Среда, Октябрь 16Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

МАССМЕДИЙНОСТЬ КАК КАЧЕСТВО ТЕКСТА СОВРЕМЕННЫХ МАССМЕДИА

Массмедиа формируют актуальную для научных исследований область знаний, которая непосредственно связана с укладом жизни человека, его опытом интеллектуального и эмоционального переживания действительности, опытом социального взаимодействия. В статье рассматривается феномен массмедийности как стержневого качества массмедийного текста. Ключевыми принципами массмедийности (диалектики массмедийной формы) являются: технологический принцип, принцип текущего контекста, принцип тиражирования, принцип аудитории, принцип повторения, принцип наращивания временнóго потенциала, принцип продвижения, принцип интертекстуальности, принцип мультимедийности, принцип интерактивности. Исследование параметров массмедийности продолжается.

MASSMEDIALITY AS A QUALITY OF THE MODERN MASS MEDIA TEXT 

Mass media form relevant for scientific research area of knowledge, which is directly connected with person’s lifestyle, his experience is intellectual and emotional experiences of reality, his experience in social interaction. The article discusses the phenomenon of massmediality as a base quality of mass media text. The key principles of massmediality (dialectics of mass media forms) are: technological principle, the principle of the current context, the principle of replication, the principle of the audience, the principle of repetition, the principle of increasing the temporal potential, the principle of promoting the principle of intertextuality, the principle of multimedia, interactivity principle. The phenomenon of massmediality finds himself in other settings, which are being studied.

 

Андрей Васильевич Полонский, доктор филологических наук, профессор кафедры коммуникативистики, рекламы и связей с общественностью Белгородского государственного национального исследовательского университета 

E-mail: polonskiy@bsu.edu.ru

Andrey V. Polonskiy, PhD, Professor of the Department of communication, advertising and public relations of Belgorod State National Research University

E-mail: polonskiy@bsu.edu.ru

Полонский А. В. Массмедийность как качество текста современных массмедиа // Медиалингвистика. 2015. № 2 (8). С. 7–16. URL: https://medialing.ru/massmedijnost-kak-kachestvo-teksta-sovremennyh-massmedia/ (дата обращения: 16.10.2019).

Polonsky А. V. Massmediality as a quality of modern mass media text // Media Linguistics, 2015, No. 2 (8), pp. 7–16. Available at: https://medialing.ru/massmedijnost-kak-kachestvo-teksta-sovremennyh-massmedia/ (accessed: 16.10.2019). (In Russian)

УДК 004.77+316.77 
БКК 32.811+76.0 
ГРНТИ 19.01.11 
КОД ВАК 22.00.06

Каж­дая эпо­ха гене­ри­ру­ет свои кон­цеп­ции, дела­ю­щие ее содер­жа­тель­но и сти­ли­сти­че­ски опо­зна­ва­е­мой. Кон­цеп­ту­аль­ный код совре­мен­но­сти, несо­мнен­но, фор­ми­ру­ют мас­сме­диа, в инфор­ма­ци­он­но-смыс­ло­вом про­стран­стве кото­рых сего­дняш­ний чело­век актив­но чер­па­ет свои зна­ния, выве­ря­ет свои миро­воз­зрен­че­ские уста­нов­ки и фор­мы эмо­ци­о­наль­но­го пове­де­ния. Совре­мен­ность — это мас­сме­дий­ный про­ект, про­ект медиа, пред­на­зна­чен­ных обес­пе­чи­вать про­цесс ком­му­ни­ка­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия широ­ких соци­аль­ных групп. 

Создать стро­гую тео­рию мас­сме­диа и их рече­мыс­ли­тель­ной прак­ти­ки — акту­аль­ная зада­ча, сто­я­щая сего­дня перед науч­ным сооб­ще­ством. В ее реше­ние вклю­ча­ют­ся пред­ста­ви­те­ли раз­ных отрас­лей зна­ния — фило­со­фии, куль­ту­ро­ло­гии, социо­ло­гии, ком­му­ни­ка­ти­ви­сти­ки, поли­то­ло­гии, пси­хо­ло­гии, педа­го­ги­ки, линг­ви­сти­ки, искус­ство­ве­де­ния, мар­ке­то­ло­гии, тео­рии жур­на­ли­сти­ки, рекла­мы и свя­зей с обще­ствен­но­стью. Раз­ные мето­ды и раз­ные ана­ли­ти­че­ские про­це­ду­ры (исто­ри­ко-типо­ло­ги­че­ский ана­лиз, клас­си­фи­ка­ци­он­ный ана­лиз, социо­ло­ги­че­ский ана­лиз, соци­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ский ана­лиз, дис­кур­сив­ный ана­лиз, кон­тент-ана­лиз, семи­о­ти­че­ский ана­лиз, линг­ви­сти­че­ский ана­лиз, сти­ли­сти­че­ский ана­лиз, струк­тур­ный или струк­тур­но-ком­по­зи­ци­он­ный ана­лиз и др.), вос­тре­бо­ван­ные в рам­ках меж­дис­ци­пли­нар­но­го иссле­до­ва­ния мас­сме­диа, рас­ши­ря­ют сфе­ру про­блем­но­го к ним вни­ма­ния. 

Про­бле­ма­ти­ка мас­сме­диа чрез­вы­чай­но мно­го­об­раз­на. Непо­сред­ствен­ным пред­ме­том рас­смот­ре­ния в дан­ной ста­тье явля­ет­ся аспект мас­сме­диа, свя­зан­ный с осо­бен­но­стя­ми их раз­вер­ты­ва­ния в тек­сто­вую реаль­ность. Смысл этой тео­ре­ти­че­ской рефлек­сии заклю­ча­ет­ся в необ­хо­ди­мо­сти еще раз обра­тить вни­ма­ние на кон­цеп­ту­аль­ные рам­ки тек­ста, кото­рый гене­ри­ру­ет­ся посред­ством мас­сме­диа и кото­рый сего­дня пре­тен­ду­ет на ста­тус доми­ни­ру­ю­ще­го тек­ста куль­ту­ры [Аннен­ко­ва, 2011; Доб­рос­клон­ская, 2008; 2010; Дус­ка­е­ва, 2004; Дус­ка­е­ва, Цве­то­ва, 2012; Засур­ский, 2005; Казак, 2014; Кай­да, 2013; Клу­ши­на, 2008; Лыса­ко­ва, 2005; Мисонж­ни­ков, 2012; 2013; Пер­си, 2014; Полон­ский, 2012; 2014; Сме­та­ни­на, 2002; Солга­ник, 2005; Чер­ны­шо­ва, 2007; Чер­няв­ская, 2013; Pstyga, 2013].

