Вторник, 27 июляИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

ЯЗЫКОВАЯ ОБЪЕКТИВАЦИЯ ФЕМИННОСТИ НА СТРАНИЦАХ ГЛЯНЦЕВЫХ ЖУРНАЛОВ

Поста­нов­ка про­бле­мы. Совре­мен­ный чело­век гово­рит на язы­ке мас­сме­диа, сле­до­ва­тель­но, «реаль­ность мас­сме­диа» долж­на быть осо­зна­на во всех ее про­яв­ле­ни­ях, во всех ее «грам­ма­ти­ках» (соци­аль­ной, куль­тур­ной, когни­тив­ной и ком­му­ни­ка­тив­ной), опре­де­ля­ю­щих харак­тер рече­во­го, дис­кур­сив­но­го и куль­тур­но-сим­во­ли­че­ско­го пове­де­ния чело­ве­ка. М. Маклю­эн, «вели­кий про­ви­дец», как о нем гово­ри­ли еще в сере­дине ХХ в., пред­ви­дел эту ситу­а­цию: «Архи­мед как-то ска­зал: „Дай­те мне точ­ку опо­ры, и я повер­ну Зем­лю“. Сего­дня он ткнул бы паль­цем в наши сред­ства ком­му­ни­ка­ции и ска­зал: „Я обо­прусь на ваши гла­за, уши, нер­вы и мозг, и мир будет вер­теть­ся в любом рит­ме и на любой манер, как толь­ко я поже­лаю“» [Маклю­эн 2007: 81]. Эти «точ­ки опо­ры», несо­мнен­но, име­ют «мас­сме­дий­ную при­ро­ду» [Полон­ский 2014], поэто­му мас­сме­диа и ста­ли «основ­ны­ми „постав­щи­ка­ми“ кол­лек­тив­но­го зна­ния» [Воло­ди­на 2003: 10], основ­ным «инве­сто­ром», эффек­тив­но вкла­ды­ва­ю­щим резуль­та­ты сво­е­го семан­ти­ко-смыс­ло­во­го про­из­вод­ства в обще­ствен­ное созна­ние, зада­вая ему свои содер­жа­тель­ные фор­мы, свою рито­ри­ку и свои эсте­ти­ко-сти­ли­сти­че­ские эта­ло­ны. Про­ис­хо­дя­щие соци­аль­ные пере­ме­ны, дина­мич­ное раз­ви­тие ком­му­ни­ка­тив­но-инфор­ма­ци­он­но­го про­стран­ства, тре­бу­ют посто­ян­но­го и при­сталь­но­го внимания.

Объ­ект и пред­мет иссле­до­ва­ния. Сего­дня чело­век ста­но­вит­ся той «сквоз­ной иде­ей, кото­рая, как пока­зы­ва­ет опыт ее ана­ли­за и опи­са­ния, про­ни­зы­ва­ет и все аспек­ты изу­че­ния язы­ка и одно­вре­мен­но раз­ру­ша­ет гра­ни­цы меж­ду дис­ци­пли­на­ми, изу­ча­ю­щи­ми чело­ве­ка, посколь­ку нель­зя изу­чить чело­ве­ка вне его язы­ка» [Кара­у­лов 2002: 3]. В послед­нее вре­мя осо­бен­но воз­рос инте­рес к линг­во­ко­гни­тив­ным иссле­до­ва­ни­ям язы­ко­во­го созна­ния в его ген­дер­ной пара­диг­ме. Объ­ек­том наше­го иссле­до­ва­ния и явля­ют­ся осо­бен­но­сти язы­ко­вой объ­ек­ти­ва­ции фемин­но­сти как пара­диг­маль­ной фор­мы язы­ко­во­го созна­ния. В каче­стве пред­ме­та иссле­до­ва­ния высту­па­ют линг­ви­сти­че­ские сред­ства, объ­ек­ти­ви­ру­ю­щие смыс­ло­вое про­стран­ство фемин­но­сти в глян­це­вых жур­на­лах как осо­бо­го типа сознания.

Мате­ри­а­лом иссле­до­ва­ния послу­жи­ло рос­сий­ское изда­ние жур­на­ла «Cosmopolitan» (глав­ный редак­тор Поли­на Сохра­но­ва) — одно­го из наи­бо­лее попу­ляр­ных глян­це­вых жур­на­лов, пред­на­зна­чен­ных для жен­щин (в насто­я­щее вре­мя изда­ет­ся на 34 язы­ках и рас­про­стра­ня­ет­ся более чем в 100 стра­нах). Кар­то­те­ка ана­ли­зи­ру­е­мых нами при­ме­ров состав­ле­на мето­дом сплош­ной выбор­ки (более 1000 кон­тек­стов) на осно­ве мате­ри­а­лов печат­ной и интер­нет-вер­сии (www​.cosmo​.ru) жур­на­ла «Cosmopolitan» за 2011–2015 гг.

Мето­ды иссле­до­ва­ния. Оха­рак­те­ри­зу­ем веду­щие иссле­до­ва­тель­ские мето­ды в нашей работе.

Метод кон­тек­сту­аль­но­го ана­ли­за, ори­ен­ти­ро­ван­ный на выяв­ле­ние роли язы­ко­во­го и смыс­ло­во­го окру­же­ния в фор­ми­ро­ва­нии зна­че­ния рас­смат­ри­ва­е­мой еди­ни­цы, поз­во­ля­ет опре­де­лить смысл исполь­зо­ван­ных язы­ко­вых средств и харак­тер смыс­ло­вой коллокации.

