Понедельник, Май 27Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

МАССМЕДИЙНЫЙ ДИСКУРС В СИСТЕМЕ МЕДИАЛИНГВИСТИКИ

В статье рассматриваются основные свойства и характеристики массмедийного дискурса как объекта медиалингвистики. Системный анализ разнообразных определений, разработанных в рамках как зарубежных, так и отечественных исследований, позволяет выделить три основных подхода к определению дискурса — структурный, функциональный и тематический. Определение массмедийного дискурса в рамках медиалингвистики учитывает все три подхода, поскольку только таким образом можно составить объёмное представление об особенностях речедеятельности в сфере массмедиа. Медиадискурс представляет собой функционально-обусловленный тип дискурса, который понимается как совокупность речевых практик и продуктов речевой деятельности в сфере массовой коммуникации во всем богатстве и сложности их взаимодействия. 

MEDIA DISCOURSE WITHIN THE FRAMEWORK OF MEDIA LINGUISTICS

The article focuses on the characteristics of media discourse from the point of view of media linguistics. Systematic analysis of multiple definitions offered by Russian and foreign scholars allows to single out three basic approaches to defining discourse — structural, functional and thematic. The definition of media discourse within the framework of media linguistics is based on all three approaches, which makes it possible to present a complete and diverse picture of language practices in mass media. Media discourse then is a functionally determined type of discourse, incorporating speech activities and speech products in mass communication taken in overall complexity and diversity of their manifestations. 

Добросклонская Татьяна Георгиевна, доктор филологических наук, профессор кафедры лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации факультета иностранных языков и регионоведения Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова

E-mail: tatdobro@mail.ru

Tatiana Georgievna Dobrosklonskaya, PhD, Professor at the Faculty of Foreign Languages and Area Studies, Moscow State Lomonosov University 

E-mail: tatdobro@mail.ru

Добросклонская Т. Г. Массмедийный дискурс в системе медиалингвистики // Медиалингвистика. 2015. № 1 (6). С. 45–56. URL: https://medialing.ru/massmedijnyj-diskurs-v-sisteme-medialingvistiki/ (дата обращения: 27.05.2019).

Dobrosklonskaya T. G. Media discourse within the framework of media linguistics // Media Linguistics, 2015, No. 1 (6), pp. 45–56. Available at: https://medialing.ru/massmedijnyj-diskurs-v-sisteme-medialingvistiki/ (accessed: 27.05.2019). (In Russian)

УДК 659.4:81’42 
ББК 100.3 
ГРНТИ 16.21.33 
КОД ВАК 10.02.19

Пред­ме­том медиа­линг­ви­сти­ки явля­ет­ся функ­ци­о­ни­ро­ва­ние язы­ка в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции, медиа­речь во всём богат­стве её форм и про­яв­ле­ний. В послед­ние годы иссле­до­ва­ния рече­вой дея­тель­но­сти в сфе­ре мас­сме­диа дина­мич­но раз­ви­ва­ют­ся как на плат­фор­ме медиа­линг­ви­сти­ки, так и на базе дру­гих гума­ни­тар­ных наук, что, есте­ствен­но, порож­да­ет новые под­хо­ды и клас­си­фи­ка­ции. Появ­ле­ние и уко­ре­не­ние в науч­ном созна­нии тер­ми­на медиа­дис­курс, или мас­сме­дий­ный дис­курс, явля­ет­ся зако­но­мер­ным след­стви­ем актив­но­го рас­про­стра­не­ния как кон­цеп­ции дис­кур­са вооб­ще, так и дис­кур­сив­но­го ана­ли­за в част­но­сти. Такое поло­же­ние дел несколь­ко изме­ня­ет общую архи­тек­ту­ру иссле­до­ва­ний язы­ка СМИ, пре­вра­щая медиа­дис­курс, наря­ду с меди­а­тек­стом, в основ­ной объ­ект совре­мен­ной медиа­линг­ви­сти­че­ской нау­ки.

Важ­ней­шим усло­ви­ем для успеш­но­го изу­че­ния масме­дий­но­го дис­кур­са в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки явля­ет­ся опре­де­ле­ние места это­го объ­ём­но­го явле­ния в общей систе­ме дис­кур­сив­ных прак­тик. Посколь­ку опре­де­ле­ние медиа­дис­кур­са бази­ру­ет­ся непо­сред­ствен­но на общем пони­ма­нии дис­кур­са, мно­го­чис­лен­ные интер­пре­та­ции кото­ро­го лишь под­чёр­ки­ва­ют его слож­ную и мно­го­гран­ную при­ро­ду, то име­ет смысл оста­но­вить­ся на том, как медиа­дис­курс соот­но­сит­ся с общей кон­цеп­ци­ей дис­кур­са. Как извест­но, клю­че­вым ком­по­нен­том тео­рии дис­кур­са явля­ет­ся все­сто­рон­ний ком­плекс­ный под­ход к ана­ли­зу рече­вой дея­тель­но­сти, пони­ма­ние дис­кур­са как слож­но­го ком­му­ни­ка­тив­но­го явле­ния, кото­рое охва­ты­ва­ет всю сово­куп­ность экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, сопро­вож­да­ю­щих про­цесс ком­му­ни­ка­ции, вклю­чая отпра­ви­те­ля сооб­ще­ния, его полу­ча­те­ля, раз­лич­ные виды кон­тек­ста, осо­бен­но­сти про­из­вод­ства, рас­про­стра­не­ния и вос­при­я­тия инфор­ма­ции, куль­тур­но-идео­ло­ги­че­ский фон и т. д. [ван Дейк 1989]. Систем­ный ана­лиз мно­го­чис­лен­ных опре­де­ле­ний, раз­ра­бо­тан­ных в рам­ках как зару­беж­ных, так и оте­че­ствен­ных иссле­до­ва­ний, поз­во­ля­ет выде­лить три основ­ных под­хо­да к опре­де­ле­нию дис­кур­са — струк­тур­ный, функ­ци­о­наль­ный и тема­ти­че­ский.

При опре­де­ле­нии дис­кур­са в рам­ках струк­тур­но­го под­хо­да акцент дела­ет­ся на его струк­тур­ных состав­ля­ю­щих, дис­курс пони­ма­ет­ся как про­дукт рече­вой дея­тель­но­сти, взя­тый в сово­куп­но­сти всех вер­баль­ных и экс­тра­линг­ви­сти­че­ских харак­те­ри­стик, свя­зан­ных с его про­из­вод­ством, рас­про­стра­не­ни­ем и вос­при­я­ти­ем. Наи­бо­лее нагляд­но струк­тур­ный под­ход мож­но про­ил­лю­стри­ро­вать с помо­щью ком­му­ни­ка­ци­он­ной моде­ли, пер­во­на­чаль­но пред­ло­жен­ной в 1949 году аме­ри­кан­ски­ми учё­ны­ми-кибер­не­ти­ка­ми Шэн­но­ном и Виве­ром и полу­чив­шей затем широ­кое рас­про­стра­не­ние для изу­че­ния ком­му­ни­ка­ци­он­ных про­цес­сов. К кон­цу ХХ века сло­жил­ся сво­е­го рода «уни­вер­саль­ный вари­ант» ком­му­ни­ка­ци­он­ной моде­ли, учи­ты­ва­ю­щий все базо­вые ком­по­нен­ты ком­му­ни­ка­ции, как то: отпра­ви­те­ля сооб­ще­ния (1), его полу­ча­те­ля (2), канал (4), обрат­ную связь (5), само сооб­ще­ние (3), про­цес­сы его коди­ро­ва­ния и деко­ди­ро­ва­ния (6, 7) и, нако­нец, ситу­а­цию обще­ния, или кон­текст (8) [Доб­рос­клон­ская 2006: 22].

