Вторник, Ноябрь 19Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Заголовки-анонсы в сетевых медиасервисах: между информированием и кликбейтингом

Проводится структурно-семантический анализ кликбейт-заголовков сетевых медиа-сервисов, играющих ключевую роль в привлечении внимания реципиента к препарированному контенту. Современный медиапользователь потребляет интересное ему содержание через хедлайны-гиперссылки. В перенасыщенной информационной среде заголовок представляет собой важный опорный, привлекательно «упакованный» элемент, предопределяющий дальнейшие действия пользователя Интернета. Для формирования корпуса эмпирического материала автором использовались данные (хедлайны-анонсы, лиды, полные тексты) таких медиаресурсов, как «Национальная служба новостей» https://nsn.fm/, «Яндекс. Новости» https://news.yandex.ru/, «Рамблер. Новости» https://news.rambler.ru/, «EurAsia Daily» https://eadaily.com/ru/news/, «Msn Новости» https://www.msn.com/ru-ru/news за 2016–2019 гг. На основании анализа изученных текстов обосновывается мысль о том, что кликбейтинг нацелен на поиск нетривиальных форм сцепления информации, которая раскрывается пошагово в результате переходов по ссылкам-анонсам. Конфигурация заголовочного прагматикона обусловлена рецептивным механизмом информационных пробелов. Автор рассматривает лексико-стилистическую, структурную и прагматическую организацию кликбейт-заголовков, а также описывает такие популярные механизмы подачи «кликабельного» контента, как подмена персонажей и ложная смерть, представление слухов под видом фактов, приемы семантической провокации, эвристические приемы, цитация и квазицитация, модификация контекста, преподнесение возможного как действительного. Исследование показало, что языковая архитектура кликбейт-заголовков позволяет актуализировать ложные топосы событий и конструировать фальсифицированную информацию, вследствие чего успешно развиваются фейковые медиаресурсы и виральная реклама, замаскированная под новостное сообщение. В силу технологических возможностей глобальной Сети информационные сервисы не только соответствуют постмодернистской коммуникативной парадигме, но и становятся мощным инструментом идеологического программирования.

Headlines in internet media services: between informing and clickbaiting

The paper presents the structural and semantic analysis of clickbait headlines in internet media services, which play a key role in attracting the attention of the recipient to specially prepared content. A modern media user consumes content that is interesting to him or her through headlines-hyperlinks. In an oversaturated information environment, the headline is an important supporting, attractively “packaged” element, which determines further actions of the internet-user. The data (headlines, announcements — leads — full texts) of such media resources as Национальная служба новостей https://nsn.fm/, Яндекс.Новости https://news.yandex.ru/, Рамблер.Новости https://news.rambler.ru/, EurAsiaDaily https://eadaily.com/ru/news/, MsnНовости https://www.msn.com/ru-ru/news for 2016–2019 were used to form the body of the empirical material. Based on the analysis of the studied texts, the article substantiates the idea that clickbaiting aims at searching for non-trivial forms of linking information, which is revealed step by step as a result of clicking on the provided links. The author considers the lexico-stylistic, syntactic and structural organization of clickbait headers, as well as describes the popular mechanisms used in creating “clickable” content, such as character substitution and false death, semantic provocation techniques, heuristic techniques, citation, context modification, presenting the possible as real. The study showed that the linguistic architecture of clickbait headlines allows one to update false events and design falsified information, thereby developing fake media resources and viral advertising disguised as a news item.

Сладкевич Жанна Ромуальдовна — д-р филол. наук, проф.;
zanna.sladkevich@gmail.com

Гданьский университет,
Польша, 80-308, Гданьск, ул. Вита Ствоша, 51

Zhanna R. Sladkevich — Dr. Sci. in Philology, Professor;
zanna.sladkevich@gmail.com

University of Gdansk,
51, ul. Wita Stwosza, Gdansk, 80-309, Poland

Сладкевич, Ж. Р. (2019). Заголовки-анонсы в сетевых медиасервисах: между информированием и кликбейтингом. Медиалингвистика, 6 (3), 353–368.

DOI: 10.21638/spbu22.2019.306

URL: https://medialing.ru/zagolovki-anonsy-v-setevyh-mediaservisah-mezhdu-informirovaniem-i-klikbejtingom/ (дата обращения: 19.11.2019)

Sladkevich, Zh. R. (2019). Headlines in internet media services: between informing and clickbaiting. Media Linguistics, 6 (3), 353–368. (In Russian)

DOI: 10.21638/spbu22.2019.306

URL: https://medialing.ru/zagolovki-anonsy-v-setevyh-mediaservisah-mezhdu-informirovaniem-i-klikbejtingom/ (accessed: 19.11.2019)

УДК 81'42

Иссле­до­ва­ние выпол­не­но при под­держ­ке гран­та Рос­сий­ско­го науч­но­го фон­да (про­ект № 18–18-00442 «Меха­низ­мы смыс­ло­об­ра­зо­ва­ния и тек­сту­а­ли­за­ции в нар­ра­тив­ных и пер­фор­ма­тив­ных дис­кур­сах и прак­ти­ках») в Бал­тий­ском феде­раль­ном уни­вер­си­те­те им. Имма­ну­и­ла Кан­та (Кали­нин­град).

— Надо перей­ти на дру­гое окно.
— А какой смысл? Они выхо­дят на ту же сто­ро­ну!
— Что за иди­от­ская при­выч­ка всю­ду искать смысл?

Олег Тищен­ков. Кот

Поста­нов­ка про­бле­мы. Циф­ро­вые тех­но­ло­гии зна­чи­тель­но рас­ши­ри­ли иссле­до­ва­тель­ское поле гума­ни­тар­ных наук и опре­де­ли­ли при­ро­ду и пара­мет­ры медий­но­го про­стран­ства. В усло­ви­ях новой тех­но­цен­трич­ной сре­ды акту­а­ли­зи­ру­ют­ся при­зна­ки пост­мо­дер­нист­ской ком­му­ни­ка­ции, выде­лен­ные в том чис­ле Иха­бом Хаса­ном (см.: [Кери­мов 1996: 381–382]): неопре­де­лен­ность, изоби­лие неяс­но­стей, раз­ры­вов повест­во­ва­ния и пере­ста­но­вок; фраг­мен­тар­ность и прин­цип мон­та­жа как тек­сто­об­ра­зу­ю­щий меха­низм; «дека­но­ни­за­ция» пред­став­ле­ний о тек­сте; ирре­а­ли­стич­ность и иро­нич­ность повест­во­ва­ния; пер­фор­манс­ность, откры­ва­ю­щая воз­мож­ность само­вы­ра­же­ния чита­те­ля при чте­нии тек­стов (в рас­смат­ри­ва­е­мом нами слу­чае — инди­ви­ду­аль­ная тра­ек­то­рия про­чте­ния гипер­тек­сту­аль­но­го кон­тен­та); кон­вер­ген­ция жан­ров, сме­ше­ние высо­ко­го и низ­ко­го реги­стров, сти­ле­вой син­кре­тизм; кон­стру­и­ро­ва­ние реаль­но­сти, пред­став­ле­ние собы­тий с уче­том потреб­но­стей ауди­то­рии. Совре­мен­ный чело­век, вовле­чен­ный в пер­ма­нент­ный про­цесс смыс­ло­об­ме­на с пест­рой инфор­ма­ци­он­ной сре­дой и вос­при­ни­ма­ю­щий вхо­дя­щую инфор­ма­цию в режи­ме калей­до­ско­па, пре­вра­ща­ет­ся в Homo mediatus — чело­ве­ка медий­но­го [Вар­та­но­ва 2009], суще­ство­ва­ние кото­ро­го напря­мую обу­слов­ле­но про­цес­сом потреб­ле­ния меди­а­ти­зи­ро­ван­ной инфор­ма­ции. Послед­няя, стре­ми­тель­но рас­про­стра­ня­ясь в циф­ро­вой сре­де в виде репо­стов и реин­тер­пре­та­ций, не толь­ко явля­ет­ся осно­вой миро­вос­при­я­тия совре­мен­но­го медиа­поль­зо­ва­те­ля, но и обла­да­ет зна­чи­тель­ным мани­пу­ля­тив­ным потен­ци­а­лом. Клю­че­вую роль в при­вле­че­нии вни­ма­ния реци­пи­ен­та к пре­па­ри­ро­ван­но­му осо­бым обра­зом кон­тен­ту игра­ют клик­бейт-заго­лов­ки сете­вых медиа­сер­ви­сов, нахо­дя­щи­е­ся в фоку­се наше­го иссле­до­ва­ния.

Опи­са­ние цели, мето­ди­ки и мате­ри­а­ла иссле­до­ва­ния. Цель ста­тьи — опре­де­ле­ние сущ­но­сти клик­бей­тин­га, ана­лиз нетри­ви­аль­ных форм сцеп­ле­ния инфор­ма­ции циф­ро­во­го меди­а­тек­ста, кото­рая рас­кры­ва­ет­ся поша­го­во в резуль­та­те пере­хо­дов по ссыл­кам-анон­сам, а так­же иссле­до­ва­ние осо­бен­но­стей язы­ко­вой архи­тек­ту­ры клик­бейт-заго­лов­ков, поз­во­ля­ю­щих акту­а­ли­зи­ро­вать лож­ные топо­сы собы­тий и кон­стру­и­ро­вать фаль­си­фи­ци­ро­ван­ную инфор­ма­цию. Для реше­ния постав­лен­ных задач нами исполь­зо­ва­лись обще­на­уч­ные мето­ды ана­ли­за поня­тий и линг­ви­сти­че­ские мето­ды семан­ти­ко-сти­ли­сти­че­ско­го и интер­пре­та­тив­но­го ана­ли­за и обоб­ще­ния. Эмпи­ри­че­ский мате­ри­ал (хед­лай­ны-анон­сы, лиды и пол­ные тек­сты) экс­цер­пи­ро­ван из таких медиа­ре­сур­сов, как Наци­о­наль­ная служ­ба ново­стей https://​nsn​.fm/, Яндекс.Новости https://​news​.yandex​.ru/, Рамблер.Новости https://​news​.rambler​.ru/, EurAsiaDaily https://​eadaily​.com/​r​u​/​n​e​ws/, Msn­Но­во­сти https://​www​.msn​.com/​r​u​-​r​u​/​n​ews за 2016–2019 гг.