Метод наблю­де­ния как обще­на­уч­ный метод, осно­ван­ный на непо­сред­ствен­ном вос­при­я­тии и обоб­ще­нии объ­ек­тив­ных про­яв­ле­ний рас­смат­ри­ва­е­мо­го фено­ме­на, поз­во­ля­ет уви­деть изу­ча­е­мый фено­мен во всей пол­но­те и мно­го­гран­но­сти его про­яв­ле­ний, выявить и зафик­си­ро­вать его каче­ствен­ные осо­бен­но­сти. Наблю­де­ние над тек­стом и его сово­куп­но­стя­ми «вклю­ча­ет вни­ма­ние к соб­ствен­но язы­ко­вой осно­ве полу­чен­ных впе­чат­ле­ний» [Болот­но­ва 2007: 415], бла­го­да­ря чему обес­пе­чи­ва­ет­ся осмыс­ле­ние прин­ци­пов отбо­ра язы­ко­вых средств. Как писал М. Гас­па­ров, «читая текст, я ста­ра­юсь дать себе отчет в том, что в нем с пер­во­го взгля­да боль­ше все­го бро­са­ет­ся в гла­за и поче­му» [Гас­па­ров 2001: 18].

Семан­ти­ко-когни­тив­ный метод обес­пе­чи­ва­ет как «воз­вра­ще­ние к язы­ку», так и «дви­же­ние к созна­нию» [Попо­ва, Стер­нин 2007: 9], поз­во­ляя обна­ру­жить то, как чело­век опе­ри­ру­ет сим­во­ла­ми, осмыс­ляя и мир, и себя в нем [Демьян­ков 1994: 19–20]. Глав­ный тезис это­го мето­да заклю­ча­ет­ся в том, что «через изу­че­ние семан­ти­ки язы­ко­вых зна­ков мож­но про­ни­кать в кон­цеп­то­сфе­ру людей, мож­но выяс­нять, что было важ­но для того или ино­го наро­да в раз­ные пери­о­ды его исто­рии, а что оста­ва­лось вне поля его зре­ния, в то вре­мя как для дру­го­го наро­да это ока­зы­ва­лось суще­ствен­ным. На осно­ве это­го мето­до­ло­ги­че­ско­го поло­же­ния были раз­ра­бо­та­ны мето­ды когни­тив­ной линг­ви­сти­ки, кото­рые теперь уже поз­во­ля­ют обна­ру­жи­вать осо­бен­но­сти не толь­ко наци­о­наль­но­го, но и груп­по­во­го мыш­ле­ния и все раз­но­об­ра­зие инди­ви­ду­аль­но-автор­ских кон­цеп­то­сфер» [Попо­ва, Стер­нин 2006: 13].

Метод линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за направ­лен на выяв­ле­ние куль­ту­розна­чи­мых фраг­мен­тов тек­ста: реа­лий, осо­бой лек­си­ки (заим­ство­ва­ний, без­эк­ви­ва­лент­ной), мета­фор, поз­во­ля­ю­щих вос­со­здать целост­ный фраг­мент куль­ту­ры как осо­бо­го миро­ви­де­ния с при­су­щей ему наци­о­наль­но-куль­тур­ной спе­ци­фи­кой [Доб­рос­клон­ская 2008: 68–69].

Важ­ным для иссле­до­ва­ния явля­ет­ся пони­ма­ние сущ­но­сти глян­це­вых жур­на­лов и их куль­тур­ной роли в совре­мен­ном обще­стве, чаще все­го спра­вед­ли­во под­вер­га­е­мых кри­ти­ке как фено­ме­на кон­сю­ме­риз­ма и соци­аль­но­го эго­из­ма. Тем не менее глян­це­вый жур­нал — это, как заме­ча­ет А. В. Полон­ский, «неод­но­знач­ный куль­тур­ный про­ект… это не про­сто жур­нал сти­ля жиз­ни с клю­че­вым кон­цеп­том „гла­мур“, даю­щий жен­щине или муж­чине акту­аль­ные образ­цы эли­тар­но­сти и вку­са, а мас­сме­дий­ный миро­воз­зрен­че­ский ресурс совре­мен­но­го обще­ства, пре­тен­ду­ю­щий сего­дня на веду­щую роль в фор­ми­ро­ва­нии обще­ствен­но­го созна­ния… меха­низм жест­ко­го кон­стру­и­ро­ва­ния соци­аль­но-куль­тур­ной реаль­но­сти, всех ее прак­тик, содер­жа­тель­ных и куль­тур­но-сим­во­ли­че­ских форм, куль­тур­ной, миро­воз­зрен­че­ской и ген­дер­ной иден­тич­но­сти лич­но­сти, куль­ту­ры повсе­днев­но­сти» [Полон­ский 2012: 84]. Оче­вид­но, глян­це­вые жур­на­лы — это само­быт­ный когни­тив­но-ком­му­ни­ка­тив­ный фено­мен мас­сме­дий­но­го дис­кур­са. Инфор­ма­ци­он­но-смыс­ло­вое напол­не­ние глян­це­вых жур­на­лов осу­ществ­ля­ет­ся на осно­ве жест­кой поли­ти­ки отбо­ра, чув­стви­тель­ной к духов­ным запро­сам ауди­то­рии (ср.: «Вла­дель­цы средств мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции все­гда ста­ра­ют­ся дать пуб­ли­ке то, чего она хочет, ибо они чув­ству­ют, что их власть коре­нит­ся в самом сред­стве ком­му­ни­ка­ции, а не в сооб­ще­нии или про­грам­ме» [Маклю­эн 2007: 246]) и наце­лен­ной на выстра­и­ва­ние созна­ния аудитории.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Одним из самых вос­тре­бо­ван­ных на стра­ни­цах глян­це­вых жур­на­лов явля­ет­ся кон­стру­и­ро­ва­ние ген­де­ра. Ген­дер как куль­тур­но-сим­во­ли­че­ский пол не явля­ет­ся соб­ствен­но язы­ко­вой кате­го­ри­ей, одна­ко его содер­жа­ние может быть рас­кры­то посред­ством ана­ли­за язы­ко­вых репре­зен­та­ций, что и объ­яс­ня­ет вос­тре­бо­ван­ность сего­дня линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний, наце­лен­ных на выяв­ле­ние осо­бен­но­стей в этом аспек­те кол­лек­тив­но­го созна­ния. Ген­дер отра­жа­ет одно­вре­мен­но и про­цесс, и резуль­тат встра­и­ва­ния инди­ви­да в соци­аль­но и куль­тур­но обу­слов­лен­ную модель муже­ствен­но­сти и жен­ствен­но­сти, при­ня­тую дан­ным обще­ством, и для его изу­че­ния необ­хо­дим учет праг­ма­ти­че­ских фак­то­ров и когни­тив­ных фено­ме­нов, про­яв­ля­ю­щих­ся как в сте­рео­ти­пах, фик­си­ру­е­мых язы­ком, так и в инди­ви­ду­аль­ной рече­вой практике.