Коммуникативная модель. Журнал Медиалингвистика

Опре­де­ле­ния дис­кур­са, осно­ван­ные на струк­тур­ном под­хо­де, выде­ля­ют клю­че­вые ком­по­нен­ты рече­вой дея­тель­но­сти, участ­ву­ю­щие в про­цес­се ком­му­ни­ка­ции: от отпра­ви­те­ля сооб­ще­ния и его полу­ча­те­ля до кана­ла рас­про­стра­не­ния и кон­тек­ста обще­ния. Ана­лиз дис­кур­сив­ных прак­тик с точ­ки зре­ния струк­тур­но­го под­хо­да осо­бен­но ценен при изу­че­нии мас­сме­дий­ной речи, так как поз­во­ля­ет понять, как из отдель­ных состав­ля­ю­щих скла­ды­ва­ет­ся целост­ная кар­ти­на ком­му­ни­ка­ции, отра­жа­ю­щая опре­де­лён­ный соци­аль­но-поли­ти­че­ский и куль­тур­но-идео­ло­ги­че­ский кон­текст. Так, сопо­став­ле­ние на осно­ве ком­му­ни­ка­ци­он­ной моде­ли двух новост­ных сооб­ще­ний о запус­ке рос­сий­ской муль­ти­ме­дий­ной груп­пы “Sputnik” нагляд­но демон­стри­ру­ет, как раз­ли­чия в поли­ти­че­ской пози­ции изда­ний, в фор­ми­ру­е­мых бри­тан­ски­ми и рос­сий­ски­ми СМИ куль­тур­но-идео­ло­ги­че­ских кон­текстах про­яв­ля­ют­ся, бук­валь­но «счи­ты­ва­ют­ся», на уровне меди­а­тек­ста.

1. Russia has launched a new state-run international “media brand” called Sputnik to counter what it calls a unipolar view of the world promoted by an “overbearing and destructive United States”. Dmitry Kiselev, who is widely known as the Kremlin’s “propagandist-in-chief”, told an audience in Moscow that Sputnik would operate “multi-media hubs” with 30 to 100 staff in major foreign cities such as London, Paris, Washington, DC, Istanbul and Beijing [http://​www​.telegraph​.co​.uk/​n​e​w​s​/​w​o​r​l​d​n​e​w​s​/​e​u​r​o​p​e​/​r​u​s​sia]. 

2. Меж­ду­на­род­ное инфор­ма­ци­он­ное агент­ство «Рос­сия сего­дня» запу­сти­ло новый бренд — муль­ти­ме­дий­ную груп­пу Sputnik, кото­рая будет пред­став­ле­на в десят­ках стран мира и будет пол­но­стью ори­ен­ти­ро­ва­на на зару­беж­ную ауди­то­рию. Sputnik будет вести сай­ты и вещать из сво­их сту­дий в 34 стра­нах, на 30 язы­ках, в том чис­ле рус­ском. Штат каж­до­го цен­тра будет состав­лять от 30 до 100 чело­век. Как отме­тил на пре­зен­та­ции гене­раль­ный дирек­тор «Рос­сия сего­дня» Дмит­рий Кисе­лев, кон­тент груп­пы рас­счи­тан на ауди­то­рию, кото­рая «уста­ла от навяз­чи­вой про­па­ган­ды» [http://​news2​.ru/​s​t​o​r​y​/​4​3​0​5​73/ 10.11.2014].

Струк­тур­ный под­ход поз­во­ля­ет так­же про­де­мон­стри­ро­вать раз­ли­чие меж­ду таки­ми важ­ней­ши­ми поня­ти­я­ми, как текст, меди­а­текст и дис­курс, медиа­дис­курс. Опре­де­ляя текст, меди­а­текст и медиа­дис­курс на осно­ве уни­вер­саль­ной ком­му­ни­ка­ци­он­ной моде­ли, мож­но ска­зать, что текст — это сооб­ще­ние, меди­а­текст — это сооб­ще­ние плюс канал, а дис­курс — это сооб­ще­ние в сово­куп­но­сти со все­ми про­чи­ми ком­по­нен­та­ми ком­му­ни­ка­ции. При­бе­гая к визу­аль­ной мета­фо­ре, мож­но так­же ска­зать, что текст — это фото­гра­фи­че­ское отоб­ра­же­ние дей­стви­тель­но­сти, меди­а­текст — это видео­изоб­ра­же­ние или “moving image”, а дис­курс — это изоб­ра­же­ние голо­гра­фи­че­ское, даю­щее пол­ное и все­сто­рон­нее пред­став­ле­ние об объ­ек­те, в дан­ном слу­чае о рече­вой дея­тель­но­сти.

В рам­ках функ­ци­о­наль­но­го под­хо­да глав­ным кри­те­ри­ем опре­де­ле­ния дис­кур­са явля­ет­ся вза­и­мо­связь рече­упо­треб­ле­ния с раз­лич­ны­ми сфе­ра­ми чело­ве­че­ской дея­тель­но­сти, кото­рые во мно­гом и обу­слав­ли­ва­ют осо­бен­но­сти рече­вой ком­му­ни­ка­ции. При этом дис­кур­со­об­ра­зу­ю­щи­ми харак­те­ри­сти­ка­ми тек­стов, беру­щих­ся в каче­стве эмпи­ри­че­ской осно­вы для выде­ле­ния дис­кур­сов того или ино­го типа, высту­па­ют раз­лич­ные обще­ствен­но-зна­чи­мые сфе­ры чело­ве­че­ской ком­му­ни­ка­ции и рече­вой прак­ти­ки, такие как нау­ка, обра­зо­ва­ние, поли­ти­ка, меди­ци­на, сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции и т. д. На осно­ве рече­вых прак­тик в соот­вет­ству­ю­щих сфе­рах выде­ля­ют­ся раз­ные виды дис­кур­сов, напри­мер, такие как науч­ный, поли­ти­че­ский, меди­цин­ский, юри­ди­че­ский и, конеч­но, инте­ре­су­ю­щий нас мас­сме­дий­ный. Таким обра­зом, с точ­ки зре­ния функ­ци­о­наль­но­го под­хо­да медиа­дис­курс пред­став­ля­ет собой не что иное, как сово­куп­ность тек­стов, функ­ци­о­ни­ру­ю­щих в сфе­ре мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции.