Преж­де чем ана­ли­зи­ро­вать кон­крет­ные меха­низ­мы «кли­ка­бель­ной» пода­чи кон­тен­та посред­ством хед­лай­нов-гиперс­сы­лок, опре­де­лим осо­бен­но­сти рецеп­ции инфор­ма­ции в циф­ро­вом гипер­тек­сте и лек­си­ко-сти­ли­сти­че­ские пара­мет­ры клик­бейт-заго­лов­ков. 

Заголовочный блок в гипертексте новостных медиасервисов.
Суть кликбейтинга

Газе­ты,  похо­же, не спо­соб­ны уви­деть раз­ни­цу меж­ду паде­ни­ем вело­си­пе­ди­ста и кра­хом циви­ли­за­ции?

Бер­нард Шоу

Соглас­но утвер­див­шей­ся в 1940‑е годы кон­цеп­ции двух­сту­пен­ча­то­го пото­ка мас­со­вой инфор­ма­ции, воз­дей­ствие СМИ на целе­вую ауди­то­рию не явля­ет­ся непо­сред­ствен­ным, посколь­ку еже­днев­ный поток инфор­ма­ции опо­сре­ду­ет­ся дея­тель­но­стью лиде­ров мне­ния (медий­ных субъ­ек­тов и не толь­ко), филь­тру­ю­щих инфор­ма­цию, «опти­ми­зи­ру­ю­щих» ее для мас­со­во­го вос­при­я­тия и фор­му­ли­ру­ю­щих мне­ние, т. е. дей­ству­ю­щих как при­врат­ни­ки в двух­сту­пен­ча­том инфор­ма­ци­он­ном пото­ке [Lazarsfeld, Berelson, Gaudet 1944; Katz, Lazarsfeld 1955]. Соот­вет­ствен­но жур­на­ли­сты — сво­е­го рода «транс­ля­то­ры», аген­ты вли­я­ния, изла­га­ю­щие мас­со­вой ауди­то­рии раз­но­род­ных чита­те­лей мне­ние об акту­аль­ных собы­ти­ях в соци­аль­но-поли­ти­че­ской сфе­ре и тем самым фор­ми­ру­ю­щие обще­ствен­ное мне­ние. При этом, как спра­вед­ли­во отме­ча­ет А. Кикле­вич, вто­рая фаза транс­фе­ра инфор­ма­ции харак­те­ри­зу­ет­ся доми­ни­ро­ва­ни­ем праг­ма­ти­ки над семан­ти­кой, посколь­ку в усло­ви­ях жест­кой кон­ку­рент­ной борь­бы за ауди­то­рию аген­ты медиа при­ме­ня­ют широ­кий спектр при­е­мов для адап­та­ции кон­тен­та к раз­лич­ным про­фи­лям потен­ци­аль­но­го реци­пи­ен­та и захва­та его вни­ма­ния [Кикле­вич 2016: 306].

В нарас­та­ю­щем инфор­ма­ци­он­ном шуме адре­сат медиа­со­об­ще­ния утра­чи­ва­ет кон­цен­тра­цию и «чув­стви­тель­ность» к содер­жа­нию анон­сов ново­стей. Соглас­но ста­ти­сти­ке, за послед­ние 30 лет про­из­ве­де­но боль­ше инфор­ма­ции, чем за пред­ше­ству­ю­щие 5000 [Зуляр 2006: 319], что вызы­ва­ет у реци­пи­ен­та чув­ство апа­тии и индиф­фе­рент­но­сти, опре­де­ля­е­мое тер­ми­ном wear out [Wolek-Kocur 2013: 66]. В этой свя­зи новост­ные сооб­ще­ния, отра­жа­ю­щие обы­ден­ную хро­ни­ку дня, оста­ют­ся неза­ме­чен­ны­ми (вспом­ним три­ви­аль­ную шут­ку про чело­ве­ка, кото­рый куса­ет соба­ку). Общий под­ход жур­на­ли­сти­ки — осве­щать необыч­ное, ори­ен­ти­ру­ясь на резо­нанс­ные собы­тия, сен­са­ции и сплет­ни. Тема­ми новост­ной лен­ты ста­но­вит­ся всё, что при­вле­ка­ет инте­рес: тра­ге­дии, ката­стро­фы, кри­зи­сы или абер­рант­ное пове­де­ние пуб­лич­ных пер­сон. Вме­сте с тем «кли­ка­бель­ные» ново­сти и хайп-тек­сты (от англ. hype ‘обман, наду­ва­тель­ство, навяз­чи­вая рекла­ма’) могут слу­жить рыча­гом пере­клю­че­ния вни­ма­ния с важ­ных про­блем на вто­ро­сте­пен­ные темы и сред­ством фор­ми­ро­ва­ния мне­ния через воз­дей­ствие на эмо­ци­о­наль­ную сфе­ру целе­вой ауди­то­рии.

Гипер­тек­сту­аль­ный про­стран­ствен­ный кон­тент вытес­нил линей­ное повест­во­ва­ние, харак­тер­ное для ана­ло­го­вых медиа. Совре­мен­ный медиа­поль­зо­ва­тель потреб­ля­ет инте­рес­ное ему содер­жа­ние через ссыл­ки, созда­вая тем самым гипер­тек­сто­вую сре­ду и функ­ци­о­ни­руя в ней. Циф­ро­вые плат­фор­мы поз­во­ля­ют фраг­мен­ти­ро­вать кон­тент до неболь­ших еди­ниц (узлов, гнезд) с мно­же­ствен­ны­ми свя­зя­ми меж­ду ними — ссыл­ка­ми, из кото­рых состо­ит дис­перс­ное инфор­ма­ци­он­ное веб-про­стран­ство. В усло­ви­ях жест­кой кон­ку­рент­ной борь­бы за чита­тель­ское вни­ма­ние, напря­мую свя­зан­ной с коли­че­ством «кли­ков» и моне­ти­за­ци­ей ком­му­ни­ка­тив­но­го про­цес­са в гло­баль­ных медиа, новост­ные сер­ви­сы наце­ле­ны на пред­став­ле­ние, объ­яс­не­ние и оцен­ку теку­щей дей­стви­тель­но­сти в при­вле­ка­тель­ной фор­ме. При этом важ­ную аттрак­тив­ную, апел­ля­тив­ную и смыс­ло­мо­де­ли­ру­ю­щую роль игра­ют заго­лов­ки.

Заго­ло­воч­ный блок — это клю­че­вая под­си­сте­ма внут­ри тек­сто­вой систе­мы, нахо­дя­ща­я­ся вне тек­ста в выдви­ну­той пози­ции. Заго­ло­воч­ный ком­плекс «ново­сти» в интер­нет-про­стран­стве, как пра­ви­ло, пред­став­ля­ет собой мик­ро­текст-анонс, оформ­лен­ный в виде гиперс­сыл­ки, при нажа­тии откры­ва­ю­щей пол­ный текст или раз­ви­ва­ю­щей­ся по кас­кад­но­му прин­ци­пу актив­ным лидом, импли­ци­ру­ю­щим сле­ду­ю­щий клик для пере­хо­да к тек­сту (неред­ко с одно­вре­мен­ной сме­ной инфор­ма­ци­он­но­го сер­ви­са). Э. А. Лаза­ре­ва отме­ча­ет, что загла­вия раз­ных типов, пере­да­вая содер­жа­ние в ком­прес­си­ро­ван­ной фор­ме, акти­ви­зи­ру­ют рецеп­тив­ный меха­низм интер- и интра­сен­сор­но­го пере­но­са, поз­во­ля­ю­щий рекон­стру­и­ро­вать струк­ту­ру боль­шо­го тек­сто­во­го мас­си­ва на мате­ри­а­ле неболь­шо­го по объ­е­му тек­ста, игра­ю­ще­го роль дейк­ти­ки по отно­ше­нию к пер­во­му [Лаза­ре­ва 2006: 158–159]. Эле­мен­ты заго­ло­воч­но­го бло­ка, сег­мен­ти­руя содер­жа­ние, явля­ют­ся кор­ре­ля­том к ком­му­ни­ка­тив­ным инте­ре­сам реци­пи­ен­та, поз­во­ляя ему на осно­ве про­гно­за после­ду­ю­ще­го содер­жа­ния опре­де­лить­ся в даль­ней­ших дей­стви­ях (оста­вить текст без вни­ма­ния или перей­ти к пол­ной вер­сии по гиперс­сыл­ке). Таким обра­зом, заго­ло­вок-анонс пред­став­ля­ет собой важ­ный опор­ный эле­мент, соглас­но сво­ей при­ро­де выпол­ня­ю­щий инфор­ма­тив­но-ори­ен­ти­ру­ю­щую роль, кото­рая в циф­ро­вом медиа­про­стран­стве зача­стую соче­та­ет­ся с пер­су­а­зив­но-экс­прес­сив­ной функ­ци­ей, пред­опре­де­ля­ю­щей даль­ней­шие дей­ствия интер­нет-поль­зо­ва­те­ля.

В силу кли­ент-сер­вер­ной архи­тек­ту­ры сети, осно­ван­ной на реше­ни­ях поль­зо­ва­те­лей, тра­ди­ци­он­ную пара­диг­му рас­про­стра­не­ния меди­а­кон­тен­та от одно­го к мно­же­ству заме­ни­ла ком­му­ни­ка­ция мно­жеств [10 новых пара­дигм]. В пере­на­сы­щен­ной инфор­ма­ци­он­ной сре­де в целях при­вле­че­ния вни­ма­ния целе­во­го реци­пи­ен­та и побуж­де­ния его к даль­ней­шим дей­стви­ям в сети клю­че­вой ста­но­вит­ся яркая «кли­ка­бель­ная упа­ков­ка» заго­лов­ка-анон­са.

