Понедельник, 25 октябряИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

ОБ ОСНОВНЫХ КОЛЛИЗИЯХ МЕДИАЛИНГВИСТИКИ

Каза­лось бы, напи­са­ние рецен­зии на сло­варь тер­ми­нов и поня­тий — не очень слож­ное дело. Необ­хо­ди­мо, во-пер­вых, про­ком­мен­ти­ро­вать кор­пус основ­ных тер­ми­нов и поня­тий, при­вле­чён­ных авто­ра­ми сло­ва­ря; во-вто­рых, обо­зна­чить логи­ку и прин­ци­пы опи­са­ния вто­ро­сте­пен­ных, допол­ни­тель­ных тер­ми­нов и поня­тий, вошед­ших в сло­варь; в‑третьих, про­ана­ли­зи­ро­вать объ­ём сло­вар­ных ста­тей, ука­зав смыс­ло­вые и идей­ные осно­вы трак­тов­ки теза­у­ру­са; в‑четвёртых, пока­зать сущ­ност­ные смыс­ло­вые, идей­ные изме­не­ния, а так­же коле­ба­ния в истол­ко­ва­нии тер­ми­нов и поня­тий в сопо­став­ле­нии с суще­ству­ю­щей сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ской тра­ди­ци­ей и тра­ди­ци­ей, иду­щей от науч­ной и учеб­ной литературы. 

Для боль­шин­ства тра­ди­ци­он­ной сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ской лите­ра­ту­ры в сфе­ре гума­ни­тар­ных наук такой метод ока­зы­ва­ет­ся эффек­тив­ным. Его суть точ­но сфор­му­ли­ро­вал А. Ф. Лосев, делая обзор сло­ва­рей и энцик­ло­пе­дий по вопро­су из исто­рии уче­ний о сти­ле. Он убеж­дён в том, что, при­сту­пая к рабо­те над науч­ной про­бле­мой, «исклю­чи­тель­но толь­ко для само­дис­ци­пли­ны и ради само­про­вер­ки», необ­хо­ди­мо рас­смат­ри­вать тол­ко­ва­ния тер­ми­нов и поня­тий основ­ны­ми сло­ва­ря­ми и энцик­ло­пе­ди­я­ми, спе­ци­аль­ны­ми, а так­же содер­жа­щи­ми спра­воч­ный мате­ри­ал по всем отрас­лям зна­ний [Лосев 1994: 3]. Опре­де­ле­ния, содер­жа­щи­е­ся в них — «мак­си­маль­но попу­ляр­ны и мак­си­маль­но понят­ны» [Лосев 1994: 4; так­же см. при­ме­не­ние это­го мето­да, напри­мер, Шеста­ко­ва 2009]. Эти опре­де­ле­ния, как пра­ви­ло, слу­жат тем общим местом, от кото­ро­го оттал­ки­ва­ют­ся в сво­их изыс­ка­ни­ях авто­ры учеб­но-мето­ди­че­ских посо­бий и науч­ной лите­ра­ту­ры. Ведь сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ская лите­ра­ту­ра, при­над­ле­жа­щая одной нау­ке (социо­ло­гия, эсте­ти­ка, фило­со­фия, жур­на­ли­сти­ка, лите­ра­ту­ро­ве­де­ние, линг­ви­сти­ка), чёт­ко и после­до­ва­тель­но отби­ра­ет клю­че­вые тер­ми­ны и поня­тия, отоб­ра­жая в сло­вар­ных ста­тьях и их исто­рию, и совре­мен­ное состо­я­ние. Соста­ви­те­ли этой лите­ра­ту­ры так­же вво­дят име­на извест­ных иссле­до­ва­те­лей, худож­ни­ков, назва­ния про­из­ве­де­ний, науч­но-куль­тур­ные собы­тия, отоб­ра­жа­ю­щие суть пред­ме­та сло­ва­ря. Это спра­вед­ли­во и в слу­чае тема­ти­че­ских сло­ва­рей и энцик­ло­пе­дий, напри­мер, посвя­щен­ных био­гра­фии рус­ских писа­те­лей, мифо­ло­гии, куль­ту­ро­ло­гии ХХ века, сюр­ре­а­лиз­му, экс­прес­си­о­низ­му, пост­мо­дер­низ­му. Всё это эффек­тив­но реа­ли­зу­ет­ся бла­го­да­ря тому, что сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ская лите­ра­ту­ра осно­вы­ва­ет­ся на усто­яв­ших­ся пред­став­ле­ни­ях о пред­ме­те нау­ки, науч­но­го направ­ле­ния или явле­ния, кото­рые и пред­опре­де­ля­ют поня­тий­но-кате­го­ри­аль­ный круг. Эта лите­ра­ту­ра фик­си­ру­ет и отоб­ра­жа­ет «кар­ти­ну мира» нау­ки, науч­но­го направ­ле­ния, явления.

Одна­ко этот метод ока­зы­ва­ет­ся недей­ствен­ным в ситу­а­ции, когда перед нами, во-пер­вых, изна­чаль­но, неустра­ни­мо и прин­ци­пи­аль­но меж­дис­ци­пли­нар­ное науч­ное направ­ле­ние; во-вто­рых, направ­ле­ние крайне моло­дое, фак­ти­че­ски ста­но­вя­ще­е­ся здесь-и-сей­час кол­лек­тив­ны­ми уси­ли­я­ми учё­ных; в‑третьих, науч­ное направ­ле­ние с ещё актив­но измен­чи­вым, энер­гич­но и дивер­гент­но раз­ви­ва­ю­щим­ся пред­ме­том иссле­до­ва­ния. Это ситу­а­ция раз­но­век­тор­ных, живых, меж­на­ци­о­наль­ных науч­ных поис­ков поня­тий­но-кате­го­ри­аль­но­го аппа­ра­та, тео­рий науч­но­го направ­ле­ния, а в силу это­го во мно­гом и про­ти­во­ре­чи­вых, при­хо­дя­щих к само­от­ри­ца­нию нара­бо­тан­ных резуль­та­тов и идей. 

Дру­ги­ми сло­ва­ми, это ситу­а­ция, когда при нес­фор­ми­ро­вав­шем­ся устой­чи­вом само­сто­я­тель­ном пред­ме­те науч­но­го направ­ле­ния апри­о­ри невоз­мож­но ещё чёт­ко отве­тить на сле­ду­ю­щие вопро­сы, без про­яс­не­ния кото­рых сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ская лите­ра­ту­ра не может состо­ять­ся как пол­но­цен­ное науч­но-куль­тур­ное собы­тие. Во-пер­вых, что слу­жит осно­ва­ни­ем для вклю­че­ния (исклю­че­ния) тех или иных тер­ми­нов и поня­тий в основ­ной теза­у­рус науч­но­го направ­ле­ния и, сле­до­ва­тель­но, сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ской лите­ра­ту­ры, отра­жа­ю­щей его «систе­ма­ти­зи­ро­ван­ный свод зна­ний» [ЭС 1990: 5]. Во-вто­рых, что явля­ет­ся пока­за­те­лем, кри­те­ри­ем есте­ствен­но­го, отве­ча­ю­ще­го зада­чам и целям науч­но­го направ­ле­ния и, сле­до­ва­тель­но, сло­ва­ря, вклю­че­ния (исклю­че­ния), объ­еди­не­ния тер­ми­нов и поня­тий из раз­но­род­ных дис­ци­плин в еди­ных смыс­ло­вых пре­де­лах. В‑третьих, что лежит в осно­ве систе­мы раз­ре­ше­ний и огра­ни­че­ний, кото­рые дела­ют воз­мож­ным и, более того, науч­но, идей­но пра­во­мер­ным есте­ствен­ные обо­зна­че­ния и закреп­ле­ния пре­де­лов меж­дис­ци­пли­нар­но­го науч­но­го направ­ле­ния. Имен­но есте­ствен­ные пре­де­лы пред­ме­та науч­но­го направ­ле­ния или дис­ци­пли­ны, явле­ния соб­ствен­но и зада­ют цели, прин­ци­пы отбо­ра, но, глав­ное, харак­те­ри­сти­ки тер­ми­нов и понятий. 