В осмыс­ле­нии дан­но­го про­блем­но­го поля мето­до­ло­ги­че­ски важ­но учи­ты­вать, что совре­мен­ное обще­ство пред­став­ля­ет собой мно­го­мер­ное обра­зо­ва­ние с сосу­ще­ству­ю­щи­ми в нем раз­лич­ны­ми соци­аль­ны­ми про­стран­ства­ми, что в нем есть интел­лек­ту­аль­ные сфе­ры, кото­рые осо­бен­но откры­ты мас­со­вым ком­му­ни­ка­ци­он­ным тех­но­ло­ги­ям, такие как жур­на­ли­сти­ка, рекла­ма и свя­зи с обще­ствен­но­стью, одна­ко сре­ди тех, кто сего­дня заин­те­ре­со­ван в мас­сме­дий­ных тех­но­ло­ги­ях и кто обра­ща­ет­ся к чис­лен­но боль­шим ауди­то­ри­ям, не толь­ко «редак­ции» и «изда­те­ли» [Осно­вы тео­рии ком­му­ни­ка­ции, 2007, 445], не толь­ко жур­на­ли­сты, пуб­ли­ци­сты и бло­ге­ры, не толь­ко сотруд­ни­ки реклам­ных и пиар-агентств, но и дру­гие «куль­тур­ные посред­ни­ки» [Бовоне 1996], пред­ста­ви­те­ли так назы­ва­е­мо­го кре­а­тив­но­го клас­са [Florida 2002], — поли­ти­ки и педа­го­ги, писа­те­ли и поэты, про­фес­си­о­на­лы и люби­те­ли в сфе­ре искус­ства, дизай­на и моды, спе­ци­а­ли­сты в сфе­ре выста­воч­ной дея­тель­но­сти, эко­но­ми­ки и мар­ке­тин­га, а так­же лиде­ры мне­ния, тренд­сет­те­ры, хип­сте­ры (от англ. to be hip — быть в теме), меди­а­гур­ма­ны и медиа­фа­на­ты, кото­рые, отли­ча­ясь осо­бой интел­лек­ту­аль­ной и эмо­ци­о­наль­ной мобиль­но­стью, осо­бой воле­вой уста­нов­кой на новиз­ну, высо­кой моти­ва­ци­ей в пуб­лич­ной репре­зен­та­ции, фор­си­ро­ван­ной вовле­чен­но­стью в дина­ми­ку теку­ще­го соци­аль­но­го кон­тек­ста с его высо­ким уров­нем кон­ку­рен­ции и мно­го­чис­лен­ны­ми инно­ва­ци­он­ны­ми про­ек­та­ми в сфе­ре ком­му­ни­ка­ций, неза­мед­ли­тель­но вклю­ча­ют тех­но­ло­ги­че­ские ново­вве­де­ния в свои соци­аль­но-ком­му­ни­ка­тив­ные прак­ти­ки. Ком­му­ни­ка­тив­ный ста­тус этих сооб­ществ фор­ми­ру­ет­ся на осно­ве интен­ций реа­ли­зо­вать себя в пуб­лич­ном про­стран­стве, «опуб­ли­ко­вать» опыт сво­ей мыс­ли и жиз­ни.

Мас­сме­диа сего­дня не про­сто при­сут­ству­ют в жиз­ни обще­ства, обес­пе­чи­вая вос­тре­бо­ван­ный уро­вень ком­му­ни­ка­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия всех его субъ­ек­тов, не про­сто явля­ют­ся ком­по­нен­том соци­аль­ной сре­ды, фор­ми­ру­ю­щим ее ком­му­ни­ка­тив­ную инфра­струк­ту­ру, а ста­ли ста­тус­ным кон­тек­стом, где обре­та­ют свои куль­тур­ные фор­мы все соци­аль­ные про­цес­сы, где раз­ра­ба­ты­ва­ют­ся акту­аль­ные моде­ли соци­аль­ной иден­тич­но­сти, где опре­де­ля­ет­ся харак­тер доми­нант­ных смыс­ло­вых и идео­ло­ги­че­ских век­то­ров обще­ствен­но­го созна­ния. Мас­сме­диа под­дер­жи­ва­ют сего­дня любую фор­му мыс­ли, застав­ляя ее пере­ни­мать при­су­щие им тех­но­ло­гии про­из­вод­ства, тира­жи­ро­ва­ния и дви­же­ния инфор­ма­ции. 

Мас­сме­дий­ный текст, таким обра­зом, объ­еди­ня­ет тек­сты, репре­зен­ти­ру­ю­щие раз­ные фор­мы мыс­ли. Сущ­ность мас­сме­дий­но­го тек­ста рас­кры­ва­ет­ся в его спо­соб­но­сти фор­маль­но и содер­жа­тель­но реа­ги­ро­вать на кон­тек­сты мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции, сово­куп­ность пара­мет­ров кото­рых собра­на в поня­тие мас­сме­дий­но­сти.

В осмыс­ле­нии мас­сме­дий­но­сти (диа­лек­ти­ки мас­сме­дий­ной фор­мы, инте­гра­тив­но­го каче­ства тек­ста совре­мен­ных мас­сме­диа) важ­но иметь в виду, что соци­аль­ная прак­ти­ка мас­сме­диа фик­си­ру­ет четы­ре важ­ней­ших побу­ди­тель­ных импуль­са, сре­ди кото­рых: 1) тех­но­ло­гия; 2) теку­щий соци­аль­ный кон­текст; 3) соци­аль­но ори­ен­ти­ро­ван­ное содер­жа­ние; 4) боль­шие соци­аль­ные ауди­то­рии. 

Выде­лим клю­че­вые прин­ци­пы мас­сме­дий­но­сти.

1. Тех­но­ло­ги­че­ский прин­цип свя­зан с тех­ни­че­ски­ми осо­бен­но­стя­ми медий­ных (инфор­ма­ци­он­ных) плат­форм, кото­рые опре­де­ля­ют спо­соб про­из­вод­ства, запи­си и достав­ки инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та.

