Пятница, Март 22Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

ФУНКЦИИ ФРАЗЕМ В СОВРЕМЕННЫХ СМИ

В статье демонстрируются различные способы функционирования фразеологии в публицистическом дискурсе. Они во многом адекватны приемам употребления и трансформации фразеологии в литературных текстах, однако их злободневность рождает особую экспрессивность и специфические способы креативного употребления. Во фразеологический фонд публицистических текстов вовлекаются чаще перифразы и словосочетания терминологического происхождения. Тематический диапазон перифраз и устойчивых терминов отличается от идеографии классической идиоматики и определяет специфику публицистической фразеологии. Немалую квоту в этом фонде занимают неологические фразеологизмы, что связано с актуальностью информации, отражаемой массмедиа. Экспрессивный потенциал фразеологии в публицистическом дискурсе создается и за счет трансформаций. Все такие языковые единицы описываются в статье как единая функциональная система.

THE PHRASES’ FUNCTIONS IN MODERN MEDIA

The article is devoted to different ways of functioning of the phraseology in the journalistic discourse. In many respects they are adequate to the methods of use and transformation of phraseology in literary texts, but their actuality creates a special expressiveness and creative use of specific methods. In the phraselogical fund of journalistic texts are often involved paraphrases and phrases of terminological origin. The thematical range of paraphrase and stable terms differs from the ideography of classical idioms and determines the specificity of journalistic phraseology. A significant quota in the fund take neological idioms, due to the actuality of the information reflected by the media. The expressive potential of the phraseology in the journalistic discourse is created also due to transformation of idioms. All such linguistic units are described in the article as a common functional system.

Валерий Михайлович Мокиенко, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Санкт-Петербургского университета, почётный профессор Грайфсвальдского (Германия) и Оломоуцкого (Чехия) университетов

E-mail: mokienko40@mail.ru

Valerij Mikhajlovich Mokienko, PhD, Professor of Slavica Chair, honor Professor of Greifswald University ond Olomouc University

E-mail: mokienko40@mail.ru

Мокиенко В. М. Функции фразем в современных СМИ // Медиалингвистика. 2016. № 3 (13). С. 7–18. URL: https://medialing.ru/funkcii-frazem-v-sovremennyh-smi/ (дата обращения: 22.03.2019).

Mokienko V. M. The phrases’ functions in modern media. Media Linguistics, 2016, No. 3 (13), pp. 7–18. Available at: https://medialing.ru/funkcii-frazem-v-sovremennyh-smi/ (accessed: 22.03.2019). (In Russian)

УДК 81 
ББК 81.2-3 
ГРНТИ 16.41.21 
КОД ВАК 10.02.04

Поста­нов­ка про­бле­мы. Пуб­ли­ци­сти­че­ский дис­курс дав­но уже стал акту­аль­ным объ­ек­том линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний, посколь­ку это­го тре­бу­ет не толь­ко все­воз­рас­та­ю­щая праг­ма­ти­че­ская и инфор­ма­ци­он­ная зна­чи­мость средств мас­со­вой инфор­ма­ции в совре­мен­ной жиз­ни, но и соб­ствен­но линг­ви­сти­че­ская цен­ность язы­ка мас­сме­диа — язы­ка, насы­щен­но­го повы­шен­ной экс­прес­сив­но­стью. Мно­гие дина­ми­че­ские про­цес­сы, про­те­ка­ю­щие (точ­нее ска­зать — бур­ля­щие) в совре­мен­ных лите­ра­тур­ных язы­ках, в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни сти­му­ли­ру­ют­ся сред­ства­ми мас­со­вой инфор­ма­ции, осо­бен­но радио, теле­ви­де­ни­ем и интер­не­том. Имен­но они явля­ют­ся тем широ­ким кана­лом, по кото­ро­му в лите­ра­тур­ные язы­ки актив­но про­би­ва­ют­ся явные и скры­тые заим­ство­ва­ния, про­ис­хо­дит язы­ко­вой вза­и­мо­об­мен, новое стал­ки­ва­ет­ся со ста­рым. При всей сво­ей широ­те этот канал тем не менее нико­гда не пре­вра­ща­ет­ся в необъ­ят­ную оке­ан­скую сти­хию, хао­тич­но сме­ши­ва­ю­щую раз­ные эле­мен­ты. Канал средств мас­со­вой инфор­ма­ции, несмот­ря на его совре­мен­ную откры­тость демо­кра­ти­че­ским вея­ни­ям, игра­ет в то же вре­мя и доста­точ­но жёст­кую уни­фи­ци­ру­ю­щую, коди­фи­ци­ру­ю­щую, стан­дар­ти­зу­ю­щую роль. В его рам­ках про­ис­хо­дит кри­стал­ли­за­ция мно­гих струк­тур­ных и семан­ти­че­ских эле­мен­тов наци­о­наль­ной речи, хотя наци­о­наль­ное при этом дви­жет­ся к интер­на­ци­о­наль­но­му.