Медиа­линг­ви­сти­ка отно­сит­ся к таким меж­дис­ци­пли­нар­ным науч­ным явле­ни­ям, воз­ник­шим на сты­ке наук. Как пишет Т. Г. Доб­рос­клон­ская (иссле­до­ва­тель, введ­ший в пост­со­вет­ском науч­но-куль­тур­ном про­стран­стве тер­мин «медиа­линг­ви­сти­ка»), медиа­линг­ви­сти­ку необ­хо­ди­мо рас­смат­ри­вать в том же ряду новых ака­де­ми­че­ских дис­ци­плин, что и социо­линг­ви­сти­ку, этно­линг­ви­сти­ку, линг­во­куль­ту­ро­ло­гию, медиа­пси­хо­ло­гию [Доб­рос­клон­ская 2008]. К это­му ряду уже с пол­ной уве­рен­но­стью мож­но доба­вить и такие меж­дис­ци­пли­нар­ные новые направ­ле­ния, как юри­ди­че­ская линг­ви­сти­ка, поли­ти­че­ская линг­ви­сти­ка, ком­пью­тер­ная линг­ви­сти­ка. Но в отли­чие от социо­линг­ви­сти­ки, этно­линг­ви­сти­ки, исто­ки кото­рых ухо­дят в рабо­ты рус­ских фило­ло­гов Ф. И. Бусла­е­ва, А. А. Потеб­ни, а соб­ствен­но исто­рия начи­на­ет­ся в миро­вой нау­ке в 20–30 гг. ХХ в. [ЭС 1990; Бон­да­ле­тов 1987], медиа­линг­ви­сти­ка — созна­тель­ное и необ­хо­ди­мое порож­де­ние 70‑х гг. ушед­ше­го сто­ле­тия. Её осно­во­по­лож­ни­ка­ми счи­та­ют­ся наши совре­мен­ни­ки — Т. ван Дейк, Р. Барт, У. Эко. Такая ситу­а­ция ослож­ня­ет­ся еще и тем, что систе­ма изу­че­ния мас­сме­диа тоже отно­си­тель­но недав­но офор­ми­лась в само­сто­я­тель­ное науч­ное направ­ле­ние. Она, как и мно­гие науч­ные направ­ле­ния новей­ше­го вре­ме­ни, тоже явля­ет­ся изна­чаль­но и неустра­ни­мо меж­дис­ци­пли­нар­ной по сво­ей сути с выте­ка­ю­щим отсю­да ком­плек­сом проблем. 

Пожа­луй, мож­но с уве­рен­но­стью гово­рить о том, что такая слож­ная, раз­но­род­ная, объ­ём­ная меж­дис­ци­пли­нар­ная при­ро­да медиа­линг­ви­сти­ки род­нит её с таким же слож­ным и раз­но­род­ным по сво­ей при­ро­де и спо­со­бу рефлек­сии, пред­став­ле­ния в науч­но-куль­тур­ном про­стран­стве явле­ни­ем, как фило­со­фия язы­ка. Медиа­линг­ви­сти­ка столк­ну­лась сей­час с теми же гно­сео­ло­ги­че­ски­ми, эпи­сте­мо­ло­ги­че­ски­ми и мето­до­ло­ги­че­ски­ми про­бле­ма­ми, что и око­ло соро­ка лет назад фило­со­фия язы­ка. Немец­кие спе­ци­а­ли­сты, пытав­ши­е­ся систе­ма­ти­зи­ро­вать взгля­ды на это науч­ное направ­ле­ние, отме­ча­ли, что «за обо­зна­че­ни­ем „фило­со­фия язы­ка“ не скры­ва­ет­ся ни еди­ное тео­ре­ти­че­ское обра­зо­ва­ние, ни еди­но­гла­сие в поста­нов­ке вопро­сов» [Собо­ле­ва 2005: 9]. Начи­ная с 70‑х гг. ХХ века перед спе­ци­а­ли­ста­ми по фило­со­фии язы­ка ста­ли вопро­сы, кото­рые сей­час крайне акту­аль­ны и для медиа­линг­ви­сти­ки, про­хо­дя­щей путь науч­но-куль­тур­ной рефлек­сии и обо­зна­ча­ю­щей систе­му сво­их есте­ствен­ных пределов. 

Как ука­зы­ва­ет М. Е. Собо­ле­ва, делая тща­тель­ный обзор науч­ной лите­ра­ту­ры по теме фило­со­фии язы­ка, для учё­ных, фило­со­фов крайне важ­но было наме­тить осно­во­по­ла­га­ю­щий блок про­блем в под­хо­де к пред­ме­ту фило­со­фии язы­ка. Преж­де все­го, несмот­ря на дли­тель­ную исто­рию, «фило­со­фия язы­ка как дис­ци­пли­на почти не опре­де­ле­на и толь­ко при­бли­зи­тель­но отгра­ни­че­на от дру­гих дис­ци­плин. <…> Пока не суще­ству­ет ника­кой систе­ма­ти­за­ции или систе­ма­ти­че­ско­го пред­став­ле­ния о фило­со­фии язы­ка (по край­ней мере, ника­ко­го удо­вле­тво­ри­тель­но­го) ни со сто­ро­ны фило­со­фов, ни со сто­ро­ны линг­ви­стов» [Собо­ле­ва 2005: 8], что пред­опре­де­ле­но сле­ду­ю­щим. Для боль­шин­ства спе­ци­а­ли­стов оче­вид­но: «во мно­гих слу­ча­ях нель­зя точ­но ска­зать, пони­ма­ет ли себя иссле­до­ва­ние в обла­сти фило­со­фии язы­ка с пози­ций тео­рии нау­ки, т. е. отно­ся­щим­ся к фило­со­фии линг­ви­сти­ки или даже к общей тео­рии нау­ки, или оно хочет занять­ся сугу­бо фило­соф­ски­ми про­бле­ма­ми, что под­ра­зу­ме­ва­ет, что фило­соф­ские про­бле­мы все­гда мож­но све­сти к про­бле­мам исполь­зу­е­мо­го при их обсуж­де­нии язы­ка: иссле­до­ва­ние в этом слу­чае отно­сит­ся к линг­ви­сти­че­ской фило­со­фии» (кур­сив авт. — Э. Ш.) [Собо­ле­ва 2005: 8–9]. 