Как пока­зы­ва­ют иссле­до­ва­ния, в боль­шин­стве слу­ча­ев целе­со­об­раз­но гово­рить не о жест­ких зако­нах рече­мыс­ли­тель­ной репре­зен­та­ции муж­чин и жен­щин, а лишь о зна­чи­мых тен­ден­ци­ях. Жен­щи­ны и муж­чи­ны без­услов­но по-раз­но­му опе­ри­ру­ют закреп­лен­ны­ми в кол­лек­тив­ном язы­ко­вом созна­нии смыс­ла­ми, в какой бы фор­ме они ни были пред­став­ле­ны (поня­тий­ной, образ­ной, сим­во­ли­че­ской). Они по-раз­но­му объ­ек­ти­ви­ру­ют смыс­лы в язы­ке, что отра­жа­ет­ся на харак­те­ре соци­аль­но-язы­ко­вой прак­ти­ки, в осо­бен­но­стях их речи на лек­си­че­ском и грам­ма­ти­че­ском уровне, в ее сти­ли­сти­че­ском оформлении.

На раз­ных уров­нях язы­ка мож­но выде­лить сле­ду­ю­щие груп­пы ген­дер­ной иден­ти­фи­ка­ции: фоне­ти­че­ские — высо­та тона, тембр голо­са, инто­на­ция, пау­зы и т. д.; мор­фо­ло­ги­че­ские — пре­иму­ще­ствен­ное упо­треб­ле­ние опре­де­лен­ных частей речи и сло­во­форм; лек­си­че­ские — упо­треб­ле­ние слов, назы­ва­ю­щих муж­чи­ну или жен­щи­ну или содер­жа­щих в зна­че­нии семан­ти­че­ский ком­по­нент «фемин­но­сти» или «муску­лин­но­сти» (про­фес­сии, наци­о­наль­ность, тер­ми­ны род­ства и т. д.); сти­ли­сти­че­ские — пре­иму­ще­ствен­ное упо­треб­ле­ние слов и кон­струк­ций, харак­тер­ных для муж­ской или жен­ской речи: так, напри­мер, к типич­но «муж­ским» сло­вам отно­сят­ся дисфе­миз­мы, а к «жен­ским» — дими­ну­ти­вы и сло­ва с эмо­ци­о­наль­ной и высо­кой сти­ли­сти­че­ской окраской.

Иссле­до­ва­те­ля­ми уста­нов­ле­но, что при­ме­той жен­ско­го язы­ко­во­го созна­ния явля­ет­ся тен­ден­ция к объ­ек­ти­ва­ции смыс­лов посред­ством преж­де всего:

1) имен суще­стви­тель­ных, при­чем в пре­об­ла­да­ю­щем коли­че­стве не абстракт­ных, а кон­крет­ных [Кири­ли­на 2000], при­вя­зан­ных к фак­там реаль­ной жиз­ни в ее кон­крет­но­сти и ста­биль­но­сти форм;

2) имен при­ла­га­тель­ных, счи­ты­ва­ю­щих при­зна­ки с осво­ен­ных в прак­ти­ке жиз­ни объ­ек­тов и выра­жа­ю­щих преж­де все­го поло­жи­тель­ную оценку;

3) наре­чий, выра­жа­ю­щих чаще все­го поло­жи­тель­ное субъ­ек­тив­но-оце­ноч­ное значение;

