Понедельник, Май 21Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

МЕДИАЛИНГВИСТИКА НА УКРАИНЕ: ПЕРСПЕКТИВА ИССЛЕДОВАНИЯ ДИСКУРСА

В статье рассматривается реальная ситуация становления медиалингвистики на современной Украине. В категориях и понятиях медиалингвистики анализируются основные проблемы, аспекты и перспективы исследования языка украинских средств массовой информации.

MEDIA LINGUISTICS IN UKRAINE: PERSPECTIVE OF THE DISCOURSE’S INVESTIGATION 

The author touches upon the problem of the actual situation of media linguistics’ becoming in modern Ukraine. The main problems and prospects of the research aspects of the Ukrainian media language are analyzed through the media linguistic categories and concepts.

Лариса Ивановна Шевченко, доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой истории и стилистики украинского языка Института филологии Киевского национального университета им. Тараса Шевченко

E-mail: ist_ukr_m@ukr.net

Larisa Ivanovna Shevchenko, PhD, Professor, Head of the Department of History and Stylistics of the Ukrainian Language, Institute of Philology, Taras Shevchenko Kyiv National University

E-mail: ist_ukr_m@ukr.net

УДК 81.161.2 
ГРНТИ 16.31.51 
ББК 81.1 
КОД ВАК 10.02.02

Анализируя состояние медиалингвистики на современной Украине, исследователь а priori встречается с необходимостью обоснования собственной позиции по многим сопутствующим сформулированной теме вопросам. К ним относятся, прежде всего, хронологические истоки (начала) формирования научного направления на Украине, критерии периодизации, аргументация в определении места медиалингвистики в структуре научного знания. 

Заметим, что понятие «медиалингвистика» как номинация научного направления активно функционирует в украинской гуманитаристике только в последние десятилетия, являясь почти транскрибированной версией англоязычного Media Language [Britannica Online 1999; Manovich 2000; Sterling 2000]. Речь идет, в сущности, о терминологическом аналоге широко используемой номинации «лингвистика языка массовой информации».

Впрочем, доминантное функционирование и смысловая корреляция названых понятий относятся к сегодняшнему состоянию научной мысли. Анализ ретроспективы и перспективы актуальной проблематики функционирующего в сфере массовой коммуникации языка определяет ряд дискуссионных вопросов. Одним из ключевых является вопрос об истоках и хронологии функциональной специализации литературного языка в сфере общественной коммуникации: исследователи староукраинского периода истории литературного языка чаще всего относят различные по функционально-структурным параметрам и коммуникативной специализации жанры и тексты, эволюционно коррелирующие с медиа, к общему определению «середнього» стиля — в парадигме принятой для средневековой культуры диспозиции трех стилей. Изучая украинский литературный язык нового периода его развития (на живой народной основе, после, прежде всего, И. Котляревского, а также «Руськой трійці» — М. Шашкевича, Я. Головацкого и И. Вагилевича), лингвисты оперируют иными понятием «публицистический стиль», мотивирующей основой которого является профессиональная деятельность публициста. Конечно же, во множественности профессий современных медийных деятелей номинация «публицист» не предполагает конкретики профессиональной специализации. 

Еще более проблемным является лингвистическое обоснование категории «публицистический стиль», когда речь идет о новой коммуникативной реальности, в которой существует современный язык и которую формируют электронные распространители информации, а именно радио, телевидение, реклама и, прежде всего, интернет. Однако термин «публицистический стиль» и его соответствующее изучение актуальны для украинского языковедения не только XIX и XX вв., но употребляемы и сегодня, являясь во многих научных текстах синонимичными понятиям «медиа» и «медиалингвистика». Впрочем, такая дублетность терминов, на наш взгляд, не вполне отражает реалии сложной многоуровневой ситуации в сфере массовой коммуникации — различные носители вербальной информации, открытая для вариабельности специфическая система жанров: от новых, рожденных в массовой коммуникации (таких как многочисленные модификации ток-шоу, всевозможные диалогичные модели общения в чатах, специфические пресс-релизы, новостные информационные бегущие строки и др.), до трансформированных медийной спецификой «высоких» жанров, предполагающих клонирование индивидуальности, авторского смысла, идеи, чувства (например, медийные эссе). 