Тер­мин клик­бейт (англ. click ‘щел­чок, пере­ход по гиперс­сыл­ке’ и bait ‘нажив­ка’) под­ра­зу­ме­ва­ет созда­ние харак­тер­ных при­тя­га­тель­ных заго­лов­ков, обес­пе­чи­ва­ю­щих поло­жи­тель­ную дина­ми­ку посе­ща­е­мо­сти веб-ресур­са и, соот­вет­ствен­но, мате­ри­аль­ную при­быль [Бар­тыш 2017]. Клик­бейт-заго­ло­вок, для потен­ци­аль­но­го реци­пи­ен­та выпол­ня­ю­щий функ­цию свое­об­раз­но­го «айстоп­пе­ра» (от англ. eye stopper ‘ловуш­ка для гла­за’), при­зван вызвать живой инте­рес к сле­ду­ю­ще­му за клик­бей­том тек­сту. З. З. Чаны­ше­ва отме­ча­ет, что основ­ные харак­те­ри­сти­ки клик­бейт-заго­лов­ков «ори­ен­ти­ро­ва­ны на пси­хо­ло­гию обы­ва­те­ля, вос­при­ни­ма­ю­ще­го любую новую инфор­ма­цию: во-пер­вых, фор­ма заго­лов­ка долж­на быст­ро и без осо­бых уси­лий со сто­ро­ны чита­те­ля захва­тить его вни­ма­ние, воз­бу­дить и под­дер­жи­вать инте­рес; во-вто­рых, содер­жа­ние оче­ред­но­го зве­на заго­ло­воч­ных цепо­чек долж­но обе­щать заман­чи­вое про­дол­же­ние темы; в‑третьих, инфор­ма­ция при­зва­на уси­ли­вать выра­же­ние глу­бо­ко лич­ност­но­го отно­ше­ния к сооб­ще­нию» [Чаны­ше­ва 2016: 57].

Лексико-стилистическая организация кликбейт-заголовка

Кон­фи­гу­ра­ция заго­ло­воч­но­го праг­ма­ти­ко­на сопря­же­на с рецеп­тив­ным меха­низ­мом инфор­ма­ци­он­ных про­бе­лов (англ. curiosity gap, пол. luka ciekawości), бла­го­да­ря кото­ро­му наш мозг посто­ян­но стре­мит­ся сло­жить недо­стро­ен­ный пазл, запол­нить гештальт или дого­во­рить недо­ска­зан­ность. Аме­ри­кан­ский пси­хо­лог Дж. Левен­штейн дока­зал, что наи­боль­шее любо­пыт­ство в нас воз­буж­да­ют темы, о кото­рых мы что-то зна­ем, но не явля­ем­ся по ним экс­пер­та­ми: мини­маль­ное состо­я­ние зна­ний — базо­вое усло­вие вклю­че­ния наше­го вни­ма­ния [Loewenstein 1994]. Таким обра­зом, уро­вень любо­пыт­ства мож­но опи­сать пере­вер­ну­той U‑образной кри­вой: пик будет достиг­нут, если наше любо­пыт­ство под­стег­ну­то, но мы не уве­ре­ны в отве­те и хотим успо­ко­ить инфор­ма­ци­он­ный «зуд». Дан­ное наблю­де­ние под­твер­дил и ней­ро­био­ло­ги­че­ский экс­пе­ри­мент Мина Кан­га, про­ве­ден­ный в 2009 г. в Кали­фор­ний­ском тех­но­ло­ги­че­ском инсти­ту­те [Kang et al. 2009]. Не слу­чай­но сайт Common Places образ­но опре­де­лил клик­бей­тинг как «интел­лек­ту­аль­ный фаст­фуд»: «It’s fast-food for the mind, a sugary soft drink for the intellect. It’s a cartoon instead of a serious drama, a sitcom instead of the evening news» [5 Things…]

Мож­но ска­зать, что заго­лов­ки в сете­вых сер­ви­сах кон­стру­и­ру­ют­ся в соот­вет­ствии с пси­хо­ло­ги­ей любо­пыт­ства: став­ка дела­ет­ся на игро­вую фак­ту­ру это­го пред­тек­сто­во­го бло­ка, его оце­ноч­ный харак­тер, недо­ска­зан­ность и сен­са­ци­он­ность. В июне 2017 г. коман­да сер­ви­са BuzzSumo опуб­ли­ко­ва­ла резуль­та­ты иссле­до­ва­ния клик­бейт­ных заго­лов­ков, осно­ван­но­го на ана­ли­зе 100 мил­ли­о­нов еди­ниц с наи­боль­шей вираль­но­стью в сетях Facebook и Twitter [Мы про­ана­ли­зи­ро­ва­ли…]. Соглас­но это­му иссле­до­ва­нию, наи­бо­лее дей­ствен­ны­ми ока­за­лись фра­зы: Это заста­вит вас…, Имен­но поэто­му… и Ты не пове­ришь… — экс­пли­ци­ру­ю­щие потен­ци­аль­ный пер­ло­ку­тив­ный эффект от про­чте­ния мате­ри­а­ла, а так­же исполь­зу­ю­щие силь­но­дей­ству­ю­щие экс­прес­сив­ные сло­ва и выра­же­ния: ШОК (обыч­но про­пис­ны­ми бук­ва­ми в сопро­вож­де­нии чрез­мер­но­го коли­че­ства пунк­ту­а­ци­он­ных зна­ков), очень тро­га­тель­но, рас­пла­ка­лась от сча­стья, тро­нет до глу­би­ны души, смеш­но до слез: Путин пла­чет от сча­стья; Симо­ньян в шоке от слов Трам­па: что про­ис­хо­дит с этой стра­ной?; В Раде при­зна­лись, что про­ис­хо­дя­щее на Укра­ине поверг­ло Евро­пу в шок; Укра­ин­ский поли­то­лог рас­ска­зал о хит­ром ходе Яце­ню­ка, кото­рый уда­рит по Поро­шен­ко, Дипло­мат: Китай идет ко дну. При­вет США! и т. п. Отме­тим, что такие заго­лов­ки сопро­вож­да­ют как тек­сто­вый кон­тент, так и фото- и видео­ма­те­ри­а­лы, опуб­ли­ко­ван­ные в Интер­не­те. Вовле­ка­ю­щие заго­лов­ки зача­стую име­ют разъ­яс­ни­тель­ный (имен­но поэто­му; вот в чем насто­я­щая при­чи­на…) или эври­сти­че­ский харак­тер (вы нико­гда не дога­да­е­тесь; собы­тие века: уче­ные созда­ли…; в это невоз­мож­но пове­рить…).

В сти­му­ли­ро­ва­нии чита­тель­ско­го любо­пыт­ства важ­ную роль игра­ют язы­ко­вые сред­ства, выра­жа­ю­щие ретро­спек­тив­но-про­спек­тив­ные кате­го­рии, поз­во­ля­ю­щие раз­ви­вать интри­гу и моде­ли­ро­вать соци­аль­но-поли­ти­че­скую дей­стви­тель­ность в тем­по­раль­ном аспек­те: Слу­чив­ше­е­ся с Пути­ным в Ниж­нем Нов­го­ро­де скрыть не уда­лось; Шой­гу дал Пути­ну рюм­ку с конья­ком. Все в шоке от того, что слу­чи­лось даль­ше!; Что будет с Бело­рус­си­ей после Лука­шен­ко; То, что слу­чи­лось с Пути­ным в Пари­же, уже не скрыть; При­мер или пуга­ло? Чем ста­нет Укра­и­на после ука­за Пути­на о Дон­бас­се.

Тех­но­ло­гии созда­ния «кли­ка­бель­но­го» заго­лов­ка подроб­но опи­са­ны мар­ке­то­ло­га­ми, ана­ли­ти­ка­ми и линг­ви­ста­ми [Голу­бев 2016; Нико­ла­е­ва 2017; SEO Clickbait…]. Экс­пер­ты отме­ча­ют, что став­ка на клик­бейт-кон­тент при­во­дит к сни­же­нию лояль­но­сти посто­ян­ной ауди­то­рии, и вме­сте с тем кон­ста­ти­ру­ют факт, что интер­нет-поль­зо­ва­те­ли зача­стую не запо­ми­на­ют, на какие сай­ты захо­дят, а про­во­ди­мые опы­ты под­твер­жда­ют, что посе­ти­те­ли сай­тов охот­нее пере­хо­дят по ссыл­ке на «кри­ча­щие» заго­лов­ки, чем на хед­лай­ны инфор­ма­ци­он­но­го харак­те­ра [Мы про­ана­ли­зи­ро­ва­ли…]. Исполь­зу­е­мый даже в мар­ке­тин­го­вых целях «клик­бейт» опре­де­ля­ет миро­вос­при­я­тие потре­би­те­лей инфор­ма­ции, посколь­ку «в эпо­ху элек­трон­ных средств ком­му­ни­ка­ции… кар­ти­на мира чита­те­ля Интер­не­та созда­ет­ся имен­но по заго­лов­кам» [Кази­мя­нец 2018: 278]. 

Структурно-прагматическая организация «кликабельного» заголовочного комплекса

А. Кикле­вич спра­вед­ли­во раз­гра­ни­чи­ва­ет три уров­ня инфор­ма­ции, извле­ка­е­мой из фор­мы и струк­ту­ры сооб­ще­ния: 1) экс­тен­си­о­наль­ная (фак­тив­ная), 2) интен­си­о­наль­ная (интер­пре­та­тив­ная) и 3) праг­ма­ти­че­ская [Кикле­вич 2016: 306]. Для пере­ра­бот­ки полу­чен­ной инфор­ма­ции на каж­дом уровне акту­а­ли­зи­ру­ют­ся раз­лич­ные ресур­сы интел­лек­ту­аль­ной ком­пе­тен­ции чело­ве­ка: на пер­вом эта­пе тре­бу­ет­ся «энцик­ло­пе­ди­че­ское» зна­ние о мире, на вто­ром — куль­тур­но-когни­тив­ная ком­пе­тен­ция, а на тре­тьем — соци­аль­ный опыт чело­ве­ка, пони­ма­ние форм и функ­ций ком­му­ни­ка­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия инди­ви­дов внут­ри дан­ной общ­но­сти. Спе­ци­фи­ка сете­во­го гипер­тек­ста, эли­ми­ни­ро­вав­ше­го жест­кую фик­си­ро­ван­ность и линей­ную огра­ни­чен­ность тек­ста, заклю­ча­ет­ся в невоз­мож­но­сти быть про­чи­тан­ным и вос­при­ня­тым цели­ком (hypertext is unreadable). Его осо­бая струк­ту­ра нару­ша­ет непре­рыв­ность рецеп­ции интер­нет-поль­зо­ва­те­ля, кото­рый дол­жен совер­шить «пры­жок», «пере­ме­стить­ся» при акти­ва­ции гиперс­сыл­ки [Колес­ни­ко­ва 2007: 84]. Иссле­до­ва­те­ли ука­зы­ва­ют, что чте­ние интер­нет-тек­стов явля­ет­ся 1) кур­сор­ным, наце­лен­ным на бег­лый про­смотр с целью полу­че­ния лишь обще­го смыс­ла [Наби­е­ва 2014: 39], и 2) поли­то­нич­ным, т. е. харак­те­ри­зу­ю­щим­ся пер­цеп­тив­ной мобиль­но­стью чита­те­ля, вынуж­ден­но­го пере­клю­чать вни­ма­ние на дис­перс­ные фраг­мен­ты мак­ро­со­об­ще­ния [Pisarek 2002: 157], посколь­ку про­цесс рецеп­ции циф­ро­во­го гипер­тек­ста «обу­слов­ли­ва­ет­ся сег­мен­та­ци­ей и иерар­хи­че­ской ассо­ци­а­тив­ной атри­бу­ци­ей фраг­мен­тов, а так­же воз­мож­но­стью мно­же­ствен­но­го выбо­ра раз­ви­тия сюжет­но-тема­ти­че­ско­го пото­ка» [Рязан­це­ва 2018: 368].