Не менее важен и тре­тий под­ход к опре­де­ле­нию дис­кур­са — тема­ти­че­ский, кото­рый поз­во­ля­ет сгруп­пи­ро­вать пись­мен­ные и уст­ные тек­сты как про­дук­ты рече­вой дея­тель­но­сти вокруг опре­де­лён­ных соци­аль­но-зна­чи­мых тем, кото­рые в тот или иной момент ока­зы­ва­ют­ся в цен­тре обще­ствен­но­го вни­ма­ния, напри­мер, расо­вые отно­ше­ния, имми­гра­ция, тер­ро­ризм, феми­низм, выбо­ры орга­нов вла­сти. Так, в англо­языч­ной речи уже доволь­но дав­но исполь­зу­ют­ся такие сло­во­со­че­та­ния, как racist discourse, terrorist discourse, feminist discourse, immigration discourse, electoral discourse. Напри­мер, Western feminist discourse and political practice is neither singular nor homogeneous in its goals, interests or analyses. Рас­про­стра­не­ние пони­ма­ния дис­кур­са на осно­ве тема­ти­че­ской состав­ля­ю­щей наблю­да­ет­ся и в пуб­ли­ка­ци­ях на рус­ском язы­ке, напри­мер: Поли­ти­че­ский дис­курс на тему свя­зи имми­гра­ции и меж­ду­на­род­но­го тер­ро­риз­ма явля­ет­ся одним из фак­то­ров при­ня­тия зако­но­да­тель­ных реше­ний по вопро­сам имми­гра­ци­он­ной поли­ти­ки [http://​cheloveknauka​.com/​i​m​m​i​g​r​a​t​s​i​o​n​n​a​y​a​-​p​o​l​i​t​i​k​a​-​v​e​l​i​k​o​b​r​i​t​a​n​i​i​-​v​-​u​s​l​o​v​i​y​a​h​-​g​l​o​b​a​l​i​z​a​t​s​i​i​-​t​e​o​r​i​y​a​-​d​i​s​k​u​r​s​-​p​r​a​k​t​i​k​a​#​i​x​z​z​3​J​b​F​R​b​QHh].

Опре­де­ле­ние мас­сме­дий­но­го дис­кур­са в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки учи­ты­ва­ет все три под­хо­да, посколь­ку толь­ко таким обра­зом мож­но соста­вить объ­ём­ное пред­став­ле­ние об осо­бен­но­стях рече­де­я­тель­но­сти в сфе­ре мас­сме­диа. Медиа­дис­курс — это функ­ци­о­наль­но-обу­слов­лен­ный тип дис­кур­са, кото­рый пони­ма­ет­ся как сово­куп­ность рече­вых прак­тик и про­дук­тов рече­вой дея­тель­но­сти в сфе­ре мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции во всем богат­стве и слож­но­сти их вза­и­мо­дей­ствия.

Бес­ко­неч­ное раз­но­об­ра­зие тек­сто­ло­гии мас­сме­дий­но­го дис­кур­са стук­ту­ри­ру­ет­ся вокруг четы­рёх основ­ных типов меди­а­тек­стов, тра­ди­ци­он­но выде­ля­е­мых во всех функ­ци­о­наль­но-жан­ро­вых клас­си­фи­ка­ци­ях медиа­ре­чи, как рос­сий­ских, так и зару­беж­ных. Это ново­сти, инфор­ма­ци­он­ная ана­ли­ти­ка и ком­мен­та­рий, пуб­ли­ци­сти­ка или автор­ские тема­ти­че­ские мате­ри­а­лы (в англо­языч­ной тео­рии жур­на­ли­сти­ки, обо­зна­ча­е­мые тер­ми­ном features), и, конеч­но, рекла­ма. При этом важ­но пом­нить, что меди­а­текст как базо­вый ком­по­нент мас­сме­дий­но­го дис­кур­са пред­став­ля­ет собой слож­ное мно­го­уров­не­вое явле­ние, осно­ван­ное на опре­де­лён­ном соче­та­нии вер­баль­ной и медий­ной части. В отли­чие от тек­ста сло­вес­но­го, пред­став­ля­ю­ще­го собой после­до­ва­тель­ность вер­баль­ных еди­ниц, меди­а­текст — это акту­а­ли­зо­ван­ное в опре­де­лён­ном медиа­фор­ма­те и объ­еди­нён­ное общим смыс­лом соче­та­ние зна­ко­вых еди­ниц вер­баль­но­го и медий­но­го уров­ней [Доб­рос­клон­ская 2008: 34].

Рас­смот­ре­ние мас­сме­дий­но­го дис­кур­са с пози­ций медиа­линг­ви­сти­ки осно­вы­ва­ет­ся на клю­че­вых поло­же­ни­ях это­го науч­но­го направ­ле­ния, в част­но­сти, раз­гра­ни­че­нии и опре­де­ле­нии поня­тий текст — меди­а­текст и дис­курс — медиа­дис­курс. Если в рам­ках тра­ди­ци­он­ной линг­ви­сти­ки текст опре­де­ля­ет­ся как «объ­еди­нён­ная смыс­ло­вой свя­зью после­до­ва­тель­ность зна­ко­вых еди­ниц, основ­ны­ми свой­ства­ми кото­рой явля­ют­ся связ­ность и целост­ность» [ЛЭС 1999: 507] (при­чём под­ра­зу­ме­ва­ет­ся, что еди­ни­цы эти носят вер­баль­ный харак­тер, ина­че гово­ря, текст — это, преж­де все­го, после­до­ва­тель­ность слов), то при пере­но­се в сфе­ру мас­сме­диа поня­тие «текст» зна­чи­тель­но рас­ши­ря­ет свои гра­ни­цы. Здесь кон­цеп­ция меди­а­тек­ста выхо­дит за пре­де­лы зна­ко­вой систе­мы вер­баль­но­го уров­ня, пред­став­ляя собой после­до­ва­тель­ность зна­ков раз­лич­ных семи­о­ти­че­ских систем — язы­ко­вых, гра­фи­че­ских, зву­ко­вых, визу­аль­ных, спе­ци­фи­ка соче­та­ния кото­рых обу­слов­ле­на кон­крет­ным кана­лом мас­со­вой инфор­ма­ции.

Нераз­рыв­ная связь любых иссле­до­ва­ний мас­сме­дий­но­го дис­кур­са с ана­ли­зом меди­а­тек­стов обу­слов­ле­на тем, что дис­крет­ной еди­ни­цей медиа­дис­кур­са явля­ет­ся меди­а­текст, кото­рый поз­во­ля­ет упо­ря­до­чить и струк­ту­ри­ро­вать дви­же­ние медиа­по­то­ка в усло­ви­ях инфор­ма­ци­он­но­го обще­ства. Мас­сме­дий­ный дис­курс реа­ли­зу­ет­ся и суще­ству­ет толь­ко в виде кон­крет­ных меди­а­тек­стов, объ­еди­нён­ных на осно­ве тех или иных объ­ек­тив­ных кри­те­ри­ев. Имен­но поэто­му общая тео­рия меди­а­тек­ста, сфор­му­ли­ро­ван­ная в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки, име­ет огром­ное зна­че­ние и для иссле­до­ва­ний мас­сме­дий­но­го дис­кур­са.

В Рос­сии зна­чи­тель­ный вклад в ста­нов­ле­ние и раз­ви­тие тео­рии меди­а­тек­ста, а так­же мето­дов его изу­че­ния внес­ли такие учё­ные, как С. И. Берн­штейн, Д. Н. Шме­лёв, В. Г. Косто­ма­ров, Ю. В. Рож­де­ствен­ский, Г. Я. Солга­ник, С. И. Трес­ко­ва, И. П. Лыса­ко­ва, Б. В. Кри­вен­ко, А. Н. Васи­лье­ва, Т. Г. Доб­рос­клон­ская. Боль­шин­ство иссле­до­ва­те­лей схо­дят­ся в том, что уро­вень мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции при­да­ёт поня­тию «текст» новые смыс­ло­вые оттен­ки, обу­слов­лен­ные медий­ны­ми свой­ства­ми того или ино­го сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции [Bell 1996: 3]. Одним из важ­ней­ших свойств меди­а­тек­стов явля­ет­ся их «нели­ней­ность», ина­че гово­ря, нали­чие слож­ной мно­го­уров­не­вой струк­ту­ры, при кото­рой текст раз­ви­ва­ет­ся одно­вре­мен­но в несколь­ких изме­ре­ни­ях: вер­баль­ном, медий­ном и гипер­тек­сту­аль­ном — за счёт выстра­и­ва­ния меж­тек­сто­вых свя­зей в Интер­нет-про­стран­стве. Ощу­ще­ние «объ­ём­но­сти» меди­а­тек­ста уси­ли­ва­ет­ся бла­го­да­ря осо­бен­но­стям его раз­вёр­ты­ва­ния на каж­дом из уров­ней, что допол­ня­ет­ся раз­лич­ны­ми воз­мож­но­стя­ми соче­та­ния вер­баль­ных и медий­ных ком­по­нен­тов и при­да­ёт меди­а­тек­сту ещё более слож­ный харак­тер.