Не вполне соотносимо с традиционным пониманием публицистичности аксиологическое содержание информации в современных медиа: авторская оценка присутствует лишь в небольшом сегменте информационного пространства, доминируют же оценки и модели рефлексии на мир партий, социальных групп, редколлегий или же собственников изданий, в лучшем случае перед нами плюрализм мнений. 

Выходит за пределы анализируемых в традиционной публицистике изобразительных языковых средств и спектр способов воздействия на современного человека: в современных медиа задействован не только язык (с актуализацией приемов и способов нейролингвистического программирования), активно используются и невербальные средства. Языковое сообщение соотносимо / дублировано / сопровождаемо / коррелируемо с соответствующим изобразительным, звуковым рядом, а в рекламе зачастую и с ощущениями тактильности и восприятием запаха.

Таким образом, широко употребляемое украинскими филологами понятие «публицистический стиль» позволяет говорить скорее о традиции становления медиа и, соответственно, медиалингвистики, соотнося эти понятия с различными периодами развития литературного языка.

С другой стороны, недостаточность понятийного обобщения в категории «публицистический стиль» относительно современного состояния медиа во многих случаях способствует дискуссионности предлагаемых для обсуждения проблем. 

Реалии современной украинской медиалингвистики соотносимы с функциями важнейшей коммуникативной сферы общества и необходимостью научного исследования медиа. Заметим, в современной филологической науке практически невозможно встретить работу, рассматривающую проблемы медиа, где не постулировались бы важность и актуальность этой проблематики как для собственно научного постижения функциональных возможностей языка, так и для общества, межличностной коммуникации в современном мире. Нельзя не согласиться с мнением Г. Я. Солганика: «Язык средств массовой информации (СМИ) — одна из наиболее влиятельных сфер языка. С течением времени влияние этого языка не уменьшается, а, наоборот, увеличивается. Художественная, научная, официальная речь по степени влияния на литературный язык несравнимы с массовой коммуникацией. Имея огромную аудиторию, различные средства информирования и влияния, язык СМИ становится центром национального языка» [Язык СМИ и политика 2012: 8].

Ведущие украинские языковеды, изучающие медиа (в частности, Ф. С. Бацевич [Бацевич 2007], Д. В. Дергач [Дергач 2009; Дергач 2010; Дергач 2013], А. О. Капелюшный [Капелюшний 2000; Капелюшний 2009], Т. Ю. Ковалевская [Ковалевська 2005; Ковалевська 2009], Л. А. Кудрявцева [Кудрявцева 1998; Кудрявцева 2004], Д. Ю. Сизонов [Сизонов 2012; Сизонов 2013; Сизонов 2014], А. А. Стишов [Стишов 2005], С. Г. Чемеркин [Чемеркін 2009], Н. П. Шумарова [Шумарова 2007; Шумарова 2010] и др.), в близкой, иногда тождественной аргументации постулируют аналогичные утверждению известного российского лингвиста мнения. 

Однако еще в 1970–1980‑х гг. на Украине наблюдалось довольно сдержанное отношение к перспективе медиалингвистических исследований. Такая ситуация вполне объяснима прежде всего с позиций внелингвистических — социальных, политических, а также особенностей культурно-исторического развития. Речь идет о комплексе объективных причин, среди которых — особенности сложной истории становления украинского литературного языка со статусными ограничениями в сферах общественной и деловой коммуникации при отсутствии государственности либо при частично представленной функции медийной коммуникации в советский период. 

