. Словарь по этике / Под ред. А. А. Гусейнова и И. С. Кона. М., 1989.

5. Толковый словарь русского языка с включением сведений о происхождении слов / Отв. ред. Н. Ю. Шведова. М., 2007 (ТСРЯ).

1. Bessarabova N. D. Journalist and word [Zhurnalist i slovo]. Moscow, 2015.

2. Culture of Russian speech: Textbook for universities [Kul’tura russkoj rechi: Uchebnik dlja vuzov] / Ed. by prof. L. K. Graudina and prof. E. Shiryaev. Moscow, 2001.

3. Kalinin A. V. Culture of the Russian word [Kul’tura russkogo slova]. Moscow, 1984.

4. Klushina N. I. Ethical boundaries of language game [Jeticheskie granicy jazykovoj igry] // Journalism and Culture of Russian speech. 2002. № 2.

5. Miloslavskii I. G. How to overcome misconceptions about the Russian language in Russian society? [Kak preodolet’ lozhnye predstavlenija o russkom jazyke v rossijskom obshhestve?] // Journalism and Culture of Russian speech. 2013. № 1.

6. Russian writers of the language (XVIII–XX centuries) [Russkie pisateli o jazyke (XVIII–XX vv.)] / Ed. B. V. Tomaszewski and Yu. D. Levin. Leningrad, 1954.

7. Sannikov V. Z. Russian language in the mirror of the language game [Russkij jazyk v zerkale jazykovoj igry]. Moscow, 1999.

8. Skovorodnikov A. P. Collegiate Dictionary Directory. The expressive means of Russian language and speech errors and omissions [Enciklopedicheskij slovar’-spravochnik. Vyrazitel’nye sredstva russkogo jazyka i rechevye oshibki i nedochety] / Ed. A. P. Skovorodnikov. Moscow, 2005.

9. Stylistic Encyclopedic Dictionary of Russian [Stilisticheskij enciklopedicheskij slovar’ russkogo jazyka] / Ed. by M. N. Kozhina. Moscow, 2003.

10. Vinogradsky V. S., Kunitsyna N. V. Typological and stylistic features illustrative of popular publications [Tipologicheskie i stilisticheskie osobennosti illjustrativno-populjarnyh izdanij]. Moscow, 2005.

Aleksandrova Z. Russian Thesaurus [Slovar’ sinonimov russkogo jazyka] / Ed. by L. A. Cheshko. Moscow, 1969.

Dictionary of ethics [Slovar’ po jetike] / Ed. by A. A. Huseynov and I. S. Kon. Moscow, 1989.

Dictionary of Russian language with the inclusion of information about the origin of words [Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka s vkljucheniem svedenij o proishozhdenii slov] / Executive ed. by N. Y. Shvedova. Moscow, 2007 [TSRJa].

Novikov Vl. New Dictionary of buzz words [Novyj slovar’ modnyh slov]. Moscow, 2008.

Senichkina E. P. Euphemisms Dictionary of the Russian language [Slovar’ jevfemizmov russkogo jazyka]. Moscow, 2008.