2. Прин­цип теку­ще­го кон­тек­ста фор­ми­ру­ет устой­чи­вую связь инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та с акту­аль­ны­ми соци­аль­ны­ми про­цес­са­ми.

3. Прин­цип тира­жи­ро­ва­ния обес­пе­чи­ва­ет одно­вре­мен­ное суще­ство­ва­ние необо­зри­мо­го коли­че­ства копий ори­ги­на­ла и его мно­го­ва­ри­ант­ность. Тира­жи­ро­ва­ние меня­ет харак­тер быто­ва­ния мас­сме­дий­но­го тек­ста в куль­ту­ре, осо­бен­но­сти его опо­зна­ва­ния и интер­пре­та­ции. Тира­жи­ро­ва­ние исклю­ча­ет зна­ко­во-сим­во­ли­че­ский про­дукт из сфе­ры лич­ност­но пере­жи­ва­е­мо­го зна­ния и, как пра­ви­ло, экс­перт­но­го, спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­но­го зна­ния, вво­дя его в повсе­днев­ную прак­ти­ку широ­ких соци­аль­ных групп и тем самым лишая его изна­чаль­ной уни­каль­но­сти, делая его фено­ме­ном мас­со­во­го (неэкс­перт­но­го) созна­ния.

Нетруд­но заме­тить, что интер­пре­та­ция зна­ко­во-сим­во­ли­че­ско­го про­дук­та будет каче­ствен­но отли­чать­ся за пре­де­ла­ми сфер, обо­зна­чен­ных, с одной сто­ро­ны, фигу­рой лич­но­сти, за любым дви­же­ни­ем мыс­ли кото­рой сто­ят устой­чи­вые миро­воз­зрен­че­ские прин­ци­пы и осо­знан­ный нрав­ствен­но-эсте­ти­че­ский выбор, а с дру­гой — фигу­рой экс­пер­та, интер­пре­та­тив­ная мето­до­ло­гия кото­ро­го фор­ми­ру­ет­ся посред­ством осо­бой интел­лек­ту­аль­ной про­це­ду­ры обу­че­ния и усво­е­ния зна­ний, а так­же осно­ва­тель­но­го опы­та дис­кур­сив­но­го позна­ния. В осно­ве интер­пре­та­тив­ных прак­тик боль­ших соци­аль­ных груп­пах, к кото­рым обра­ще­ны мас­сме­диа, на язык и фор­му мыс­ли кото­рых мас­сме­диа пере­во­дят все смыс­ло­вое богат­ство куль­ту­ры, созда­вая ее мас­сме­дий­ную вер­сию, лежат, как извест­но, преж­де все­го «отре­дак­ти­ро­ван­ные» под ауди­то­рию зна­ния и опыт пере­жи­ва­ния. Без­услов­но, это не зна­чит, что мас­сме­диа исклю­ча­ют про­ду­ци­ро­ва­ние экс­перт­но­го или лич­ност­но­го зна­ния, но оно име­ет извест­ные огра­ни­че­ния.

4. Прин­цип (широ­кой соци­аль­ной) ауди­то­рии обес­пе­чи­ва­ет пре­об­ра­зо­ва­ние фак­тов соци­аль­ной дей­стви­тель­но­сти в зна­ния, язык и потреб­но­сти ауди­то­рии, вклю­чая ее ком­му­ни­ка­тив­но-тех­но­ло­ги­че­ские пред­по­чте­ния, пред­рас­по­ло­жен­ность к опре­де­лен­но­му типу медиа. 

Овла­де­ние сфе­рой вни­ма­ния ауди­то­рии, ее созна­ни­ем, при­нуж­де­ние (интел­лек­ту­аль­ное или эмо­ци­о­наль­ное, откры­тое или скры­тое) ауди­то­рии к вза­и­мо­дей­ствию с сооб­ще­ни­ем дости­га­ет­ся сло­же­ни­ем потен­ци­а­лов раз­ных ресур­со­об­ра­зу­ю­щих при­е­мов, сре­ди кото­рых: 

— эффек­тив­ное раз­ме­ще­ние интел­лек­ту­аль­но­го про­дук­та в соци­аль­но-ком­му­ни­ка­тив­ном про­стран­стве ауди­то­рии; 

— пара­мет­ри­ро­ва­ние инфор­ма­ци­он­но-тема­ти­че­ско­го содер­жа­ния в соот­вет­ствии с осо­бен­но­стя­ми ауди­то­рии и харак­те­ра ее запро­сов; 

— струк­тур­но-ком­по­зи­ци­он­ная орга­ни­за­ция инфор­ма­ции (заго­ло­воч­ный ком­плекс, визу­а­ли­за­ции, инфо­гра­фи­ка и др.), обна­ру­жи­ва­ю­щая заин­те­ре­со­ван­ный и целе­на­прав­лен­ный учет осо­бен­но­стей вос­при­ни­ма­ю­ще­го созна­ния; 

— вовле­ка­ю­щий нар­ра­тив, опо­зна­ва­тель­ны­ми зна­ка­ми кото­ро­го ста­но­вят­ся дра­ма­ти­за­ция, паро­ди­ро­ва­ние, экс­прес­сив­ная сти­ли­за­ция, сто­ри­тел­линг (увле­ка­тель­ное, праг­ма­ти­че­ски ори­ен­ти­ро­ван­ное рас­ска­зы­ва­ние), обо­льще­ние и др.;

— при­е­мы рече­во­го воз­дей­ствия («рито­ри­ко-праг­ма­ти­че­ская модаль­ность» [Аннен­ко­ва 2011: 135]).

Этот ряд при­е­мов интел­лек­ту­аль­но­го и эмо­ци­о­наль­но­го «при­нуж­де­ния» ауди­то­рии к вза­и­мо­дей­ствию с инфор­ма­ци­он­ным про­дук­том, без­услов­но, может быть замет­но рас­ши­рен, одна­ко глав­ное заклю­ча­ет­ся в том, что совре­мен­ные мас­сме­диа наце­ле­ны на вовле­ка­ю­щее вза­и­мо­дей­ствие с боль­ши­ми соци­аль­ны­ми груп­па­ми. Фокус мас­сме­дий­но­сти состав­ля­ет двух­ком­по­нент­ное соче­та­ние «сооб­ще­ние — адре­сат», кото­рое отра­жа­ет фор­си­ро­ван­ную направ­лен­ность тек­ста (сооб­ще­ния) на целе­вую ауди­то­рию, уста­нов­ку на кон­такт (без­от­ла­га­тель­ный, устой­чи­вый, плот­ный, вовле­ка­ю­щий) в режи­ме close-up (наи­мень­ше­го рас­сто­я­ния), non-stop (непре­рыв­но), on-line (син­хрон­но), no-resistance (без­ба­рьер­но) и inter-active (обрат­ной свя­зи).

