Четверг, 15 апреляИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Векторы праксиологического анализа в медиалингвистике

Поста­нов­ка проблемы

В совре­мен­ном оте­че­ствен­ном язы­ко­зна­нии на пере­се­че­нии двух дис­ци­лин — линг­ви­сти­ки и медиа­ло­гии — актив­но раз­ви­ва­ет­ся тре­тья, с назва­ни­ем «медиа­линг­ви­сти­ка», ука­зы­ва­ю­щим на ее связь с обе­и­ми дис­ци­пли­на­ми. Тер­мин, при­шед­ший в оте­че­ствен­ную нау­ку через рабо­ты Т. Г. Доб­рос­клон­ской, хотя и при­жил­ся в рус­ско­языч­ных иссле­до­ва­ни­ях, одна­ко не име­ет одно­знач­но­го тол­ко­ва­ния и оста­ет­ся весь­ма неопре­де­лен­ным вслед­ствие раз­мы­то­сти гра­ниц науч­ной дис­ци­пли­ны, им назы­ва­е­мой. Меж­ду тем ори­ен­ти­ро­ван­ная на рас­кры­тие зако­но­мер­но­стей про­дук­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти, обес­пе­чи­ва­ю­щей орга­ни­за­цию ком­му­ни­ка­ции в медиа, медиа­линг­ви­сти­ка уже выра­бо­та­ла свои, отлич­ные от дру­гих науч­ных дис­ци­плин спо­со­бы отве­та на постав­лен­ные в ней вопро­сы. В цен­тре ее вни­ма­ния — рече­вая дея­тель­ность, резуль­тат кото­рой — тек­сты, реша­ю­щие важ­ные для мас­сме­диа ком­му­ни­ка­тив­ные зада­чи. Обыч­но рече­вую дея­тель­ность назы­ва­ют пред­ме­том ана­ли­за пси­хо­линг­ви­сти­ки. Медиа­линг­ви­сти­че­ское иссле­до­ва­ние, как позна­ние типо­вых свойств объ­ек­ти­ва­ции в текстах и меж­тек­сто­вых свя­зях эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти, отли­ча­ет­ся от пси­хо­линг­ви­сти­че­ско­го. Если пси­хо­линг­ви­сти­ка изу­ча­ет раз­лич­ные спо­со­бы осу­ществ­ле­ния рече­вой дея­тель­но­сти чело­ве­ком (пись­мо, гово­ре­ние, слу­ша­ние, запо­ми­на­ние), в цен­тре вни­ма­ния медиа­линг­ви­сти­ки — эффек­тив­ная рече­вая дея­тель­ность, цель кото­рой — созда­ние тек­стов для массмедиа.

Как пока­зал диа­хро­ни­че­ский ана­лиз науч­ных работ по изу­че­нию язы­ка мас­сме­диа, сре­ди них отчет­ли­во выде­ля­ют­ся четы­ре груп­пы [Дус­ка­е­ва 2018]. Первую с опре­де­лен­ной долей услов­но­сти мож­но назвать тех­ни­ко-грам­ма­ти­че­ской. В этой груп­пе работ выяв­ля­ют­ся зако­но­мер­но­сти отбо­ра язы­ко­вых средств как тех­ни­ко-язы­ко­во­го инстру­мен­та­рия, исполь­зу­е­мых для дости­же­ния целей воз­дей­ствия в медиа. Вто­рая груп­па работ направ­ле­на на тек­сто­во-сти­ли­сти­че­ское иссле­до­ва­ние, уста­нав­ли­ва­ю­щее, тек­сты каких типов функ­ци­о­ни­ру­ют в медиа­сре­де и ком­по­зи­ци­он­но-линг­ви­сти­че­ские осо­бен­но­сти каж­до­го тек­сто­ти­па. В рабо­тах тре­тьей груп­пы — линг­ви­сти­че­ской тео­рии медиа­дис­кур­са — ана­ли­зи­ру­ет­ся, в каких типах меж­тек­сто­вых единств вопло­ща­ют­ся рече­вые про­це­ду­ры меди­а­ком­му­ни­ка­ции, а так­же каки­ми типа­ми поли­ко­до­вых средств выра­жа­ют­ся в един­ствах меж­тек­сто­вые свя­зи. В чет­вер­той груп­пе работ — кри­ти­ко-оце­ноч­ной — рас­кры­ва­ют­ся про­яв­ле­ния «зло­упо­треб­ле­ния язы­ком» в медиа, нор­мы про­дук­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти и кри­те­рии оцен­ки ее эффективности.

Таким обра­зом, четы­ре выде­лен­ных направ­ле­ния вза­и­мо­дей­ству­ют друг с дру­гом, бла­го­да­ря чему рас­кры­ва­ют при­ро­ду и сущ­ность эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в медиа­сре­де, отражая:

— осо­бен­но­сти исполь­зо­ва­ния в ней инстру­мен­та­рия — язы­ко­вых и неязы­ко­вых средств, сопря­же­ние кото­рых обра­зу­ет раз­ные виды ком­му­ни­ка­тив­но-рече­вых дей­ствий — медиатекстов;

— типы нор­ма­тив­ных ком­му­ни­ка­тив­ных дей­ствий — медиатекстов;

— типо­вые про­це­ду­ры и тех­но­ло­гии рече­вой дея­тель­но­сти в медиасреде;

— кри­те­рии эффек­тив­но­сти исполь­зу­е­мых в медиа­ре­чи язы­ко­вых и неязы­ко­вых средств, ком­му­ни­ка­тив­ных дей­ствий и их совокупностей.

Сле­до­ва­тель­но, в медиа­линг­ви­сти­ке опре­де­ли­лись соб­ствен­ные про­блем­ные узлы, основ­ные из них: 1) вли­я­ние тех­но­ло­ги­че­ских и соци­аль­ных фак­то­ров на язык; 2) рас­кры­тие зако­но­мер­но­стей исполь­зо­ва­ния в мас­сме­дий­ной рече­вой дея­тель­но­сти вер­баль­но­го инстру­мен­та­рия во вза­и­мо­дей­ствии с невер­баль­ным; 3) поиск типо­вых нор­ма­тив­ных форм рече­вой дея­тель­но­сти; 4) линг­ви­сти­че­ская архи­тек­ту­ра меж­тек­сту­аль­но­сти в медиа; 5) кри­те­рии эффек­тив­но­сти выяв­лен­ных в ходе ана­ли­за тек­сто­вых обра­зо­ва­ний с точ­ки зре­ния пра­вил рече­во­го пове­де­ния и др.

В инте­ре­се медиа­линг­ви­сти­ки к эффек­тив­ной чело­ве­че­ской дея­тель­но­сти отчет­ли­во про­смат­ри­ва­ет­ся ее связь с прак­сио­ло­ги­ей, кото­рая осу­ществ­ля­ет ана­лиз дея­тель­но­сти в четы­рех направ­ле­ни­ях: во-пер­вых, раз­ра­ба­ты­вая типо­ло­гии средств дей­ствий; во-вто­рых, уста­нав­ли­вая эффек­тив­ные нор­ма­тив­ные дей­ствия; в‑третьих, выяв­ляя про­це­ду­ры рече­вой дея­тель­но­сти; в‑четвертых, давая кри­ти­че­скую оцен­ку чело­ве­че­ских дей­ствий с точ­ки зре­ния их досто­инств и мето­дов, при­ме­ня­ю­щих­ся в этих дей­стви­ях [Котар­бин­ский 1975]. Медиа­линг­ви­сти­ка, фор­ми­ро­вав­ша­я­ся четы­рех­част­ной дис­ци­пли­ной, исполь­зу­ет, по сути, ука­зан­ный прак­сио­ло­ги­ей путь. В каж­дой из четы­рех частей медиа­линг­ви­сти­ки объ­ек­ти­ва­ция эффек­тив­ной рече­вой медиа­де­я­тель­но­сти полу­ча­ет свой аспект анализа.