Если экс­тра­по­ли­ро­вать эти идеи на про­блем­ное поле медиа­линг­ви­сти­ки, то их мож­но пере­фор­му­ли­ро­вать так. Во мно­гих слу­ча­ях ещё нель­зя точ­но ска­зать, пони­ма­ет ли себя иссле­до­ва­ние в обла­сти медиа­линг­ви­сти­ки с пози­ции тео­рии, фило­со­фии мас­сме­диа, когда пре­ро­га­ти­ва отда­ёт­ся мас­сме­дий­но­сти, реа­ли­зу­ю­щей­ся в том чис­ле и через язык и осо­бен­ное обра­зо­ва­ни — язык масс­медиа, или оно хочет занять­ся линг­ви­сти­че­ски­ми про­бле­ма­ми, мак­си­маль­но акту­а­ли­зи­руя их мас­сме­дий­но­стью. В пер­вом слу­чае медиа­линг­ви­сти­ка будет пре­иму­ще­ствен­но апел­ли­ро­вать к онто­ло­ги­че­ско­му взгля­ду на вза­и­мо­связь язы­ка и соци­аль­ной дей­стви­тель­но­сти, тео­рии позна­ния, тео­рии мыш­ле­ния, тео­рии вос­при­я­тия, тео­рии дей­ствия, про­бле­ме реаль­но­сти, бло­ку соци­о­куль­тур­ных и антро­по­ло­ги­че­ских про­блем. Во вто­ром слу­чае медиа­линг­ви­сти­ка будет наце­ле­на на отоб­ра­же­ние в и через язык мас­сме­диа соци­аль­ных и наци­о­наль­но-куль­тур­ных про­блем, тес­но сопри­ка­са­ясь преж­де все­го с линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­ей и социо­линг­ви­сти­кой. Осо­бен­но в той обла­сти инте­ре­сов послед­ней, кото­рые еще с 50‑х гг. ХХ в. устрем­ле­ны к язы­ку СМИ и непо­сред­ствен­но затра­ги­ва­ют ком­плекс про­блем соци­аль­но-язы­ко­вой ситу­а­ции, соци­аль­но-язы­ко­вой лич­но­сти, раз­лич­ных ситу­а­ций обще­ния, «соци­аль­ной диф­фе­рен­ци­а­ции язы­ка на всех уров­нях его струк­ту­ры», и в част­но­сти иссле­ду­ют «харак­тер вза­и­мо­свя­зей меж­ду язы­ко­вы­ми и соци­аль­ны­ми струк­ту­ра­ми, кото­рые мно­го­ас­пект­ны и носят опо­сре­до­ван­ный харак­тер» [Линг­ви­сти­че­ский 1990: 481]. 

От про­яс­не­ния отве­та на вопрос, как же пони­ма­ет себя иссле­до­ва­ние в обла­сти медиа­линг­ви­сти­ки, и будет более чёт­ко опре­де­ле­на судь­ба, пути и тен­ден­ции даль­ней­ших изыс­ка­ний, оттал­ки­ва­ю­щих­ся от осно­во­по­ла­га­ю­щей идеи медиа­линг­ви­сти­ки: «пред­ме­том этой новой дис­ци­пли­ны явля­ет­ся изу­че­ние функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в сфе­ре мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции» [Доб­рос­клон­ская 2008: 45]. Кол­лек­тив­ные науч­ные поис­ки, объ­еди­ня­ю­щие раз­лич­ные наци­о­наль­ные шко­лы и тра­ди­ции, в этом направ­ле­нии идут весь­ма актив­но, о чём сви­де­тель­ству­ет рабо­та меж­го­су­дар­ствен­но­го науч­но-куль­тур­но­го объ­еди­не­ния «Медиа­линг­ви­сти­ка» под патро­на­том Л. Р. Дус­ка­е­вой [http://​medialing​.spbu​.ru]. Как сви­де­тель­ству­ют резуль­та­ты иссле­до­ва­ний, медиа­линг­ви­сти­ка как новое науч­ное направ­ле­ние сей­час ока­за­лась в ситу­а­ции про­дук­тив­ных кол­ли­зий рефлек­сии, когда есть и опре­де­лён­ный нара­бо­тан­ный мате­ри­ал, и обо­зна­че­ны груп­пы веду­щих мето­дов его иссле­до­ва­ний, апро­би­ро­ван­ные к тому же в раз­ных наци­о­наль­но-куль­тур­ных тра­ди­ци­ях функ­ци­о­ни­ро­ва­ния мас­сме­диа, и наме­че­ны основ­ные про­блем­ные направ­ле­ния для даль­ней­шей рабо­ты. Одна­ко эти же кол­ли­зии рефлек­сии медиа­линг­ви­сти­ки про­ду­ци­ру­ют вопрос о целе­со­об­раз­но­сти сло­ва­ря медиа­линг­ви­сти­ки и, есте­ствен­но, о той систе­ме коор­ди­нат, в кото­рой его надо вос­при­ни­мать и оце­ни­вать. Оттал­ки­ва­ясь от тако­го виде­ния состо­я­ния медиа­линг­ви­сти­ки, и попро­бу­ем разо­брать­ся в том, что же пред­став­ля­ет собою Сло­варь, состав­лен­ный кол­лек­ти­вом укра­ин­ских учё­ных из Киев­ско­го наци­о­наль­но­го уни­вер­си­те­та им. Тара­са Шев­чен­ко [Медіалінг­ві­сти­ка 2013].

Сра­зу же необ­хо­ди­мо отме­тить, что Сло­варь напи­сан на сты­ке несколь­ких тен­ден­ций, кото­рые непо­сред­ствен­но и чест­но заяв­ле­ны в Пре­ди­сло­вии сами­ми авто­ра­ми. Так, они отда­ют себе в этом отчёт и пре­ду­пре­жда­ют чита­те­лей о том, что «медий­ная лек­си­ко­гра­фия — новое направ­ле­ние про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти гума­ни­та­ри­ев, кото­рое отоб­ра­жа­ет акту­аль­ные тен­ден­ции раз­ви­тия ком­му­ни­ка­тив­ной сфе­ры обще­ствен­ной жиз­ни» (с. 5)1. Ком­му­ни­ка­тив­ная сфе­ра обще­ствен­ной жиз­ни — это то, что обра­зу­ет про­блем­ное поле и систе­му про­блем­ных ситу­а­ций (Ю. Сте­па­нов) гума­ни­тар­ных, точ­нее, социо­гу­ма­ни­тар­ных наук в их сово­куп­но­сти и при этом сня­то­сти (в геге­лев­ском пони­ма­нии) их есте­ствен­ных пре­де­лов. Это отра­жа­ет­ся даже в акти­ви­за­ции обще­гу­ма­ни­тар­ных тер­ми­нов и поня­тий, объ­еди­ня­ю­щих науч­ный лек­си­кон иссле­до­ва­те­лей раз­лич­ных наук. Без­услов­но, что медий­ная лек­си­ко­гра­фия изна­чаль­но в силу меж­дис­ци­пли­нар­ной при­ро­ды и пред­ме­тов медий­но­цен­трич­ных науч­ных направ­ле­ний не может не учи­ты­вать такой ситу­а­ции. Идей­но-смыс­ло­вые пред­став­ле­ния о сути мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции, медиа­сфе­ры, меди­а­тек­ста, зало­жен­ные в этой лек­си­ко­гра­фии, изна­чаль­но и силь­но вли­я­ют на кон­цеп­ту­аль­ное напол­не­ние, акцен­ты, кото­рые при­да­ют авто­ры Сло­ва­ря медиа­линг­ви­сти­че­ским тер­ми­нам и понятиям.

Кро­ме того, при всей отно­си­тель­ной устой­чи­во­сти совре­мен­но­го поня­тий­но-кате­го­ри­аль­но­го аппа­ра­та тео­рии мас­сме­диа и его отра­же­ния в суще­ству­ю­щей медий­ной лек­си­ко­гра­фии, всё же до сих пор оста­ёт­ся про­бле­ма неосмыс­лен­но­сти есте­ствен­ных пре­де­лов тео­рии мас­сме­диа и пред­опре­де­ля­е­мой ею систе­мы кон­цеп­ту­аль­ных вопро­сов. Всё это про­яв­ля­ет­ся в кон­цеп­ци­ях систе­ма­ти­за­ции и прин­ци­пов опи­са­ния теза­у­ру­са тео­рии массмедиа. 