4) дими­ну­ти­вов, умень­ши­тель­но-лас­ка­тель­ных форм имен суще­стви­тель­ных и при­ла­га­тель­ных, пере­да­ю­щих субъ­ек­тив­ное эмо­ци­о­наль­но-оце­ноч­ное отно­ше­ние к объ­ек­ту (осо­бен­но это харак­тер­но, как гово­рят иссле­до­ва­те­ли, для речи жен­щин осо­бо­го эмо­ци­о­наль­но­го скла­да. «Жен­щи­ны исполь­зу­ют боль­шее коли­че­ство суф­фик­сов со зна­че­ни­ем умень­ши­тель­но­сти, лас­ка­тель­но­сти, умень­ши­тель­но-лас­ка­тель­но­сти по срав­не­нию с муж­чи­на­ми. Это явле­ние отра­жа­ет потреб­ность жен­щин в рас­ши­ре­нии набо­ра выра­зи­тель­ных средств для пере­да­чи раз­лич­ных оттен­ков лас­ка­тель­но­сти, умень­ши­тель­но­сти, уве­ли­че­ния сте­пе­ни про­яв­ле­ния эмо­ци­о­наль­но-оце­ноч­но­го при­зна­ка, под­чер­ки­ва­ния харак­тер­ных осо­бен­но­стей обо­зна­ча­е­мо­го, а так­же выра­же­ния сво­е­го отно­ше­ния к нему» [Кавин­ки­на 2010]);

5) меж­до­ме­тий, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щих­ся на выра­же­нии эмо­ции и обна­ру­жи­ва­ю­щих, по опре­де­ле­нию И. В. Тре­ща­ли­ной, «ком­пен­са­ци­он­ный или моби­ли­зу­ю­щий харак­тер эмо­ци­о­наль­ных эле­мен­тов жен­ской речи» [Тре­ща­ли­на 1998];

6) эпи­те­тов, фоку­си­ру­ю­щих, как гово­рит В. Г. Глуш­ко­ва, субъ­ек­тив­ные осо­бен­но­сти эсте­ти­че­ско­го и эмо­ци­о­наль­но­го вос­при­я­тия дей­стви­тель­но­сти и ее экс­прес­сив­но­го выра­же­ния, в про­ти­во­по­лож­ность опре­де­ле­ни­ям как резуль­та­ту раци­о­наль­но-логи­че­ско­го позна­ния мира, в кото­ром реду­ци­ру­ет­ся позна­ю­щий субъ­ект [Глуш­ко­ва 2000: 7];

7) оли­це­тво­ре­ний, отра­жа­ю­щих спо­соб­ность вос­при­ни­мать мир в обра­зе, а как извест­но, чув­ствен­но-инту­и­тив­ная фор­ма мыс­ли в боль­шей сте­пе­ни при­су­ща жен­ско­му сознанию.

Как видим, типич­ным свой­ством жен­ской речи явля­ет­ся явное пре­об­ла­да­ние наиме­но­ва­ния над дей­стви­ем, над дви­же­ни­ем абстракт­ной мыс­ли, тен­ден­ция к обна­ру­же­нию высо­ко кон­цен­три­ро­ван­ной эмо­ции, экс­прес­сии, образ­но­сти и поло­жи­тель­ной оце­ноч­но­сти [Зем­ская 1993: 120–131]. Жен­ская речь отли­ча­ет­ся повы­шен­ной экс­прес­сив­но­стью, интен­си­фи­ка­ци­ей пози­тив­ной оцен­ки, кон­цен­тра­ци­ей эмо­ци­о­наль­но-оце­ноч­ной лек­си­ки и умень­ши­тель­ных суффиксов.

В иссле­до­ва­нии нами была пред­при­ня­та попыт­ка выявить осо­бен­но­сти репре­зен­та­ции «жен­ско­го созна­ния» сред­ства­ми рус­ско­го язы­ка с уче­том частот­но­сти упо­треб­ле­ния опре­де­лен­ных частей речи как одно­го из опо­зна­ва­тель­ных зна­ков ген­де­ра. В рам­ках мор­фо­ло­ги­че­ско­го уров­ня было рас­смот­ре­но частот­ное упо­треб­ле­ние само­сто­я­тель­ных и слу­жеб­ных частей речи в текстах жур­на­ла «Cosmopolitan», что поз­во­ли­ло нам выявить их неко­то­рые зако­но­мер­но­сти и особенности.

Ана­лиз тек­стов жур­на­ла «Cosmopolitan» пока­зы­ва­ет, что в общем фон­де лек­сем, рас­счи­тан­ном нами на осно­ве репре­зен­та­тив­ной выбор­ки, пре­об­ла­да­ют име­на суще­стви­тель­ные. Исполь­зо­ва­ние боль­шо­го коли­че­ства имен суще­стви­тель­ных (20%) в текстах жур­на­ла объ­яс­ня­ет­ся стрем­ле­ни­ем сосре­до­то­чить вни­ма­ние на пред­ме­те, что, как извест­но, свой­ствен­но жен­ско­му созна­нию. Отме­тим, что в ана­ли­зи­ру­е­мых текстах мы обна­ру­жи­ли боль­шое коли­че­ство суще­стви­тель­ных как кон­крет­ных (муж­чи­на, жен­щи­на, друг, подру­га, дом, семья, тело, пла­тье, пома­да и т. п.) — более 55%, так и абстракт­ных (кра­со­та, посто­ян­ство, сча­стье, любовь, вер­ность, воля, судь­ба, удо­воль­ствие, настро­е­ние, пози­тив­ность, наив­ность, про­сто­та, уда­ча, воз­буж­де­ние, вооб­ра­же­ние, при­ро­да): Наметь план дей­ствий. Напри­мер, сего­дня ты раз­би­ра­ешь гар­де­роб, через пару дней — бал­кон, в пят­ни­цу… и так далее. При­го­товь несколь­ко меш­ков с кодо­вы­ми назва­ни­я­ми «Выбро­сить» и «При­стро­ить». Во вре­мя чист­ки дома дер­жи рядом блок­нот с руч­кой и делай важ­ные замет­ки. Без­жа­лост­но выбра­сы­вай все, что тебе не нра­вит­ся. Не важ­но, что это пода­ри­ла мама мужа или луч­шая подру­га: твой дом дол­жен быть напол­нен веща­ми, кото­рые тебе по-насто­я­ще­му доро­ги; К сожа­ле­нию, с изме­ной мужа или изме­ной жены стал­ки­ва­лось боль­шин­ство из нас. Обще­ство менее тер­пи­мо к жен­ским изме­нам. А вот изме­ны муж­чин вос­при­ни­ма­ют­ся более тер­пи­мо. Но все мы зна­ем, что изме­на люби­мо­го — это все­гда удар и оби­да, даже если убе­дить себя в том, что тако­ва при­ро­да муж­чин. Сре­ди абстракт­ной лек­си­ки явно выде­ля­ет­ся субъ­ек­тив­но-пси­хо­ло­ги­че­ская лек­си­ка (любовь, вер­ность, сча­стье, изме­на), что, по мне­нию иссле­до­ва­те­лей, явля­ет­ся при­зна­ком ско­рее жен­ско­го язы­ко­во­го созна­ния, и лек­си­ка раци­о­наль­но-логи­че­ская (ум, зна­ние, карье­ра, талант), что репре­зен­ти­ру­ет в боль­шей сте­пе­ни муж­ское язы­ко­вое сознание.