Цель ста­тьи — пока­зать прак­сио­ло­ги­че­ское вза­и­мо­дей­ствие четы­рех частей медиа­линг­ви­сти­ки в изу­че­нии эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в медиа. С этой целью про­ана­ли­зи­ру­ем, как в каж­дой из частей медиа­линг­ви­сти­ки рас­кры­ва­ет­ся спе­ци­фи­ка выра­же­ния в медиа­ре­чи ее фун­да­мен­таль­но­го свой­ства — диалогичности.

Исто­рия вопроса

Раз­ви­тию медиа­линг­ви­сти­ки в Рос­сии как осо­бой науч­ной дис­ци­пли­ны спо­соб­ство­ва­ли как экс­тра­линг­ви­сти­че­ские, так и внут­ри­линг­ви­сти­че­ские фак­то­ры, в резуль­та­те чего медиа­линг­ви­сти­ка — направ­ле­ние, воз­ник­шее пона­ча­лу как отклик на обще­ствен­ный запрос реше­ния прак­ти­че­ских про­блем лите­ра­тур­но­го редак­ти­ро­ва­ния, — посте­пен­но пере­ста­ет быть лишь узко при­клад­ной дис­ци­пли­ной. По мере, во-пер­вых, рас­ши­ре­ния в нача­ле ХХI в. вли­я­ния медиа на язык и, во-вто­рых, акти­ви­за­ции вовле­че­ния мето­дов медиа­вед­че­ских дис­ци­плин к изу­че­нию язы­ка в медиа медиа­линг­ви­сти­ка при­об­ре­та­ет объ­яс­ни­тель­ную силу.

Из экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров раз­ви­тия дис­ци­пли­ны отме­тим, во-пер­вых, суще­ствен­ное рас­ши­ре­ние воз­мож­но­стей рече­во­го воз­дей­ствия с помо­щью медиа на мас­со­вую ауди­то­рию и потреб­ность в зна­ни­ях об их вли­я­нии на язык; во-вто­рых, необ­хо­ди­мость пре­по­да­ва­ния ком­му­ни­ка­тив­ных дис­ци­плин буду­щим спе­ци­а­ли­стам в усло­ви­ях роста обще­ствен­ных потреб­но­стей в зна­ни­ях о рече­вом воз­дей­ствии на мас­со­вую ауди­то­рию; в‑третьих, тех­но­ло­ги­че­ское раз­ви­тие новых СМК, суще­ствен­но ее пре­об­ра­зив­ших; в‑четвертых, выдви­же­ние язы­ка медиа в каче­стве маги­страль­но­го направ­ле­ния раз­ви­тия наци­о­наль­но­го языка.

Важ­ней­шие медиа­линг­ви­сти­че­ские идеи утвер­жда­лись и под воз­дей­стви­ем внут­ри­линг­ви­сти­че­ских пред­по­сы­лок, сфор­ми­ро­ван­ных логи­кой раз­ви­тия оте­че­ствен­но­го и зару­беж­но­го язы­ко­зна­ния. В первую оче­редь раз­ви­тие медиа­линг­ви­сти­ки ста­ло воз­мож­ным бла­го­да­ря рас­ши­ре­нию вли­я­ния в линг­ви­сти­ке ком­му­ни­ка­тив­но­го направ­ле­ния и утвер­жде­нию в каче­стве одной из клю­че­вых идеи о язы­ке как един­стве систе­мы и ее функ­ци­о­ни­ро­ва­ния. В оте­че­ствен­ной линг­ви­сти­ке едва ли не пер­вой из ком­му­ни­ка­тив­но ори­ен­ти­ро­ван­ных дис­ци­плин ста­ла функ­ци­о­наль­ная сти­ли­сти­ка как нау­ка о типах речи, фор­ми­ру­е­мых под вли­я­ни­ем ком­плек­са экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров в соци­аль­но зна­чи­мых сфе­рах обще­ния. Уже в нед­рах функ­ци­о­наль­ной сти­ли­сти­ки сфор­ми­ро­ва­лось и раз­ви­ва­лось поня­тие рече­вой систем­но­сти, с помо­щью кото­ро­го сна­ча­ла опи­сы­ва­лась спе­ци­фи­ка каж­до­го из мак­ро­сти­лей, но в после­ду­ю­щем в свя­зи с бур­ным ростом вни­ма­ния к язы­ку медиа ста­ло при­ме­нять­ся и при ана­ли­зе его раз­но­вид­но­стей — интен­ци­о­наль­ных, тема­ти­че­ских, жан­ро­вых, тех­но­ло­ги­че­ских. Раз­ви­тие медиа­линг­ви­сти­ки шло под зна­ком утвер­жде­ния в язы­ко­зна­нии цело­го ряда дру­гих идей: а) внед­ре­ние дея­тель­ност­но­го прин­ци­па в изу­че­ние средств выра­же­ния смыс­лов; б) выде­ле­ние тек­ста в каче­стве осо­бо­го пред­ме­та ана­ли­за; в) рас­про­стра­не­ние дис­курс­ной линг­ви­сти­ки. Нако­нец, на фор­ми­ро­ва­ние медиа­линг­ви­сти­ки ока­за­ло вли­я­ние раз­ви­тие тео­рии жур­на­ли­сти­ки, медиа­ве­де­ния, ком­му­ни­ка­ти­ви­сти­ки, рекла­мо­ве­де­ния, пиа­ро­ло­гии, в кото­рых углуб­ля­лись пред­став­ле­ния о зако­но­мер­но­стях орга­ни­за­ции обще­ствен­ных ком­му­ни­ка­тив­ных процессов.

Как пока­зал наш диа­хро­ни­че­ский ана­лиз иссле­до­ва­ний язы­ка медиа в Рос­сии, в ходе ста­нов­ле­ния медиа­линг­ви­сти­ки на пер­вый план выхо­ди­ли раз­ные аспек­ты ана­ли­за рече­вой дея­тель­но­сти: в грам­ма­ти­ке медиа­ре­чи изу­ча­лась роль отдель­ных язы­ко­вых средств в созда­нии меди­а­тек­стов; в медиа­сти­ли­сти­ке — вза­и­мо­дей­ствие язы­ко­вых средств с неязы­ко­вы­ми, созда­ю­щее рече­вую спе­ци­фи­ку каж­до­го из меди­а­тек­сто­ти­пов; в медиа­линг­во­дис­кур­со­ло­гии — рече­вые спо­со­бы орга­ни­за­ции ком­му­ни­ка­ции; в кри­ти­ке медиа­ре­чи — оцен­ка сте­пе­ни соот­вет­ствия выбран­ных рече­вых средств, дей­ствий и мето­дов дея­тель­но­сти целям ком­му­ни­ка­ции. Таким обра­зом, медиа­линг­ви­сти­ка, пер­во­на­чаль­но воз­ник­шая в ответ на обще­ствен­ный запрос — потреб­ность в зна­ни­ях о зако­но­мер­но­стях орга­ни­за­ции эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в СМИ, полу­чи­ла раз­ви­тие как нау­ка прак­сио­ло­ги­че­ская, направ­лен­ная на изу­че­ние эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в мас­сме­диа. В резуль­та­те сфор­ми­ро­ва­лась тран­с­дис­ци­пли­нар­ная и интер­дис­ци­пли­нар­ная линг­ви­сти­че­ская дис­ци­пли­на, в осно­ве кото­рой лежит инте­рес к зако­но­мер­но­стям эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в медиа, что пред­по­ла­га­ет инте­рес к ее сред­ствам, ком­му­ни­ка­тив­ным дей­стви­ям и про­це­ду­рам и оцен­ку их эффек­тив­но­сти. Этот круг инте­ре­сов медиа­линг­ви­сти­ки опре­де­лил ее струк­ту­ру как четы­рех­част­ной науч­ной дис­ци­пли­ны. Далее, рас­смат­ри­вая исполь­зо­ва­ние прак­сио­ло­ги­че­ско­го мето­да в раз­ных частях медиа­линг­ви­сти­ки, выде­лим спе­ци­фи­ку каж­дой из них.