Исто­рия вопро­са. Про­цес­сы интер­на­ци­о­на­ли­за­ции осо­бен­но ярко отра­жа­ют­ся в лек­си­ке и фра­зео­ло­гии, посколь­ку имен­но эти уров­ни язы­ка явля­ют­ся непо­сред­ствен­ны­ми носи­те­ля­ми опе­ра­тив­ной инфор­ма­ции. Не слу­чай­но поэто­му лек­си­ко­гра­фы неко­то­рых сла­вян­ских стран, коди­фи­ци­ру­ю­щие совре­мен­ную нор­му упо­треб­ле­ния лек­си­ки и фра­зео­ло­гии, в наше вре­мя тео­ре­ти­че­ски и прак­ти­че­ски ори­ен­ти­ру­ют­ся уже не толь­ко и даже не столь­ко на язык худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры (как это­го тре­бо­ва­ла тра­ди­ци­он­ная ака­де­ми­че­ская лек­си­ко­гра­фия), сколь­ко на язык средств мас­со­вой инфор­ма­ции. Отсю­да и насы­щен­ность иллю­стра­ци­я­ми из газет, жур­на­лов, радио­пе­ре­дач и теле­ро­ли­ков мно­гих совре­мен­ных сло­ва­рей — осо­бен­но сло­ва­рей нео­ло­ги­ки (см. послед­ний трёх­том­ный сло­варь [НСЗ–90-е гг.]), жар­го­на и про­сто­ре­чия [БСЖ, Химик 2004] и даже спра­воч­ни­ков по кры­ла­тым выра­же­ни­ям [БМШ 2008–2009, Серов 2003 и др.] или биб­ле­из­мов [Тол­ко­вый сло­варь биб­лей­ских выра­же­ний и слов 2010; Дуб­ро­ви­на 2010; Леп­та 2012, 2014]. 

Крен лите­ра­тур­ной нор­мы в сто­ро­ну язы­ка средств мас­со­вой инфор­ма­ции име­ет как поло­жи­тель­ные, так и отри­ца­тель­ные сто­ро­ны. Несо­мнен­но, пуб­ли­ци­сти­че­ская речь не полу­ча­ет столь тща­тель­ной эсте­ти­че­ской шли­фов­ки, как речь худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры, над кото­рой скру­пу­лез­но и тре­бо­ва­тель­но рабо­та­ют масте­ра сло­ва. Отсю­да мно­го­чис­лен­ные слу­чаи небреж­но­го сло­во­упо­треб­ле­ния, бес­цвет­ность мно­гих слов и обо­ро­тов, шаб­лон­ность и штам­по­ван­ность язы­ка средств мас­со­вой инфор­ма­ции, кото­рые неред­ко ста­но­вят­ся объ­ек­том спра­вед­ли­вой кри­ти­ки со сто­ро­ны писа­те­лей и тре­бо­ва­тель­ных чита­те­лей. Пуб­ли­ци­сти­че­ская речь вме­сте с тем более опе­ра­тив­на, сти­ли­сти­че­ски подвиж­на и откры­та экс­тра­линг­ви­сти­че­ским вея­ни­ям, в свя­зи с чем она дает боль­ше воз­мож­но­сти для опе­ра­тив­но­го отбо­ра и обкат­ки язы­ко­вых средств. Для линг­ви­стов поэто­му пуб­ли­ци­сти­че­ский мате­ри­ал чрез­вы­чай­но ценен как поле наблю­де­ний за наи­бо­лее актив­ны­ми про­цес­са­ми язы­ко­во­го раз­ви­тия в совре­мен­ном мире. И не слу­чай­но В. Г. Косто­ма­ров, ищу­щий дина­ми­че­ские кри­те­рии совре­мен­ной язы­ко­вой поли­ти­ки и при­зы­ва­ю­щий при­смат­ри­вать­ся к «язы­ко­во­му вку­су эпо­хи», при­зна­ёт при­о­ри­тет­ность фор­ми­ро­ва­ния это­го вку­са за язы­ком средств мас­со­вой инфор­ма­ции [Косто­ма­ров 1994]. А диа­гно­сти­ку совре­мен­ной язы­ко­вой ситу­а­ции мно­гие линг­ви­сты ста­вят пре­иму­ще­ствен­но на пуб­ли­ци­сти­че­ском мате­ри­а­ле — доста­точ­но сослать­ся на бли­ста­тель­ные моно­гра­фии А. Д. Дули­чен­ко [Дули­чен­ко 1994] и В. Хлеб­ды [Chlebda 1995].