Осо­бое место в текстах глян­це­вых жур­на­лов зани­ма­ют име­на при­ла­га­тель­ные с содер­жа­щей­ся в них пози­тив­ной оцен­кой (непо­вто­ри­мый, роман­тич­ный, при­ят­ный, пре­крас­ный, задор­ный, сме­лый, общи­тель­ный, люби­мый, доро­гой, весе­лый, кураж­ный, счаст­ли­вый, кра­си­вый, наряд­ный, моло­дой, неж­ный, яркий и т. д). Их высо­кий коли­че­ствен­ный пока­за­тель сви­де­тель­ству­ет о кон­стру­и­ро­ва­нии сте­рео­ти­па жен­ско­го созна­ния, наце­лен­но­го на сочув­ствие, забо­ту и вос­торг: Неваж­но, страст­ный или неж­ный образ ты вопло­ща­ешь, — у тебя есть потен­ци­ал при­вле­ка­тель­но­сти, кото­рый нуж­но исполь­зо­вать. Одни выгля­дят роко­вы­ми и соблаз­ни­тель­ны­ми, дру­гие — наив­ны­ми и откры­ты­ми. С помо­щью при­ла­га­тель­ных адре­сант воз­дей­ству­ет на вооб­ра­же­ние адре­са­та: Кра­си­вые вечер­ние пла­тья, похо­же, появи­лись в стране сла­до­стей: корот­кое пла­тье до коле­на выгля­дит так, буд­то на него высы­па­ли раз­но­цвет­ный шоко­лад­ный дож­дик, вечер­нее пла­тье цве­та свет­лой кара­ме­ли кажет­ся покры­тым воз­душ­ным безе.

Необ­хо­ди­мо так­же отме­тить частое упо­треб­ле­ние в меди­а­текстах имен при­ла­га­тель­ных с при­став­ка­ми ультра‑, сверх‑, экс­т­ра-, что сви­де­тель­ству­ет о стрем­ле­нии к повы­шен­ной кон­цен­тра­ции эмо­ции и сопро­вож­да­ю­щей ее оцен­ки: Уль­т­ра-мод­ный, захва­ты­ва­ю­щий эффект; туфли на шпиль­ке и уль­т­ра-тол­стой плат­фор­ме; Но глав­ное, совре­мен­ные тех­но­ло­гии обес­пе­чи­ва­ют уль­т­ра-быст­рую суш­ку, а в наше вре­мя любые сэко­ном­лен­ные мину­ты — это…; В экс­т­ра-быст­ром рит­ме мы теря­ем баланс и даже кон­троль над сво­ей жиз­нью, но есть пре­крас­ное сред­ство, кото­рое помо­га­ет это­го избежать! 

Зна­чи­мым язы­ко­вым про­яв­ле­ни­ем ген­де­ра явля­ет­ся гла­гол. Он не про­сто при­да­ет тек­сту дина­мизм, побуж­дая к дей­ствию, а явля­ет­ся зна­ком дей­ству­ю­щей, совер­ша­ю­щей поступ­ки лич­но­сти. Иссле­до­ва­те­ли отме­ча­ют, что в муж­ской пись­мен­ной речи пре­об­ла­да­ют гла­го­лы актив­но­го зало­га и пере­ход­ные гла­го­лы, а в жен­ской — пас­сив­но­го зало­га. В ана­ли­зи­ру­е­мых меди­а­текстах доми­ни­ру­ют такие актив­ные гла­го­лы, как стро­ить, гово­рить, знать, думать, делать, любить, встре­тить, чув­ство­вать, читать, про­бо­вать, носить и т. д.: Ты моло­да, пока что сво­бод­на, у тебя есть воз­мож­ность и жела­ние сде­лать карье­ру — что в этом пло­хо­го? Ниче­го, если не зацик­ли­вать­ся толь­ко на рабо­те и не задви­нуть подаль­ше все осталь­ное. Вот 5 сове­тов, как сде­лать так, что­бы карье­ра помо­га­ла тебе стро­ить лич­ную жизнь; Ты ведь уже долж­на знать, что рабо­та име­ет тен­ден­цию запол­нять собой все неза­ня­тое вре­мя; Учись отсе­кать вне­зап­ные зада­чи: боль­шин­ство из них вполне тер­пят до того момен­та, когда ты при­е­дешь на рабо­ту; Мы ото­бра­ли 20 «голых» пла­тьев, в кото­рых ты не толь­ко будешь самой эффект­ной гостьей на кок­тей­ле, но и смо­жешь чув­ство­вать себя ком­форт­но; …все же хотим вновь про­ве­рить твои зна­ния по этой важ­ной теме. Воз­мож­но, тебе нуж­но под­учить пару тем, а может, ты и сама зна­ешь мно­го того, о чем редак­ция Cosmo и не дога­ды­ва­ет­ся. Исполь­зо­ва­ние гла­го­лов в таком коли­че­стве и реле­вант­ность их семан­ти­ки сви­де­тель­ству­ет о том, что ген­дер­ная иден­ти­фи­ка­ция в жур­на­ле «Cosmopolitan» услож­ня­ет­ся, посколь­ку про­ис­хо­дит сме­ше­ние типич­но жен­ско­го и мужского.