Прак­сио­ло­ги­че­ский метод медиа­линг­ви­сти­ки и ее состав­ные части

Пер­вый век­тор медиа­линг­ви­сти­ки — грам­ма­ти­ка медиа­ре­чи, кото­рый направ­лен на позна­ние ее язы­ко­во­го строя. Для реше­ния этой зада­чи при­ме­ня­ют­ся преж­де все­го тра­ди­ци­он­ные для линг­ви­сти­ки мето­ды ана­ли­за язы­ко­вых средств. В резуль­та­те уточ­ня­ет­ся вли­я­ние ситу­а­тив­но-тех­но­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей ком­му­ни­ка­ции на исполь­зо­ва­ние лек­си­че­ских, мор­фо­ло­ги­че­ских и син­так­си­че­ских средств. Так, В. Н. Суз­даль­це­ва при ана­ли­зе струк­тур­но-семан­ти­че­ских осо­бен­но­стей упо­треб­ле­ния гене­ра­ли­зу­ю­щих выска­зы­ва­ний в мас­сме­дий­ном дис­кур­се обна­ру­жи­ва­ет, что во фра­зах, постро­ен­ных с их уча­сти­ем, отсут­ству­ет связь с кон­крет­ным рефе­рен­том и про­яв­ля­ет­ся атем­по­раль­ность. Воз­дей­ству­ю­щий потен­ци­ал таких выска­зы­ва­ний заклю­чен в том, что носи­тель язы­ка при­вык вос­при­ни­мать фра­зы, обла­да­ю­щие зна­че­ни­ем обоб­щен­но­сти (посло­ви­цы, афо­риз­мы, мак­си­мы), как язы­ко­вую обо­лоч­ку, вме­ща­ю­щую в себя уни­вер­саль­ные, при­ме­ни­мые к ряду одно­тип­ных ситу­а­ций и пото­му истин­ност­ные суж­де­ния. Это и обу­слов­ли­ва­ет фиде­и­сти­че­ское вос­при­я­тие инфор­ма­ции, зало­жен­ной в гене­ра­ли­зу­ю­щем выска­зы­ва­нии [Суз­даль­це­ва 2018: 60].

Соб­ствен­но медиа­линг­ви­сти­че­ским дол­жен, на наш взгляд, стать дру­гой под­ход: от уста­нов­ле­ния важ­ных для дан­ной сфе­ры обще­ния задач, кото­рые детер­ми­ни­ру­ют появ­ле­ние соот­вет­ству­ю­щих зада­чам смыс­лов, — к систе­мам средств, их реа­ли­зу­ю­щих. В част­но­сти, такой под­ход был реа­ли­зо­ван в иссле­до­ва­ни­ях, в кото­рых были систе­ма­ти­зи­ро­ва­ны раз­но­уров­не­вые язы­ко­вые сред­ства выра­же­ния диа­ло­гич­но­сти [Дус­ка­е­ва 1995], оце­ноч­но­сти [Пер­мя­ко­ва 1997; Марьян­чик 2013], интер­пре­та­ции, тональ­но­сти и др. [Клу­ши­на 2009]. Имен­но такой под­ход поз­во­ля­ет выявить спе­ци­фи­че­ские для дан­ной сре­ды зако­но­мер­но­сти отбо­ра и соче­та­ния язы­ко­вых средств.

В иссле­до­ва­ни­ях послед­не­го деся­ти­ле­тия при­ни­ма­ет­ся во вни­ма­ние поли­ко­до­вая при­ро­да меди­а­тек­стов, вклю­ча­ю­щих визу­аль­ные ико­ни­че­ские (в теле­ви­зи­он­ных, печат­ных СМИ), ауди­аль­ные (в теле- и радио­ре­чи) и вер­баль­ные зна­ки [Вар­чен­ко 2008; Васи­лье­ва, Дус­ка­е­ва 2016; Воро­ши­ло­ва 2013; Ели­на 2009; Попо­ва, Коле­со­ва 2015]. Объ­ект ана­ли­за на этом уровне — меди­а­тек­сты, пред­мет — осо­бен­но­сти упо­треб­ле­ния в них лек­си­че­ских, мор­фо­ло­ги­че­ских и син­так­си­че­ских средств и их вза­и­мо­дей­ствие со зна­ка­ми невер­баль­ной при­ро­ды. В резуль­та­те ана­ли­за отдель­ных язы­ко­вых и свя­зан­ных с ними неязы­ко­вых средств в меди­а­тек­сте иссле­до­ва­тель полу­ча­ет све­де­ния о поли­ко­до­вом инстру­мен­та­рии, моби­ли­за­ция кото­ро­го обес­пе­чи­ва­ет дости­же­ние рече­вых целей медиадеятеля.

Сего­дня в грам­ма­ти­ке медиа­ре­чи пока пре­об­ла­да­ет ком­по­нент­ный под­ход к ана­ли­зу язы­ко­вых средств, участ­ву­ю­щих в орга­ни­за­ции меди­а­ком­му­ни­ка­ции. Одна­ко на сле­ду­ю­щих эта­пах медиа­линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний прин­цип систем­но­сти ста­но­вит­ся важ­ней­шим: в медиа­сти­ли­сти­ке — пара­диг­ма­ти­че­ский, в медиа­линг­во­дис­кур­со­ло­гии — син­таг­ма­ти­че­ский. Медиа­сти­ли­сти­ка состав­ля­ет осо­бый век­тор иссле­до­ва­ний в медиа­линг­ви­сти­ке, кото­рый направ­лен на изу­че­ние рече­вой систем­но­сти раз­ных типов меди­а­тек­стов, нахо­дя­щих­ся в пара­диг­ма­ти­че­ских отно­ше­ни­ях. Тек­сто­во-ком­по­зи­ци­он­ная вари­а­тив­ность свя­зы­ва­ет­ся при этом с необ­хо­ди­мо­стью объ­ек­ти­ва­ции тех рече­вых форм, кото­рые скла­ды­ва­ют­ся в раз­лич­ных сфе­рах и ситу­а­ци­ях медий­но­го обще­ния. В ходе ана­ли­за пара­диг­ма­ти­че­ских отно­ше­ний меж­ду тек­ста­ми внут­ри меди­а­ком­му­ни­ка­ции выяв­ля­ют­ся типо­вые линг­ви­сти­че­ские осо­бен­но­сти жур­на­лист­ских, реклам­ных, PR, интер­нет / теле / радио / печат­ных меди­а­тек­стов, их тема­ти­че­ских и жан­ро­вых раз­но­вид­но­стей, опре­де­ля­е­мых ком­му­ни­ка­тив­но-целе­вой направ­лен­но­стью. При­чи­на вари­а­тив­но­сти меди­а­тек­стов — вари­а­тив­ность воз­дей­ствия вне­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров на смыс­ло­об­ра­зо­ва­ние в медиа.