Прин­цип ауди­то­рии фор­ми­ру­ет тре­бо­ва­ние доступ­но­сти, кото­рая пони­ма­ет­ся: 1) в тех­но­ло­ги­че­ском аспек­те — как неза­труд­нен­ная, без­ба­рьер­ная воз­мож­ность для ауди­то­рии полу­че­ния инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та и неогра­ни­чен­ная про­дол­жи­тель­ность кон­так­та с ним; 2) в содер­жа­тель­ном аспек­те — как соот­вет­ствие интел­лек­ту­аль­но­го уров­ня инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та ком­пе­тент­но­сти (зна­ни­ям, уме­ни­ям и опы­ту) ауди­то­рии; 3) в духов­но-нрав­ствен­ном аспек­те — как соот­вет­ствие инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та доми­нант­ным цен­ност­ным пред­став­ле­ни­ям ауди­то­рии и его рас­по­зна­ва­ние в куль­тур­но-идео­ло­ги­че­ской пер­спек­ти­ве «сво­е­го» или «чужо­го»; 4) в кон­струк­тив­но-кодо­вом аспек­те — как соот­вет­ствие тре­бо­ва­ни­ям ауди­то­рии семи­о­ти­че­ских кодов и спо­со­бов их орга­ни­за­ции (линей­ной или нели­ней­ной) в рам­ках мас­сме­дий­но­го тек­ста; 5) в ком­по­зи­ци­он­но-сти­ли­сти­че­ском аспек­те — соот­вет­ствие ком­по­зи­ци­он­ной струк­ту­ры мас­сме­дий­но­го тек­ста и его рече­вых средств харак­те­ру ожи­да­е­мой ауди­то­ри­ей экс­прес­сив­но­сти, выра­зи­тель­но­сти и аргу­мен­та­тив­но­сти. 

Прин­цип широ­кой соци­аль­ной ауди­то­рии, под­дер­жан­ный совре­мен­ны­ми net-тех­но­ло­ги­я­ми, создал каче­ствен­но иные ком­му­ни­ка­тив­ные кон­тек­сты, в кото­рых во вза­им­ной обу­слов­лен­но­сти ока­за­лись не пере­се­кав­ши­е­ся до сих пор, с одной сто­ро­ны, меж­лич­ност­ные фор­мы ком­му­ни­ка­ции, име­ю­щие пер­со­на­ли­зи­ро­ван­ный харак­тер, а с дру­гой — мас­со­вые, ори­ен­ти­ро­ван­ные на созна­ние депер­со­на­ли­зи­ро­ван­но­го субъ­ек­та, т. е. рас­сре­до­то­чен­но­го в при­зна­ко­вом (про­стран­ствен­ном, коли­че­ствен­ном и соци­аль­но-куль­тур­ном) отно­ше­нии адре­са­та. Сфор­ми­ро­ва­лись усло­вия для каче­ствен­но ново­го ком­му­ни­ка­тив­но­го опы­та куль­ту­ры — «пуб­лич­ной субъ­ек­тив­но­сти» [Про­нин, Про­ни­на, 2001]. Как вер­но заме­тил М. Джайлс, «мир живет в режи­ме бес­пре­це­дент­но­го кол­лек­тив­но­го экс­пе­ри­мен­та» [Джайлс, 2013: 76]. 

Осо­бен­но­сти прак­ти­ки мас­сме­диа обна­ру­жи­ва­ют себя и в фигу­ре авто­ра. Автор мас­сме­дий­но­го тек­ста может при­ни­мать самые раз­ные фор­мы [Чер­няк 2005; Кай­да 2011; Синель­ни­ко­ва 2010]. Пере­фра­зи­руя сло­ва Ю. М. Лот­ма­на, мож­но ска­зать, что мас­сме­дий­ный автор все­гда хочет быть «гени­ем», но при этом он все­гда хочет быть поня­тым широ­кой ауди­то­рий. Прин­цип ауди­то­рии «запус­ка­ет» про­цесс ано­ни­ми­за­ции авто­ра, актив­но раз­во­ра­чи­ва­ю­щий­ся сего­дня в мас­сме­диа бла­го­да­ря ряду фак­то­ров, сре­ди кото­рых: 

1) внед­ре­ние тех­но­ло­гий репостин­га и рерай­тин­га, обес­пе­чи­ва­ю­щих цир­ку­ля­цию мно­же­ства пере­ме­щен­ных копий, вер­сий и редак­ций инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та (сооб­ще­ния) и созда­ю­щих усло­вия для соци­аль­но­го нерас­по­зна­ва­ния авто­ра; 

2) внед­ре­ние тех­но­ло­гий обес­пе­че­ния ано­ним­но­сти авто­ра в сети, вклю­чая «ава­та­ри­за­цию» — репре­зен­та­цию авто­ра в вир­ту­аль­ном про­стран­стве посред­ством мас­ки («ава­та­ра»); 

3) обре­те­ние каж­дым поль­зо­ва­те­лем тех­но­ло­ги­че­ской воз­мож­но­сти стать авто­ром, что при­во­дит, с одной сто­ро­ны, к «обес­це­ни­ва­нию» автор­ства, а с дру­гой — к редук­ции при­су­щих адре­са­ту прак­тик рас­по­зна­ва­ния и интер­пре­та­ции (чте­нию, вни­ма­тель­но­му про­смот­ру, про­слу­ши­ва­нию), в резуль­та­те чего автор ока­зы­ва­ет­ся «в тени» соб­ствен­ных сооб­ще­ний, изред­ка «про­ры­ва­ясь» в «ста­тус­ный» соци­аль­ный кон­текст бла­го­да­ря либо осо­бым пара­мет­рам сво­ей лич­но­сти, идеи, мне­ния, сти­ля и твор­че­ства, либо эффек­тив­но­сти тех­но­ло­гий про­дви­же­ния.