Кон­цеп­ция меди­а­тек­ста как объ­ём­но­го мно­го­уров­не­го явле­ния допол­ня­ет­ся устой­чи­вой систе­мой пара­мет­ров, кото­рая поз­во­ля­ет дать пре­дель­но точ­ное опи­са­ние того или ино­го меди­а­тек­ста с точ­ки зре­ния осо­бен­но­стей его про­из­вод­ства, кана­ла рас­про­стра­не­ния и линг­во­фор­мат­ных при­зна­ков. Назван­ная систе­ма вклю­ча­ет такие суще­ствен­ные пара­мет­ры, как: 1) спо­соб про­из­вод­ства тек­ста (автор­ский — кол­ле­ги­аль­ный); 2) фор­ма созда­ния (уст­ная — пись­мен­ная); 3) фор­ма вос­про­из­ве­де­ния (уст­ная — пись­мен­ная); 4) канал рас­про­стра­не­ния (сред­ство мас­со­вой инфор­ма­ции — носи­тель: печать, радио, теле­ви­де­ние, Интер­нет); 5) функ­ци­о­наль­но-жан­ро­вый тип тек­ста (ново­сти, ком­мен­та­рий, пуб­ли­ци­сти­ка (features), рекла­ма); 6) тема­ти­че­ская доми­нан­та или при­над­леж­ность к тому или ино­му устой­чи­во­му меди­а­то­пи­ку [Доб­рос­клон­ская 2005: 44].

Осо­бое зна­че­ние при иссле­до­ва­нии мас­сме­дий­но­го дис­кур­са при­об­ре­та­ет изу­че­ние его тема­ти­че­ско­го устрой­ства, ина­че гово­ря, набо­ра тем, вокруг кото­рых струк­ту­ри­ру­ет­ся еже­час­но обнов­ля­е­мый поток миро­вой инфор­ма­ции. Нали­чие устой­чи­вой тема­ти­че­ской струк­ту­ры орга­ни­зу­ет бес­ко­неч­ное раз­но­об­ра­зие меди­а­тек­стов в соот­вет­ствии с устой­чи­вы­ми тема­ми, посто­ян­но осве­ща­е­мы­ми мас­сме­диа, или меди­а­то­пи­ка­ми. Тема­ти­че­ская орга­ни­за­ция медиа­дис­кур­са реа­ли­зу­ет­ся в виде мно­го­уров­не­вой систе­мы, в кото­рой круп­ные тема­ти­че­ские бло­ки, (поли­ти­ка, эко­но­ми­ка, куль­ту­ра, обра­зо­ва­ние, спорт, пого­да) в про­цес­се кон­кре­ти­за­ции и лока­ли­за­ции рас­па­да­ют­ся на более мел­кие. Так, уни­вер­саль­ный тема­ти­че­ский блок «поли­ти­ка» есте­ствен­но под­раз­де­ля­ет­ся на осве­ще­ние собы­тий меж­ду­на­род­но­го мас­шта­ба и внут­ри­по­ли­ти­че­ской жиз­ни стра­ны, реги­о­на. Тема меж­ду­на­род­ной поли­ти­ки охва­ты­ва­ет широ­кий набор кон­крет­ных тем — от дву­сто­рон­них отно­ше­ний и встреч на выс­шем уровне до дея­тель­но­сти меж­ду­на­род­ных орга­ни­за­ций и воен­ных кон­флик­тов. В свою оче­редь, тема дву­сто­рон­них отно­ше­ний меж­ду стра­на­ми рас­па­да­ет­ся на мно­же­ство более мел­ких топи­ков — от сов­мест­ных поли­ти­че­ских меро­при­я­тий и встреч до куль­тур­но-тури­сти­че­ско­го обме­на и про­блем имми­гра­ции.

При изу­че­нии тема­ти­че­ской струк­ту­ры мас­сме­дий­но­го дис­кур­са сле­ду­ет так­же учи­ты­вать фак­тор про­дол­жи­тель­но­сти и интен­сив­но­сти осве­ще­ния, на осно­ве кото­ро­го осве­ща­е­мые сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции топи­ки под­раз­де­ля­ют­ся на темы уни­вер­саль­но­го осве­ще­ния и темы интен­сив­но­го осве­ще­ния. Напри­мер, к темам уни­вер­саль­но­го осве­ще­ния мож­но отне­сти посто­ян­но при­сут­ству­ю­щую в миро­вых СМИ тему кли­ма­ти­че­ских изме­не­ний и гло­баль­но­го потеп­ле­ния, к темам интен­сив­но­го осве­ще­ния такие актив­но осве­ща­е­мые и име­ю­щие зна­чи­тель­ные послед­ствия собы­тия, как круп­ные ката­стро­фы, зем­ле­тря­се­ния, извер­же­ния вул­ка­нов и т. п.

Ана­лиз тема­ти­че­ской струк­ту­ры игра­ет суще­ствен­ную роль при изу­че­нии реги­о­наль­ных медиа­дис­кур­сов, поз­во­ляя выде­лить наци­о­наль­но-куль­тур­ные осо­бен­но­сти меди­а­ланд­шаф­тов раз­лич­ных стран, изу­чить спе­ци­фи­ку созда­ва­е­мой наци­о­наль­ны­ми СМИ инфор­ма­ци­он­ной кар­ти­ны мира. Содер­жа­ние тема­ти­че­ских бло­ков в медиа­дис­кур­сах раз­лич­ных стран куль­ту­ро­спе­ци­фич­но, посколь­ку в текстах мас­со­вой инфор­ма­ции про­ис­хо­дит свое­об­раз­ное нало­же­ние наци­о­наль­но-куль­тур­ной и инфор­ма­ци­он­ной кар­тин мира, что есте­ствен­но про­яв­ля­ет­ся в набо­ре посто­ян­ных тема­ти­че­ских состав­ля­ю­щих, харак­тер­ных для той или иной стра­ны, той или иной куль­ту­ры. Так, напри­мер, одной из посто­ян­ных тем для бри­тан­ских СМИ явля­ет­ся осве­ще­ние подроб­но­стей част­ной жиз­ни чле­нов коро­лев­ской семьи и высо­ко­по­став­лен­ных поли­ти­ков. В меди­а­кон­тен­те США посто­ян­но при­сут­ству­ет тема расо­вых вза­и­мо­от­но­ше­ний, для рос­сий­ско­го меди­а­ланд­шаф­та харак­тер­ны сооб­ще­ния о раз­лич­ных видах кор­руп­ции и мерах борь­бы с ней. Регу­ляр­но вос­про­из­во­ди­мые темы, отра­жа­ю­щие наци­о­наль­но-куль­тур­ную спе­ци­фи­ку того или ино­го меди­а­ланд­шаф­та, назы­ва­ют­ся buzz-topics, или темы, вызы­ва­ю­щие повы­шен­ный инте­рес [Доб­рос­клон­ская 2005: 189].