Меди­а­тек­сты типо­ло­ги­зи­ру­ют­ся в зави­си­мо­сти от смыс­ло­во­го объ­е­ма реша­е­мых в них ком­му­ни­ка­тив­ных задач. В одних слу­ча­ях тек­сты помо­га­ют сооб­щить све­де­ния о собы­ти­ях обще­ствен­ной жиз­ни, в дру­гих — оце­нить резуль­та­ты этих собы­тий, выяс­няя их воз­дей­ствие на после­ду­ю­щий ход обще­ствен­но­го раз­ви­тия, опре­де­ляя «про­блем­ные зоны» в обще­ствен­ной жиз­ни, уста­нав­ли­вая винов­ных в них, а затем сооб­щая о пред­ло­же­ни­ях по устра­не­нию про­блем, обос­но­вы­вая эти пред­ло­же­ния, сопо­став­ляя их с дру­ги­ми. Дина­ми­ка раз­вер­ты­ва­ния смыс­лов в тек­сте рас­кры­ва­ет­ся с помо­щью поня­тий, отра­жа­ю­щих про­цес­су­аль­ность рече­вой дея­тель­но­сти: ком­по­зи­ци­он­но-семан­ти­че­ские оси, рече­вые дей­ствия, шаги и т. п. Направ­ляя вни­ма­ние на линг­ви­сти­че­скую архи­тек­ту­ру этих еди­ниц, иссле­до­ва­тель рас­смат­ри­ва­ет ее в тес­ной вза­и­мо­свя­зи с медий­ны­ми свой­ства­ми тек­стов. Так инте­ре­сы линг­ви­сти­ки и тео­рии медиа «скре­щи­ва­ют­ся». Харак­тер­ная чер­та мето­да типо­ло­ги­че­ско­го сти­ли­сти­че­ско­го ана­ли­за — с целью иден­ти­фи­ка­ции каж­до­го выде­лен­но­го типа соче­тать мето­ды раз­ных науч­ных дис­ци­плин: праг­ма­ти­ки, грам­ма­ти­ки, семан­ти­ки и т. п. Ино­гда выска­зы­ва­ет­ся мне­ние, что так науч­ная дис­ци­пли­на лиша­ет­ся мето­до­ло­ги­че­ской иден­тич­но­сти. С этим нель­зя согла­сить­ся: исполь­зо­ва­ние мето­дик чужих дис­ци­плин в ходе типо­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний — зако­но­мер­ность. Уста­нав­ли­вая спе­ци­фи­ку типо­вой фор­мы рече­вой дея­тель­но­сти в тех или иных усло­ви­ях, медиа­сти­ли­сти­ка дости­га­ет соб­ствен­ных иссле­до­ва­тель­ских целей, но не реша­ет зада­чи, сто­я­щие перед дру­ги­ми науч­ны­ми дисциплинами.

Несмот­ря на то что в прак­сио­ло­гии обыч­но инте­ре­су­ют­ся типо­вы­ми рече­вы­ми дей­стви­я­ми, медиа­сти­ли­сти­ке не чуж­до вни­ма­ние к рече­вой дея­тель­но­сти и испол­не­нию рече­вых дей­ствий отдель­ной язы­ко­вой лич­но­сти, дости­га­ю­щей в сво­ей рабо­те высо­ко­го рече­во­го мастер­ства. В чис­ле медиа­сти­ли­сти­че­ских сле­ду­ет назвать про­бле­мы идио­сти­ля (из послед­них работ см., напри­мер: [Кор­ми­ли­цы­на, Сиро­ти­ни­на 2014; Болот­нов 2015]), направ­лен­ные на уста­нов­ле­ние кри­те­ри­ев высо­кой эффек­тив­но­сти рече­во­го воз­дей­ствия. Углуб­ле­ние пред­став­ле­ний о типо­ло­гии рече­вой дея­тель­но­сти при­ве­ло к рас­ши­ре­нию функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ско­го пони­ма­ния сти­ля: в медиа­сти­ли­сти­ке оно ста­ло «инте­гра­тив­ным» (тер­мин С. Гай­ды). Поня­тие сти­ля как мане­ры речи рас­про­стра­ни­лось, во-пер­вых, и на сти­ли­сти­ку СМК в целом и на вид дея­тель­но­сти (жур­на­ли­сти­ки, рекла­мы и PR), во-вто­рых, на отдель­ное СМИ, в‑третьих, на тип изда­ния / кана­ла, в‑четвертых, на отдель­ное изда­ние / про­грам­му, в‑пятых, на отдель­ный жанр, нако­нец, на отдель­но­го авто­ра, то есть на идио­стиль, и т. д. Тем самым медиа­сти­ли­сти­ка созда­ет кар­ти­ну пара­диг­ма­ти­ки меди­а­тек­стов, типо­ло­ги­зи­ру­ю­щих­ся на раз­ных основаниях.

В цен­тре вни­ма­ния совре­мен­ных медиа­линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний —линг­во­дис­кур­со­ло­ги­че­ский под­ход к меди­а­тек­стам, фоку­си­ру­ю­щий вни­ма­ние иссле­до­ва­те­лей на син­таг­ма­ти­че­ских свя­зях меж­ду ними. При рас­смот­ре­нии пото­ка меди­а­тек­стов изу­ча­ют­ся его сег­мен­ты: гипер­ме­ди­а­текст (новост­ной поток) — общ­ность всех меди­а­тек­стов, раз­ме­щен­ных в гипер­тек­сто­вой сре­де; сово­куп­ный меди­а­текст — состав тек­стов отдель­но­го СМИ (кана­ла / газе­ты / жур­на­ла и их номе­ров); мак­ро­ме­ди­а­текст — состав тек­стов в одном номе­ре, в выпус­ке теле- или радио­про­грам­мы; сверх­ме­ди­а­текст — сово­куп­ность тек­стов раз­ных СМК и раз­ных авто­ров, объ­еди­нен­ных на осно­ве общ­но­сти темы или пред­ме­та речи, напри­мер порт­рет­ный сверх­ме­ди­а­текст, трэ­вел-меди­а­тек­сты, арт-меди­а­тек­сты. Все они явля­ют­ся фраг­мен­та­ми инфор­ма­ци­он­ных волн (тер­мин А. В. Болот­но­ва). Сего­дня медиа­линг­ви­сти­ка обра­ще­на к ана­ли­зу рече­вых осо­бен­но­стей типо­вых сег­мен­тов медиа­дис­кур­са, отсю­да вни­ма­ние к дина­ми­че­ским моде­лям ана­ли­за медиа­ре­чи: раз­ра­бот­ка таких поня­тий, кото­рые помо­га­ют выявить типо­вые про­це­ду­ры рече­вой актив­но­сти. Эти вопро­сы в цен­тре вни­ма­ния медиа­линг­во­дис­кур­со­ло­гии — еще одной состав­ной части медиалингвистики.

Нако­нец, суще­ствен­ное место в медиа­линг­ви­сти­ке зани­ма­ют иссле­до­ва­ния, направ­лен­ные на ана­лиз раз­но­го рода про­яв­ле­ний язы­ко­вых деви­а­ций и выра­бот­ку кри­те­ри­ев кри­ти­ки рече­вой дея­тель­но­сти, прак­сио­ло­ги­че­ско­го нор­ми­ро­ва­ния, на осно­ве кото­рых дают­ся оцен­ки рече­во­му пове­де­нию в мас­сме­диа. Сре­ди таких кри­те­ри­ев важ­ней­шее — это соблю­де­ние эти­че­ских и эсте­ти­че­ских пра­вил рече­во­го вза­и­мо­дей­ствия. Тому, насколь­ко точ­но соблю­да­ют­ся пра­ви­ла, дает­ся оцен­ка: орто­ло­ги­че­ская, куль­тур­но-рече­вая, соци­аль­ная, эти­че­ская, эстетическая.

В свя­зи с необ­хо­ди­мо­стью реше­ния про­бле­мы диа­гно­сти­ро­ва­ния деви­ант­ных форм рече­во­го пове­де­ния реша­ет­ся вопрос о мар­ке­рах лжи, дема­го­гии, кле­ве­ты, оскорб­ле­ния и дру­гих про­яв­ле­ний язы­ко­вой враж­ды. В цен­тре вни­ма­ния при созда­нии меди­а­тек­ста — регу­ля­тив­но-управ­ля­ю­щие прак­сио­ло­ги­че­ские нор­мы, посколь­ку пред­мет ана­ли­за — оцен­ка эффек­тив­но­сти тек­ста — соот­вет­ствие полу­чен­но­го резуль­та­та про­фес­си­о­наль­ным целям и зада­чам. Таким обра­зом, кри­ти­ка выбо­ра язы­ко­вых ресур­сов с точ­ки зре­ния их досто­инств и кри­ти­ка мето­дов, при­ме­ня­ю­щих­ся в ком­му­ни­ка­тив­ных и рече­вых дей­стви­ях, состав­ля­ет осно­ву чет­вер­то­го ана­ли­ти­че­ско­го век­то­ра медиа­линг­ви­сти­ки — кри­ти­ки медиа­ре­чи. Все вме­сте опи­сан­ные четы­ре век­то­ра медиа­линг­ви­сти­ки вос­со­зда­ют линг­ви­сти­че­скую орга­ни­за­цию меди­а­ком­му­ни­ка­ции с точ­ки зре­ния эффек­тив­но­сти про­яв­ля­ю­щей­ся в ней рече­вой активности.