Тра­ек­то­рия озна­ком­ле­ния интер­нет-поль­зо­ва­те­ля с мно­го­век­тор­но раз­ви­ва­е­мым гипер­тек­стом рефе­рен­ци­аль­но «пере­кли­ка­ю­щих­ся» сооб­ще­ний в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни зави­сит от анон­си­ру­ю­щих хед­лай­нов. Иссле­до­ва­те­ли анон­сов в сете­вом про­стран­стве отно­сят их к малым рече­вым жан­рам эмфа­ти­че­ско­го харак­те­ра [Малы­ги­на 2015: 53], сфо­ку­си­ро­ван­ным пре­иму­ще­ствен­но на осве­ще­нии нега­тив­но оце­ни­ва­е­мых собы­тий, вызы­ва­ю­щих наи­боль­ший чита­тель­ский инте­рес [Коваль­чу­ко­ва 2009: 14]. Кли­ка­бель­ным заго­лов­кам свой­ствен­на спе­ци­фич­ная струк­тур­но-праг­ма­ти­че­ская кор­ре­ля­ция с пла­ном содер­жа­ния, в силу кото­рой мож­но гово­рить о раз­ных типах дефор­ма­ции смыс­ла ста­тьи, что импли­ци­ру­ет неожи­дан­ные марш­ру­ты раз­ви­тия анон­си­ру­е­мой темы.

Н. Н. Воль­ская ква­ли­фи­ци­ру­ет клик­бейт-заго­лов­ки как назва­ния, не соот­вет­ству­ю­щие содер­жа­нию тек­ста [Воль­ская 2018]. Отме­чая мани­пу­ля­тив­ные свой­ства «клик­бейт­ных» заго­лов­ков, Е. Кази­мя­нец, в свою оче­редь, пред­ла­га­ет раз­ли­чать псев­до­но­вост­ные заго­лов­ки, кото­рые «сооб­ща­ют часть инфор­ма­ции о ситу­а­ции, ута­и­вая дру­гую часть, что побуж­да­ет чита­те­ля делать невер­ные импли­ка­ции»; фей­ко­вые, кото­рые «не име­ют под собой рефе­рент­ной осно­вы вооб­ще» (напри­мер, сюжет о рас­пя­том маль­чи­ке или дело 13-лет­ней Lisy в Бер­лине); заго­лов­ки, пре­под­но­ся­щие локаль­ное собы­тие как общезна­чи­мое, т. е. созда­ю­щие инфор­ма­ци­он­ный шум [Кази­мя­нец 2018].

В свя­зи с тем что мно­гие интер­нет-сер­ви­сы пред­став­ля­ют новост­ные анон­сы раз­лич­ных инфор­ма­ци­он­ных агентств, апел­ли­ру­ю­щих к раз­ным типам адре­са­та, пре­зен­та­ция сооб­ще­ния осу­ществ­ля­ет­ся двух- или трех­сту­пен­ча­то: 1) заго­ло­вок-анонс (неред­ко с фото­ил­лю­стра­ци­ей), 2) опци­о­наль­но — более раз­вер­ну­тый лид; 3) пол­ный текст инфор­ма­ции на после­ду­ю­щей вит­рине инфор­ма­гент­ства. К при­ме­ру, клик­бейт-заго­ло­вок Новая жена Пути­на уди­ви­ла всю стра­ну! Вы не пове­ри­те, но это… (http://fire-smirus.ru/onews?post_id=6401&to=1&source=98&t_id=%AD_ID%25&site_id=%25SITE_ID%25) на фоне фото­гра­фии пре­зи­ден­та и моло­дой девуш­ки в сва­деб­ном пла­тье отсы­ла­ет к тек­сту под заго­лов­ком Путин отве­тил на вопрос о новой пер­вой леди уже в сопро­вож­де­нии порт­ре­та само­го пре­зи­ден­та. В ста­тье сооб­ща­ет­ся о том, что повтор­но вышла замуж быв­шая супру­га Пути­на, Люд­ми­ла, сам же пре­зи­дент дово­лен сво­ей жиз­нью и пока не наме­ре­ва­ет­ся рас­кры­вать дета­ли лич­ных отно­ше­ний. Пред­став­ля­е­мая инфор­ма­ция пре­па­ри­ру­ет­ся несколь­ко раз, что сопро­вож­да­ет­ся спе­ци­фи­че­ским про­фи­ли­ро­ва­ни­ем кон­тен­та с одно­вре­мен­ным выдви­же­ни­ем на пер­вый план интер­пре­та­тив­ной и аксио­ло­ги­че­ской язы­ко­вых функ­ций. Содер­жа­ние же анон­си­ру­е­мо­го тек­ста в таких слу­ча­ях не рас­кры­ва­ет­ся заго­лов­ком, вво­дя­щим чита­те­ля в заблуж­де­ние, или зна­чи­тель­но видо­из­ме­ня­ет­ся в после­ду­ю­щих окнах (при пере­хо­де по ссыл­кам от заго­лов­ка через лид к пол­но­му тек­сту).

Итак, клик­бей­тинг, исполь­зу­е­мый сете­вы­ми медиа­сер­ви­са­ми, наце­лен на поиск нетри­ви­аль­ных форм сцеп­ле­ния онлайн-инфор­ма­ции, кото­рая рас­кры­ва­ет­ся поша­го­во в резуль­та­те пере­хо­дов по ссыл­кам-анон­сам: «В резуль­та­те пере­но­са это­го типа заго­лов­ка на дру­гие виды медий­ных тек­стов (поми­мо реклам­ных. — Ж. С.), созда­ю­щих, на субъ­ек­тив­ный взгляд созда­те­ля, исто­ри­че­скую пер­спек­ти­ву, дина­ми­ку раз­ви­тия собы­тий за счет под­клю­че­ния сопря­жен­ных и отнюдь не род­ствен­ных тем, рас­ши­ря­ют­ся воз­мож­но­сти онлайн-изда­ний, обла­да­ю­щих для этой зада­чи нуж­ны­ми тех­ни­че­ски­ми сред­ства­ми, обес­пе­чи­ва­ю­щи­ми дости­же­ние дале­ко­и­ду­щих целей: про­мы­ва­ния моз­гов, зом­би­ро­ва­ния людей и созда­ния фено­ме­на зара­же­ния тол­пы, вклю­чая явле­ние мас­со­во­го пси­хо­за» [Чаны­ше­ва 2016: 57].

В резуль­та­те про­ве­ден­но­го ана­ли­за нами были выде­ле­ны сле­ду­ю­щие попу­ляр­ные меха­низ­мы пода­чи «кли­ка­бель­но­го» кон­тен­та:

  1. В сете­вых медиа­сер­ви­сах частот­ны дез­ин­фор­ми­ру­ю­щие заго­лов­ки-анон­сы, иска­жа­ю­щие содер­жа­ние ново­сти и харак­те­ри­зу­ю­щи­е­ся осо­бым видом контр­фак­тив­но­сти. Сре­ди наи­бо­лее попу­ляр­ных меха­низ­мов мож­но ука­зать под­мену пер­со­на­жей и «лож­ную смерть». Регу­ляр­но появ­ля­ет­ся инфор­ма­ция о смер­ти зна­ме­ни­то­стей — звезд шоу-биз­не­са, акте­ров, спортс­ме­нов и даже поли­ти­ков: Юлий Шату­нов раз­бил­ся во вре­мя прыж­ка с пара­шю­том и умер 2017; В ава­рии под Вла­ди­ми­ром погиб­ла Ната­лья Коро­ле­ва; В зава­лах сго­рев­ше­го дома пожар­ные нашли мерт­вую Аллу Пуга­че­ву; Дима Билан умер сего­дня утром; Сего­дня умер Лео­нид Яку­бо­вич; Оль­га Бузо­ва умер­ла. Сего­дня во сне и т. п. Пере­хо­дя же по ссыл­ке к лиду и пол­но­му тек­сту, чита­тель узна­ет, как пра­ви­ло, что речь идет об одно­фа­миль­цах зна­ме­ни­то­стей: погиб рядо­вой воз­душ­но-десант­ных войск Юлий Шату­нов, а не певец Юрий Шату­нов; под Вла­ди­ми­ром раз­би­лась зам­пред­се­да­те­ля Зако­но­да­тель­но­го собра­ния Вла­ди­мир­ской обла­сти Ната­лья Коро­ле­ва, а не певи­ца под таким псев­до­ни­мом, а в пожа­ре погиб­ла 23-лет­няя без­ра­бот­ная тез­ка певи­цы Аллы Пуга­че­вой. Инфор­ма­ция же о смер­ти Димы Била­на, Лео­ни­да Яку­бо­ви­ча ока­за­лась вымыш­лен­ной, а смерть Бузо­вой и вовсе при­сни­лась ее парт­не­ру Руста­му Солн­це­ву. Тако­го рода при­ем выне­се­ния в заго­ло­вок име­ни зна­ме­ни­то­сти или его одно­фа­миль­ца слу­жит про­лон­га­ции ком­му­ни­ка­тив­но­го кон­так­та [Кикле­вич 2016: 316], в чем осо­бен­но заин­те­ре­со­ва­ны циф­ро­вые изда­ния, посколь­ку в их боко­вых окнах раз­ме­ща­ет­ся рекла­ма.
    Послед­ствия от «кли­ка­бель­ных» фей­ко­вых ново­стей, осно­ван­ных на меха­низ­ме «лож­ной смер­ти», могут быть дале­ко­и­ду­щи­ми. Пока­за­тель­на в этом плане исто­рия рос­сий­ско­го рэпе­ра Алек­сея Дол­ма­то­ва, извест­но­го под псев­до­ни­мом Гуф. После тер­ак­та 2011 г. в аэро­пор­ту Домо­де­до­во в соц­ме­диа мно­го­крат­но появ­ля­лась инфор­ма­ция о гибе­ли испол­ни­те­ля, вслед­ствие чего фра­за «Гуф умер» ста­ла гипер­по­пу­ляр­ным мемом и лег­ла в осно­ву одно­имен­но­го авто­и­ро­нич­но­го кли­па.
    Наи­боль­ший обще­ствен­ный резо­нанс вызы­ва­ет шоко­вая ком­мер­че­ская рекла­ма с исполь­зо­ва­ни­ем при­е­ма «лож­ной смер­ти», замас­ки­ро­ван­ная под новост­ное сооб­ще­ние, как в слу­чае инфор­ма­ции, появив­шей­ся 30 мая 2016 г. на сай­те рос­сий­ско­го охран­но­го агент­ства pult​-voevoda​.ru: Andrzej Duda zmarł dziś. Szczegóły z miejsca zdarzenia. Polska straciła wielkiego polityka (Анджей Дуда умер сего­дня. Подроб­но­сти с места собы­тия. Поль­ша поте­ря­ла вели­ко­го поли­ти­ка). После вме­ша­тель­ства адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та Google забло­ки­ро­вал отоб­ра­же­ние это­го сооб­ще­ния в бра­у­зе­ре (https://​wiadomosci​.dziennik​.pl/​p​o​l​i​t​y​k​a​/​a​r​t​y​k​u​l​y​/​5​2​2​1​0​2​,​a​n​d​r​z​e​j​-​d​u​d​a​-​z​m​a​r​l​-​d​z​i​s​-​e​k​s​p​e​r​t​-​t​o​-​n​i​e​-​p​i​e​r​w​s​z​y​-​r​a​z​-​k​i​e​d​y​-​r​o​s​y​j​s​c​y​-​h​a​k​e​r​z​y​-​z​a​a​t​a​k​o​w​a​l​i​-​w​-​p​o​l​s​k​i​e​j​-​s​i​e​c​i​.​h​tml).
  2. Сход­ны­ми пси­хо­ло­ги­че­ски­ми меха­низ­ма­ми явля­ют­ся под­ме­на поня­тий, утри­ро­ва­ние и сме­ще­ние смыс­ло­вых акцен­тов с целью при­да­ния инфор­ма­ции сен­са­ци­он­но­сти, уве­ли­че­ния зна­чи­мо­сти сооб­ще­ния, в том чис­ле пред­став­ле­ние слу­хов под видом фак­тов. Суть при­е­мов семан­ти­че­ской про­во­ка­ции [Кикле­вич 2016: 315] состо­ит в том, что заго­ло­вок анон­си­ру­ет сен­са­ци­он­ное собы­тие (как пра­ви­ло, с уча­сти­ем извест­но­го лица), кото­рое при пере­хо­де по ссыл­ке и про­чте­нии сооб­ще­ния утра­чи­ва­ет чер­ты сен­са­ци­он­но­сти, ины­ми сло­ва­ми, ничем не выда­ю­щий­ся факт пре­под­но­сит­ся в кра­си­вой упа­ков­ке, кото­рую хочет­ся «раз­вер­нуть». Когда это про­ис­хо­дит, поль­зо­ва­тель медиа­ре­сур­са стал­ки­ва­ет­ся с «эффек­том обма­ну­то­го ожи­да­ния», посколь­ку его пред­по­ло­же­ние о «чрез­вы­чай­но­сти» кон­тен­та не оправ­да­лось. Напри­мер, под заго­лов­ком Сер­гей Лаза­рев опо­зо­рил Леру Куд­ряв­це­ву, открыв ее боль­шой сек­рет скры­ва­лась инфор­ма­ция о том, что Куд­ряв­це­ва как-то при­зна­лась, что хоте­ла бы петь на сцене. При­ко­вы­ва­ю­щий вни­ма­ние «горя­чий» хед­лайн То, что слу­чи­лось с Пути­ном в Пари­же, уже не скрыть отсы­ла­ет к ресур­су, оза­глав­лен­но­му уже ина­че: В Пари­же Путин столк­нул­ся с интри­га­ми, зву­ча­ще­му менее дра­ма­тич­но, но все же харак­те­ри­зу­ю­ще­му­ся экс­пли­цит­ной оце­ноч­но­стью. Читая пол­ный текст, реци­пи­ент испы­ты­ва­ет разо­ча­ро­ва­ние, посколь­ку узна­ет лишь о ничем не выда­ю­щих­ся пере­го­во­рах в Ели­сей­ском двор­це, где в резуль­та­те изме­нен­ной рас­сад­ки за рабо­чим зав­тра­ком Вла­ди­мир Путин сидел дале­ко от Дональ­да Трам­па, что меша­ло им пого­во­рить друг с дру­гом. Текст закан­чи­ва­ет­ся пози­тив­ной нотой о том, что «в ито­ге пре­зи­ден­там Рос­сии и США все-таки уда­лось пооб­щать­ся».
  3. Один из попу­ляр­ней­ших при­е­мов, на кото­рый «цеп­ля­ют» реци­пи­ен­та в Сети, мож­но оха­рак­те­ри­зо­вать как откры­тие. При­вле­ка­тель­ные и часто откры­ва­е­мые гиперс­сыл­ки фор­му­ли­ру­ют­ся сле­ду­ю­щим обра­зом: От нас скры­ва­ли прав­ду, но теперь всё ста­ло извест­но; Боль­ше ника­кой онко­ло­гии: пора­зи­тель­ная раз­ра­бот­ка рос­сий­ских вра­чей; Уче­ные обна­ру­жи­ли меха­низм «само­по­ху­де­ния» в чело­ве­че­ском орга­низ­ме и т. п. И. В. Силан­тьев спра­вед­ли­во отме­ча­ет, что опи­сы­ва­е­мое в тек­сте собы­тие «пред­по­ла­га­ет вовле­чен­ность чело­ве­ка в отме­чен­ный им факт или сово­куп­ность фак­тов. При этом вовле­чен­ность может быть не толь­ко соци­аль­но-ситу­а­тив­но­го пла­на… но и пла­на лич­ност­но­го, и поэто­му собы­тие не про­сто мен­таль­но, но и отчет­ли­во аксио­ло­гич­но» [Силан­тьев 2006: 87]. Тако­го рода заго­лов­ки-анон­сы апел­ли­ру­ют к таким базо­вым потреб­но­стям, как здо­ро­вье и само­чув­ствие, потреб­ность в без­опас­но­сти жиз­не­де­я­тель­но­сти, знать прав­ду о про­ис­хо­дя­щих в соци­у­ме собы­ти­ях.
  4. Cсыл­ки на источ­ни­ки инфор­ма­ции, кото­рые при­зва­ны при­дать досто­вер­ность све­де­ни­ям, анон­си­ру­е­мым в заго­лов­ке, неред­ко это резо­нанс­ные выска­зы­ва­ния: Путин: «Мы попа­дем в рай, а они про­сто сдох­нут» (2018, https://​gazetaby​.com/​p​o​s​t​/​p​u​t​i​n​-​m​y​-​p​o​p​a​d​e​m​-​v​-​r​a​j​-​a​-​o​n​i​-​p​r​o​s​t​o​-​s​d​o​x​n​u​t​/​1​4​3​0​76/). В заго­ло­вок выне­се­на фра­за, кото­рую пре­зи­дент Рос­сии про­из­нес во вре­мя засе­да­ния Вал­дай­ско­го дис­кус­си­он­но­го фору­ма в Сочи, объ­яс­няя, поче­му в рос­сий­ской кон­цеп­ции при­ме­не­ния ядер­но­го ору­жия нет пре­вен­тив­но­го уда­ра: «Да, в этой ситу­а­ции мы как бы ждем, что в отно­ше­нии нас кто-то при­ме­нит ядер­ное ору­жие, сами ниче­го не дела­ем. Ну да. Но тогда агрес­сор все рав­но дол­жен знать, что воз­мез­дие неиз­беж­но, что он будет уни­что­жен. А мы — жерт­вы агрес­сии, и мы, как муче­ни­ки, попа­дем в рай, а они про­сто сдох­нут, пото­му что даже рас­ка­ять­ся не успе­ют». Эта репли­ка была встре­че­на ауди­то­ри­ей апло­дис­мен­та­ми и друж­ным сме­хом.
  5. Раз­но­вид­но­стью исполь­зо­ва­ния цита­ции в кли­ка­бель­ных заго­лов­ках явля­ет­ся видо­из­ме­не­ние цитат, в том чис­ле моди­фи­ка­ция кон­тек­ста, умол­ча­ние части выска­зы­ва­ния, пере­ста­нов­ка его частей и т. п. Так, в апре­ле 2018 г. пре­зи­дент Бела­ру­си Алек­сандр Лука­шен­ко во вре­мя обра­ще­ния к бело­рус­ско­му наро­ду и пар­ла­мен­ту при­звал внеш­ние сто­ро­ны кон­флик­та в Сирии уйти из стра­ны и пре­кра­тить исполь­зо­вать ее как поли­гон для испы­та­ний и тре­ни­ро­вок: «Уйди­те из Сирии все и дай­те воз­мож­ность сирий­ско­му наро­ду опре­де­лить свою жизнь и судь­бу. Что вы там, как пету­хи, ходи­те по этой тер­ри­то­рии друг перед дру­гом, пока­зы­ва­е­те свою мощь и силу, тре­ни­ру­е­те там армию или еще что-то. И нам рас­ска­зы­ва­ют, какая бед­ная Сирия и как вы помо­га­е­те ей там. Пре­кра­ти­те исполь­зо­вать Сирию как поли­гон для испы­та­ний и тре­ни­ро­вок». Мно­го­чис­лен­ные видео- и пись­мен­ные веб-ресур­сы эту новость пре­под­нес­ли с лич­ной пере­ад­ре­са­ци­ей образ­ной состав­ля­ю­щей речи Лука­шен­ко в сто­ро­ну В. Пути­на: Рос­сия в исте­ри­ке! Лука­шен­ко назвал Пути­на пету­хом! (https://​youtu​.be/​4​5​H​A​3​S​q​l​ROo).
  6. Собы­тия осве­ща­ют­ся в соот­вет­ствии с опре­де­лен­ны­ми идео­ло­ги­че­ски­ми импе­ра­ти­ва­ми, доми­ни­ру­ю­щи­ми в дан­ном соци­у­ме в кон­тек­сте обсуж­де­ния зло­бо­днев­ных тем. При кон­стру­и­ро­ва­нии заго­лов­ка и тек­ста неред­ко исполь­зу­ет­ся при­ем пода­чи инфор­ма­ции по прин­ци­пу «воз­мож­ное как реаль­ное»: собы­тия, кото­рые с точ­ки зре­ния медий­но­го аген­та могут про­изой­ти, пред­став­ля­ют­ся как име­ю­щие место. Соглас­но зако­ну модаль­ной логи­ки, если нечто явля­ет­ся дей­стви­тель­ным, оно явля­ет­ся так­же воз­мож­ным (Ab esse ad posse valet cosequientia) [Szymanek 2008: 193]. Обрат­ное утвер­жде­ние невер­но с логи­че­ской точ­ки зре­ния, одна­ко оно широ­ко упо­треб­ля­ет­ся как при­ем мани­пу­ля­ции в раз­ных сфе­рах ком­му­ни­ка­ции. Так, из зна­че­ния еди­ниц, оформ­ля­ю­щих заго­ло­вок Нагру­бив­ший Пути­ну Лука­шен­ко объ­явил об ухо­де (https://​progress​-news​.ru/​a​r​t​i​c​l​e​s​s​/​?​p​=​3​7​1​9​6​&​t​=​1​5​5​1​9​5​1​8​2​4​&​h​=​$​1​$​j​p​s​i​y​z​l​e​$​N​g​5​1​j​Z​B​n​U​5​r​T​O​T​v​l​Z​x​p0r. 03.03.2019), у чита­те­ля скла­ды­ва­ет­ся есте­ствен­ное пред­став­ле­ние о том, что Алек­сандр Лука­шен­ко сло­жил пол­но­мо­чия пре­зи­ден­та. В тек­сте ста­тьи, одна­ко, содер­жит­ся лишь кон­ста­та­ция, что «гла­вой брат­ской рес­пуб­ли­ки может стать дру­гой чело­век», а так­же что «на сло­вах Лука­шен­ко не прочь раз­ви­вать союз с Рос­си­ей». Таким обра­зом, мы видим, что речь идет лишь об одном из воз­мож­ных путей раз­ви­тия собы­тий.