Боль­шое зна­че­ние при иссле­до­ва­нии мас­сме­дий­но­го дис­кур­са в систе­ме медиа­линг­ви­сти­ки име­ет мето­до­ло­ги­че­ский аспект, или ком­плекс мето­дов, при­ме­ня­е­мых для ана­ли­за меди­а­тек­стов и отра­жа­ю­щий меж­дис­ци­пли­нар­ный харак­тер иссле­до­ва­ний рече­вой дея­тель­но­сти в сфе­ре мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции. Осо­бую роль в усло­ви­ях посто­ян­но­го совер­шен­ство­ва­ния инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­ци­он­ных тех­но­ло­гий и нарас­та­ю­щей кон­вер­ген­ции меди­а­кон­тен­та при­об­ре­та­ет инте­гри­ро­ван­ный под­ход, раз­ра­бо­тан­ный в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки. Инте­гри­ро­ван­ный под­ход осно­ван на соче­та­нии широ­ко­го спек­тра мето­дов раз­лич­ных дис­ци­плин и вклю­ча­ет сле­ду­ю­щие наи­бо­лее зна­чи­мые и рас­про­стра­нён­ные груп­пы мето­дов:

1) во-пер­вых, целую груп­пу мето­дов линг­ви­сти­че­ско­го ана­ли­за, поз­во­ля­ю­щих выявить базо­вые свой­ства и харак­те­ри­сти­ки тек­ста на раз­лич­ных язы­ко­вых уров­нях: лек­си­че­ском, син­таг­ма­ти­че­ском (соче­та­е­мость), сти­ли­сти­че­ском (исполь­зо­ва­ние тро­пов, срав­не­ний, мета­фор и про­чих сти­ли­сти­че­ских при­ё­мов), социо­линг­ви­сти­че­ском;

2) метод кон­тент-ана­ли­за, или ана­ли­за содер­жа­ния, осно­ван­ный на ста­ти­сти­че­ском под­счё­те спе­ци­аль­но выбран­ных тек­сто­вых еди­ниц;

3) метод дис­кур­сив­но­го ана­ли­за, осно­ван­ный на кон­цеп­ции дис­кур­са и поз­во­ля­ю­щий про­сле­дить вза­и­мо­связь меж­ду язы­ко­вой и экс­тра­линг­ви­сти­че­ской сто­ро­ной тек­ста;

4) метод кри­ти­че­ской линг­ви­сти­ки, поз­во­ля­ю­щий выявить скры­тую поли­ти­ко-идео­ло­ги­че­скую состав­ля­ю­щую меди­а­тек­ста и осно­ван­ный на выяв­ле­нии оце­ноч­ных, отра­жа­ю­щих опре­де­лён­ные идео­ло­ги­че­ские взгля­ды и уста­нов­ки, ком­по­нен­тов;

5) метод когни­тив­но­го ана­ли­за, осно­ван­ный на изу­че­нии кон­цеп­ту­аль­но­го аспек­та меди­тек­стов, сопо­став­ле­нии раз­лич­ных вари­ан­тов интер­пре­та­ции собы­тий в СМИ и направ­лен­ный на выяв­ле­ние соот­но­ше­ния реаль­ной дей­стви­тель­но­сти и её медиа­ре­пре­зен­та­ций;

6) метод линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за, осно­ван­ный на выяв­ле­нии куль­ту­розна­чи­мых ком­по­нен­тов тек­ста, как то: реа­лий, заим­ство­ва­ний, ино­стран­ных слов, еди­ниц без­эк­ви­ва­лент­ной лек­си­ки и т. п., поз­во­ля­ю­щий соста­вить пред­став­ле­ние о куль­ту­ро­ло­ги­че­ском аспек­те того или ино­го про­из­ве­де­ния медиа­ре­чи, его наци­о­наль­но-куль­тур­ной спе­ци­фи­ке;

7) нако­нец, метод соб­ствен­но медиа­линг­ви­сти­че­ский, пред­по­ла­га­ю­щий ана­лиз тек­ста с точ­ки зре­ния устой­чи­вой систе­мы пара­мет­ров опи­са­ния меди­а­тек­ста, таких как спо­соб его созда­ния и вос­про­из­ве­де­ния, канал рас­про­стра­не­ния, функ­ци­о­наль­но-жан­ро­вый тип, тема­ти­че­ская доми­нан­та и проч.

Оста­но­вим­ся на каж­дом из назван­ных мето­дов подроб­нее. Несо­мнен­но, клю­че­вое зна­че­ние в рам­ках медиа­линг­ви­сти­ки име­ет груп­па соб­ствен­но линг­ви­сти­че­ских мето­дов. Осо­бен­но важен метод сплош­но­го тек­сто­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за, поз­во­ля­ю­щий выявить зако­но­мер­но­сти постро­е­ния тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции на син­таг­ма­ти­че­ском и сти­ли­сти­че­ском уров­нях. Ана­лиз на уровне син­таг­ма­ти­ки пока­зы­ва­ет устой­чи­вую пара­диг­му соче­та­е­мо­сти, харак­тер­ную для того или ино­го типа тек­стов, поз­во­ля­ет выде­лить целые груп­пы устой­чи­вых тема­ти­че­ских кол­ло­ка­ций, регу­ляр­но вос­про­из­во­ди­мых при осве­ще­нии того или ино­го меди­а­то­пи­ка.

Неоце­ни­мую роль в изу­че­нии тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции игра­ет социо­ло­ги­че­ский метод кон­тент-ана­ли­за, или ана­ли­за содер­жа­ния (от англ. content — содер­жа­ние). Осно­ван­ный на ста­ти­сти­че­ском под­счё­те спе­ци­аль­но выбран­ных еди­ниц тек­ста (при­чём не толь­ко вер­баль­ных), метод кон­тент-ана­ли­за предо­став­ля­ет иссле­до­ва­те­лю мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции самый широ­кий спектр воз­мож­но­стей и поз­во­ля­ет выявить обыч­но скры­тые соци­аль­но-идео­ло­ги­че­ские осо­бен­но­сти репре­зен­ти­ру­е­мой дан­ным тек­стом дей­стви­тель­но­сти. Напри­мер, кон­тент-ана­лиз тек­стов о Рос­сии в англо­языч­ной прес­се за послед­нее деся­ти­ле­тие поз­во­ля­ет сде­лать вывод о нарас­та­нии нега­тив­ных тен­ден­ций в вос­при­я­тии обра­за Рос­сии и её лиде­ра на Запа­де, что про­яв­ля­ет­ся в уве­ли­че­нии обще­го чис­ла тек­сто­вых фраг­мен­тов, содер­жа­щих упо­ми­на­ние КГБ, ФСБ, Лубян­ки, ста­ли­низ­ма, тота­ли­тар­но­го режи­ма, боль­ше­виз­ма и про­чих анти­де­мо­кра­ти­че­ских сим­во­лов.