Далее про­ил­лю­стри­ру­ем спе­ци­фи­ку медиа­линг­ви­сти­че­ско­го под­хо­да к ана­ли­зу свойств медиаречи.

Медиа­линг­ви­сти­че­ский ана­лиз выра­же­ния диалогичности

Объ­ект иссле­до­ва­ния — меди­а­тек­сты 2014–2018 гг., раз­ме­щен­ные в рос­сий­ских сете­вых изда­ни­ях. Под диа­ло­гич­но­стью (диа­ло­ги­че­ской модаль­но­стью) пони­ма­ет­ся свой­ство рече­вой струк­ту­ры медиа­дис­кур­са, объ­ек­ти­ви­ру­ю­щее ход выпол­не­ния субъ­ек­том «рече­вой рабо­ты», выра­жа­ю­ще­е­ся в ком­по­зи­ци­он­но-линг­ви­сти­че­ской орга­ни­за­ции медиа­ре­чи, спо­соб­ству­ю­щее пере­да­че вза­и­мо­дей­ствия смыс­ло­вых пози­ций через демон­стра­цию рече­во­го сти­му­ли­ро­ва­ния (адре­со­ван­но­сти, обра­щен­но­сти, пред­на­зна­чен­но­сти) адре­са­та и реа­ги­ро­ва­ния (ответ­но­сти) на чужое слово.

В послед­ние годы об уси­ле­нии диа­ло­ги­че­ско­го моду­са в медиа­ре­чи иссле­до­ва­те­ли пишут часто. Одна­ко при этом игно­ри­ру­ет­ся то, что мы отме­ча­ли в сво­их рабо­тах, посвя­щен­ных выра­же­нию диа­ло­гич­но­сти газет­ных тек­стов, еще в 1987–1993 гг.: диа­ло­гич­ность — это онто­ло­ги­че­ски при­су­щее медиа­ре­чи каче­ство. Если науч­ный текст рож­да­ет­ся из необ­хо­ди­мо­сти пере­дать новые резуль­та­ты про­ве­ден­но­го науч­но­го поис­ка, дело­вой текст — из необ­хо­ди­мо­сти транс­ли­ро­вать зако­но­да­тель­ную нор­му, зафик­си­ро­вать те или иные пра­во­вые дей­ствия, а худо­же­ствен­ный — из стрем­ле­ния вопло­тить худо­же­ствен­ную идею, то пово­дом для созда­ния новых меди­а­тек­стов ста­но­вят­ся чьи-то сооб­ще­ния о собы­ти­ях, кото­рые пере­да­ют­ся агент­ства­ми. В после­ду­ю­щих текстах на сооб­ще­ния тем или иным обра­зом отве­ча­ют в соот­вет­ствии со сто­я­щей перед авто­ром про­фес­си­о­наль­но-ком­му­ни­ка­тив­ной зада­чей, с тех­но­ло­ги­че­ски­ми воз­мож­но­стя­ми того кана­ла, где тек­сты транс­ли­ру­ют­ся, и с уче­том пред­вос­хи­ща­е­мой реак­ции ауди­то­рии на текст.

Медиа­дис­курс отра­жа­ет мир мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции, где обме­ни­ва­ют­ся сооб­ще­ни­я­ми, мне­ни­я­ми, пред­ло­же­ни­я­ми, на них реа­ги­ру­ют, их оспа­ри­ва­ют, опро­вер­га­ют, с ними согла­ша­ют­ся или не согла­ша­ют­ся. Бла­го­да­ря диа­ло­гич­но­сти даже моно­ло­ги­че­ская медиа­речь пред­ста­ет через после­до­ва­тель­ность диа­ло­ги­че­ских единств — дву­член­ных (с обе­и­ми репли­ка­ми) и одно­член­ных (с одной экс­пли­цит­но выра­жен­ной репли­кой, дру­гой под­ра­зу­ме­ва­е­мой). Вот поче­му диа­ло­гич­ность может иссле­до­вать­ся на раз­ных уров­нях медиа­линг­ви­сти­че­ско­го ана­ли­за. На пер­вом уровне пред­ме­том ана­ли­за иссле­ду­ют­ся сред­ства выра­же­ния диа­ло­гич­но­сти. На вто­ром уровне — диа­ло­ги­че­ские цик­лы, помо­га­ю­щие постро­ить ком­му­ни­ка­тив­ное дей­ствие. На тре­тьем уровне — диа­ло­ги­че­ская вза­и­мо­связь дей­ствий. На чет­вер­том — ана­ли­ти­че­ская оцен­ка форм диа­ло­ги­че­ско­го поведения.