Прин­цип теку­ще­го кон­тек­ста и прин­цип ауди­то­рии фор­ми­ру­ют сфе­ру праг­ма­ти­ки мас­сме­дий­но­го тек­ста, вклю­ча­ю­щую в себя сово­куп­ность его интен­ций, кото­рые обна­ру­жи­ва­ют­ся, с одной сто­ро­ны, в фор­си­ро­ван­ном овла­де­нии сфе­рой вни­ма­ния ауди­то­рии и вовле­че­нии ее в моти­ви­ро­ван­ный инфор­ма­ци­он­но-смыс­ло­вой обмен, с дру­гой — в моти­ви­ро­ван­ной интел­лек­ту­аль­ной, эмо­ци­о­наль­ной, идео­ло­ги­че­ской и мар­ке­тин­го­вой «про­ра­бот­ке» теку­ще­го соци­аль­но­го кон­тек­ста, вни­ма­нии к отдель­ным фраг­мен­там (объ­ек­там) соци­аль­ной дей­стви­тель­но­сти, что ведет к фор­ми­ро­ва­нию осо­бой кар­ти­ны мира, клю­че­вы­ми при­зна­ка­ми кото­рой ста­но­вят­ся моза­ич­ность, фраг­мен­тар­ность, идео­ло­ги­че­ская модаль­ность [Солга­ник: 2000; Клу­ши­на: 2008] и «адрес­ная резо­нанс­ность», т. е. фор­си­ро­ван­ный отклик когни­тив­но­го и аксио­ло­ги­че­ско­го ком­по­нен­тов кар­ти­ны мира на мен­таль­ные и дру­гие пара­мет­ры и потреб­но­сти адрес­ной ауди­то­рии.

5. Прин­цип повто­ре­ния повы­ша­ет надеж­ность попа­да­ния инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та в сфе­ру актив­но­го вни­ма­ния ауди­то­рии и обес­пе­чи­ва­ет его удер­жа­ние в этой сфе­ре. Ста­тус, како­вым мас­сме­дий­ный текст овла­дел в совре­мен­ной куль­ту­ре, обес­пе­чи­ва­ет­ся устой­чи­вым мас­со­вым вос­про­из­ве­де­ни­ем его поряд­ка. В этом кон­тек­сте вос­тре­бо­ван­ным ста­но­вит­ся ремейк, реа­ли­зу­ю­щий прин­цип повто­ре­ния. Сущ­ность ремей­ка заклю­ча­ет­ся в том, «что­бы рас­ска­зать зано­во исто­рию, кото­рая име­ла успех» [Эко 1996], что­бы повтор­но вопло­тить то, что уже обес­пе­чи­ло пози­тив­ный эффект, свя­зан­ный с овла­де­ни­ем вни­ма­ния ауди­то­рии. Прин­цип ремей­ка дает леги­тим­ное пра­во на суще­ство­ва­ние неогра­ни­чен­но­го коли­че­ства моди­фи­ка­ций, новых вер­сий (содер­жа­тель­ных, сти­ли­сти­че­ских, медий­ных) сооб­ще­ния (идеи, тео­рии, реклам­но­го обра­ще­ния, музы­каль­но­го про­из­ве­де­ния, скет­ча, филь­ма и т. п.). В осно­ве ремей­ка лежит твор­че­ский взгляд на ори­ги­нал, одна­ко пер­спек­ти­ва пре­об­ра­зо­ва­ния ори­ги­на­ла, его модер­ни­за­ции все­гда увя­за­на с пара­мет­ра­ми соци­аль­ной ауди­то­рии (ее мен­таль­ны­ми осо­бен­но­стя­ми, сти­ли­сти­че­ски­ми и медий­ны­ми пред­по­чте­ни­я­ми, при­выч­ка­ми), с пара­мет­ра­ми теку­ще­го соци­аль­но­го кон­тек­ста и тех­но­ло­ги­че­ски­ми воз­мож­но­стя­ми мас­сме­диа. Ремейк, без­услов­но, не резуль­тат прак­ти­ки совре­мен­ных мас­сме­диа, одна­ко ими он осво­ен в каче­стве сво­е­го базо­во­го меха­низ­ма. 

6. Прин­цип нара­щи­ва­ния вре­мен­нó­го потен­ци­а­ла свя­зан с интен­сив­но раз­ви­ва­ю­щи­ми­ся про­цес­са­ми в инфор­ма­ци­он­ной инду­стрии совре­мен­но­го обще­ства, в усло­ви­ях кото­ро­го про­из­вод­ство инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та тре­бу­ет упро­щен­ных, мало­за­трат­ных (в том чис­ле в аспек­те вре­ме­ни) тех­но­ло­гий. Осо­бую роль здесь игра­ет рерай­тинг — тех­но­ло­гия созда­ния тек­ста на осно­ве поис­ка уже гото­вых тек­стов и их транс­фор­ма­ции (пере­ло­же­ния). Фор­си­ро­ван­ное внед­ре­ние рерай­тин­га в про­из­вод­ство инфор­ма­ци­он­ных сооб­ще­ний свя­за­но с появ­ле­ни­ем новых инфор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий [Лащук, 2014]. Инфор­ма­ци­он­ная инду­стрия, реа­ли­зу­ю­щая прин­цип нара­щи­ва­ния вре­мен­но­го потен­ци­а­ла, едва ли при этом спо­соб­ству­ет фор­ми­ро­ва­нию у ауди­то­рии адек­ват­ной кар­ти­ны мира. Как любая инду­стрия, она ори­ен­ти­ро­ва­на на рас­ши­ре­ние «рын­ка сбы­та», кото­рый чув­стви­те­лен к дру­гим пара­мет­рам. 

7. Прин­цип про­дви­же­ния («рас­крут­ки») сти­му­ли­ру­ет не толь­ко про­цесс инфор­ма­ци­он­но­го обме­на, но и ресур­со­об­ра­зу­ю­щее пози­ци­о­ни­ро­ва­ние инфор­ма­ци­он­но­го про­дук­та, наце­лен­ное на рас­ши­ре­ние ауди­то­рии и рекру­ти­ро­ва­ние новых поль­зо­ва­те­лей. Сего­дня, в усло­ви­ях жест­ко­го дав­ле­ния рын­ка в про­стран­стве от «кри­ков ули­цы» до «кли­ков Интер­не­та», в усло­ви­ях стрем­ле­ния к соци­аль­но­му доми­ни­ро­ва­нию тех или иных соци­аль­ных групп с при­су­щей им потреб­но­стя­ми и миро­воз­зрен­че­ски­ми уста­нов­ка­ми, прин­цип про­дви­же­ния для мас­сме­дий­но­го тек­ста ста­но­вит­ся одним из веду­щих.