Мето­ди­ка иссле­до­ва­ния. Язык средств мас­со­вой инфор­ма­ции опре­де­ля­ет­ся преж­де все­го праг­ма­ти­че­ски­ми зако­но­мер­но­стя­ми рече­во­го воз­дей­ствия. С точ­ки зре­ния праг­ма­линг­ви­сти­ки язы­ко­вые еди­ни­цы раз­де­ля­ют­ся на инфор­ме­мы — носи­те­ли сугу­бо интел­лек­ту­аль­ной, раци­о­наль­ной инфор­ма­ции, и праг­ме­мы — еди­ни­цы, пред­на­зна­чен­ные для регу­ля­ции чело­ве­че­ско­го пове­де­ния и пото­му отра­жа­ю­щие явле­ния эмо­ци­о­наль­но-воле­вой сфе­ры пси­хи­ки чело­ве­ка [Кисе­ле­ва 1978: 105–113]. Фра­зео­ло­гия, одной из реле­вант­ных харак­те­ри­стик кото­рой явля­ет­ся экс­прес­сив­ность (resp. кон­но­та­тив­ность), гене­ри­ру­е­мая раз­лич­ны­ми дина­ми­че­ски­ми про­цес­са­ми семан­ти­ки и струк­ту­ры фра­зео­ло­ги­че­ских еди­ниц (ФЕ) [Мок­и­ен­ко 1989], явля­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но набо­ром праг­мем.

«Праг­мем­ная» сущ­ность ФЕ про­яв­ля­ет­ся преж­де все­го в том, что они с дено­та­тив­ной точ­ки зре­ния прак­ти­че­ски не несут ника­кой новой инфор­ма­ции и исполь­зу­ют­ся в текстах как исклю­чи­тель­но харак­те­ри­зу­ю­щее сред­ство. Не слу­чай­но неко­то­рые линг­ви­сты под­чер­ки­ва­ют, что фра­зео­ло­гия явля­ет­ся набо­ром еди­ниц — носи­те­лей «избы­точ­ной инфор­ма­ции». Чисто инфор­ма­ци­он­ная «избы­точ­ность фра­зео­ло­гии», одна­ко, ком­пен­си­ру­ет­ся её праг­ма­ти­че­ской пол­но­цен­но­стью как актив­но­го сред­ства воз­дей­ствия на адре­са­та. Фра­зео­ло­гия поз­во­ля­ет тон­ко диф­фе­рен­ци­ро­вать изла­га­е­мую в прес­се и дру­гих СМИ инфор­ма­цию по раз­ным реги­страм — преж­де все­го соци­аль­но-куль­тур­ным и функ­ци­о­наль­но-сти­ли­сти­че­ским.

Основ­ны­ми направ­ле­ни­я­ми изу­че­ния функ­ций фра­зео­ло­гии в язы­ке средств мас­со­вой инфор­ма­ции (И. С. Губен­ко, С. Г. Капра­ло­ва, М. С. Хар­лиц­кий и др.) явля­лись ана­лиз раз­лич­ных видов транс­фор­ма­ций ФЕ, клас­си­фи­ка­ции слу­ча­ев их оши­боч­но­го упо­треб­ле­ния на фоне лите­ра­тур­ной нор­мы или иссле­до­ва­ния роли обще­тех­ни­че­ской тер­ми­но­ло­гии и интер­на­ци­о­на­лиз­мов как источ­ни­ка попол­не­ния фра­зео­ло­ги­че­ско­го соста­ва [Мок­и­ен­ко 1989]. Важ­но под­черк­нуть, что и фра­зео­ло­ги­за­ция раз­лич­но­го рода соче­та­ний, и про­ник­но­ве­ние интер­на­ци­о­на­лиз­мов во фра­зео­ло­гию рус­ско­го и дру­гих язы­ков, и мно­го­чис­лен­ные при­е­мы инди­ви­ду­аль­но-автор­ской транс­фор­ма­ции ФЕ обу­слов­ле­ны преж­де все­го экс­прес­сив­но-оце­ноч­ной функ­ци­ей этих еди­ниц, их кате­го­ри­аль­ной харак­те­ри­стич­но­стью.