Есте­ствен­но, этот же фак­тор ослож­ня­ет вычле­не­ние и трак­тов­ку пред­ме­та и объ­ек­та медиа­линг­ви­сти­ки, кото­рая неиз­беж­но внут­ренне зави­си­ма от тео­рии мас­сме­диа. Это посто­ян­но обна­ру­жи­ва­ет­ся в изыс­ка­ни­ях по медиа­линг­ви­сти­ке, в том чис­ле и в Сло­ва­ре моих сооте­че­ствен­ни­ков и кол­лег. С одной сто­ро­ны, сле­дуя за иде­я­ми Т. Г. Доб­рос­клон­ской, они чёт­ко опре­де­ля­ют в каче­стве веду­ще­го объ­ек­та медиа­линг­ви­сти­ки «функ­ци­о­ни­ро­ва­ние язы­ка в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции» (с. 91). С дру­гой, тоже в про­дол­же­ние тео­рий Т. ван Дей­ка и Т. Г. Доб­рос­клон­ской, они объ­ек­том медиа­линг­ви­сти­ки дела­ют меди­а­текст как одно из цен­ност­ных про­яв­ле­ний медиа­про­стран­ства, «осо­бен­ный вид ком­му­ни­ка­тив­но­го дис­кур­са, в кото­ром обра­ба­ты­ва­ет­ся и пре­зен­ти­ру­ет­ся инфор­ма­ция соци­аль­но­го зна­че­ния» (с. 94). Пред­ме­том медиа­линг­ви­сти­ки, насколь­ко мож­но судить по про­чте­нии ста­тей Сло­ва­ря, явля­ет­ся спе­ци­фи­ка, зако­но­мер­но­сти и тен­ден­ции вза­и­мо­дей­ствия меди­а­тек­стов и реци­пи­ен­та, «в резуль­та­те чего в его язы­ко­вом созна­нии фор­ми­ру­ет­ся инфор­ма­ци­он­ная кар­ти­на мира как резуль­тат систе­ма­ти­че­ско­го вза­и­мо­дей­ствия реаль­но­сти одно­го типа (кон­цеп­ту­аль­ной кар­ти­ны мира инди­ви­да) с гете­ро­ген­ною реаль­но­стью ино­го типа (медиа­ре­аль­но­стью)» (с. 94–95). Зна­чи­мы­ми ока­зы­ва­ют­ся осо­бен­но­сти отоб­ра­же­ния, точ­нее, вза­и­мо­отоб­ра­же­ния раз­лич­ных по сво­ей при­ро­де реаль­но­стей и кар­тин мира, мак­си­маль­но акту­а­ли­зи­ро­ван­ных бес­пре­рыв­ной и тоталь­ной меди­а­ти­за­ци­ей — «про­цес­сом и резуль­та­том гло­баль­но­го вли­я­ния медиа­ре­сур­сов на язы­ко­вое созна­ние реци­пи­ен­тов, что обу­слов­ли­ва­ет фор­ми­ро­ва­ние инфор­ма­ци­он­ной кар­ти­ны мира с помо­щью спе­ци­фи­че­ских медий­ных когнио­ти­пов…» (с. 96). 

Как мож­но заме­тить, объ­ект и пред­мет медиа­линг­ви­сти­ки киев­ски­ми иссле­до­ва­те­ля­ми целе­на­прав­лен­но рас­смат­ри­ва­ют­ся в трой­ной систе­ме коор­ди­нат: тео­рии мас­сме­диа, тео­рии линг­ви­сти­ки, тео­рии фило­со­фии. А если быть еще точ­нее, то в их свое­об­раз­ном пере­крёст­ке, когда идёт попыт­ка най­ти и удер­жать тон­кое рав­но­ве­сие этих трёх состав­ля­ю­щих. Напри­мер, опре­де­ляя такое клю­че­вое поня­тие, как «Инфор­ма­ци­он­ная кар­ти­на мира», без кото­ро­го невоз­мож­но оха­рак­те­ри­зо­вать прак­ти­че­ски ни одно поня­тие, име­ю­щее отно­ше­ние к медиа­линг­ви­сти­ке, авто­ры Сло­ва­ря дают ей такое тол­ко­ва­ние: это «опре­де­лён­ное миро­воз­зре­ние, идео­ло­гия, систе­ма обще­ствен­ных цен­но­стей, вер­ба­ли­зи­ро­ван­ных в язы­ке медиа; сло­вес­но выра­жен­ные пред­став­ле­ния о жиз­не­де­я­тель­но­сти чело­ве­ка и воз­мож­ные интер­пре­та­ции окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти. <…> Осо­бая роль в ана­ли­зе инфор­ма­ци­он­ной кар­ти­ны мира при­над­ле­жит лек­си­ко-семан­ти­че­ско­му уров­ню язы­ка, в кото­ром как экс­пли­цит­но, так и импли­цит­но отра­же­ны смыс­ло­вые и цен­ност­ные пара­мет­ры моде­ли мира, опре­де­ле­ны осо­бен­но­сти рефлек­сии мира наро­дом. В медиа­линг­ви­сти­ке как само­сто­я­тель­ном направ­ле­нии науч­но­го ана­ли­за язы­ка средств мас­со­вой инфор­ма­ции чёт­ко наблю­да­ет­ся пере­ход от линг­ви­сти­ки „имма­нент­ной“ (ори­ен­ти­ро­ван­ной на изу­че­ние язы­ка в „самом себе и для себя“) к линг­ви­сти­ке антро­по­ло­ги­че­ской, для кото­рой глав­ная цель — изу­че­ние язы­ка в непо­сред­ствен­ной свя­зи с чело­ве­ком, его созна­ни­ем, мыш­ле­ни­ем, духов­но-прак­ти­че­ской дея­тель­но­стью, соци­аль­ны­ми, поли­ти­че­ски­ми и дру­ги­ми про­яв­ле­ни­я­ми» (с. 66). 