Высо­кий мето­до­ло­ги­че­ский потен­ци­ал кон­тент-ана­ли­за обу­слов­лен тем, что в роли еди­ниц под­счё­та может высту­пать прак­ти­че­ски любой ком­по­нент тек­ста мас­со­вой инфор­ма­ции — как вер­баль­ный (сло­во, сло­во­со­че­та­ние, име­на поли­ти­че­ских дея­те­лей и т. д.), так и отно­ся­щий­ся к медиа­ря­ду (повто­ря­ю­щи­е­ся обра­зы, аудио- и видео­фраг­мен­ты). Имен­но такой под­ход поз­во­ля­ет опре­де­лить такие важ­ные с точ­ки зре­ния медиа­линг­ви­сти­ки момен­ты, как, напри­мер, частот­ные еди­ни­цы тема­ти­че­ски свя­зан­ной лек­си­ки, устой­чи­вые кол­ло­ка­ции, наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ные спо­со­бы ссыл­ки на источ­ник инфор­ма­ции, при­о­ри­тет­ные топи­ки новост­ных тек­стов и т. д.

Несо­мнен­но, клю­че­вое зна­че­ние для изу­че­ния медиа­дис­кур­са име­ет метод дис­кур­сив­но­го ана­ли­за, кото­рый поз­во­ля­ет сосре­до­то­чить вни­ма­ние не толь­ко на внеш­них фор­маль­ных при­зна­ках тек­ста, но, и это осо­бен­но важ­но, на целом ряде экс­тра­линг­ви­сти­че­ских фак­то­ров, сопро­вож­да­ю­щих его про­из­вод­ство и акту­а­ли­за­цию. Одним из при­ме­ров мно­го­чис­лен­ных иссле­до­ва­ний, при­ме­ня­ю­щих метод дис­курс-ана­ли­за для опи­са­ния тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции, могут слу­жить рабо­ты извест­но­го гол­ланд­ско­го уче­но­го Т. ван Дей­ка: «Ана­лиз ново­стей как дис­кур­са» и «Струк­ту­ра ново­стей в прес­се». Рас­смат­ри­вая ново­сти как осо­бый вид дис­кур­са, ван Дейк под­чёр­ки­ва­ет, что струк­ту­ры меди­а­тек­стов могут быть адек­ват­но поня­ты толь­ко в одном слу­чае: если мы будем ана­ли­зи­ро­вать их как резуль­тат когни­тив­ной и соци­аль­ной дея­тель­но­сти жур­на­ли­стов по про­из­вод­ству тек­стов и их зна­че­ний, как резуль­тат интер­пре­та­ции тек­стов чита­те­ля­ми газет и теле­зри­те­ля­ми, про­из­во­ди­мой на осно­ве опы­та их обще­ния со сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции [ван Дейк 1989]. Конеч­ная же цель дис­курс-ана­ли­за состо­ит в том, что­бы выявить и опи­сать обыч­но скры­тые для мас­со­вой ауди­то­рии свя­зи меж­ду язы­ком, вла­стью и идео­ло­ги­ей.

Доста­точ­но бли­зок к мето­ду дис­кур­сив­но­го ана­ли­за по сво­им зада­чам метод кри­ти­че­ской линг­ви­сти­ки (critical linguistics) — отно­си­тель­но ново­го направ­ле­ния в язы­ко­зна­нии, воз­ник­ше­го в кон­це про­шло­го века. Фор­му­ли­руя основ­ные поло­же­ния дан­но­го направ­ле­ния, англий­ские линг­ви­сты исхо­ди­ли из того, что зна­ки язы­ка и спо­со­бы их акту­а­ли­за­ции не носят ней­траль­но­го харак­те­ра. Они осо­бо под­чёр­ки­ва­ют необ­хо­ди­мость выяв­ле­ния и опи­са­ния идео­ло­ги­че­ских средств воз­дей­ствия, неиз­беж­но при­сут­ству­ю­щих в каж­дом про­из­ве­де­нии медиа­ре­чи [Mass Communication 1998].

Таким обра­зом, цель мето­да кри­ти­че­ской линг­ви­сти­ки состо­ит в обна­ру­же­нии и изу­че­нии идео­ло­ги­че­ски окра­шен­ных ком­по­нен­тов тек­ста. При этом осо­бое вни­ма­ние уде­ля­ет­ся имен­но ана­ли­зу тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции как тек­стов по при­ро­де сво­ей глу­бо­ко идео­ло­ги­зи­ро­ван­ных. Напри­мер, про­стое срав­не­ние двух вер­сий газет­ных заго­лов­ков, посвя­щён­ных одно­му и тому же собы­тию, — «Ком­па­ния IBM закры­ва­ет завод. Рабо­чие про­те­сту­ют» и «Рабо­чие выра­жа­ют недо­воль­ство закры­ти­ем заво­да IBM» — поз­во­ля­ет сде­лать опре­де­лён­ные выво­ды о раз­ной рас­ста­нов­ке идео­ло­ги­че­ских акцен­тов. В пер­вом вари­ан­те заго­лов­ка основ­ная ответ­ствен­ность за закры­тие заво­да воз­ла­га­ет­ся на ком­па­нию, во вто­ром пере­ме­ще­ние сло­ва «рабо­чие» в нача­ло пред­ло­же­ния и заме­на гла­го­ла «закры­ва­ет» суще­стви­тель­ным «закры­тие» поз­во­ля­ет сме­стить акцент с дей­ствий ком­па­нии на дей­ствия самих рабо­чих.

Боль­шое вни­ма­ние изу­че­нию мас­сме­дий­но­го дис­кур­са уде­ля­ет­ся так­же в рам­ках когни­тив­ной линг­ви­сти­ки, основ­ная зада­ча кото­рой состо­ит в соот­не­се­нии раз­лич­ных язы­ко­вых про­цес­сов с когни­тив­ны­ми спо­со­ба­ми вос­при­я­тия и обра­бот­ки инфор­ма­ции. Рас­смат­ри­вая язык в каче­стве когни­тив­но­го инстру­мен­та для репре­зен­та­ции и коди­ро­ва­ния дей­стви­тель­но­сти, когни­ти­ви­сты иссле­ду­ют меди­а­тек­сты как в свя­зи с общи­ми про­бле­ма­ми кате­го­ри­за­ции и кон­цеп­ту­а­ли­за­ции, так и в свя­зи с вопро­са­ми язы­ко­вой кар­ти­ны мира. Важ­ней­шим объ­ек­том иссле­до­ва­ния в когни­тив­ной линг­ви­сти­ке явля­ет­ся кон­цепт. Кон­цеп­ты — это мен­таль­ные сущ­но­сти, кото­рые име­ют назва­ние в язы­ке и отра­жа­ют куль­тур­но-наци­о­наль­ное пред­став­ле­ние чело­ве­ка о мире. Так, при­ме­няя мето­ды когни­тив­ной линг­ви­сти­ки, мож­но выяс­нить зна­че­ние и спо­со­бы репре­зен­та­ции самых раз­ных кон­цеп­тов в медиа­ре­чи. Про­бле­мы муль­ти­куль­тур­но­го обще­ства, имми­гра­ция, рели­ги­оз­ные кон­флик­ты, отно­ше­ние к окру­жа­ю­щей сре­де, ген­дер­ная про­бле­ма­ти­ка — когни­тив­ный ана­лиз этих посто­ян­но осве­ща­е­мых сред­ства­ми мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции тем поз­во­ля­ет понять, как скла­ды­ва­ет­ся общая инфор­ма­ци­он­ная кар­ти­на мира, в чём про­яв­ля­ет­ся наци­о­наль­но-куль­тур­ная спе­ци­фи­ка меди­а­ланд­шаф­тов кон­крет­ных стран. Имен­но поэто­му с точ­ки зре­ния когни­тив­ной линг­ви­сти­ки суще­ствен­ное зна­че­ние име­ет тема­ти­че­ская орга­ни­за­ция инфор­ма­ци­он­но­го про­стран­ства, выра­жен­ная в опре­де­лен­ном набо­ре устой­чи­вых меди­а­то­пи­ков и отра­жа­ю­щая куль­ту­ро-спе­ци­фич­ные осо­бен­но­сти медиа­по­то­ка.