В силу тех­но­ло­ги­че­ских воз­мож­но­стей гло­баль­ной сети иска­жа­ю­щие дей­стви­тель­ность ново­сти мгно­вен­но рас­про­стра­ня­ют­ся в обшир­ном диа­па­зоне, что дела­ет сете­вые инфор­ма­ци­он­ные сер­ви­сы мощ­ным инстру­мен­том идео­ло­ги­че­ско­го про­грам­ми­ро­ва­ния [Кикле­вич 2016: 317]. Кли­ка­бель­ный кон­тент, содер­жа­щий фей­ко­вые ново­сти, дез­ин­фор­ми­ру­ю­щие сооб­ще­ния и кон­спи­ро­ло­ги­че­ские гипо­те­зы, обла­да­ет спо­соб­но­стью вирус­но­го рас­про­стра­не­ния. Дан­ное свой­ство пре­вра­ща­ет такие ресур­сы в сим­во­ли­че­ские триг­ге­ры, кото­рые в слу­чае их сов­па­де­ния с «боле­вы­ми точ­ка­ми адре­са­та» вызы­ва­ют авто­ма­ти­че­ское реа­ги­ро­ва­ние и пове­де­ние [Почеп­цов 2018].

Язы­ко­вая архи­тек­ту­ра клик­бейт-заго­лов­ков в опре­де­лен­ных дис­кур­сив­ных прак­ти­ках поз­во­ля­ет не толь­ко акту­а­ли­зи­ро­вать лож­ные топо­сы собы­тий, как было пока­за­но выше, но и скон­стру­и­ро­вать пол­но­стью фаль­си­фи­ци­ро­ван­ную инфор­ма­цию, бла­го­да­ря чему могут воз­ни­кать и успеш­но раз­ви­вать­ся медиа­ре­сур­сы, пере­да­ю­щие фей­ко­вый кон­тент, как, напри­мер, поль­ский AszDziennik (https://​aszdziennik​.pl/). На раз­вле­ка­тель­ный, сати­ри­че­ский харак­тер тек­стов, пуб­ли­ку­е­мых на дан­ном пор­та­ле, осно­ван­ном жур­на­ли­стом Рафа­лом Мадай­ча­ком в 2011 г., ука­зы­ва­ет его назва­ние: ASZdziennik — это сра­ще­ние поль­ских слов dziennik ‘днев­ник, еже­днев­ная газе­та’ и фор­ман­та asz, вызы­ва­ю­ще­го мно­го­чис­лен­ные ассо­ци­а­ты: nasz ‘наш’, wasz ‘ваш’, омо­фон к уси­ли­тель­ной части­це  ‘аж’. Пор­тал, охва­ты­ва­ю­щий широ­кий спектр тем — поли­ти­ка, соци­аль­ные про­бле­мы, куль­тур­ная и спор­тив­ная жизнь, пред­став­ля­ет собой искус­ную паро­дию на новост­ные онлайн-сер­ви­сы, неот­ли­чи­мую от них в фор­маль­ном, язы­ко­вом и гра­фи­че­ском выра­же­нии. В янва­ре 2017 г. ресурс посе­ти­ли 1,25 млн поль­зо­ва­те­лей, и их чис­ло дина­мич­но рас­тет. Абсо­лют­ное боль­шин­ство ста­тей на этом ресур­се пред­став­ля­ет вымыш­лен­ные собы­тия, опи­са­ние кото­рых кон­стру­и­ру­ет­ся в духе пост­мо­дер­нист­ской жур­на­ли­сти­ки с уче­том обще­го соци­аль­но-поли­ти­че­ско­го кон­тек­ста, сте­рео­тип­ных фрей­мов и чита­тель­ских ожи­да­ний. Чаще все­го кон­стру­и­ру­ют­ся кли­ка­бель­ные заго­лов­ки: Tusk pokazał, jaki plakat dostrzegł na brukselskiej ulicy. To hit Instagrama! (Туск пока­зал, какой пла­кат он уви­дел на брюс­сель­ской ули­це. Это хит Инста­гра­ма!); Putin rozszerzył embargo na… powietrze z Europy (Путин рас­ши­рил эмбар­го на… воз­дух из Евро­пы); Dramat Putina. Zarabia mniej niż rusycystka w NBP  (Дра­ма Пути­на. Он зара­ба­ты­ва­ет мень­ше, чем русист­ка в Наци­о­наль­ном бан­ке Поль­ши); Nowa Barbie hitem w Polsce. Ma tampony i karton wina, żeby pokazać, jak naprawdę żyją dorosłe kobiety (Новая Бар­би — хит в Поль­ше. Она име­ет там­по­ны и короб­ку вина, что­бы пока­зать, как на самом деле живут взрос­лые жен­щи­ны).

Про­пор­ции прав­ды и фик­ции меня­ют­ся в отдель­ных текстах, при­чем вымыш­лен­ная при­ро­да сооб­ще­ний в боль­шин­стве слу­ча­ев рас­кры­ва­ет­ся в анно­та­ции к тек­сту: To jest ASZdziennik. Wszystkie wydarzenia i cytaty zostały zmyślone (Это ASZ-dziennik. Все собы­тия и цита­ты вымыш­ле­ны).

Наря­ду с исполь­зо­ва­ни­ем в фей­ко­вых ресур­сах, клик­бей­тинг при­ме­ня­ет­ся сего­дня в вираль­ной рекла­ме, замас­ки­ро­ван­ной под дру­гой жанр (новост­ное сооб­ще­ние, обра­ще­ние) и мгно­вен­но рас­про­стра­ня­ю­щей­ся по Сети. Так, в 2018 г. широ­кое рас­про­стра­не­ние в вир­ту­аль­ном про­стран­стве полу­чил ролик под заго­лов­ком Help! Help! Polish boy wanted! (Помо­ги­те! Помо­ги­те! Разыс­ки­ва­ет­ся поль­ский парень!) (https://​youtu​.be/​H​o​U​X​t​6​p​V​eQ8). К интер­нет-поль­зо­ва­те­лям на англий­ском язы­ке обра­ти­лась при­вле­ка­тель­ная девуш­ка экзо­ти­че­ской внеш­но­сти по име­ни DeeDee, кото­рая на кон­цер­те в Евро­пе встре­ти­ла пар­ня из Вар­ша­вы. Девуш­ка, пом­нив­шая лишь то, что пар­ня зва­ли «Votek» (Вой­тек) и на нем были «джин­сы, дей­стви­тель­но хоро­шая курт­ка и белые крос­сов­ки», про­си­ла поде­лить­ся этим видео, посколь­ку мно­гие влюб­лен­ные нашли свою поло­вин­ку через соци­аль­ные сети. Спу­стя неко­то­рое вре­мя, когда вся Поль­ша вклю­чи­лась в поис­ки Вой­те­ка, Агне­ш­ка Лабу­шев­ска, дирек­тор по мар­ке­тин­гу брен­да одеж­ды Reserved, дала интер­вью, в кото­ром объ­яс­ни­ла, что это реклам­ная кам­па­ния их фир­мы. Мар­ке­тин­го­вой целью мар­ки Reserved было выде­лить­ся на фоне скуч­ной, стан­дарт­ной рекла­мы и при­влечь вни­ма­ние целе­вой груп­пы — моло­дых пар­ней. Когда выяс­ни­лось, что ролик был фей­ко­вым, поль­зо­ва­те­ли Сети были воз­му­ще­ны, а мар­ке­то­ло­ги, при­знав ком­мер­че­ский успех кам­па­нии, отме­ти­ли, что ее созда­те­ли нару­ши­ли мораль­но-эти­че­ские нор­мы (https://​www​.wirtualnemedia​.pl/​a​r​t​y​k​u​l​/​r​e​s​e​r​v​e​d​-​p​o​l​i​s​h​-​b​o​y​-​w​a​n​t​e​d​-​k​r​y​t​y​k​a​-​w​y​j​a​s​n​i​e​n​i​e​-​lpp).