Одна­ко удер­жать иско­мое и крайне необ­хо­ди­мое имен­но сей­час, в пери­од ста­нов­ле­ния и само­опре­де­ле­ния медиа­линг­ви­сти­ки, рав­но­ве­сие не все­гда уда­ёт­ся. Это про­яв­ля­ет­ся уже в том, что наря­ду с близ­ко­род­ствен­ны­ми и не все­гда чёт­ко диф­фе­рен­ци­ро­ван­ны­ми через харак­те­ри­сти­ки поня­ти­я­ми «Инфор­ма­ци­он­ная кар­ти­на мира» и «Меди­а­кар­ти­на мира» в Сло­ва­ре нет таких суще­ствен­ных ста­тей, как «Медиа­со­бы­тие», «Медиа­об­раз», «Реаль­ность», «Медиа­ре­аль­ность». При этом, каза­лось бы, сино­ни­ми­че­ское реаль­но­сти, осо­бен­но с учё­том укра­ин­ско­го язы­ка, поня­тие «Медиа­про­стран­ство» трак­ту­ет­ся в сугу­бо фор­ма­ли­зи­ро­ван­ном смыс­ле — «ком­плекс­ное назва­ние инфор­ма­ци­он­ной сфе­ры: стра­ни­цы газет, жур­на­лов, эфир радио и теле­ви­де­ния, место на сер­ве­ре Интер­не­та и др.» (с. 94). Сход­ный под­ход наблю­да­ет­ся и при выде­ле­нии и опи­са­нии поня­тий «Собы­тие» и «Факт», когда доми­ни­ру­ет тра­ди­ци­он­ный жур­на­лист­ский под­ход, что и отра­жа­ет­ся пря­мо в ста­тьях и импли­цит­но — в нюан­си­ров­ке пред­ме­та и объ­ек­та медиа­линг­ви­сти­ки. Во мно­гом это мож­но отне­сти, во-пер­вых, к ста­но­вя­щей­ся тео­рии мас­сме­диа, кото­рая сама отно­си­тель­но недав­но ста­ла пред­мет­но зани­мать­ся тео­ре­ти­зи­ро­ва­ни­ем мно­гих соб­ствен­ных базис­ных тер­ми­нов и поня­тий; во-вто­рых, к отсут­ствию зна­ко­вых систе­ма­ти­зи­ру­ю­щих работ, в кото­рых было бы пред­став­ле­но линг­ви­сти­че­ское или даже линг­во­фи­ло­соф­ское опи­са­ние поня­тий «Собы­тие», «Факт». В иссле­до­ва­ни­ях А. Веж­биц­кой, Н. Д. Арутю­но­вой [Арутю­но­ва 1999] наме­че­ны тако­го рода под­хо­ды, одна­ко их нель­зя счи­тать исчер­пы­ва­ю­щи­ми, осо­бен­но в ситу­а­ции, когда акти­ви­зи­ро­ва­лась медий­ная состав­ля­ю­щая почти во всех науч­ных направлениях. 

Ана­ло­гич­ные и во мно­гом неиз­беж­ные про­цес­сы нару­ше­ния «цен­тра тяже­сти» меж­дис­ци­пли­нар­но­сти и, сле­до­ва­тель­но, опре­де­ле­ния и после­до­ва­тель­ной харак­те­ри­сти­ки пред­ме­та и объ­ек­та медиа­линг­ви­сти­ки наблю­да­ют­ся и при обос­но­ва­нии груп­пы поня­тий, для кото­рых цен­траль­ны­ми и родо­вы­ми явля­ют­ся поня­тия язы­ка и речи. Так, в 13 ста­тьях Сло­ва­ря, кото­рые долж­ны чёт­ко про­явить свою неустра­ни­мо медиа­линг­ви­сти­че­скую сущ­ность («Язык HTML», «Язык жур­на­лов», «Язык СМИ», «Язык лите­ра­тур­ный», «Язык поли­ти­че­ский», «Язык радио», «Язык рекла­мы», «Язык теле­ви­де­ния», «Рече­вой эти­кет», «Речь диа­ло­ги­че­ская», «Речь инфор­ма­ци­он­ная», «Речь моно­ло­ги­че­ская», «Речь раз­го­вор­но-быто­вая»), пре­об­ла­да­ет сугу­бо тра­ди­ци­он­но линг­ви­сти­че­ская трак­тов­ка поня­тий. Понят­но, что удер­жать «центр рав­но­ве­сия» при рабо­те с объ­ек­том, пред­ме­том и, соот­вет­ствен­но, поня­тий­но-кате­го­ри­аль­ным аппа­ра­том меж­дис­ци­пли­нар­но­го науч­но­го направ­ле­ния, испы­ты­ва­ю­ще­го мощ­ное и зача­стую раз­но­век­тор­ное вли­я­ние силь­ных и само­сто­я­тель­ных науч­ных начал, прак­ти­че­ски невоз­мож­но. И понят­но, что медиа­линг­ви­сти­ке еще доста­точ­но дол­го в про­цес­се само­опре­де­ле­ния при­дёт­ся «огля­ды­вать­ся», учи­ты­вать внут­ри себя гены и фило­со­фии, и тео­рии мас­сме­диа, и линг­ви­сти­ки, выра­ба­ты­вая внут­рен­нюю куль­ту­ру само­со­зна­ния и пред­став­ле­ния себя. 

Эти обсто­я­тель­ства изна­чаль­но услож­ня­ют зада­чу по отбо­ру, опи­са­нию тер­ми­нов и поня­тий Сло­ва­ря по медиа­линг­ви­сти­ке, дела­ют её, фак­ти­че­ски, про­во­ка­ци­он­ной, застав­ля­ю­щей чут­ко и стро­го сле­дить за прин­ци­па­ми, кри­те­ри­я­ми состав­ле­ния, систе­ма­ти­за­ции и харак­те­ри­сти­ки теза­у­ру­са. Медиа­линг­ви­сти­ка, имен­но как новое науч­ное направ­ле­ние попа­дая в про­во­ка­ци­он­ное поле тео­рии мас­сме­диа, в этом науч­ном направ­ле­нии долж­на най­ти осно­вы и прин­ци­пы для само­опре­де­ле­ния, само­огра­ни­че­ния, рефлек­сии, а так­же и внут­ри социо­гу­ма­ни­тар­ных наук в целом. И это, конеч­но же, долж­но зафик­си­ро­вать­ся в Словаре. 

При этом авто­ры созна­тель­но впи­сы­ва­ют Сло­варь в пред­ста­ви­тель­ный, осо­бен­но при усло­вии моло­до­сти науч­но­го направ­ле­ния, ряд миро­вой, в том чис­ле и сла­вян­ской, имен­но медий­ной сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ской лите­ра­ту­ры, на что тоже ука­зы­ва­ют в Пре­ди­сло­вии. Они огра­ни­чи­ва­ют пара­мет­ры выбо­ра и вклю­че­ния (исклю­че­ния) тер­ми­нов и поня­тий, в первую оче­редь, жур­на­лист­ской лек­си­ко­гра­фи­ей. В Пре­ди­сло­вии ука­зы­ва­ет­ся ряд сло­ва­рей и энцик­ло­пе­дий в основ­ном рубе­жа наших сто­ле­тий. Хотя, к сожа­ле­нию, нет упо­ми­на­ния о хоро­шо извест­ном на пост­со­вет­ском науч­ном про­стран­стве родо­на­чаль­ни­ке укра­ин­ской лек­си­ко­гра­фи­че­ской тра­ди­ции — зна­ме­ни­том сло­ва­ре Д. Гри­го­ра­ша «Жур­налі­сти­ка у тер­мі­нах і вира­зах» [Гри­го­раш 1974]. 