Любой мас­сме­дий­ный текст сего­дня воз­ни­ка­ет как резуль­тат праг­ма­ти­че­ско­го замыс­ла (праг­ма­ти­че­ской интен­ции) и ресур­со­об­ра­зу­ю­щих ком­му­ни­ка­тив­ных тех­но­ло­гий. К какой бы сфе­ре соци­аль­ной прак­ти­ки или отрас­ли зна­ния сего­дня ни при­над­ле­жал мас­сме­дий­ный текст, он устой­чи­во моти­ви­ру­ет­ся праг­ма­ти­кой про­дви­же­ния, прак­ти­че­ски­ми инте­ре­са­ми и выго­да­ми, вни­ма­ни­ем к куль­тур­но-соци­аль­ным и пси­хо­ло­ги­че­ским осо­бен­но­стям целе­вой ауди­то­рии, к ее спо­соб­но­стям — когни­тив­ным (харак­те­ру соци­аль­ной памя­ти, осо­бен­но­стям вни­ма­ния, позна­ва­тель­ной дея­тель­но­сти и вооб­ра­же­ния) и эмо­ци­о­наль­ным (харак­те­ру эмо­ци­о­наль­но­го пере­жи­ва­ния), к ее внут­рен­ней готов­но­сти к опе­ра­тив­но­му вос­при­я­тию и интер­пре­та­ции инфор­ма­ции, к ресур­сам, моти­ви­ру­ю­щим ее мысль и чув­ства.

8. Прин­цип интер­тек­сту­аль­но­сти. Клю­че­вой осо­бен­но­стью осо­зна­ния чело­ве­ком мира и само­го себя явля­ет­ся то, что вся­кая мысль пред­став­ля­ет собой резуль­тат вза­и­мо­дей­ствия с дру­ги­ми мыс­ля­ми, всту­па­ю­щи­ми друг с дру­гом в целе­на­прав­лен­ный про­по­ни­ру­ю­щий или оппо­ни­ру­ю­щий диа­лог и созда­ю­щи­ми уни­каль­ное смыс­ло­вое про­стран­ство, в кото­ром каж­дый фраг­мент фоку­си­ру­ет­ся или про­яв­ля­ет­ся под воз­дей­стви­ем дру­го­го. Плот­ное инфор­ма­ци­он­ное поле, созда­ва­е­мое совре­мен­ны­ми мас­сме­диа, в кото­ром каж­дый эле­мент целе­на­прав­лен­но или вынуж­ден­но соот­не­сен с дру­гим, всту­пая с ним в диа­ло­го­вые отно­ше­ния, акти­ви­ру­ет прин­цип интер­тек­сту­аль­но­сти. Осо­бен­но­стью мас­сме­дий­ной интер­тек­сту­аль­но­сти явля­ет­ся то, что уста­нов­ле­ние смыс­ло­вых свя­зей с пред­ше­ству­ю­щи­ми, с сосу­ще­ству­ю­щи­ми и потен­ци­аль­ны­ми тек­ста­ми в рам­ках прак­ти­ки мас­сме­диа свя­за­но не столь­ко с углуб­ле­ни­ем куль­тур­ной тра­ди­ции и выстра­и­ва­ни­ем ухо­дя­щей вглубь линии куль­тур­но-исто­ри­че­ской памя­ти, сколь­ко с раз­вер­ты­ва­ни­ем соци­аль­но­го кон­тек­ста совре­мен­но­сти.

9. Прин­цип муль­ти­ме­дий­но­сти обес­пе­чи­ва­ет в рам­ках еди­но­го тек­сто­во­го про­стран­ства ресур­со­об­ра­зу­ю­щее (не толь­ко смыс­ло­об­ра­зу­ю­щее) соче­та­ние раз­ных семи­о­ти­че­ских кодов и средств (сло­во, рису­нок, гра­фи­ка, фото­гра­фия, звук, дина­ми­че­ское изоб­ра­же­ние и т. п.), моти­ви­ро­ван­ное вза­и­мо­дей­ствие кото­рых изна­чаль­но преду­смот­ре­но и ори­ен­ти­ро­ва­но на целе­вую ауди­то­рию. 

10. Прин­цип интер­ак­тив­но­сти. Бла­го­да­ря новым инфор­ма­ци­он­но-ком­му­ни­ка­тив­ным тех­но­ло­ги­ям мас­сме­дий­ный текст обрел новый, интер­ак­тив­ный фор­мат, суть кото­ро­го про­яв­ля­ет­ся в обре­те­нии ауди­то­ри­ей воз­мож­но­сти мгно­вен­но­го, мно­го­ва­ри­ант­но­го и зафик­си­ро­ван­но­го откли­ка на текст. Прин­цип интер­ак­тив­но­сти обес­пе­чил поль­зо­ва­те­лю (ауди­то­рии) воз­мож­ность реа­ли­за­ции соб­ствен­но­го автор­ско­го про­ек­та. 

Таким обра­зом, мас­сме­дий­ность (диа­лек­ти­ка мас­сме­дий­ной фор­мы) пред­став­ля­ет собой каче­ство тек­ста, кото­рое ста­вит его в осо­бое поло­же­ние по отно­ше­нию к дру­гим фор­мам мыс­ли (созна­ния) и кото­рое отра­жа­ет сущ­ност­ные осо­бен­но­сти соци­аль­ной прак­ти­ки мас­сме­диа. 

Мас­сме­дий­ность как осо­бое каче­ство тек­ста совре­мен­ных мас­сме­диа обна­ру­жи­ва­ет себя, без­услов­но, и в дру­гих пара­мет­рах, иссле­до­ва­ние кото­рых про­дол­жа­ет­ся. Дис­кус­сии отно­си­тель­но про­бле­ма­ти­ки, фор­ми­ру­е­мой рече­мыс­ли­тель­ной прак­ти­кой мас­сме­диа, едва ли бли­зят­ся к завер­ше­нию, посколь­ку мно­го­об­раз­но не толь­ко при­сут­ствие мас­сме­диа в жиз­ни совре­мен­но­го обще­ства, но и бес­ко­неч­ны спо­со­бы обо­льще­ния ими чело­ве­ка — мобиль­но­стью, доступ­но­стью, сво­бо­дой, вла­стью, успе­хом, гло­ба­ли­за­ци­ей, мно­го­об­ра­зи­ем, уни­фи­ка­ци­ей, опе­ра­тив­но­стью, сер­виль­но­стью, интер­ак­тив­но­стью, эмо­ци­о­наль­но­стью, визу­а­ли­за­ци­я­ми, сто­ри­тел­лин­гом и т. п. 