Ана­лиз мате­ри­а­ла. Оце­ни­вая роль фра­зео­ло­гии в пуб­ли­ци­сти­че­ском тек­сте, нель­зя кон­ста­ти­ро­вать её высо­кую упо­тре­би­тель­ность в этих текстах вооб­ще. Даже сама частот­ность упо­треб­ле­ния ФЕ, не гово­ря уже о семан­ти­че­ском каче­стве раз­лич­ных групп фра­зео­ло­гии, зави­си­ма от функ­ци­о­наль­ной задан­но­сти тек­ста, от его тема­ти­че­ско­го и идей­но­го сюже­та и от его соци­аль­ной направ­лен­но­сти. Дав­но уже под­чер­ки­ва­лось, что ФЕ чаще все­го кон­цен­три­ру­ют­ся «в куль­ми­на­ци­он­ных местах [тек­ста], где соци­аль­ный накал дости­га­ет мак­си­маль­ной сте­пе­ни, в тех местах, где тре­бу­ет­ся мак­си­маль­ная моби­ли­за­ция всех эмо­ци­о­наль­но-экс­прес­сив­ных средств» [Капра­ло­ва 1969: 60–70].

Этот тезис лег­ко про­ил­лю­стри­ро­вать вне­зап­но воз­ник­шей в 2014 году попу­ляр­но­стью двух поли­ти­че­ски заост­рён­ных пери­фраз, свя­зан­ных с при­со­еди­не­ни­ем Кры­ма к Рос­сии — веж­ли­вые люди и зелё­ные чело­веч­ки. Пер­вое из них не слу­чай­но обре­ло ста­тус «Сло­ва года», а вто­рое ста­ло свое­об­раз­ным фра­зео­ло­гиз­мом-сопро­во­ди­те­лем пер­во­го.

Необ­хо­ди­мость опе­ра­тив­но отра­жать раз­но­об­раз­ную инфор­ма­цию зако­но­мер­но обу­слов­ли­ва­ет сме­ше­ние раз­лич­ных сти­хий в язы­ке пуб­ли­ци­сти­ки. На одной и той же газет­ной поло­се мож­но най­ти ФЕ как сугу­бо лите­ра­тур­ные, книж­ные, так и пре­дель­но пери­фе­рий­ные, не заре­ги­стри­ро­ван­ные даже спе­ци­аль­ны­ми сло­ва­ря­ми жар­го­низ­мов или диа­лек­тиз­мов. Таков, напри­мер, не слиш­ком извест­ный про­сто­реч­но-жар­гон­ный обо­рот бить по хво­стам ‘сосре­до­то­чи­вать­ся на кри­ти­ке нега­тив­ных явле­ний’, кото­рый в неболь­шом кон­тек­сте упо­треб­ля­ет­ся наря­ду с раз­го­вор­ным выра­же­ни­ем латать дыры и ней­траль­ны­ми соче­та­ни­я­ми дей­ство­вать с упре­жде­ни­ем и пред­ви­деть буду­щее

Необ­хо­ди­мо не «зака­пы­вать­ся» в текуч­ке, а сосре­до­то­чить­ся на пер­спек­ти­ве и исхо­дить из нее; не «латать дыры», не «бить по хво­стам», а дей­ство­вать с посто­ян­ным упре­жде­ни­ем, что­бы пред­ви­деть буду­щее и управ­лять им …. (В. Абчук. Что дол­жен и чего не дол­жен делать мене­джер. «Час-Пик». 29.07.1991. С. 7.)

В интер­вью «Крас­ной звез­де» (17.12.2014. С. 1) с началь­ни­ком Госу­дар­ствен­ной мор­ской инспек­ции Погра­нич­ной служ­бы ФСБ Рос­сии гене­рал-май­о­ром Н. Нау­мо­вым кор­ре­спон­дент газе­ты В. Мохов упо­тре­бил бить по хво­стам в несколь­ко ином зна­че­нии, выне­ся его в заго­ло­вок «Не бить по хво­стам». Речь шла об охране био­ре­сур­сов — кра­бов, тре­пан­гов, сай­ры, кре­ве­ток и т.п. и борь­бе про­тив бра­ко­нье­ров. Интер­вью завер­ша­ет­ся имен­но этим выра­же­ни­ем: 

Кро­ме того, необ­хо­ди­мо осна­ще­ние госу­дар­ствен­ных мор­ских инспек­ций совре­мен­ны­ми сред­ства­ми пере­дви­же­ния, нави­га­ции и свя­зи, спо­соб­ны­ми кон­ку­ри­ро­вать со сред­ства­ми, при­ме­ня­е­мы­ми бра­ко­нье­ра­ми. Ина­че погра­нич­ни­ки так и будут «бить по хво­стам»…

Хотя и здесь выра­же­ние упо­треб­ле­но в зна­че­нии ‘с опоз­да­ни­ем, без упре­жде­ния бороть­ся с отри­ца­тель­ны­ми явле­ни­я­ми’, но в «мор­ском» кон­тек­сте оно импли­цит­но визу­а­ли­зи­ро­ва­но ассо­ци­а­ци­ей с рыбьи­ми хво­ста­ми. 