Вследствие этого многие украинские лингвисты мировоззренчески, психологически и профессионально были прежде всего сосредоточены на изучении системных и структурных особенностей украинского языка, его истории, диалектного членения, лексикографического и грамматического представления языковой системы, детального описания языковых уровней, анализа функций литературного языка (в частности, в категориях нормы, узуса, вариативных возможностей нормы в соотношении диалектов и литературного языка). Наибольшее внимание при этом уделялось исследованию возможностей художественного стиля: от мотивирования его особого, высоко эстетического значения как эталона для культурной перспективы украинского литературного языка до детального рассмотрения средств художественной образности в конкретных текстах и наиболее значимых для национальной культуры художественных направлениях. Не менее часто в научном познании и, что характерно, общественных дискуссиях возникала «правописная» тема, остро формулируемая, непримиримая в аргументации разных сторон. Заметим, актуализация «правописной» проблематики в украинской филологии почти всегда совпадает с определенными кризисными явлениями в обществе, что позволяет предположить не столько лингвистическую мотивированность проблемы, сколько экстралингвистическое влияние на состояние украинской гуманитаристики. 

Многочисленные частные факторы, влиявшие ранее и влияющие в определенной степени и сегодня на развитие медиалингвистики на Украине, обусловлены языковым пуризмом, который основывается на идее несовершенства, некой эстетической вторичности языка средств массовой информации, наличия в нем диссонирующих с культурным речевым образцом штампов, клише, внелитературных форм, социальных диалектизмов и пр. Соответственно, такая языковая реальность квалифицируется как объект изучения в культуре речи и прежде всего ограничивается рекомендациями по употреблению, комментариями о «правильности» / «неправильности» языка медиа. Системный анализ стилевой специфики языковых средств массовой информации остается в таком случае вне лингвистического рассмотрения, так как несоотносимыми являются вербализированный медийный портрет общества, реальные функции языка в реальной коммуникативной сфере и критерии оценки функциональной природы медийной сферы. 

Достаточно традиционным является встречающееся и сегодня отнесение медийных исследований к профессиональной деятельности журналистов. Определенная междисциплинарность, дающая преимущества исследователю, в таком случае не предполагается либо отрицается. Между тем именно филологический анализ позволяет, по нашему мнению, сформулировать существенные характеристики медийного текста, его доминантных признаков как вербализированного массового сознания. Симбиоз журналистской практики и теории, равно как и языковедческие механизмы изучения массовой коммуникации позволяют представить медиа объемно и точно, как специфический феномен межличностного социального общения нашего времени.

Рассматривая современное состояние медиалингвистики на Украине, заметим, что предметность многих исследователей, как и прежде, ограничена газетными и журнальными текстами, что, безусловно, сужает изучение не только общественно-коммуникативных возможностей языка, но и реального пространства лингвистики. Отметим в этой связи и зыбкость определений «медийный» / «публицистический», анализируемых выше. Работы, обращенные к изучению языка интернета, все еще не сформированы в самостоятельное научное направление медиалингвистики. Несмотря на это, следует отметить перспективность и резонансность монографии С. Г. Чемеркина «Українська мова в Інтернеті: позамовні та внутрішньо-структурні процеси» [Чемеркін 2009], диссертационное исследования языка интернета Н. В. Васюковой «Лінгвокультурологічні та лінгвопрагматичні риси інтернет-реклами військової сфери (на матеріалі англійської, російської, української, французької мов) [Васюкова 2014], диссертационное внимание к языку рекламы и телевидения О. Н. Олексюк «Лексико-семантичні домінанти сугестивного дискурсу реклами» [Олексюк 2012], А. В. Ковалевской «Метамодель лінгвістичної сугестивності політичних рекламних слоганів» [Ковалевська 2011], А. А. Киселевой «Іміджеві домінанти ведучого в теледискурсі» [Киселева 2011] и др.