© Полон­ский А. В., 2015

1. Анненкова И. В. Медиадискурс XXI века: лингвофилософский аспект языка СМИ. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2011. 

2. Бовоне Л. Новые культурные посредники: научное исследование как исходный пункт кросс-культурного обмена // Социальное знание: формации и интерпретация: матер. междунар. науч. конф. Казань: Форт-Диалог, 1996.

3. Джайлс М. Настоящие друзья // Мир в 2050 году / под ред. Д. Франклина и Дж. Эндрюса. М.: Манн, Иванов и Фребер; Эксмо, 2013.

4. Добросклонская Т. Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ: современная английская медиаречь: учеб. пособие. М.: Флинта, 2008.

5. Добросклонская Т. Г. Вопросы изучения медиатекстов: опыт исследования современной английской медиаречи. М.: Красанд, 2010.

6. Дускаева Л. Р. Диалогическая природа газетных речевых жанров: автореф. дис. … д-ра филол. наук. СПб., 2004. 

7. Дускаева Л. Р., Цветова Н. С. Медиатекст как объект интенционально-стилистического изучения. 2012. URL: http://jf.spbu.ru/conference/2197/2215.html.

8. Засурский Я. Н. Медиатекст в контексте конвергенции // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2005. № 2. С. 3–7.

9. Казак М. Ю. Современные медиатексты: проблемы идентификации, делимитации, типологии // Медиалингвистика. 2014. № 1 (4). URL: http://medialing.spbu.ru/part10/.

10. Кайда Л. Г. Композиционная поэтика текста. М.; Флинта; Наука, 2011. 

11. Кайда Л. Г. Интермедиальное пространство композиции. М.: Флинта; Наука, 2013.

12. Клушина Н. И. Стилистика публицистического текста. М.: МедиаМир, 2008.

13. Лащук О. Р. Рерайтинг новостных интернет-сообщений в России (2000 — 2013 гг.): автореф. дис. … д-ра филол. наук. М., 2014.

14. Лысакова И. П. Язык газеты и типология прессы. Социолингвистическое исследование. СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т, Филол. ф-т, 2005.

15. Мисонжников Б. Я. Духовность как предмет интенции массмедиа // Кризис духовности в медиапространстве: матер. науч.-практ. семинара «Современная периодическая печать в контексте коммуникативных процессов (кризис духовности в медиапространстве)» / отв. ред. Б. Я. Мисонжников. СПб.: С.-Петерб., гос. ун-т, Ин-т «Высш. шк. журн. и мас. коммуникаций», 2012. С. 12.

 16. Мисонжников Б. Я. Публицистический медиатекст: поликодовые аспекты как предмет герменевтики // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер. Филология. 2013. Вып. 1. С. 184–190.

 17. Основы теории коммуникации: учебник / М. А. Василик, М. С. Вершинин, В. А. Павлов и др.; под ред. М. А. Василика. М.: Гардарики, 2007.

18. Перси У. Категория объективности и современная практика итальянских журналистов // Реклама и современный мир / под ред. М. В. Смеловой, Е. Н. Брызгаловой. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2014. С. 198–203. 

19. Полонский А. В. Медиа — дискурс — концепт: опыт проблемного осмысления // Современный дискурс-анализ. 2012. № 6. С. 42–57.

20. Полонский А. В. К вопросу о массмедийности и ее параметрах // Вестн. Твер. гос. ун-та. 2014. № 1. С. 171–182.

21. Пронин Е., Пронина Е. Антиномия-2000: net-мышление как публичная субъективность и как массовая установка // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2001. № 1. С. 5–23. 

22. Синельникова Л. Н. Адресант как alter ego адресата // Respectus Philologicus. 2010. N 17 (22). P. 26–42.

23. Сметанина С. И. Медиа-текст в системе культуры: динамические процессы в языке и стиле журналистики конца ХХ века. СПб.: Изд-во Михайлова В. А., 2002. (Высшее профессиональное образование).

24. Солганик Г. Я. К определению понятий «текст» и «медиатекст» // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2005. № 2. С. 21–27.

25. Солганик Г. Я. Современная публицистическая картина мира // Публицистика и информация в современном обществе: сб. статей / под ред. Г. Я. Солганика. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2000. С. 15–16. 

26. Чернышова Т. В. Тексты СМИ в ментально-языковом пространстве современной России. 2-е изд., перераб . М.: Эдиториал УРСС, 2007.

27. Чернявская В. Е. Текст в медиальном пространстве. М.: Либроком, 2013.

28. Черняк М. А. Феномен массовой литературы ХХ века. СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2005.

29. Эко У. Инновация и повторение: между эстетикой модерна и постмодерна // Философия эпохи постмодерна: сб. переводов и рефератов / под ред. А. Усманова. Минск: Красикопринт, 1996.

30. Florida R. The rise of the creative class: and how it’s transforming work, leisure and everyday life. New York: Basic Books, 2002.

31. Pstyga A. Przekład w komunikowaniu medialnym: wybrane zagadnienia na podstawie polskich przekładów rosyjskich tekstów prasowych. Gdańsk: PWN, 2013.

1. Annenkova I. V. Media discourse of the XXI century: linguistic philosofy aspect of language of media [Mediadiskurs XXI veka: lingvofilosofskiy aspekt yazyika SMI]. Moscow, 2011.

2. Bovone L. The new cultural intermediaries: scientific research as the starting point of cross-cultural exchange [Novyie kulturnyie posredniki: nauchnoe issledovanie kak ishodnyiy punkt kross-kulturnogo] // Social knowledge: formation and interpretation: proceedings of the International Scientific Conference. Pt 2 [Sotzialnoe znanie: formatzii i interpretatzija: mater. mezdunar. nautch. konf.]. Kazan, 1996.