Таким обра­зом, гло­баль­ной праг­ма­ти­че­ской интен­ци­ей исполь­зо­ва­ния клик­бей­та явля­ет­ся уве­ли­че­ние и пере­на­прав­ле­ние тра­фи­ка за счет при­тя­га­тель­но­го загла­вия, а так­же видео‑, фото- и аудио­со­став­ля­ю­щих анон­си­ру­е­мо­го мате­ри­а­ла. Э. Лас­сан, раз­ви­вая мысль Пье­ра Бур­дьё [Бур­дьё 2002], спра­вед­ли­во отме­ча­ет, что в пуб­лич­ном медиа­дис­кур­се язы­ко­вые ресур­сы пре­вра­ща­ют­ся в ору­дие про­из­вод­ства анга­жи­ро­ван­но­го зна­ния [Лас­сан 2006]. Симп­то­ма­тич­ным в этом плане пред­став­ля­ет­ся выска­зы­ва­ние Г. Гус­сей­но­ва: «Вот уже почти чет­верть века я срав­ни­ваю заго­лов­ки рос­сий­ских и немец­ких газет и могу опре­де­лен­но ска­зать: почти ни одно рос­сий­ское изда­ние не созда­ет инфор­ми­ру­ю­щих заго­лов­ков; в той или иной сте­пе­ни каж­дый заго­ло­вок адре­со­ван не раци­о­наль­но­му и кри­ти­че­ски настро­ен­но­му чита­те­лю, кото­рый хочет от газе­ты толь­ко инфор­ма­ции, а чита­те­лю, кото­рый рыщет по СМИ в поис­ках под­твер­жде­ния тео­рии заго­во­ра, кото­рую этот чита­тель раз­де­ля­ет. [Баб­кин 2015]. В этой свя­зи зна­чи­мые плат­фор­мы (к при­ме­ру, Facebook) реко­мен­ду­ют авто­рам исполь­зо­вать ясные заго­лов­ки, из кото­рых чита­тель может одно­знач­но понять, о чем пой­дет речь в пред­ла­га­е­мой пуб­ли­ка­ции [Нико­ла­е­ва 2017: 147–148].

Выводы

Чем совер­шен­нее тех­ни­ка пере­да­чи инфор­ма­ции, тем более зауряд­ным, пош­лым, серым ста­но­вит­ся ее содер­жа­ние.

Артур Кларк

В пара­диг­ме совре­мен­ной интер­нет-ком­му­ни­ка­ции грань меж­ду вымыш­лен­ны­ми и реаль­ны­ми собы­ти­я­ми зыб­ка, посколь­ку фик­тив­ные, но «кра­си­во упа­ко­ван­ные» собы­тия могут выгля­деть более убе­ди­тель­ны­ми. Потре­би­тель новост­но­го кон­тен­та, кото­ро­му свой­ствен­ны одно­вре­мен­но «кли­по­вое» мыш­ле­ние и уста­лость от непре­кра­ща­ю­ще­го­ся инфор­ма­ци­он­но­го шума, не спо­со­бен не толь­ко вери­фи­ци­ро­вать полу­ча­е­мый кон­тент, но и пости­гать свя­зи меж­ду собы­ти­я­ми вви­ду их фраг­мен­ти­ро­ван­ной пода­чи. Зна­чи­мую роль в созда­нии иска­жен­ной кар­ти­ны дей­стви­тель­но­сти посред­ством циф­ро­вых тех­но­ло­гий игра­ют клик­бейт-заго­лов­ки, анон­си­ру­ю­щие видо­из­ме­нен­ное в после­ду­ю­щих окнах содер­жа­ние. Тако­го рода новост­ная инфор­ма­ция отсы­ла­ет, как пра­ви­ло, к кон­тен­ту раз­вле­ка­тель­но­го харак­те­ра с целью повы­ше­ния кон­вер­сии от про­смот­ров. При этом суще­ствен­ной про­бле­мой, свя­зан­ной с исполь­зо­ва­ни­ем клик­бей­та, явля­ет­ся разо­ча­ро­ва­ние реци­пи­ен­та (см.: [Ленец, Пет­ро­ва 2009; Кикле­вич 2016: 315]), чита­тель­ские ожи­да­ния кото­ро­го не оправ­да­лись с пере­хо­дом по ссыл­кам на ресурс, обо­зна­чен­ный заго­лов­ком.

Клик­бейт-заго­лов­ки — мощ­ный инстру­мент захва­та, про­лон­га­ции вни­ма­ния реци­пи­ен­та и мани­пу­ля­ции его миро­воз­зре­ни­ем и пове­де­ни­ем. Их при­ме­не­ние «помо­га­ет раз­жечь любо­пыт­ство, а поиск под­твер­жде­ния или опро­вер­же­ния пред­став­лен­ных в заго­лов­ке фак­тов достав­ля­ет осо­бое удо­воль­ствие, как бы вовле­ка­ет чита­те­ля в игру, поз­во­ля­ет ему само­му доду­мы­вать и интер­пре­ти­ро­вать про­ис­хо­дя­щее, что созда­ет ощу­ще­ние уча­стия в важ­ней­ших собы­ти­ях из мира поли­ти­ки» [Гав­ри­ко­ва 2018: 178]. Анонс тако­го типа вызы­ва­ет у чита­те­ля опре­де­лен­ную праг­ма­ти­че­скую реак­цию, кото­рая либо ока­зы­ва­ет­ся само­до­ста­точ­ной (чита­тель удо­вле­тво­ря­ет­ся общей нега­тив­ной оцен­кой дено­та­та), либо уси­ли­ва­ет дис­со­нанс в вос­при­я­тии фак­ти­че­ской инфор­ма­ции, заклю­чен­ной в пол­ной вер­сии тек­ста (если чита­тель посчи­та­ет необ­хо­ди­мым с ней позна­ко­мить­ся). Таким обра­зом, дис­по­зи­ци­о­ни­ро­ва­ние тек­сто­вых сег­мен­тов и пре­па­ри­ро­ва­ние новост­но­го кон­тен­та явля­ют­ся одним из клю­че­вых пер­су­а­зив­ных меха­низ­мов в сфе­ре интер­нет-жур­на­ли­сти­ки [Кал­мы­ков 2009: 30–51].

Резю­ми­руя, отве­тим на клю­че­вой вопрос: плох ли каж­дый заго­ло­вок, вызы­ва­ю­щий любо­пыт­ство реци­пи­ен­та? Не совсем. «Кли­ка­бель­ный» заго­ло­вок не все­гда явля­ет­ся «клик­бейт­ным». Если за интри­гу­ю­щим заго­лов­ком сле­ду­ет пол­ный и хоро­шо пре­под­не­сен­ный кон­тент, соот­вет­ству­ю­щий загла­вию и спо­соб­ный удо­вле­тво­рить потреб­ность чита­те­ля в полу­че­нии кон­крет­ной инфор­ма­ции, нешаб­лон­ный, игро­вой заго­ло­вок не вызы­ва­ет оттор­же­ния. Если же за ярким заго­лов­ком скры­ва­ет­ся «туск­лое», не соот­вет­ству­ю­щее ему содер­жа­ние низ­ко­проб­но­го или отвле­ка­ю­ще­го харак­те­ра, мы име­ем дело с клас­си­че­ским при­ме­ром клик­бей­та.

10 новых парадигм медиакоммуникации в эпоху цифровых технологий. [Web-страница]. (б/д). Электронный ресурс https://medium.com/lifehacker-ru/the-10-new-paradigms-of-communication-in-the-digital-age-rus-13476afd7cb7.

Бабкин, С. (2015). Как вас заставляют кликнуть по заголовку. Что такое кликбейт и как он прижился в России. Электронный ресурс http://www.lookatme.ru/mag/how-to/inspiration-howitworks/211165-clickbait-grammar.

Бартыш, Р. (2017). Кликбейт в СМИ и на YouTube: как привлечь аудиторию, разжигая любопытство? Электронный ресурс http://burguasia.com/chto-takoe-klikbejt-primery-i-opisaniya/.

Бурдьё, П. (2002). За ангажированное знание. Неприкосновенный запас, 5 (25), 61–63.

Вартанова, Е. Л. (2009). СМИ и журналистика в пространстве постиндустриального общества. Медиаскоп. Электронный научный журнал, вып. 2. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/сми-и-журналистика-в-пространстве-постиндустриального-общества.

Вольская, Н. Н. (2018). Кликбейт как средство создания ложной информации в интернет-коммуникации. Медиаскоп. Вып. 2. Электронный ресурс http://www.mediascope.ru/2450.

Гаврикова, О. А. (2018). Смысловое искажение информации в кликбейт-заголовках в текстах политического медиадискурса. Вестник Башкирского университета, 1, 173–179.

Голубев, Я. (2016). Использование кликбейтинга в SEO. Электронный ресурс http://great-world.ru/ispolzovanie-klikbejtinga-v-seo/.

Зуляр, Ю. А. (2006). Массовые коммуникации в рекламе. Иркутск: Оттиск.

Казимянец, Е. (2018). Этот «безумный, безумный, безумный мир» в «странных» заголовках электронных СМИ. Slavistica Vilnensis, 63, 269–281.

Калмыков, А. А. (2009). Интерактивная гипертекстовая журналистика в системе отечественных СМИ. Москва: Изд-во ИПК работников ТВ и РВ.

Керимов, Т. X. (1996). Постмодернизм: современный философский словарь. Москва; Бишкек; Екатеринбург: Одиссей.

Киклевич, А. (2016). Сегментация текста как средство персуазивности в информационных сервисах Интернета. В Киклевич А. Притяжение языка 4: Языковая деятельность: семантические и прагматические аспекты (с. 305–337). Ольштын: Centrum Badań Europy Wschodniej.