Когни­тив­ный под­ход поз­во­ля­ет так­же отве­тить на важ­ней­ший вопрос о спо­со­бах вза­и­мо­дей­ствия меж­ду реаль­ной дей­стви­тель­но­стью и её медий­ной репре­зен­та­ци­ей. Дело в том, что когни­тив­ное осво­е­ние реаль­но­сти во мно­гом зави­сит от тех вер­сий и интер­пре­та­ций, кото­рые про­из­во­дят­ся и рас­про­стра­ня­ют­ся по кана­лам мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции. Меха­низм функ­ци­о­ни­ро­ва­ния СМИ пред­по­ла­га­ет не толь­ко и даже не столь­ко отра­же­ние окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти, сколь­ко, и это гораз­до более важ­но, ее интер­пре­та­цию, ком­мен­та­рий, оцен­ку, спо­соб­ству­ю­щие созда­нию опре­де­лен­но­го идео­ло­ги­че­ско­го фона.

Моде­ли­ро­ва­ние меха­низ­ма отоб­ра­же­ния реаль­ных собы­тий сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции поз­во­ля­ет выде­лить три основ­ных типа медиа­пре­зен­та­ций, кото­рые услов­но мож­но обо­зна­чить как отра­же­ние, рекон­струк­ция, миф. Отра­же­ние пред­по­ла­га­ет наи­бо­лее точ­ное, мак­си­маль­но при­бли­жен­ное к реаль­но­сти вос­про­из­ве­де­ние собы­тий. При­ме­ром тако­го типа медиа­пре­зен­та­ции могут слу­жить новост­ные меди­а­тек­сты, в кото­рых мак­си­маль­но объ­ек­тив­но и досто­вер­но осве­ща­ют­ся те или иные собы­тия, в том чис­ле собы­тия поли­ти­че­ские. Харак­тер­ным при­зна­ком дан­но­го типа медиа­пре­зен­та­ции на линг­ви­сти­че­ском уровне явля­ет­ся боль­шое коли­че­ство цитат­ной речи, вос­про­из­ве­де­ние целых фраг­мен­тов из речей и выступ­ле­ний поли­ти­ков, обя­за­тель­ное нали­чие ссы­лок на источ­ник инфор­ма­ции и фак­ти­че­ское отсут­ствие ана­ли­ти­че­ски-ком­мен­ти­ру­ю­ще­го и оце­ноч­но­го ком­по­нен­тов. Тип «рекон­струк­ция» допус­ка­ет боль­шую сво­бо­ду интер­пре­та­ции со сто­ро­ны СМИ: реаль­ное собы­тие зано­во «кон­стру­и­ру­ет­ся» в медий­ном про­стран­стве на осно­ве тех или иных поли­ти­ко-идео­ло­ги­че­ских уста­но­вок. Поэто­му отли­чи­тель­ным при­зна­ком медиа­ре­кон­струк­ции счи­та­ет­ся как раз при­сут­ствие ана­ли­ти­че­ски-ком­мен­ти­ру­ю­щей и идео­ло­ги­че­ски-оце­ноч­ной части, на что, в част­но­сти, ука­зы­ва­ет извест­ный иссле­до­ва­тель медиа­дис­кур­са Т. ван Дейк в сво­ей кни­ге «Идео­ло­гия: меж­дис­ци­пли­нар­ный под­ход»: «Собы­тия и явле­ния не обла­да­ют зна­че­ни­ем сами по себе, эти зна­че­ния кон­стру­и­ру­ют­ся при сооб­ще­нии о собы­ти­ях на осно­ве вза­и­мо­дей­ствия мно­гих соци­аль­но-идео­ло­ги­че­ских фак­то­ров — клас­со­вой при­над­леж­но­сти, ген­де­ра, расы, куль­ту­ры, поли­ти­че­ских убеж­де­ний» и т. д. [van Dijk 1998].

Тре­тий тип медиа­пре­зен­та­ции — «миф» — пред­став­ля­ет собой целе­на­прав­лен­но создан­ный, часто весь­ма отда­лен­ный от реаль­ной дей­стви­тель­но­сти, образ собы­тия. Основ­ной чер­той меди­а­ми­фа явля­ет­ся его «задан­ность», направ­лен­ная на ока­за­ние опре­де­лён­но­го идео­ло­ги­че­ско­го воз­дей­ствия, на дости­же­ние тех или иных поли­ти­че­ских целей.

Для изу­че­ния куль­ту­ро­ло­ги­че­ской состав­ля­ю­щей медиа­дис­кур­са совер­шен­но неза­ме­ним метод линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за. Дан­ный метод осно­ван на появив­шей­ся в 90-х годах про­шло­го века кон­цеп­ции линг­во­куль­ту­ры, кото­рая отра­жа­ет нераз­рыв­ную связь меж­ду наци­о­наль­ным язы­ком и куль­ту­рой, под­чёр­ки­вая их орга­нич­ное един­ство и целост­ность. Зна­че­ние линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го мето­да для ана­ли­за тек­стов мас­со­вой инфор­ма­ции оче­вид­но, посколь­ку весь кор­пус медиа­ре­чи явля­ет­ся важ­ней­шим ком­по­нен­том совре­мен­ной куль­ту­ры. Меди­а­тек­сты насы­ще­ны куль­ту­розна­чи­мой инфор­ма­ци­ей, в них фик­си­ру­ют­ся и отра­жа­ют­ся как общие, так и спе­ци­фи­че­ские осо­бен­но­сти функ­ци­о­ни­ро­ва­ния наци­о­наль­ных язы­ков и куль­тур. Имен­но поэто­му выяв­ле­ние и опи­са­ние куль­ту­розна­чи­мых ком­по­нен­тов медиа­ре­чи ока­зы­ва­ет­ся сего­дня одной из важ­ней­ших иссле­до­ва­тель­ских задач. Гово­ря о куль­ту­ро­обу­слов­лен­ных эле­мен­тах тек­ста, мы име­ем в виду самый широ­кий круг еди­ниц: от слов, обо­зна­ча­ю­щих реа­лии (Кремль, Белый дом, Биг Бен, Би-Би-Си), куль­ту­ро­спе­ци­фи­че­ской и без­эк­ви­ва­лент­ной лек­си­ки (дача, глас­ность, чел­но­ки) до заим­ство­ва­ний и вкрап­ле­ния в текст ино­стран­ных слов и выра­же­ний (fin de ciecle, haute couture и т. д.). Нель­зя не отме­тить при­клад­ное зна­че­ние линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за, посколь­ку его резуль­та­том явля­ет­ся обна­ру­же­ние и разъ­яс­не­ние куль­ту­розна­чи­мых еди­ниц, столь необ­хо­ди­мых для состав­ле­ния куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ком­мен­та­рия.