3. Giles M. True friends [Nastoyaschie druzya] // World in 2050 / ed. D. Franklin and G. Andrews. Moscow, 2013.

4. Dobrosklonskaya T. G. Medialinguistics: systematic approach to language learning media [Medialingvistika: sistemniy podhod k izucheniyu yazika SMI (Sovremennaya angliyskaya mediarech)]. Moscow, 2008.

5. Dobrosklonskaya T. G. Study of media texts [Voprosi izucheniya mediatekstov]. Moscow, 2010.

6. Duskaeva L. R. Dialogic nature of newspaper speech genres [Dialogicheskaya priroda gazetnyih rechevyih zhanrov]. St Petersburg, 2004.

7. Duskaeva L. R., Tsvetova N. S. Media text as an object of intentional stylistic study [Mediatekst kak ob’ekt intentsionalno-stilisticheskogo izucheniya]. URL: http://jf.spbu.ru/conference/2197/2215.html.

8. Zasourskiy Ya. N. Media texts in the context of convergence [Mediatekst v kontekste konvergentsii] // Bul. of Moscow Univ. Ser. 10. Journalism [Vestn. Mosk. un-ta. Ser. 10. Zhurnalistika]. 2005. N 2.

9. Kazak M. Y. Modern media texts: the problem of identification, delimitation, typology [Sovremennyie mediatekstyi: problemyi identifikatsii, delimitatsii, tipologii] // Medialinguistics. N 1 (4). St Petersburg, 2014. URL: http://medialing.spbu.ru/part10/.

10. Kaida L. G. Compositional poetics of the text [Kompozitsionnaya poetika teksta]. Moscow, 2011.

11. Kaida L. G. Intermedia space of composition [Intermedialnoe prostranstvo kompozitsii]. Moscow, 2013.

12. Klushina N. I. The style of journalistic text [Stilistika publitsisticheskogo teksta]. Moscow, 2008.

13. Lashchuk O. R. Rewriting Internet news messages in Russia (2000–2013) [Rerayting novostnyih internet-soobscheniy v Rossii (2000–2013 gg.)]. Moscow, 2014.

14. Lysakova I. P. Language newspapers and typology of the press. Sociolinguistic research [Yazyik gazetyi i tipologiya pressyi. Sotsiolingvisticheskoe issledovanie]. St Petersburg, 2005.

15. Misonzhnikov B. Ya. Spirituality as a subject of the media [Duhovnost kak predmet intentsii massmedia] // Intention spiritual crisis in the media [Krizis duhovnosti v mediaprostranstve]. St Petersburg, 2012.

16. Misonzhnikov B. Ya. Journalistic media text: polycode aspects as the subject of hermeneutics [Publitsisticheskiy mediatekst: polikodovyie aspektyi kak predmet germenevtiki] // Bul. of Tver State Univ. Ser. Philology [Vestn. Tver. gos. un-ta. Ser. Filologija]. 2013. Is. 1.

17. Fundamentals of communication theory: textbook [Osnovi teorii kommunikatsii: uchebnik] / M. A. Vasilik, M. S. Vershinin, V. A. Pavlov [etc.]; ed. by M. A. Vasilik. Moscow, 2007.

18. Persi U. Category objectivity and modern practice Italian journalists [Kategoriya ob’ektivnosti i sovremennaya praktika italyanskih zhurnalistov] // Advertising and the Modern World [Reklama i sovremennyi mir] / ed. by M. V. Smelova, E. N. Bryzgalova. Tver, 2014.

19. Polonskiy A. V. Media — discourse — concept: experience of the problematic understanding [Media — diskurs — kontsept: opyt problemnogo osmysleniya] // Modern discourse analysis [Sovremennyi diskurs-analiz]. 2012. N 6.

20. Polonskiy A. V. On the question of massmediality and its parameters [K voprosu o massmediynosti i ee parametrah] // Bul. of the Tver State Univ. Ser. Philology [Vestn. Tver. gos. un-ta. Ser. Filologija]. 2014. N 1.

21. Pronin E., Pronina E. Antinomy-2000 (net-thinking as a public subjectivity and how mass installation) [Antinomiya-2000 (net-myishlenie kak publichnaya sub’ektivnost i kak massovaya ustanovka] // Bul. of Moscow Univ. Ser. 10. Journalism [Vestn. Mosk. un-ta. Ser. 10. Zhurnalistika]. 2001. N 1.

22. Sinelnikova L. N. Sender as alter ego of recipient [Adresant kak alter ego adresata] // Respectus Philologicus. 2010. N 17 (22).

23. Smetanina S. I. Media text in the culture system (dynamic processes in the language and style of the late twentieth century journalism) [Media-tekst v sisteme kulturi (dinamicheskie protsessi v yazyike i stile zhurnalistiki kontsa xx veka)]. St Petersburg, 2002.

24. Solganik G. Ya. By the definition of “text” and “media text” [K opredeleniyu ponyatiy «tekst» i «mediatekst»] // Bul. of Moscow Univ. Ser. 10. Journalism [Vestn. Mosk. un-ta. Ser. 10. Zhurnalistika]. 2005. N 2.

25. Solganik G. Ya. Modern journalistic world picture // Publicistics and information in today’s society [Sovremennaya publitsisticheskaya kartina mira] // Journalism and information in modern society [Publitsistika i informatsiya v sovremennom obschestve]. Moscow, 2000.

26. Chernishova T. V. The texts of the media in the mental-language space modern-day Russia [Teksti SMI v mentalno-yazyikovom prostranstve sovremennoy Rossii]. Moscow, 2007.

27. Chernjavskaja V. E. Text in the medial space [Tekst v medialnom prostranstve]. Moscow, 2013.

28. Chernyak M. A. The phenomenon of popular literature of the twentieth century [Fenomen massovoy literaturyi XX veka]. St Petersburg, 2005.

29. Eco U. Innovation and repetition: between aesthetics of modern and postmodern philosophy [Innovatsiya i povtorenie: Mezhdu estetikoy moderna i postmoderna] // Philosophy of Postmodern: sat. translations and essays [Filisofija epuhi postmoderna: sb. perevodov I referatov]. Minsk, 1996.

30. Florida R. The Rise of the Creative Class. And How It’s Transforming Work, Leisure and Everyday Life. Basic Books, 2002.

31. Pstyga A. Translation in media communication. Selected questions based on the Polish translation of the Russian journalistic texts. Gdańsk, 2013.