Анализ реальной ситуации в современной украинской медиалингвистике позволяет сделать оптимистичное утверждение о продуктивном становлении и перспективах развития такого важного направления, как медийная жанрология — достаточно дискуссионного и разночитаемого в современной науке. Многочисленные публикации Д. В. Дергача [Дергач 2009; Дергач 2010; Дергач 2013 и др.], М. Л. Штельмах [Штельмах 2006; Штельмах 2008 и др.] и других языковедов соотносимы с традицией исследования данной проблематики в академической науке последней трети XX в. [Жанри і стилі 1989]. Одновременно изучаются новые аспекты жанрологии — в определении жанров, их классификации, доминантных характеристик, междисциплинарных методов исследования материала. Современные подходы коррелируют с поливариантной коммуникативной ситуацией и принятыми в европейской науке дефинициями. 

Важно, по нашему мнению, что наблюдаемая международная согласованность постановочных медийных проблем, а также научного инструментария в их решении стимулируют научный поиск украинских лингвистов. К таким, в частности, относится изучение новых механизмов функциональной интерпретации семантики слова с целью воздействия на реципиента. Трансформация значения слова в медийной коммуникации, а именно функционирование в СМИ медицинской терминологии, ее коммуникативный потенциал как вторичной номинации активно изучается Д. Ю. Сизоновым [Сизонов 2012], коннотативная семантика современных идеологически маркированных номинативных единиц описывается Г. Б. Минчак [Мінчак 2003], анализируются активные процессы развития литературного языка в медиа как общей проблематики современной лингвистики. 

Внимание медиалингвистов обращено и к новому по предметности изданию украинских ученых «Медіалінгвістика: словник термінів і понять» [Медіалінгвістика 2013], являющемуся глоссарием энциклопедического типа и представляющему систематизированную картину научной мысли в изучении СМИ. Очевидно, что дополнения и уточнения материала названного и подобных словарей будут необходимы, так как по существу это работы открытого типа, изменяющие реестр и понятийное содержание одновременно с движением научной мысли. Однако необходимость подобных изданий очевидна с точки зрения как научной прагматики, так и упорядочения знания в определенной области науки. 

Говоря о реальной ситуации и перспективах развития медиалингвистики на Украине, следует обратить внимание на научный потенциал, связанный с подготовкой молодых медиалингвистов. Существование научной школы медиалингвистов позволило открыть в Киевском национальном университете им. Тараса Шевченко специализацию «Медиалингвистика». Входящий в научнометрическую базу РИНЦ сборник научных трудов «Актуальні проблеми української лінгвістики: теорія і практика» имеет постоянную рубрику по проблемам медиалингвистики, что способствует развитию научного направления. 

Заметим, однако, что многие проблемы медиалингвистики на современной Украине имеют либо постановочный характер, либо вообще не артикулируются языковедами. Так, титульное академическое издание «Українська лінгвостилістика ХХ — початку ХХІ ст.: система понять і бібліографічні джерела» [Українська лінгвостилістика 2007] понятие медиалингвистики вообще не называет, оставаясь в кругу традиционных номинаций «публицистического стиля» и смысловых производных. Многие авторы обращают внимание на частные исследовательские проблемы: образность в определенном типе текстов, фрагменты высказываний, особенности функционирования конкретной языковой единицы в медийной коммуникации и пр. При всем понимании важности эмпирического описания языковых явлений часто остается открытым вопрос о соотносимости частностей с общей актуальной проблематикой медиалингвистики, ее терминологическим аппаратом, необходимостью обращения к дискуссионным вопросам с целью предложения собственных аргументов для решения последних.

Думаем, что открытость медиалингвистики для научных инноваций, стимулируемых самой языковой действительностью, важность и актуальность исследований СМИ для общества, его коммуникативного потенциала и перспективного диалога в социуме определяет и будущее украинской медиалингвистики. 

© Шевченко Л. И., 2015

1. Бацевич Ф. С. Словник термінів міжкультурної комунікації. Київ, 2007.

2. Дергач Д. В. Мас-медійний жанр ток-шоу: природа, функція, аспектологія дослідницького пошуку // Актуальні проблеми української лінгвістики: теорія і практика. Київ, 2013. Вип. 25. С. 41–47.