Мир мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции пред­став­ля­ет собой про­стран­ство широ­ко­го соци­аль­но­го диа­ло­га меж­ду автор­ским «Я», адре­са­том «Вы», тре­тьим лицом «Он», кото­рые ста­но­вят­ся тре­мя изме­ре­ни­я­ми про­стран­ства. Отно­ше­ния участ­ни­ков мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции — «Я», «Вы», «Он» — выра­жа­ют­ся не толь­ко тре­мя грам­ма­ти­че­ски­ми лица­ми, но и целым набо­ром язы­ко­вых инстру­мен­тов, кото­рый рас­кры­ва­ет­ся в грам­ма­ти­ке медиа­ре­чи. Этот набор содер­жит три груп­пы средств: 1) выде­ле­ния чужой речи внут­ри автор­ской — кон­струк­ции пере­да­чи чужой речи (пря­мая, кос­вен­ная, несоб­ствен­но-пря­мая речь, цита­ция); 2) ука­за­ния на соот­не­сен­ность смыс­ло­вых пози­ций — логи­ко-раци­о­наль­ные и субъ­ек­тив­но-модаль­ные; 3) номи­на­ции участ­ни­ков ком­му­ни­ка­ции — «авто­ров» рече­вых дей­ствий; 4) опи­са­ния рече­вой актив­но­сти участ­ни­ков и др. В медиа­ре­чи при­сут­ству­ет преж­де все­го «Я» — субъ­ект речи, высту­па­ю­щий ини­ци­а­то­ром ком­му­ни­ка­ции, напри­мер: Как член жюри семи­на­ра моло­дых авто­ров, могу под­твер­дить, что в ходе обсуж­де­ний было откры­то и отме­че­но нема­ло юных талан­тов… (Литер. газе­та. 14.11.18). Может пред­стать и в фор­ме «мы», име­ю­щей зна­че­ние «я, выра­жа­ю­щий нашу сов­мест­ную волю, общие с вами инте­ре­сы», напри­мер: Мы ведь кого защи­ща­ем? Опо­зо­рен­ных и «обу­тых». Кому помо­га­ем? Оплё­ван­ным и пору­ган­ным. Зна­чит, мно­гим и мно­гим помо­га­ем! (Литер. газе­та. 24.10.18). «Вы» — адре­сат речи, буду­щий ее интер­пре­та­тор: Фото- и видео­фик­са­ция про­ис­хо­дят в авто­ма­ти­че­ском режи­ме… Она устро­е­на таким обра­зом, что у вас нет абсо­лют­но ника­ких тео­ре­ти­че­ских воз­мож­но­стей для оспа­ри­ва­ния это­го штра­фа. То есть вы про­сы­па­е­тесь, а вам гово­рят: «Вы выиг­ра­ли счаст­ли­вый билет: с сего­дняш­не­го дня вы нам долж­ны, день­ги уже взыс­ка­ны, иди­те нафиг. Обжа­ло­вать у вас ниче­го не полу­чит­ся» (Новая газ. 17.11.18). «Он» — тот, кто при­вле­ка­ет­ся к ком­му­ни­ка­ции в каче­стве экс­пер­та, оппо­нен­та, авто­ри­тет­но­го лица и т. п., «тре­тье» лицо, напри­мер: …Канц­лер Гер­ма­нии Анге­ла Мер­кель… неод­но­крат­но отме­ча­ла, что Бер­лин рас­смат­ри­ва­ет «Север­ный поток — 2» как ком­мер­че­ский, при этом она увя­зы­ва­ет стро­и­тель­ство газо­про­во­да с сохра­не­ни­ем тран­зи­та рос­сий­ско­го «голу­бо­го топ­ли­ва» через Укра­и­ну. Москва так­же заяв­ля­ла, что про­ект — абсо­лют­но ком­мер­че­ский и кон­ку­рент­ный. <…> Кро­ме США, опа­се­ния из-за стро­и­тель­ства газо­про­во­да выра­жа­ли Поль­ша, Укра­и­на и Лит­ва. <…> По заяв­ле­ни­ям рос­сий­ских вла­стей и пред­ста­ви­те­лей Гер­ма­нии, про­ект направ­лен на укреп­ле­ние энер­ге­ти­че­ской без­опас­но­сти Евро­пы на фоне рас­ту­ще­го потреб­ле­ния «голу­бо­го топ­ли­ва» (РИА Ново­сти. 18.11.18). В этом фраг­мен­те при­сут­ству­ют рече­вые пар­тии, «испол­ни­те­ли» кото­рых «она», «он», «они» — согла­су­ю­щи­е­ся (под­черк­ну­то с помо­щью неод­но­крат­но, при этом, так­же) и про­ти­во­бор­ству­ю­щие (акцен­ти­ро­ва­но с помо­щью спе­ци­аль­ной лек­си­ки: опа­се­ния… выра­жа­ли). Сред­ства­ми пере­да­чи чужой речи смыс­ло­вую пози­цию каж­до­го ком­му­ни­кан­та пере­да­ют, его назы­ва­ют, о его рече­вой пар­тии гово­рят, выра­жая к ней оце­ноч­ное отно­ше­ние. Так «закры­ва­ет­ся» отве­том диа­ло­ги­че­ский цикл.

Медиа­сти­ли­сти­ка изу­ча­ет важ­ную часть рече­во­го воз­дей­ствия в медиа — спо­со­бы мани­фе­ста­ции смыс­ло­вой пози­ции отдель­но­го субъ­ек­та речи — созда­те­ля тек­ста. Автор пред­став­лен раз­но­пла­но­во: им может быть отдель­ное лицо, а может быть кол­лек­тив — редак­ция, канал, твор­че­ская груп­па. Откры­тая рече­вая само­ма­ни­фе­ста­ция осу­ществ­ля­ет­ся субъ­ек­том речи преж­де все­го во внут­рен­ней струк­ту­ре тек­ста, где автор­ская рече­вая пар­тия встра­и­ва­ет­ся в тек­сто­вую ткань как сти­му­ли­ру­ю­щая или реа­ги­ру­ю­щая репли­ка. Рече­вая пар­тия субъ­ек­та орга­ни­зу­ет­ся вари­а­тив­но — в раз­ных клас­сах рече­вых жан­ров с раз­лич­ной ком­по­зи­ци­он­ной орга­ни­за­ци­ей вер­баль­ных и невер­баль­ных средств по трем семан­ти­че­ским осям: 1) рефе­рент­ность собы­тий, ситу­а­ций, пер­сон и объ­ек­тов в окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти (пере­да­ча «кар­тин­ки» об этих объ­ек­тах), прав­да, с раз­ной сте­пе­нью объ­ек­тив­но­сти, досто­вер­но­сти и пол­но­ты; 2) идео­ло­ги­че­ски и про­фес­си­о­наль­но моти­ви­ро­ван­ное диа­гно­сти­ро­ва­ние (уста­нов­ле­ние цен­но­сти и при­сво­е­ние оце­нок) того фраг­мен­та дей­стви­тель­но­сти, на кото­ром сфо­ку­си­ро­ва­но вни­ма­ние отпра­ви­те­ля сооб­ще­ний, и воле­изъ­яв­ле­ние; 3) диа­ло­гич­ность как отра­же­ние рече­во­го пове­де­ния ком­му­ни­кан­тов в медиа (репре­зен­та­ция рече­вой дея­тель­но­сти по этим трем осям в жур­на­лист­ской речи пред­став­ле­на в рабо­те: [Дус­ка­е­ва 1995]).

В ходе медиа­сти­ли­сти­че­ско­го ана­ли­за выяс­ня­ет­ся, что пер­вая «семан­ти­че­ская ось» — рефе­рент­ная — раз­во­ра­чи­ва­ет­ся в повест­во­ва­нии или опи­са­нии, когда дает­ся ответ на вопрос, каков в дан­ный момент окру­жа­ю­щий мир, вто­рая — через модус­ные мар­ке­ры, созда­ю­щие модаль­ную рам­ку тек­ста, с помо­щью кото­рой акцен­ти­ру­ют­ся про­блем­ные зоны в окру­жа­ю­щем мире, ста­вят­ся вопро­сы, кто вино­ват и что делать, и дают­ся отве­ты на эти вопро­сы, тре­тья «семан­ти­че­ская ось» с помо­щью мар­ке­ров мета­тек­ста демон­стри­ру­ет рече­вое сти­му­ли­ро­ва­ние или реагирование.

Медиа­сти­ли­сти­че­ское иссле­до­ва­ние пока­зы­ва­ет, что вари­а­тив­ность отно­ше­ний меж­ду рече­вым сти­му­ли­ро­ва­ни­ем «тре­тьих» лиц, авто­ра и адре­са­та опре­де­ля­ет рече­вой облик тек­стов мас­сме­диа любо­го типа — дело­вых, обще­ствен­но-оли­ти­че­ских, куль­тур­но-про­све­ти­тель­ских, раз­вле­ка­тель­ных. Напри­мер, в дело­вых СМИ инфор­ма­ци­он­ным пово­дом всех сооб­ще­ний высту­па­ет ранее выска­зан­ная чужая речь: она предъ­яв­ля­ет­ся для озна­ком­ле­ния в текстах, где раз­ные пози­ции соот­но­сят­ся, но автор­ское отно­ше­ние к ним откры­то не выра­жа­ет­ся. Так вос­про­из­во­дит­ся атмо­сфе­ра инфор­ма­тив­но­го диа­ло­га. В спор­тив­ных, обще­ствен­но-поли­ти­че­ских, осо­бен­но оппо­зи­ци­он­ных, изда­ни­ях явно выра­жа­ет­ся модаль­ность одоб­ре­ния пози­ций «сво­их» «тре­тьих» лиц и рез­ко отри­ца­тель­но-оце­ноч­ная модаль­ность пози­ций «чужих», что харак­тер­но для поле­ми­че­ско­го диа­ло­га. В совре­мен­ной меж­ду­на­род­ной жур­на­ли­сти­ке для выра­же­ния отно­ше­ния к чужим пози­ци­ям «тре­тьих лиц» акти­ви­зи­ро­ва­лась коми­че­ская модаль­ность, часто при­ни­ма­ю­щая фор­му трол­лин­га. В куль­тур­но-про­све­ти­тель­ских изда­ни­ях «тре­тьим» участ­ни­ком ком­му­ни­ка­ции высту­па­ет автор оце­ни­ва­е­мо­го про­из­ве­де­ния, отно­ше­ние к его пози­ции выра­же­но эсте­ти­че­ски­ми оцен­ка­ми, нали­цо диа­лог оце­нок. В трэ­вел-жур­на­ли­сти­ке выра­жа­ет­ся пря­мо или кос­вен­но диа­лог-при­гла­ше­ние к путе­ше­ствию, в науч­но-попу­ляр­ной — к сомыш­ле­нию, сов­мест­но­му поис­ку отве­тов, реше­ний и т. п. Каж­дый из вари­ан­тов диа­ло­гич­но­сти отра­жа­ет­ся в сво­ем линг­во­сти­ли­сти­че­ском рисун­ке тек­сто­вой ткани.