При этом необ­хо­ди­мо отме­тить, что в ряду медий­ной лек­си­ко­гра­фии, насколь­ко извест­но авто­ру этой рецен­зии, ещё нет сло­ва­ря по медиа­линг­ви­сти­ке. Сле­до­ва­тель­но, пред­став­лен­ный укра­ин­ский Сло­варь явля­ет­ся дей­стви­тель­но пио­нер­ским. И преж­де все­го по поста­нов­ке зада­чи: в раз­но­на­прав­лен­ном науч­ном мате­ри­а­ле отобрать и струк­ту­ри­ро­вать опе­ра­ци­он­ные поня­тия и тер­ми­ны, отно­ся­щи­е­ся к медиа­линг­ви­сти­ке как неотъ­ем­ле­мой состав­ля­ю­щей тео­рии мас­сме­диа. Авто­ры Сло­ва­ря, оттал­ки­ва­ясь от медий­ной лек­си­ко­гра­фи­че­ской тра­ди­ции, цели и зада­чи фор­му­ли­ру­ют так: «Медиа­линг­ви­сти­че­ский аспект в таких сло­ва­рях стал необ­хо­ди­мым ком­по­нен­том лек­си­ко­гра­фи­че­ско­го тер­ми­но­ря­да, одна­ко, учи­ты­вая все­общ­ность, широ­ту изда­ния, линг­ви­сти­че­ская про­бле­ма­ти­ка в СМИ была пред­став­ле­на неси­стем­но, спо­ра­ди­че­ски, часто не в язы­ко­вед­че­ских поня­ти­ях и дефи­ни­ци­ях. Сле­до­ва­тель­но, с раз­ви­ти­ем медиа­линг­ви­сти­ки, её ста­нов­ле­ни­ем как отдель­ной отрас­ли язы­ко­зна­ния необ­хо­ди­мость в медиа­линг­ви­сти­че­ском сло­ва­ре тол­ко­во­го типа ста­но­вит­ся оче­вид­ной. Пред­ло­жен­ный сло­варь явля­ет­ся пер­вой, инно­ва­ци­он­ной попыт­кой систе­ма­ти­зи­ро­вать тер­ми­но­ряд медиа­линг­ви­сти­ки с учё­том спе­ци­фи­ки язы­ко­вед­че­ско­го под­хо­да к ана­ли­зу тек­стов СМИ (интра­линг­ви­сти­че­ские кри­те­рии ана­ли­за) и осо­бен­но­стей медий­ных тек­стов как ком­му­ни­ка­тив­ных фено­ме­нов, ори­ен­ти­ро­ван­ных на мас­со­вое язы­ко­вое созна­ние (экс­тра­линг­ви­сти­че­ские кри­те­рии ана­ли­за)» (с. 6). Это доволь­но-таки слож­ная зада­ча, в первую оче­редь, в силу меж­дис­ци­пли­нар­ной при­ро­ды нау­ки о мас­сме­диа. Это тре­бу­ет от авто­ров Сло­ва­ря высо­кой науч­ной куль­ту­ры и так­та, а так­же опре­де­ле­ния того идей­но-смыс­ло­во­го стерж­ня, опи­ра­ясь на кото­рый они и выстра­и­ва­ют своё пони­ма­ние ново­го науч­но­го меж­дис­ци­пли­нар­но­го явления. 

Медий­ная лек­си­ко­гра­фия, кото­рая, по точ­но сфор­му­ли­ро­ван­но­му заме­ча­нию киев­ских иссле­до­ва­те­лей, «обна­ру­жи­ла тен­ден­цию к смыс­ло­во­му уни­вер­са­лиз­му, когда пояс­не­нию под­ле­жит широ­кий круг поня­тий раз­ных видов и типов жур­на­лист­ской дея­тель­но­сти» (с. 5), зада­ёт и логи­ку отбо­ра и харак­те­ри­сти­ки тер­ми­нов и поня­тий в Сло­ва­ре. Эта логи­ка внут­ренне нераз­рыв­но обу­слов­ле­на логи­кой кон­це­пи­ро­ва­ния пред­ме­та и теза­у­ру­са тео­ри­ей жур­на­ли­сти­ки, шире — тео­ри­ей мас­сме­диа, когда медиа­линг­ви­сти­ка пони­ма­ет­ся как новая само­сто­я­тель­ная, но при этом и неотъ­ем­ле­мая состав­ля­ю­щая тео­рии мас­сме­диа, почти рас­тво­рён­ная в ней. Медиа­линг­ви­сти­ка рас­смат­ри­ва­ет­ся с пози­ции её вхож­де­ния или, точ­нее, обна­ру­же­ния и обжи­ва­ния внут­ри тео­рии массмедиа. 

При этом про­бле­ма само­сто­я­тель­но­сти (или хотя бы чёт­кой и леги­тим­но закреп­лён­ной авто­ном­но­сти) медиа­линг­ви­сти­ки внут­ри тео­рии мас­сме­диа не все­гда осо­зна­ёт­ся и про­пи­сы­ва­ет­ся в Сло­ва­ре. Напри­мер, ста­тьи «Знак реклам­ный», «Дез­ин­фор­ма­ция», «Меди­а­кра­тия», «Медиа­про­гноз», «Медиа­ры­нок», «Поле меди­а­мен­таль­ное», «Соци­а­ли­за­ция вто­рич­ная», «Элек­то­рат», «Эти­ка жур­на­лист­ская», «Функ­ция идео­ло­ги­че­ская», «Функ­ция ком­му­ни­ка­тив­ная», «Функ­ция куль­тур­но-обра­зо­ва­тель­ная», «Функ­ция реклам­но-спра­воч­ная», «Функ­ция рекре­а­тив­ная», «Функ­ция соци­аль­но-орга­ни­за­тор­ская», без­услов­но, необ­хо­ди­мы в Сло­ва­ре по медиа­линг­ви­сти­ке. Одна­ко прин­ци­пы и спо­со­бы харак­те­ри­сти­ки тако­го типа тер­ми­нов и поня­тий долж­ны быть более акту­а­ли­зи­ро­ва­ны соб­ствен­но медиа­линг­ви­сти­че­ски­ми, а не общи­ми мас­сме­дий­ны­ми смыс­ла­ми и спе­ци­фи­кой. При этом не дума­ет­ся, что подоб­но­го рода момен­ты надо тол­ко­вать как недо­чё­ты или огре­хи Сло­ва­ря. Ско­рее необ­хо­ди­мо гово­рить о про­бле­мах науч­но­го и мето­до­ло­ги­че­ско­го поис­ка. Ведь здесь с осо­бой силой и обна­ру­жи­ва­ет­ся одна из кол­ли­зий медиа­линг­ви­сти­ки, кото­рая не мог­ла не отра­зить­ся в Сло­ва­ре. Понят­но, что в Сло­варь вошли те тер­ми­ны тео­рии мас­сме­диа, кото­рые соот­вет­ству­ют кон­крет­ным, прак­ти­че­ским осо­бен­но­стям меди­а­тек­ста — клю­че­во­го поня­тия медиа­линг­ви­сти­ки. Одна­ко, в отли­чие от линг­ви­сти­ки, эсте­ти­ки, лите­ра­ту­ро­ве­де­ния, в медиа­линг­ви­сти­ке еще не выра­бо­та­на куль­ту­ра диа­ло­га с поня­тий­но-кате­го­ри­аль­ным аппа­ра­том род­ствен­ных наук. Эта, про­пу­щен­ная сквозь прак­ти­ку науч­ной жиз­ни, кол­ли­зия рефлек­сии медиа­линг­ви­сти­ки каса­ет­ся непо­сред­ствен­но её есте­ствен­ных пре­де­лов одно­вре­мен­но и в общем поле ана­ло­гич­ных, род­ствен­ных ей меж­дис­ци­пли­нар­ных науч­ных явле­ний, и в общем про­стран­стве и гра­ни­цах тео­рии массмедиа. 