3. Дергач Д. В. Словник онімів українських мас-медіа / За ред. Л. І. Шевченко. Київ, 2009.

4. Дергач Д. В. Стилістика онімів в українських мас-медіа. Київ, 2010.

5. Жанри і стилі в історії української літературної мови / В. В. Німчук, В. М. Русанівський, І. П. Чепіга та ін. Київ, 1989.

6. Капелюшний А. О. Девіатологія мас-медіа: Практикум. Львів, 2000.

7. Капелюшний А. О. Редагування в засобах масової інформації: Навч. посібник. Львiв, 2009.

8. Кісельова А. А. Іміджеві домінанти ведучого в теледискурсі (на матеріалі розважальних програм): Дис. … канд. філол. наук. Одеса, 2011.

9. Ковалевська А. В. Метамодель лінгвістичної сугестивності політичних рекламних слоганів: Дис. … канд. філол. наук. Одеса, 2011.

10. Ковалевська Т. Ю. Реклама та PR у масово-інформаційному просторі. Одеса, 2009.

11. Ковалевська Т. Ю. Сугестивні технології прогнозованого сприйняття // Стиль і текст: наукове видання. Київ, 2005. Вип. 6. С. 32–43.

12. Кудрявцева Л. А. Роль языка средств массовой информации в развитии общенационального языка // Вестник МГУ. Серия языка и литературы. М., 2004. № 5. С. 78–86.

13. Кудрявцева Л. А. Живая речь — язык СМИ — общелитературный язык: аспекты взаимодействия // Актуальные проблемы вербальной коммуникации: Язык и общество. Київ, 2004. С. 61–65.

14. Медіалінгвістика: словник термінів і понять / За ред.. Л. І. Шевченко. Київ, 2014. Вид. 2‑ге, випр. і доп. 

15. Мінчак Г. Б. Конотативна семантика сучасних ідеологічно забарвлених номінативних одиниць (на матеріалі української преси 90‑х рр. ХХ ст.): Дис. … канд. філол. наук. Київ, 2003.

16. Олексюк О. М. Лексико семантичні домінанти сугестивного дискурсу реклами: Дис. … канд. філол. наук. Одеса, 2012.

17. Сизонов Д. Ю. Медична термінологія в українських мас-медіа: стилістичний потенціал. Київ, 2012.

18. Сизонов Д. Ю. Стилистическая трансформация медицинского термина в новостных жанрах // Медиалингвистика. Вып. 3. Речевые жанры в массмедиа. СПб., 2014. С. 155–159.

19. Сизонов Д. Ю. Сучасна медіалексикографія: лінгвопрагматичний потенціал // Актуальні проблеми української лінгвістики: теорія і практика. Київ, 2013. Вип. ХХVІ. С. 47–57.

20. Стишов О. А. Українська лексика кінця ХХ століття: на матеріалі засобів масової інформації. Київ, 2005. Вид. 2‑ге., перероб.

21. Українська лінгвостилістика ХХ — початку ХХІ ст.: система понять і бібліографічні джерела / За ред. проф. Єрмоленко С. Я. Київ, 2007.

22. Чемеркін С. Г. Репрезентативність гіпертексту у функціонально-стильових різновидах української мови в Інтернеті // Актуальні проблеми української лінгвістики: теорія і практика. Київ, 2009. Вип. 19. С. 111–116.

23. Чемеркін С. Г. Українська мова в Інтернеті: позамовні та внутрішньо-структурні процеси. Київ, 2009.

24. Штельмах М. Л. Структурні моделі інтерв’ю: прагматичний дискурс // Актуальні проблеми української лінгвістики: теорія і практика. Київ, 2006. Вип. 13. С. 130–145.

25. Штельмах М. Л. Інтерв’ю в системі жанрів сучасної україномовної комунікації : Дис. … канд. філол. наук. Київ, 2008.

26. Шумарова Н. П. Мовна особистість у сучасному медійному просторі // Актуальні проблеми металінгвістики. Черкаси, 2007. С. 192–195.