Линг­во­дис­кур­со­ло­ги­че­ский ана­лиз диа­ло­гич­но­сти выяв­ля­ет тем­по­раль­ное устрой­ство дис­кур­са, где вре­мя рече­вой актив­но­сти делит­ся на три пери­о­да: 1) ранее ска­зан­ное «тре­тьим» лицом (инфор­ма­ци­он­ный повод); 2) гово­ри­мое и транс­ли­ру­е­мое в дан­ный момент автор­ское «Я», обра­щен­ное к буду­ще­му вос­при­я­тию; 3) то, что может быть ска­за­но гипо­те­ти­че­ским адре­са­том («Вы») о пред­ме­те речи. Каж­до­му вре­мен­но­му пери­о­ду соот­вет­ству­ет своя рече­вая пар­тия, несу­щая память о ранее ска­зан­ном и пред­ви­де­ние буду­щей реак­ции. В одних заго­лов­ках сете­вых СМИ: Экс­перт про­ком­мен­ти­ро­вал сло­ва экс-гла­вы шта­ба РВСН о «Пери­мет­ре» (Яндекс. 9.11.2018); «Ъ»: в Рос­сии пред­ло­жи­ли создать инди­ви­ду­аль­ную про­грам­му тех­осмот­ров (Яндекс. 9.11.2018); Тре­нер Тук­та­мы­ше­вой оце­нил выступ­ле­ние фигу­рист­ки в корот­кой про­грам­ме (Яндекс. 9.11.2018) — пре­ди­ка­ты (про­ком­мен­ти­ро­вал, пред­ло­жи­ли, оце­нил) пока­зы­ва­ют, что оза­глав­лен­ные ими тек­сты — сооб­ще­ния о преж­де ска­зан­ном. В дру­гих заго­лов­ках выра­жа­ет­ся пред­ви­де­ние буду­щей дея­тель­но­сти: Посла Австрии вызо­вут в МИД из-за шпи­он­ско­го скан­да­ла (Яндекс. 9.11.2018); Вла­ди­мир Путин рас­счи­ты­ва­ет встре­тить­ся с Дональ­дом Трам­пом на полях G20 (Ком­мер­сант. 11.11.2018). В тре­тьих заго­лов­ках отра­жа­ет­ся оцен­ка ранее сооб­щен­но­го: Путин во вре­мя сов­мест­ной пресс-кон­фе­рен­ции с аме­ри­кан­ским пре­зи­ден­том Дональ­дом Трам­пом заявил, что Рос­сия гото­ва сохра­нить тран­зит сво­е­го газа через Укра­и­ну после 2019 года, если будет уре­гу­ли­ро­ван спор в сток­гольм­ском суде по выпла­те «Газ­про­мом» ком­пен­са­ции «Наф­то­га­зу» (РБК. 17.07.2018) — «Наф­то­газ» отве­тил на сло­ва Пути­на о готов­но­сти сохра­нить тран­зит газа (Коммерсант.ru. 17.07.2018) — Поли­то­лог: «Наф­то­газ» в газо­вом вопро­се, как все­гда, поспе­шил (РИА ново­сти. 17.07.2018). Пер­вый заго­ло­вок пере­да­ет рече­вое сти­му­ли­ро­ва­ние. Вто­рой и тре­тий — выра­жа­ют рече­вое реа­ги­ро­ва­ние: во вто­ром — гла­го­лом речи (отве­тил), а в тре­тьем мето­ни­ми­че­ски — гла­го­лом поспе­шил. Все заго­лов­ки отра­жа­ют диа­ло­ги­че­скую архи­тек­ту­ру медиакоммуникации.

В Сети суще­ству­ет целый ряд изда­ний, пред­став­ля­ю­щих свою дея­тель­ность как раз­об­ла­че­ние про­па­ган­ды, фей­ков и т. п. «Отве­чая» на преды­ду­щее сооб­ще­ние, субъ­ект речи таких изда­ний раз­об­ла­ча­ет ложь, оце­ни­вая содер­жа­ние и фор­му ранее ска­зан­но­го, напри­мер: РИА «Ново­сти» опуб­ли­ко­ва­ло раз­вер­ну­тый мате­ри­ал под изде­ва­тель­ским заго­лов­ком «Ще не вмерз­ла? Укра­ин­ские горо­да замер­за­ют с ледя­ны­ми бата­ре­я­ми»… Любо­пыт­но, насколь­ко все­рьез рос­сий­ское инфор­ма­ци­он­ное агент­ство отнес­лось к заяв­ле­ни­ям оди­оз­но­го наци­о­на­ли­ста. Про­бле­мы с отоп­ле­ни­ем в этих горо­дах дей­стви­тель­но есть… Но про­бле­мы эти сугу­бо мест­ные. <…> Через несколь­ко часов после выхо­да мате­ри­а­ла РИА «Ново­сти» про­бле­ма была уре­гу­ли­ро­ва­на. Рос­сий­ское агент­ство об этом сооб­щи­ло, но допол­не­ний в свою преж­нюю пуб­ли­ка­цию не внес­ло. На осно­ве этих слу­ча­ев РИА рису­ет апо­ка­лип­ти­че­скую кар­ти­ну замер­за­ю­щей Укра­и­ны… (The incider. 13.11.18). Раз­об­ла­чи­тель­ная модаль­ность выра­же­на отри­ца­тель­ной оцен­кой чужо­го сло­ва (изде­ва­тель­ский заго­ло­вок, рису­ет апо­ка­лип­ти­че­скую кар­ти­ну), рез­ким про­ти­во­по­став­ле­ни­ем сво­ей пози­ции чужой (любо­пыт­но, насколь­ко все­рьез, про­бле­мы… дей­стви­тель­но есть… но… сугу­бо…). Раз­об­ла­чи­тель­ную фор­му могут иметь не толь­ко изда­ния, но и отдель­ные пуб­ли­ка­ции в соци­аль­ных сетях, напри­мер в Twitter.