Наре­чия, по пре­иму­ще­ству субъ­ек­тив­но-оце­ноч­ные, при­зва­ны уси­лить, допол­нить поло­жи­тель­ную оцен­ку: БКЛ: бле­стя­ще, кра­си­во, лег­ко! Новый год — отлич­ный повод изме­нить жизнь… сво­их волос; Цве­та пре­иму­ще­ствен­но тем­ные: осо­бен­но смот­рит­ся соче­та­ние чер­но­го и бор­до­во­го. Полу­ча­ет­ся доволь­но стро­го, немно­го мрач­но и очень зага­доч­но, буд­то ты таин­ствен­ная гра­фи­ня или хозяй­ка зам­ка; Смот­рит­ся блеск очень инте­рес­но — он влаж­но бле­стит, а золо­тые частич­ки дела­ют губы зри­тель­но более объемными.

Доволь­но часто в текстах жур­на­ла исполь­зу­ют­ся место­име­ния. В иссле­ду­е­мых кон­текстах на пер­вом месте по коли­че­ству упо­треб­ле­ний нахо­дят­ся при­тя­жа­тель­ные и лич­ные место­име­ния 2‑го лица един­ствен­но­го чис­ла. Их исполь­зо­ва­ние поз­во­ля­ет сни­зить офи­ци­аль­ность и создать более дове­ри­тель­ную атмо­сфе­ру: Все твои инте­ре­сы пре­сле­ду­ют одну цель — зама­нить каж­до­го в свои сети или ты настоль­ко «вещь в себе», что и не поду­ма­ешь о кава­ле­рах?; «Подру­ги заму­жем дав­но, а я…» — это о прин­це все меч­таю о тебе? Или, может быть, ты меч­та­ешь вовсе не о прин­це, но резуль­тат все тот же: тот, с кем ты гото­ва была бы раз­де­лить жизнь и судь­бу, никак не встре­ча­ет­ся или замуж тебя не зовет. Почему?

На стра­ни­цах жур­на­ла «Cosmopolitan» встре­ча­ет­ся боль­шое коли­че­ство дими­ну­ти­вов — умень­ши­тель­но-лас­ка­тель­ных форм суще­стви­тель­ных и имен при­ла­га­тель­ных, что, как извест­но, явля­ет­ся опо­зна­ва­тель­ным при­зна­ком язы­ко­во­го созна­ния жен­щи­ны: Пока мы стре­ля­ем глаз­ка­ми из-под длин­ных рес­ниц, улы­ба­ем­ся алы­ми губ­ка­ми и оча­ро­вы­ва­ем милым румян­цем…; …вме­сто это­го насла­дить­ся глад­ки­ми нож­ка­ми в обрам­ле­нии корот­ких юбо­чек…; И таки­ми глаз­ка­ми хлоп-хлоп, а верх­няя пуго­вич­ка на блуз­ке стран­ным обра­зом рас­стег­ну­лась сама собой; Новые зеле­ные туфли или тот милень­кий угло­вой диван­чик, кото­рый ты при­смот­ре­ла на кух­ню; Кро­ме того, какой малыш ми-ми-милень­кий…, они милень­ко смот­рят­ся на моло­день­ких девоч­ках, но на жен­щине выгля­дят про­сто как домаш­ний халат.

Отме­тим, что в кон­стру­и­ро­ва­нии фемин­но­го ген­де­ра задей­ство­ва­ны эпи­те­ты. Они опре­де­ля­ют пред­мет мас­сме­дий­но­го тек­ста, под­чер­ки­вая его спе­ци­фи­ку и уни­каль­ные каче­ства. Назо­вем наи­бо­лее упо­тре­би­тель­ные эпи­те­ты в жур­наль­ных текстах: осле­пи­тель­ный, выда­ю­щий­ся, при­ят­ный, шикар­ный, чув­ствен­ный. Неред­ки эпи­те­ты, свя­зан­ные с внеш­ни­ми каче­ства­ми пред­ме­та изоб­ра­же­ния. Напри­мер: Если взгля­нуть вдаль из-под густых кра­си­вых рес­ниц, то мож­но уви­деть бес­ко­неч­ные туман­ные гори­зон­ты, вели­ко­леп­ные пано­ра­мы, вол­ны, кото­рые несут память о пира­тах, бро­са­ю­щих якорь в этих лагу­нах и выхо­дя­щих на золо­тые бере­га, что­бы спря­тать дра­го­цен­ные сокро­ви­ща…; Кра­си­вая, бли­ста­тель­ная, в сия­ю­щей короне и пыш­ном розо­вом пла­тье, она уди­ви­тель­но напом­нит «деву­шек Зиг­фель­да» — в рос­кош­ных деко­ра­ци­ях…; С ее помо­щью ты можешь создать ска­зоч­ный образ — буд­то бы на тво­их рес­ни­цах вол­шеб­ная золо­тая пыль­ца… Зна­чи­тель­ное коли­че­ство эпи­те­тов в глян­це­вых жур­на­лах, оче­вид­но, свя­за­но с тем, что жен­щи­ны при­да­ют боль­шое зна­че­ние эсте­ти­че­ским свой­ствам и эмоциям.