Подоб­ная логи­ка есте­ствен­но, глав­ное, зако­но­мер­но, сооб­раз­но с медиа­линг­ви­сти­че­ским «базо­вым ком­по­нен­том — „медиа“» [Доб­рос­клон­ская 2008: 45] направ­ля­ет авто­ров Сло­ва­ря в сто­ро­ну мас­сме­дий­ных тер­ми­нов и поня­тий, а так­же, что осо­бен­но пока­за­тель­но, мас­сме­дий­ных прин­ци­пов их харак­те­ри­сти­ки. Так в Сло­ва­ре появ­ля­ют­ся ста­тьи, напри­мер, «Агент­ство инфор­ма­ци­он­ное», «Аккре­ди­та­ция», «Апгрей­динг», «Асим­мет­рия ком­му­ни­ка­тив­ных ресур­сов», «Бренд-адми­ни­стра­тор», «Власть и СМИ», «Печать, поли­гра­фия», «Пресс-центр», «Поч­та элек­трон­ная», «Рынок СМИ», «Сайт», «Сво­бо­да мас­со­вой инфор­ма­ции», «Скайп», «Сер­вис фору­мов». Послед­нее поня­тие харак­те­ри­зу­ет­ся как «веб-сайт в Интер­не­те, кото­рый поз­во­ля­ет любо­му поль­зо­ва­те­лю созда­вать свой соб­ствен­ный веб-форум» (с. 147). Понят­но, что имен­но под таким смыс­ло­вым акцен­том оха­рак­те­ри­зо­ван­ные поня­тия непо­сред­ствен­но­го отно­ше­ния к пред­ме­ту медиа­линг­ви­сти­ки не име­ют. Это чёт­ко сле­ду­ет из ста­тьи «Медиа­линг­ви­сти­ка», пред­став­лен­ной в Сло­ва­ре: «это новая меж­дис­ци­пли­нар­ная гума­ни­тар­ная дис­ци­пли­на, кото­рая зани­ма­ет­ся изу­че­ни­ем функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции. Медиа­линг­ви­сти­ка рас­смат­ри­ва­ет такие вопро­сы, как: тео­ре­ти­че­ские осно­вы и обще­ствен­ные усло­вия воз­ник­но­ве­ния медиа­линг­ви­сти­ки; роль СМИ в дина­ми­ке язы­ко­вых про­цес­сов; функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ский ста­тус медиа­ре­чи; поня­тия меди­а­тек­ста как базо­вой кате­го­рии медиа­линг­ви­сти­ки; опи­са­ние мето­дов изу­че­ния тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции; ана­лиз линг­во­сти­ли­сти­че­ских при­зна­ков основ­ных типов и жан­ров меди­а­тек­стов…» (с. 91). 

Хотя такие сугу­бо мас­сме­дий­ные тер­ми­ны и поня­тия, имен­но как вспо­мо­га­тель­ные, в Сло­ва­ре не кажут­ся слиш­ком избы­точ­ны­ми или же рез­ко раз­ру­ша­ю­щи­ми кри­те­рии вклю­че­ния и прин­ци­пы орга­ни­за­ции тер­ми­но­ло­ги­че­ской систе­мы, что, конеч­но, было бы оче­вид­но при тра­ди­ци­он­ном под­хо­де к ака­де­ми­че­ской науч­ной дис­ци­плине. В слу­чае же с меж­дис­ци­пли­нар­ной медиа­линг­ви­сти­кой, впер­вые позна­ю­щей опыт сло­ва­ря, воз­мож­но при­ме­не­ние дру­гих кри­те­ри­ев оце­ни­ва­ния. Вклю­че­ние тако­го рода тер­ми­нов и поня­тий, их чёт­кое, крат­кое спра­воч­ное объ­яс­не­ние направ­ле­но на под­держ­ку еще неуве­рен­ных в сво­ей само­сто­я­тель­но­сти и есте­ствен­ных гра­ни­цах суще­ство­ва­ния поня­тий и тер­ми­нов медиалингвистики. 

В свя­зи с такой логи­кой авто­ры Сло­ва­ря вклю­ча­ют, хотя и в мень­шей сте­пе­ни, в теза­у­рус и тра­ди­ци­он­ные и отно­си­тель­но новые линг­ви­сти­че­ские поня­тия, посто­ян­но и целе­на­прав­лен­но акту­а­ли­зи­руя их спе­ци­фи­кой медиа­линг­ви­сти­ки. Напри­мер, «Адре­сат (в медиа)», «Акти­ва­ция (в медиа)», «Алле­го­рия», «Алли­те­ра­ция», «Антро­по­ним (в медиа)», «Арго», «Ассо­нанс», «Выска­зы­ва­ние», «Гипер­текст», «Интер­текст», «Диа­лог», «Диа­лект тер­ри­то­ри­аль­ный», «Кон­но­та­ция», «Линг­ви­сти­ка тек­ста», «Лите­ра­тур­ный язык», «Мета­фо­ра», «Сленг», «Сло­варь актив­ный», «Сло­варь пас­сив­ный», «Сти­ли­сти­ка», «Текст», «Эпи­тет», «Эвфе­мизм», «Язык жур­на­лов», «Язы­ко­вая поли­ти­ка». Пока­за­тель­но то, что укра­ин­ские учё­ные уже в Пре­ди­сло­вии обу­слов­ли­ва­ют такую логи­ку отбо­ра и харак­те­ри­сти­ки тер­ми­нов и поня­тий: «Сло­вар­ные ста­тьи вклю­ча­ют так­же и поня­тия, каса­ю­щи­е­ся соб­ствен­но линг­ви­сти­ки, без кото­рых невоз­мож­но про­ана­ли­зи­ро­вать спе­ци­фи­ку язы­ка СМИ и кото­рые явля­ют­ся син­кре­ти­че­ской фор­мой совре­мен­ной гума­ни­та­ри­сти­ки (преж­де все­го, жур­на­ли­сти­ки, неко­то­рые поли­то­ло­ги­че­ские и др.)» (с. 7). При этом в Сло­ва­ре отсут­ству­ет ста­тья «Дис­курс», но есть ста­тьи «Дис­курс поли­ти­че­ский», «Медиа­ди­курс». 

Пока­за­тель­но, что киев­ские учё­ные вво­дят в Сло­варь систе­му ста­тей, посвя­щен­ных род­ствен­ным медиа­линг­ви­сти­ке меж­дис­ци­пли­нар­ным науч­ным направ­ле­ни­ям («Юри­ди­че­ская линг­ви­сти­ка», «Линг­ви­сти­ка поли­ти­че­ская») и, соот­вет­ствен­но, их типам тек­ста («Текст поли­ти­че­ский»), при этом ста­тья «Текст юри­ди­че­ский» отсутствует.