Ана­лиз выра­же­ния диа­ло­гич­но­сти с точ­ки зре­ния кри­ти­ки медиа­ре­чи рас­кры­ва­ет две про­ти­во­по­лож­ные тен­ден­ции в исполь­зо­ва­нии язы­ка в СМИ. С одной сто­ро­ны, он выяв­ля­ет «зло­упо­треб­ле­ния дис­кур­сом»: рече­вую агрес­сию, исполь­зо­ва­ние рече­вых стра­те­гий и так­тик соци­аль­но­го доми­ни­ро­ва­ния: «Кри­ти­че­ский ана­лиз дис­кур­са наце­лен на кри­ти­че­ское изу­че­ние соци­аль­но­го нера­вен­ства, выра­жен­но­го (сиг­на­ли­зи­ру­е­мо­го, кон­сти­ту­и­ру­е­мо­го, зако­но­да­тель­но закреп­лен­но­го и т. д.) в язы­ке или дис­кур­се» [Водак 2011: 286]. Рече­вая агрес­сия про­яв­ля­ет­ся в кар­тине мира, созда­ва­е­мой медиа (см. об этом: [Аннен­ко­ва 2011]). С дру­гой сто­ро­ны, кри­ти­ка медиа­ре­чи уста­нав­ли­ва­ет линг­ви­сти­че­ские при­зна­ки веж­ли­во­го рече­во­го пове­де­ния, его кри­те­рии и мар­ке­ры. Наши ранее про­ве­ден­ные иссле­до­ва­ния пока­зы­ва­ют: в медиа про­яв­ля­ет­ся и ком­му­ни­ка­тив­ная веж­ли­вость, преж­де все­го в такой диа­ло­ги­че­ской модаль­но­сти, экс­тра­линг­ви­сти­че­ской осно­вой кото­рой явля­ет­ся ком­му­ни­ка­тив­ная ори­ен­та­ция на гипо­те­зу адре­са­та и стрем­ле­ние к гар­мо­ни­за­ции вза­и­мо­дей­ствия с ней. Важ­ней­шие так­ти­ки фор­ми­ро­ва­ния диа­ло­ги­че­ской модаль­но­сти в медиа­ре­чи: 1) повы­ше­ние ком­му­ни­ка­тив­но­го ста­ту­са адре­са­та в обще­нии; 2) уста­нов­ле­ние, под­дер­жа­ние и завер­ше­ние кон­так­та с адре­са­том; 3) отбор средств в соот­вет­ствии со сте­пе­нью под­го­тов­лен­но­сти ауди­то­рии для вос­при­я­тия тек­ста; 4) ком­му­ни­ка­тив­ное сопро­вож­де­ние адре­са­та в ходе все­го рас­суж­де­ния; 5) моби­ли­за­ция вооб­ра­же­ния при опи­са­нии объ­ек­тов; 6) выбор адек­ват­ной эмо­ци­о­наль­ной тональ­но­сти тек­ста, отра­жа­ю­щей не толь­ко отно­ше­ние к объ­ек­ту речи, но и отно­ше­ния с адре­са­том. Для реа­ли­за­ции ука­зан­ных так­тик исполь­зу­ют­ся в соот­вет­ствии с рече­вой кон­цеп­ци­ей изда­ния мета­тек­сто­вые при­е­мы, спо­со­бы кон­так­то­уста­нов­ле­ния, рефлек­си­вы и т. п.

Таким обра­зом, на при­ме­ре ана­ли­за выра­же­ния диа­ло­гич­но­сти медиа­ре­чи мы пока­за­ли, что каж­дый рече­вой фено­мен в ней может ана­ли­зи­ро­вать­ся в раз­ных век­то­рах — грам­ма­ти­ки медиа­ре­чи, медиа­сти­ли­сти­ки, линг­во­дис­кур­со­ло­гии и кри­ти­ки. В каж­дом из них рас­кры­ва­ют­ся новые гра­ни иссле­ду­е­мо­го объ­ек­та. Иссле­до­ва­ния грам­ма­ти­ки медиа­ре­чи рас­кры­ва­ют сред­ства пре­зен­та­ции диа­ло­ги­че­ской модаль­но­сти. В медиа­сти­ли­сти­ке изу­ча­ет­ся вари­а­тив­ность выра­же­ния диа­ло­гич­но­сти в ком­по­зи­ци­он­но-рече­вых моде­лях раз­ных типов. В медиа­линг­во­дис­кур­со­ло­гии диа­ло­гич­ность иссле­ду­ет­ся в каче­стве язы­ко­вых кор­ре­ля­тов внут­рен­них и внеш­них диа­ло­ги­че­ских свя­зей меж­ду меди­а­тек­ста­ми. Ана­ли­ти­че­ская оцен­ка упо­треб­ля­е­мых в медиа­ре­чи мар­ке­ров харак­те­ра рече­во­го вза­и­мо­дей­ствия смыс­ло­вых пози­ций «Я», «Вы» и «Он» — зада­ча кри­ти­ки медиа­ре­чи. Тес­ная спа­ян­ность четы­рех частей медиа­линг­ви­сти­ки обес­пе­чи­ва­ет­ся дву­мя обсто­я­тель­ства­ми: а) сфо­ку­си­ро­ван­но­стью вни­ма­ния на эффек­тив­ной рече­вой дея­тель­но­сти в медиа и б) инте­гра­ци­ей исполь­зу­е­мых в медиа­линг­ви­сти­ке мето­дов в их опо­ре на прак­сио­ло­ги­че­ские ориентиры.

Выво­ды

Под­во­дя ито­ги, отме­тим: сего­дня в пол­ной мере мож­но гово­рить об оформ­ле­нии медиа­линг­ви­сти­ки в каче­стве само­сто­я­тель­ной науч­ной дис­ци­пли­ны, наце­лен­ной на реше­ние вполне опре­де­лен­но­го кру­га про­блем. Гос­под­ству­ю­щим в медиа­линг­ви­сти­че­ских рабо­тах стал прак­сио­ло­ги­че­ский метод, состо­я­щий в тран­с­ди­сип­ли­нар­ной и интер­дис­ци­пли­нар­ной инте­гра­ции мето­дик, про­це­дур и при­е­мов иссле­до­ва­ния, ори­ен­ти­ро­ван­ных на изу­че­ние рече­вой дея­тель­но­сти в аспек­те эффек­тив­но­сти. В соот­вет­ствии с этим мето­дом сфор­ми­ро­ва­лась четы­рех­част­ная струк­ту­ра с общим пред­ме­том ана­ли­за во всех век­то­рах — меди­а­текст как про­цесс и резуль­тат эффек­тив­ной рече­вой деятельности.

Сре­ди важ­ней­ших мето­до­ло­ги­че­ских прин­ци­пов в медиа­линг­ви­сти­ке утвер­ди­лись сле­ду­ю­щие: 1) дея­тель­ност­ный, пред­став­ля­ю­щий медиа­речь объ­ек­ти­ва­ци­ей соци­аль­ной и про­фес­си­о­наль­ной актив­но­сти, а меди­а­текст — ком­му­ни­ка­тив­но-соци­аль­ным дей­стви­ем; 2) интер­дис­ци­пли­нар­ной инте­гра­тив­но­сти, пред­по­ла­га­ю­щий для дости­же­ния целей медиа­линг­ви­сти­ки исполь­зо­ва­ние раз­ных иссле­до­ва­тель­ских мето­дов; 3) дина­ми­че­ской пер­спек­ти­вы, тре­бу­ю­щий во всех выде­лен­ных рече­вых фор­мах видеть ход, этап рече­вой дея­тель­но­сти по их созда­нию; 4) систем­ный, поз­во­ля­ю­щий обна­ру­жи­вать в рече­вых фор­мах резуль­тат систем­но­го отбо­ра и соче­та­ния поли­ко­до­вых средств.

В каж­дой части медиа­линг­ви­сти­ки свой угол зре­ния на меди­а­текст, свой аспект ана­ли­за рече­вой дея­тель­но­сти. В грам­ма­ти­ке медиа­ре­чи — ее поли­ко­до­вая струк­ту­ра, где вер­баль­ный ком­по­нент доми­ни­ру­ет, в медиа­сти­ли­сти­ке — типы тек­стов, функ­ци­о­ни­ру­ю­щих в медиа­сре­де, в медиа­линг­во­дис­кур­со­ло­гии — син­таг­мы тек­стов в их пото­ке, в кри­ти­ке медиа­ре­чи — кри­те­рии ее оцен­ки. В каж­дой из частей медиа­линг­ви­сти­ки исполь­зу­ют­ся спе­ци­фи­че­ские линг­ви­сти­че­ские мето­ды, утвер­жда­ет­ся свой круг спе­ци­фи­че­ских поня­тий и кате­го­рий, с помо­щью кото­рых опи­сы­ва­ет­ся эффек­тив­ная рече­вая дея­тель­ность в медиасреде.

Ста­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 нояб­ря 2018 г.;
реко­мен­до­ва­на в печать 13 декаб­ря 2018 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2019

Received: November 15, 2018
Accepted: December 13, 2018