Меж­до­ме­тия высту­па­ют как выра­же­ние эмо­ци­о­наль­ных реак­ций на окру­жа­ю­щую дей­стви­тель­ность и явля­ют­ся харак­тер­ны­ми жен­ски­ми выра­же­ни­я­ми: Ах, лето, лето! Конеч­но же, мы уже в пред­вку­ше­нии лет­них теп­лых день­ков; Ах, они все пре­крас­ны! То есть они все страш­ны, как смерт­ный грех, но любим мы их не за это; Ох уж эти недо­стат­ки… Ах, какой ужас, что будет, когда он уви­дит, что у меня не такой плос­кий живот, как в кол­гот­ках?!; Еще гадать нам рано. Ах, сто­ит ли гадать, не луч­ше ль в аске Вам самим набрать… Вот и полу­чи­лось что-то в сти­ле: «Ах, тебя вол­ну­ет что я там делаю!»… «Ай, ой, я не могу, ой…» — левая нога на полупальце…

Необ­хо­ди­мо так­же отме­тить, что в кон­стру­и­ро­ва­нии фемин­но­го ген­де­ра на сти­ли­сти­че­ском уровне задей­ство­ван такой троп, как оли­це­тво­ре­ние: Я люб­лю в себе все! Но осо­бен­но гла­за. Они уме­ют сме­ять­ся, радо­вать­ся, пла­кать, а быва­ет, и злить­ся; Соч­ные и соблаз­ни­тель­ные, губы посы­ла­ют вполне опре­де­лен­ный сиг­нал муж­чи­нам. Заме­тим, что при­ем оли­це­тво­ре­ния чаще все­го встре­ча­ет­ся имен­но в жен­ских глян­це­вых жур­на­лах, посколь­ку жен­щи­ны, как извест­но, в боль­шей сте­пе­ни склон­ны наде­лять неоду­шев­лен­ные пред­ме­ты свой­ства­ми, харак­тер­ны­ми для людей.

В жур­на­ле «Cosmopolitan» оче­вид­на осо­бая вос­тре­бо­ван­ность в этом типе тек­стов эмо­ци­о­наль­но­го интел­лек­та, под кото­рым нами, вслед за В. И. Шахов­ским, пони­ма­ет­ся спо­соб­ность рас­по­зна­вать свои соб­ствен­ные эмо­ции, вла­деть ими, адек­ват­но их мани­фе­сти­ро­вать» [Шахов­ский 2010: 116]. Мы не хотим утвер­ждать, что эмо­ция при­су­ща толь­ко жен­щине, посколь­ку извест­но, что она лежит в моти­ва­ци­он­ной осно­ве созна­ния чело­ве­ка, одна­ко муж­ской и жен­ский язы­ки эмо­ций не сов­па­да­ют, не сов­па­да­ют и репре­зен­та­ции эмо­ций в язы­ко­вом созна­нии. Жен­скую речь отли­ча­ет более высо­кая кон­цен­тра­ция эмо­ци­о­наль­но оце­ноч­ных слов. Так, Е. С. Ощеп­ко­ва пишет: «Жен­ский текст… напо­ми­на­ет боль­ше речь в состо­я­нии эмо­ци­о­наль­но­го напря­же­ния, часто при­сут­ству­ют и упо­ми­на­ния сво­их соб­ствен­ных раз­но­об­раз­ных эмо­ций» [Ощеп­ко­ва 2001: 102].

Для жур­на­ла «Cosmopolitan» харак­тер­но исполь­зо­ва­ние аффек­ти­ро­ван­ной лек­си­ки и слов, опи­сы­ва­ю­щих эмо­ци­о­наль­но-пси­хо­ло­ги­че­ское состо­я­ние чело­ве­ка: Я пере­ста­ла есть шоко­лад, хотя до бере­мен­но­сти люби­ла его безум­но!; Когда ты, гор­дый метр шесть­де­сят с кеп­кой, пыта­ешь­ся гру­дью сто­ять в две­рях, дока­зы­вая ему, шка­фу под два мет­ра ростом, свою исклю­чи­тель­ную право­ту. И такая злая, но безум­но милая в этом обра­зе девуш­ка вызы­ва­ет не более, чем уми­ли­тель­ную улыб­ку. В подоб­ных слу­ча­ях часто исполь­зу­ет­ся раз­го­вор­но-сни­жен­ная лек­си­ка: Но муж­чи­ны видят в нас кра­си­вую девуш­ку, а на отдель­ные ушки или щеч­ки абсо­лют­но напле­вать! Он же не парит­ся о сво­ем малень­ком (дай бог, что­бы малень­ком) пузи­ке или воло­са­тых руках? И ты не бес­по­кой­ся; И с ужа­сом обна­ру­жить, что все твои под­пис­чи­ки на инста­гра­ме наблю­да­ют вне­пла­но­вое сел­фи тво­ей попы.