27. Шумарова Н. П. Роль ЗМК у розвитку мовної ситуації // Наукові записки Інституту журналістики Київського національного університету ім.. Тараса Шевченка. Київ, 2010. Т. 11. С. 45–56.

28. Язык СМИ и политика / Под ред. Г. Я. Солганика. М., 2012.

29. Encyclopaedia Britannica Online [Електронний ресурс]. URL: http://www.eb.com:180/bol/topic?thes_id=378047.

30. Manovich L. The Language of New Media. URL: http://www.manovich.net/LNM/Manovich.pdf.

31. Sterling B. Dead Media Project. URL: http://eff.bilkent.edu.tr/pub/Net_culture/Folklore/Dead_Media_Project.

1. Batsevich F. S. Glossary of intercultural communication [Slovnik termіnіv mіzhkulturnoyi komunіkatsіyi]. Kyiv, 2007.

2. Dergach D. V. Mass media talk show genre: nature, function, aspectology of research [Mas-medіyniy zhanr tok-shou: priroda, funktsіya, aspektologіya doslіdnitskogo poshuku]. Actual problems of Ukrainian linguistics: theory and practice. Kyiv, 2013. Vol. 25. Pp. 41–47.

3. Dergach D. V. Dictionary of proper names of Ukrainian media [Slovnik onіmіv ukrayinskikh mas-medіa] / Ed. L. I. Shevchenko. Kyiv, 2009.

4. Dergach D. V. The stylistic of proper names in Ukrainian mass-media [Stilіstika onіmіv v ukrayinskikh mas-medіa]. Kyiv, 2009.

5. Genres and styles in the history of Ukrainian literary language [Zhanri і stilі v іstorіyi ukraїnskoyi lіteraturnoyi movi]. Kyiv, 1989.

6. Kapelyushniy A. O. Deviatology of mass-media [Devіatologіya mas-medіa]. Lvіv, 2000.

7. Kapelyushniy A. O. Editing in mass-media [Redaguvannya v zasobakh masovoyi іnformatsіyi. Lviv, 2009.

8. Kіselova A. A. Imaginary dominants of the lead in television discourse (based on the entertainment programs) [Іmіdzhevі domіnanti veduchogo v telediskursі (na materіalі rozvazhalnikh program)]. Odessa, 2011.

9. Kovalevska A. V. Metamodel of the linguistic suggestibility of political slogans [Metamodel lіngvіstichnotyi sugestivnostі polіtichnikh reklamnikh sloganіv]. Odessa, 2011.

10. Kovalevska T. Yu. Advertising and PR in mass information space [Reklama ta PR u masovo-іnformatsіynomu prostorі]. Odessa, 2009.

11. Kovalevska T. Yu. Suggestive technology of predicted perception [Sugestivnі tekhnologiyi prognozovanogo spriynyattya]. Style and text. Kyiv, 2005. Vol. 6. Pp. 32‑43.

12. Kudryavtseva L. A. The role of mass-media language in the development of national language [Rol yazyka sredstv massovoy informatsii v razvitii obshchenatsionalnogo yazyka]. Bulletin of Moscow State University. Language and literature. Moscow, 2004. Vol. 5. Pp. 78–86.

13. Kudryavtseva L. A. Speech — mass-media language — national language: aspects of interaction [Zhivaya rech — yazyk SMI — obshcheliteraturnyy yazyk: aspekty vzaimodeystviya]. Actual issues of verbal communication: language and society. Kyiv, 2004. Pp. 61–65.

14. Medialinguistics: dictionary of terms and concepts [Medіalіngvіstika: slovnik termіnіv і ponyat] / Ed. L. І. Shevchenko. Kyiv, 2014.