Логи­че­ским про­дол­же­ни­ем линг­во­куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го мето­да мож­но счи­тать метод куль­ту­ро­ло­ги­че­ский, кото­рый пере­но­сит вни­ма­ние иссле­до­ва­те­ля на экс­тра­линг­ви­сти­че­ские аспек­ты тек­ста — куль­ту­ро­обу­слов­лен­ные обра­зы, аудио- или видео­фраг­мен­ты. С его помо­щью мож­но отве­тить на такие вопро­сы, как, напри­мер: поче­му в про­грам­мах бри­тан­ско­го теле­ви­де­ния обя­за­тель­но долж­ны участ­во­вать пред­ста­ви­те­ли всех рас, чем вызва­на дис­кус­сия о ноше­нии хиджа­ба, в чём кор­ни «кари­ка­тур­но­го скан­да­ла». Кро­ме того, метод куль­ту­ро­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за име­ет боль­шой срав­ни­тель­но-сопо­ста­ви­тель­ный потен­ци­ал, поз­во­ляя срав­ни­вать то, как ана­ло­гич­ные темы и обра­зы акту­а­ли­зи­ру­ют­ся в медиа­дис­кур­се раз­ных стран.

Наря­ду с пере­чис­лен­ны­ми мето­да­ми, ана­ли­ти­че­ский аппа­рат медиа­линг­ви­сти­ки вклю­ча­ет и метод соб­ствен­но медиа­линг­ви­сти­че­ский, суть кото­ро­го состо­ит в обна­ру­же­нии и опи­са­нии зако­но­мер­но­стей вза­и­мо­дей­ствия вер­баль­но­го и медий­но­го уров­ней меди­а­тек­ста, в изу­че­нии осо­бен­но­стей исполь­зо­ва­ния зна­ков каж­до­го уров­ня, а так­же раз­лич­ных вари­ан­тов их ком­би­на­ций: сло­во — звук — изоб­ра­же­ние, сло­во — гра­фи­че­ское оформ­ле­ние — образ и т. д. При этом необ­хо­ди­мо учи­ты­вать, что вер­баль­ный и медий­ный уров­ни тек­ста могут соче­тать­ся на осно­ве раз­лич­ных прин­ци­пов — иллю­стра­ции, допол­не­ния, уси­ле­ния, кон­тра­ста, столк­но­ве­ния смыс­лов и проч., созда­вая опре­де­лён­ные эффек­ты и уси­ли­вая воз­дей­ствие на ауди­то­рию. В рам­ках медиа­линг­ви­сти­че­ско­го под­хо­да мето­ди­ка ана­ли­за меди­а­тек­стов как объ­ём­но­го мно­го­уров­не­го явле­ния допол­ня­ет­ся устой­чи­вой систе­мой пара­мет­ров, кото­рая поз­во­ля­ет дать пре­дель­но точ­ное опи­са­ние того или ино­го меди­а­тек­ста с точ­ки зре­ния осо­бен­но­стей его про­из­вод­ства, кана­ла рас­про­стра­не­ния и линг­во­фор­мат­ных при­зна­ков.

Завер­шая рас­смот­ре­ние мас­сме­дий­но­го дис­кур­са в систе­ме медиа­линг­ви­сти­ки, сле­ду­ет отме­тить, что толь­ко соче­та­ние пре­иму­ществ раз­лич­ных мето­до­ло­ги­че­ских под­хо­дов поз­во­ля­ет полу­чить все­сто­рон­нее пред­став­ле­ние как об осо­бен­но­стях функ­ци­о­ни­ро­ва­ния язы­ка в сфе­ре мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции, так и о содер­жа­нии клю­че­во­го для мас­сме­дий­но­го дис­кур­са поня­тия «меди­а­текст».

© Доб­рос­клон­ская Т. Г., 2015

1. Анненкова И. В. Медиадискурс ХХI века. Лингвофилософский аспект языка СМИ. М., 2011.

2. Добросклонская Т. Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ. М., 2008.

3. Добросклонская Т. Г. Методология анализа медиатекста как информационно-коммуникативного продукта // Массово-коммуникационные процессы в современной России. М., 2008. С. 78–92.

4. Добросклонская Т. Г. Вопросы изучения медиатекстов. М., 2005. 

5. Добросклонская Т. Г. Медиадискурс как объект лингвистики и межкультурной коммуникации // Вестник Московского университета. Серия 10. №2. 2006. С. 20–33.

6. Землянова Л. М. Зарубежная коммуникативистика в преддверии информационного общества. М., 1999.

7. Калмыков А. А., Коханова Л. А. Интернет-журналистика. М., 2005.

8. Луман Н. Реальность масс медиа. М., 2005.

9. Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990.

10. Полонский А. В. Социально-когнитивная морфология коммуникации // Global Media Journal — Глобальный медиажурнал (Российское издание). 2011. Вып. 1. 

11. ван Дейк Т. Язык. Познание. Коммуникация. М., 1989.

12. Analysing media texts. Ed. by M. Gillespie and J. Toynbee. Oxford, 2006.

13. Bell A. Approaches to Media Discourse. London, 2001.

14. Carter R. Introducing Applied Linguistics. London,1993. 

15. Mass Communication Research Methods. London, 1998.

16. Dijk T. Ideology: multidisciplinary approach. SAGE, 1998. 

1. Annenkova I. V. Media discourse of the XXI century. Linguophilosophical aspect of media language [Mediadiskurs XXI veka. Lingvofilosofskiy aspect yazuka SMI]. Moscow, 2011.

2. Dobrosklonskaya T. G. Media linguistics: systematic approach to the study of media language [Medialingvistika: sistemniy podhod k izucheniyu yazuka SMI]. Moscow, 2008.

3. Dobrosklonskaya T. G. Methodology of the analysis of media texts as a communicative product [Metodologiya analiza mediateksta kak informazionno-kommunikativnogo produkta] // Mass communication processes in contemporary Russia [Massovo-kommunikazionnuye prozessy v sovremennoy Rossiyi]. Moscow, 2008. Pp. 78–92.

4. Dobrosklonskaya T. G. Studying media texts [Voprosy izucheniya mediatekstov]. Moscow, URSS, 2005. 

5. Dobrosklonskaya T. G. Media discourse as the object of linguistics and intercultural communication [Mediadiskurs kak obyekt lingvistiki I mezhkulturnoy kommunikazii] // Vestnik Moskovskogo Universiteta. Seriya 10. №2. 2006. Pp. 20–33.

6. Zemlyanova L. M. Foreign communication studies in information society [Zarubezhnaya kommunikativistika v preddverii informazionnogo obshestva]. Moscow, 1999. 

7. Kalmykov A. A., Kohanova L. A. Internet Journalism [Interner-zhurnalistika]. M., 2005. 

8. Luman N. The reality of mass media [Realnost mass media]. Moscow, 2005. 

9. Encyclopedic dictionary of linguistics [Lingvisticheskiy enziklopedicheskiy slovar]. Moscow, 1990. 

10. Polonskiy A. V. Socio-cognitive morphology of communications [Sozialno-kognitivnaya morfologiya kommunikazii] // Global Media Journal. 2011. Issue 1.

11. van Dijk T. Language. Cognition. Communication [Yazik. Poznaniye. Kommunikaziya]. Moscow, 1989. 

12. Analysing media texts. Ed. By M. Gillespie and J. Toynbee. Oxford, 2006. 

13. Bell A. Approaches to Media Discourse. London, 2001. 

14. Carter R. Introducing Applied Linguistics. London, 1993. 

15. Mass Communication Research Methods. London, 1998.

16. van Dijk T. Ideology: multidisciplinary approach. SAGE, 1998.