На стра­ни­цах жур­на­ла «Cosmopolitan» при­сут­ству­ет зна­чи­тель­ное коли­че­ство линг­во­ци­низ­мов. Цинизм как фило­со­фия, миро­воз­зре­ние и фор­ма пове­де­ния осмыс­ля­ет­ся в совре­мен­ной нау­ке как откро­вен­ное ниги­ли­сти­че­ское отно­ше­ние к обще­при­ня­тым куль­тур­ным нор­мам, как откро­вен­ная идео­ло­гия инди­ви­ду­а­лиз­ма и субъ­ек­ти­виз­ма, выра­жа­ю­ща­я­ся в жест­кой лич­ност­ной пози­ции, сущ­ность кото­рой про­яв­ля­ет­ся в демон­стра­тив­ном пове­де­нии и демон­стра­тив­ном заяв­ле­нии сво­их цен­но­стей и вку­сов как эта­лон­ных, как безупречных.

Цинизм на стра­ни­цах глян­це­вых жур­на­лов про­ду­ци­ру­ет­ся преж­де все­го как «фило­со­фия дер­зо­сти», или, по опре­де­ле­нию Ф. Ниц­ше, «весе­лое недо­ве­рие» тем идео­ло­ги­че­ским дог­мам, тем обще­при­ня­тым куль­тур­ным сте­рео­ти­пам и авто­ри­те­там, кото­рые в мире «Cosmo» осмыс­ля­ют­ся как лице­ме­рие и хан­же­ство и кото­рые под­вер­га­ют­ся, соот­вет­ствен­но, реви­зии. Цинизм на стра­ни­цах жур­на­ла выра­жа­ет­ся через неудо­вле­тво­рен­ность преж­ним и утвер­жде­ние нового.

Несо­мнен­но, гля­нец — это не про­сто жур­на­лы, это миро­воз­зре­ние, миро­воз­зре­ние «про­дви­ну­то­го гедо­низ­ма» — гедо­низ­ма, став­ше­го куль­ту­рой. Появи­лись новые цен­ност­ные ори­ен­ти­ры, кото­рых рань­ше не было. Речь идет уже даже не о цен­но­стях, а про­сто о ценах: Она зна­ет себе цену. Это очень при­вле­ка­ет силь­ный пол, хотя и дела­ет нас сла­бее. Кста­ти, она име­ет пред­став­ле­ние и о рыноч­ных ценах на дру­гих людей — про­сто уме­ет торговаться.

Линг­во­ци­низ­мы, явля­ю­щи­е­ся отра­же­ни­ем гедо­низ­ма, выра­жа­ют­ся в выска­зы­ва­ни­ях тако­го типа, как: Я впер­вые в жиз­ни виде­ла сыр с пле­се­нью. И если утром мне этот запах пока­зал­ся отвра­ти­тель­ным, то к вече­ру я гото­ва была про­дать душу хотя бы за самую капель­ку. Опре­де­лен­ные сло­ва и выра­же­ния отра­жа­ют миро­воз­зре­ние глян­це­вых жур­на­лов, помо­га­ют про­ник­нуть в их мир: О том, пора ли тебе начи­нать новые отно­ше­ния и что будет, если их начать не вовре­мя. Один мате­ри­ал пси­хо­ло­ги­че­ский, вто­рой — муж­ской. Мне бли­же послед­ний…; Про­даж­ная невин­ность. Боль­шин­ство деву­шек ста­ра­ют­ся сохра­нить свою невин­ность для одно­го — люби­мо­го и един­ствен­но­го. А вот дру­гие девуш­ки смог­ли ско­ло­тить на этой осо­бен­но­сти огром­ное состо­я­ние! Таким обра­зом, линг­во­ци­низ­мы в той или иной сте­пе­ни отра­жа­ют новые цен­ност­ные ори­ен­ти­ры «глян­це­во­го мира», где мате­ри­аль­ные цен­но­сти и удо­воль­ствие явля­ют­ся осно­вой миро­воз­зре­ния, глав­ной доб­ро­де­те­лью, выс­шим бла­гом и целью жизни.

Выво­ды. Таким обра­зом, про­ве­ден­ный ана­лиз тек­стов жур­на­ла «Cosmopolitan» пока­зал, что моти­ва­ци­он­но-целе­вая уста­нов­ка дис­кур­са глян­це­вых жур­на­лов заклю­ча­ет­ся во внед­ре­нии в обще­ствен­ное созна­ние осо­бой куль­тур­но-сим­во­ли­че­ской фор­мы феминности.

Язы­ко­вая репре­зен­та­ция фемин­но­сти в жур­на­ле «Cosmopolitan» сви­де­тель­ству­ет об услож­не­нии ген­дер­ной иден­ти­фи­ка­ции, о сме­ще­нии типич­но «жен­ско­го» и «муж­ско­го» созна­ния в направ­ле­нии уси­ле­ния «муж­ско­го». Ана­лиз линг­ви­сти­че­ских средств, репре­зен­ти­ру­ю­щих фемин­ность, поз­во­ля­ет сде­лать вывод о моде­ли­ро­ва­нии на стра­ни­цах глян­це­вых жур­на­лов ново­го типа «жен­ско­го созна­ния», уси­ли­ва­ю­ще­го дея­тель­ност­но-праг­ма­ти­че­ский про­филь путем вклю­че­ния в него муж­ских качеств. Новый смыс­ло­вой про­филь зада­ет и новый куль­тур­но-сим­во­ли­че­ский тип фемин­но­сти, в кото­ром спо­соб­ность к чув­ствен­но­му пере­жи­ва­нию дей­стви­тель­но­сти допол­ня­ет­ся спо­соб­но­стью ее преобразовывать.

© Новин­ки­на Е. А., 2016