Ковальчукова, М. А. (2009). Новостной анонс в сети Интернет как речевой жанр дискурса СМИ. Ижевск: Удмуртский государственный университет.

Колесникова, М. М. (2007). Специфические признаки интернет-коммуникаций — интерактивность, гипертекст, мультимедиа. В Журналистика электронных сетей (с. 79–96). Воронеж: Факультет журналистики ВГУ.

Лазарева, Э. А. (2006). Заголовочный комплекс текста — средство организации и оптимизации восприятия. Известия УрГУ, 40, 158–166.

Лассан, Э. (2006). Лингвистика как ангажированное знание. В Будаев Э. В., Чудинов А. П. Современная политическая лингвистика (с. 199–213). Екатеринбург: УрГПУ.

Ленец, А. В., Петрова, Е. И. (2009). Эффект «обманутого ожидания» с позиции прагмалингвистики (на примере журнальных заголовков). Научная мысль Кавказа, 2, 114–118.

Малыгина, Л. Е. (2015). Высокая «плотность текста». Русская речь, 6, 52–57.

Мы проанализировали 100 миллионов заголовков. И вот что мы узнали. [Web-страница]. (б/д). Электронный ресурс http://madcats.ru/mad-cats/clickbait_headlines/.

Набиева, Е. А. (2014). Чтение в эпоху информационных технологий. Человек в мире культуры, 1, 38–41.

Николаева, А. В. (2017). Кликбейт: к определению понятия. Актуальные проблемы стилистики, 3, 146–151.

Почепцов, Г. (2018). Фейки соцмедиа: конструирование, трансформация, внедрение в массовое сознание. RELGA, 17 (350). Электронный ресурс http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main?textid=5635&level1=main&level2=articles.

Рязанцева, Т. И. (2018). Гипертекст. В Л. Р. Дускаева (Ред.). Медиалингвистика в терминах и понятиях: словарь-справочник (с. 368–370). Москва: Флинта.

Силантьев, И. В. (2006). Газета и роман. Риторика дискурсных смешений. Москва: Языки славянской культуры.

Чанышева, З. З. (2016). Информационные технологии смысловых искажений в кликбейт-заголовках. Вестник ПНИПУ, 4, 54–62.

5 Things you Need to Know About Clickbait. [Web-страница]. (б/д). Электронный ресурс https://www.commonplaces.com/blog/5-things-you-need-to-know-about-clickbait/.

Kang, M. J., Hsu M., Krajbich I. M., Loewenstein G., McClure S. M., Wang J. T., Camerer C. F. (2009). The

Wick in the Candle of Learning. Epistemic Curiosity Activates Reward Circuitry and Enhances Memory. Psychological Science, 20 (8), 963–973.

Katz, E., Lazarsfeld, P. F. (1955). Personal Influence. The Part Played by People in the Flow Communications. New York: Free Press.

Lazarsfeld, P. F., Berelson, В., Gaudet, H. (1944). The People’s Choice: How the Voter Makes Up His Mind in a Presidential Campaign. New York: Columbia University Press.

Loewenstein, G. (1994). The Psychology of Curiosity: A review and reinterpretation. Psychological Bulletin, 116 (1), 75–98.

Pisarek, W. (2002). Nowa retoryka dziennikarska. Kraków: Universitas. 

SEO Clickbait: How to Write Headlines Everyone Loves. [Web-страница]. (б/д). Электронный ресурс https://neilpatel.com/blog/clickbait-headlines/.

Szymanek, K. (2008). Sztuka argumentacji. Słownik terminologiczny. Warszawa: PWN.

Wolek-Kocur, B. (2013). Shockvertising. O szokowaniu w reklamie. Skandal w tekstach kultury, 2, 65–79.

10 new paradigms of media communication in the digital age. [Web-page]. (n.d.). Retrieved from https://medium.com/lifehacker-ru/the–10-new-paradigms-of-communication-in-the-digital-age-rus-13476afd7cb7. (In Russian)

5 Things you Need to Know About Clickbait. [Web-page]. (n.d.). Retrieved from https://www.commonplaces.com/blog/5-things-you-need-to-know-about-clickbait/

Babkin, S. (2015). As you are forced to click on the title. Retrieved from http://www.lookatme.ru/mag/how-to/inspiration-howitworks/211165-clickbait-grammar. (In Russian)

Bartysh, R. (2017). Clickbait in the media and on YouTube: how to attract an audience, igniting curiosity? Retrieved from http://burguasia.com/chto-takoe-klikbejt-primery-i-opisaniya/. (In Russian)

Bourdieu, P. (2002). For biased knowledge. Rus. Ed. Neprikosnovennyi zapas, 5 (25), 61–63. (In Russian)

Chanysheva, Z. Z. (2016). Information technology of semantic distortions in clickbate headers. Vestnik PNIPU, 4, 54–62. (In Russian)

Gavrikova, O. A. (2018). Meaningful distortion of information in clickbate headlines in texts of political media discourse. Vestnik Bashkirskogo universiteta, 1, 173–179. (In Russian)

Golubev, Ia. (2016). Using Clickbaiting in SEO. Retrieved from http://great-world.ru/ispolzovanie-klikbejtinga-v-seo/. (In Russian)

Kalmykov, A. A. (2009). Interactive hypertext journalism in the system of national media. Moscow: Institute for Advanced Studies of TV and RV workers. (In Russian)

Kang, M. J., Hsu M., Krajbich I. M., Loewenstein G., McClure S. M., Wang J. T., Camerer C. F. (2009). The Wick in the Candle of Learning. Epistemic Curiosity Activates Reward Circuitry and Enhances Memory. Psychological Science, 20 (8), 963–973.

Kanigowski, K. (2015). Clickbait: Kilka rzeczy, kt.rych nikt Ci nie powiedział. Retrieved from https://blog.clearsense.pl/blog/clickbait-rzeczy-ktorych-nikt-ci-powiedzial/.

Katz, E., Lazarsfeld, P. F. (1955). Personal Influence. The Part Played by People in the Flow Communications. New York: Free Press.

Kazimianets, E. (2018). This “crazy, crazy, crazy world” in the “strange” headlines of electronic media. Slavistica Vilnensis, 63, 269–281. (In Russian)

Kerimov, T. X. (1996). Poststmodernism Modern Philosophical Dictionary. Moscow; Bishkek; Ekaterinburg: Odyssey Publ. (In Russian)

Kiklevich, A. (2016). Text segmentation as a means of persuasiveness in Internet information services. In Kiklevich A. Attraction of the language 4 (pp. 305–337). Ol’shtyn Center for Eastern European Studies. (In Russian)

Kolesnikova, M. M. (2007). Specific features of Internet communications — interactivity, hypertext, multimedia. In Electronic Network Journalism (pp. 79–96). Voronezh: Faculty of Journalism VSU Publ. (In Russian)

Koval’chukova, M. A. (2009). Internet news announcement as a media discourse speech genre. Izhevsk: Udmurt State University Publ. (In Russian)

Lassan, E. (2006). Linguistics as biased knowledge. In Budaev E. V., Chudinov A. P. Modern Political Linguistics (pp. 199–213). Ekaterinburg: Ural State Pedagogical University Publ. (In Russian)

Lazareva, E. A. (2006). The heading of the text — a means of organizing and optimizing perception. Izvestiia UrGU, 40, 158–166. (In Russian)

Lazarsfeld, P. F., Berelson, В., Gaudet, H. (1944). The People’s Choice: How the Voter Makes Up His Mind in a Presidential Campaign. New York: Columbia University Press.

Lenec, A. V., Petrova, E. I. (2009). The effect of “deceived expectations” from the standpoint of pragmalinguistics (for example, journal headings). Nauchnaja mysl’ Kavkaza, 2, 114–118. (In Russian)

Loewenstein, G. (1994). The Psychology of Curiosity: A review and reinterpretation. Psychological Bulletin, 116 (1), 75–98.

Malygina, L. E. (2015). High “text density”. Russkaia rech’, 6, 52–57. (In Russian)

Nabieva, E. A. (2014). Reading in the era of information technology. Man in the world of culture, 1, 38–41. (In Russian)

Nikolaeva, A. V. (2017). Clickbait: to the definition of. Aktual’nye problemy stilistiki, 3, 146–151. (In Russian)

Pisarek, W. (2002). Nowa retoryka dziennikarska. Kraków: Universitas.

Pocheptsov, G. (2018). Fakes social media: design, transformation, introduction into the mass consciousness. RELGA, 17 (350). Retrieved from http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main?textid=5635&level1=main&level2=articles. (In Russian)

Riazantseva, T. I. (2018). Hypertext. In L. R. Duskaeva (Ed.), Medialinguistics in terms and concepts. Dictionary reference (pp. 368–370). Moscow: Flinta Publ. (In Russian)

SEO Clickbait: How to Write Headlines Everyone Loves. [Web-page]. (n.d.). Retrieved from https://neilpatel.com/blog/clickbait-headlines/.

Silant’ev, I. V. (2006). Newspaper and novel. Rhetoric of discourse confusions. Moscow: Languages of Slavic culture. (In Russian)

Szymanek, K. (2008). Sztuka argumentacji. Słownik terminologiczny. Warszawa: PWN.

Vartanova, E. L. (2009). Media and journalism in the post-industrial society. Mediaskop. Electronyi nauchnyi zhurnal, iss. 2. Retrieved from http://www.mediascope.ru/сми-и-журналистика-в-пространстве-постиндустриального-общества. (In Russian)

Vol’skaia, N. N. (2018). Clickbait as a means of creating false information in Internet communication. Mediaskop. Iss. 2. Retrieved from http://www.mediascope.ru/2450. (In Russian)

We analyzed 100 million headlines. And that’s what we learned. [Web-page]. (n.d.). Retrieved from http://madcats.ru/mad-cats/clickbait_headlines/. (In Russian)

Wolek-Kocur, B. (2013). Shockvertising. O szokowaniu w reklamie. Skandal w tekstach kultury, 2, 65–79.

Zuliar, Iu. A. (2006). Mass communication in advertising. Irkutsk: Ottisk Publ. (In Russian)

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 6 мар­та 2019 г.;
реко­мен­до­ва­на в печать 24 апре­ля 2019 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2019

Received: March 6, 2019
Accepted: April 24, 2019