Необ­хо­ди­мо сде­лать акцент на том, что в Сло­ва­ре про­ис­хо­дит во мно­гом пока­за­тель­ное ста­нов­ле­ние и закреп­ле­ние смыс­ло­во­го поля поня­тий, кото­рые мож­но отне­сти к соб­ствен­но медиа­линг­ви­сти­ке. Это, конеч­но же, ста­тьи «Меди­а­текст», «Меди­а­то­пи­ка», «Меди­а­ти­за­ция», «Меди­а­кар­ти­на мира», груп­па ста­тей, посвя­щен­ных жан­рам и, в первую оче­редь, жан­рам меди­а­тек­ста, груп­пы ста­тей о ком­по­зи­ции и сти­ли­сти­ке меди­а­тек­ста и медиа­ре­чи, груп­па ста­тей, в кото­рых даёт­ся харак­те­ри­сти­ка мето­дов иссле­до­ва­ния меди­а­тек­стов. Эти ста­тьи объ­еди­ня­ет дву­еди­ное стрем­ле­ние авто­ров так выстро­ить опи­са­ние поня­тий, что­бы они, во-пер­вых, пред­став­ля­ли новое идей­но-смыс­ло­вое явле­ние, несво­ди­мое к род­ствен­ным, но уже не тож­де­ствен­ным поня­ти­ям; во-вто­рых, обо­зна­ча­ли выход в смеж­ные и необ­хо­ди­мые для пол­но­цен­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния науч­ные направ­ле­ния. Иллю­стра­ци­ей может быть неболь­шая ста­тья, посвя­щен­ная не очень попу­ляр­но­му, но необ­хо­ди­мо­му для ново­го науч­но­го направ­ле­ния поня­тию. «Меди­а­ис­сле­до­ва­ния — иссле­до­ва­ния осо­бен­но­стей средств мас­со­вой инфор­ма­ции (язы­ка, цели, зада­ний, функ­ций ком­му­ни­ка­ции, типо­ло­гии жан­ров, тек­стов и др.), резуль­та­тив­но­сти их вли­я­ния на язы­ко­вое созна­ние реци­пи­ен­тов» (с. 90). При­ме­ча­тель­но, насколь­ко лако­нич­но, но при этом очень чёт­ко и ясно с помо­щью син­так­си­че­ских осо­бен­но­стей постро­е­ния пред­ло­же­ния сфо­ку­си­ро­ва­но вни­ма­ние имен­но на медиа­линг­ви­сти­че­ской спе­ци­фи­ке меди­а­ис­сле­до­ва­ния и даны выхо­ды в тео­рию вос­при­я­тия, тео­рию позна­ния, тео­рию отоб­ра­же­ния, тео­рию дей­ствия, кото­рые акту­а­ли­зи­ро­ва­ны меди­а­язы­ко­вой спецификой.

Остал­ся еще один тре­бу­ю­щий про­яс­не­ния момент — и сно­ва-таки из-за кол­ли­зий медиа­линг­ви­сти­ки. Этот момент каса­ет­ся важ­ней­ших иссле­до­ва­тель­ских мето­дов и их трак­тов­ки авто­ра­ми Сло­ва­ря. И в этом плане они тоже идут вполне при­выч­ным путём. Оттал­ки­ва­ясь от мето­дов и под­хо­дов, пред­ло­жен­ных и деталь­но оха­рак­те­ри­зо­ван­ных Т. Г. Доб­рос­клон­ской, киев­ские иссле­до­ва­те­ли допол­ня­ют их мето­да­ми антро­по­ло­ги­че­ской линг­ви­сти­ки, что сле­ду­ет из логи­ки вклю­че­ния неко­то­рых ста­тей в Сло­варь, а так­же дела­ют попыт­ку адап­та­ции хре­сто­ма­тий­ных жур­на­лист­ских и мас­сме­дий­ных мето­дов к медиа­линг­ви­сти­ке. Как стрем­ле­ние уви­деть новые аспек­ты пред­ме­та и новые мето­ды медиа­линг­ви­сти­ки пока­за­тель­но вклю­че­ние во мно­гом спор­ной ста­тьи «Метод медиа­мо­ни­то­рин­га; Метод праг­ма­линг­ви­сти­че­ско­го мони­то­рин­га». Он трак­ту­ет­ся как «совре­мен­ный метод в медиа­линг­ви­сти­ке, кото­рый исполь­зу­ет­ся при созда­нии медий­ных лек­си­ко­гра­фи­че­ских изда­ний. <…> Метод медиа­мо­ни­то­рин­га почти все­гда име­ет автор­скую интер­пре­та­цию, а пото­му спо­соб­ству­ет само­сто­я­тель­но­му поис­ку язы­ко­во­го мате­ри­а­ла для его даль­ней­шей обра­бот­ки. Сре­ди типов мето­да медиа­мо­ни­то­рин­га выде­ля­ют тема­ти­че­ский, выбо­роч­ный, сплош­ной, срав­ни­тель­ный, меж­куль­тур­ный и др. Каж­до­му из этих видов при­сущ соб­ствен­ный ком­плекс при­ё­мов, кото­рый исполь­зу­ет­ся при ана­ли­зе кон­крет­ных меди­а­тек­стов» (с. 101). 

Закан­чи­вая рецен­зию на Сло­варь, хоте­лось бы отме­тить еще три его осо­бен­но­сти, обу­слов­лен­ные имен­но кол­ли­зи­я­ми медиа­линг­ви­сти­ки. Во-пер­вых, в Сло­ва­ре, как и поло­же­но сло­ва­рю тако­го типа, есть сло­вар­ные ста­тьи, посвя­щен­ные харак­те­ри­сти­ке ино­стран­ных аббре­ви­а­тур, кото­рые рас­про­стра­не­ны в совре­мен­ной инфор­ма­ци­он­ной сфе­ре; во-вто­рых, име­ют­ся нети­пич­ные для сло­ва­рей При­ло­же­ния, в кото­рых пред­ло­же­ны тек­сты кодек­сов про­фес­си­о­наль­ной эти­ки жур­на­ли­стов Укра­и­ны, РФ, США, Бела­ру­си, Казах­ста­на и, в‑третьих, сло­варь снаб­жён серьёз­ным спис­ком науч­ной, учеб­но-мето­ди­че­ской, лек­си­ко­гра­фи­че­ской лите­ра­ту­ры на несколь­ких евро­пей­ских язы­ках по про­бле­ме медиа­линг­ви­сти­ки. Если учесть, что Сло­варь, кро­ме пря­мой и тра­ди­ци­он­ной функ­ции, еще явля­ет­ся и важ­ной состав­ля­ю­щей в ансам­бле науч­ной учеб­но-мето­ди­че­ской лите­ра­ту­ры, создан­ной для пер­вой на Укра­ине спе­ци­а­ли­за­ции по медиа­линг­ви­сти­ке, то послед­ние два пунк­та выгля­дят вполне есте­ствен­но. Насколь­ко подоб­ная логи­ка состав­ле­ния и, глав­ное, харак­те­ри­сти­ки теза­у­ру­са по медиа­линг­ви­сти­ке будет пер­спек­тив­ной, когда лаку­ны будут запол­не­ны, кол­ли­зии рефлек­сии перей­дут на каче­ствен­но новый уро­вень, пока­жет вре­мя. Одна­ко сей­час это вполне при­ем­ле­мый прин­цип созда­ния Словаря. 

Под­во­дя крат­кий итог, необ­хо­ди­мый для жан­ра рецен­зии, мож­но кон­ста­ти­ро­вать сле­ду­ю­щее. Акту­аль­ность Сло­ва­ря бес­спор­на. Струк­ту­ра и прин­ци­пы опи­са­ния поня­тий и тер­ми­нов отоб­ра­жа­ют не «кар­ти­ну мира» науч­но­го направ­ле­ния, а, если и даль­ше раз­ви­вать эту ана­ло­гию, «мен­таль­ность» ново­го науч­но­го явле­ния — медиа­линг­ви­сти­ки. Сей­час актив­но и целе­на­прав­лен­но идёт про­яс­не­ние и кри­стал­ли­за­ция систе­мы это­го науч­но­го направ­ле­ния, а сло­вар­но-энцик­ло­пе­ди­че­ская лите­ра­ту­ра в этом про­цес­се игра­ет роль систе­ма­ти­зи­ру­ю­щей науч­но-куль­тур­ную рефлек­сию осно­вы. В силу это­го состав­лен­ный укра­ин­ски­ми учё­ны­ми Сло­варь — не толь­ко пио­нер­ское, но и пер­спек­тив­ное, откры­тое для раз­ви­тия науч­ное явление. 

1 Здесь и далее в круг­лых скоб­ках ука­за­ны номе­ра стра­ниц рецен­зи­ру­е­мо­го издания.

© Шеста­ко­ва Э. Г., 2015