15. Mіnchak G. B. Connotative semantics of modern ideologically marked nominative units (based on the Ukrainian press of the 90’s of the XX century [Konotativna semantika suchasnikh іdeologіchno zabarvlenikh nomіnativnikh odinits (na materіalі ukrayins’koyi presi 90-kh rr. XX st.): Dis. … kand. fіlol. nauk]. Kyiv, 2003.

16. Oleksyuk O. M. Lexical and semantic dominant of the suggestive discourse in the advertising [Leksiko-semantichnі domіnanti sugestivnogo diskursu reklami: Dis. … kand. fіlol. nauk]. Odessa, 2012.

17. Sizonov D. Yu. Medical terminology in the Ukrainian mass-media: stylistic potential [Medichna termіnologіya v ukrayinskikh mas-medіa: stilіstichniy potentsіal]. Kyiv, 2012.

18. Sizonov D. Yu. Stylistic transformation of the medical term in the genres of news [Stilisticheskaya transformatsiya meditsinskogo termina v novostnykh zhanrakh]. Medialingvistika. Vol. 3. Speech genres in mass-media. St. Petersburg, 2014. Pp. 155–159.

19. Sizonov D. Yu. Modern media lexicography: linguistic and pragmatic potential [Suchasna medіaleksikografіya: lіngvopragmatichniy potentsіal]. Actual problems of Ukrainian linguistics: theory and practice. Kyiv, 2013. Vol. XXVI. Pp. 47–57.

20. Stishov O. A. Ukrainian vocabulary of the end of the XXth century: on the material of mass-media [Ukrayinska leksika kіntsya XX stolіttya: na materіalі zasobіv masovoї іnformatsії]. Kyiv, 2005.

21. Ukrainian linguostylistics of the XX–XXI centuries: system of concepts and bibliographic sources [Ukrayinska lіngvostilіstika XX — pochatku XXІ st.: sistema ponyat і bіblіografіchnі dzherela]. Kyiv, 2007.

22. Chemerkіn S. G. Representativity of the hypertext in the functional and stylistic varieties of Ukrainian language in the Internet [Reprezentativnіst gіpertekstu u funktsіonalno-stilovikh rіznovidakh ukrayinskoї movi v Іnternetі]. Actual problems of Ukrainian linguistics: theory and practice. Kyiv, 2009. Vol. XIX. P. 111–116.

23. Chemerkіn S. G. Ukrainian language in the Internet: extralinguistic, internal and structural processes [Ukrayinska mova v Іnternetі: pozamovnі ta vnutrіshno-strukturnі protsesi]. Kyiv, 2009.

24. Shtelmakh M. L. Sctuctural models of interview: pragmatical discourse [Strukturnі modelі іntervyu: pragmatichniy diskurs]. Actual problems of Ukrainian linguistics: theory and practice. Kyiv, 2006. Vol. XIII. P. 130–145.

25. Shtelmakh M. L. Interview in the system of genres of modern Ukrainian communication [Іntervyu v sistemі zhanrіv suchasnoyi ukrayinomovnoyi komunіkatsіyi: Dis. … kand. fіlol. nauk]. Kyiv, 2008.

26. Shumarova N. P. Language personality in the modern media space [Movna osobistіst u suchasnomu medіynomu prostorі]. Actual problems of metalinguistics. Cherkasi, 2007. P. 192–195.

27. Shumarova N. P. The role of mass media in the development of the language situation [Rol ZMK u rozvitku movnoyi situatsіyi]. Scientific proceedings of the Institute of Journalistics of Taras Shevchenko Kyiv National University. Kyiv, 2010 Vol. 11. P. 45–56.

28. Language of media and politics [Yazyk SMI i politika]. Ed. G. Ya. Solganik. Moscow, 2012.

29. Encyclopaedia Britannica Online. URL: http://www.eb.com:180/bol/topic?thes_id=378047. 

30. Manovich L. The Language of New Media. URL: http://www.manovich.net/LNM/Manovich.pdf. 

31. Sterling B. Dead Media Project. URL: http://eff.bilkent.edu.tr/pub/Net_culture/Folklore/Dead_Media_Project.