Иную кон­крет­ную подо­плё­ку име­ет то же выра­же­ние в замет­ке В. Крас­но­вой по борь­бе с финан­со­вой кор­руп­ци­ей в Улья­нов­ской обла­сти, опуб­ли­ко­ван­ной в газе­те «Улья­нов­ская прав­да» (19.02.2016. С. 1). Она так и назы­ва­ет­ся — «Пере­стать «бить по хво­стам»» и повест­ву­ет о том, как орга­ны финан­со­во­го кон­тро­ля Улья­нов­ской обла­сти борют­ся с пра­во­на­ру­ше­ни­я­ми, кото­рых толь­ко за 2015 год нако­пи­лось на сум­му почти 610 мил­ли­о­нов руб­лей.

Пред­се­да­тель Счет­ной пала­ты реги­о­на Игорь Его­ров по это­му пово­ду гово­рит:

— К сожа­ле­нию, нам очень часто при­хо­дит­ся сего­дня «бить по хво­стам», — … И нахо­дя гру­бей­шие нару­ше­ния, мы видим, что уже нет ника­кой воз­мож­но­сти вер­нуть день­ги госу­дар­ству.…

Имен­но поэто­му основ­ной зада­чей сво­е­го ведом­ства он счи­та­ет не «стрель­бу по убе­га­ю­щим нару­ши­те­лям», а про­фи­лак­ти­ку финан­со­вых пра­во­на­ру­ше­ний

Такие инкру­ста­ции это­го полу-жар­го­низ­ма в ткань пуб­ли­ци­сти­че­ских тек­стов объ­ек­тив­но оправ­да­ны стрем­ле­ни­ем повы­сить их экс­прес­сив­ность.

Широ­кий набор ФЕ раз­ных сти­ли­сти­че­ских реги­стров на поло­сах газе­ты или стра­ни­цах жур­на­лов на пер­вый взгляд кажет­ся нере­гу­ли­ру­е­мым мно­го­цве­тьем, хао­ти­че­ским сме­ше­ни­ем. Это впе­чат­ле­ние, одна­ко, обман­чи­во, ибо невоз­мож­но гово­рить о газет­ном или жур­наль­ном тек­сте вооб­ще: это все­гда кон­крет­ный мини-текст со сво­ей доста­точ­но чет­кой сти­ли­сти­че­ской под­си­сте­мой. 

Ана­лиз, направ­лен­ный на выяв­ле­ние сти­ле­во­го диф­фе­рен­ци­а­ла раз­лич­ных руб­рик газе­ты и жур­на­ла, обна­ру­жи­ва­ет весь­ма стро­гую изби­ра­тель­ность целых групп ФЕ в зави­си­мо­сти от той или иной руб­ри­ки. Во мно­гих слу­ча­ях тип ФЕ слу­жит свое­об­раз­ным сти­ли­сти­че­ским и хро­но­ло­ги­че­ским «мар­ке­ром» пуб­ли­ци­сти­че­ско­го мате­ри­а­ла. 

Так, обо­рот нож­ки Буша стал таким мар­ке­ром в пери­од актив­ных поста­вок это­го кури­но­го про­дук­та при пре­зи­ден­те США Буше стар­шем и вновь акту­а­ли­зи­ро­вал­ся при пре­зи­дент­стве его сына. Выра­же­ние кош­ма­рить биз­нес, при­пи­сы­ва­е­мое Д. А. Мед­ве­де­ву, чаще все­го встре­ча­ет­ся в кон­текстах, свя­зан­ных с ущем­ле­ни­я­ми мало­го и сред­не­го биз­не­са, а фра­зео­ло­гизм что поро­сён­ка стричь: виз­гу мно­го, а шер­сти мало, упо­треб­лен­ный В. В. Пути­ным, ста­биль­но при­вя­зан к делу Сно­уде­на [Мок­и­ен­ко 2013]. Доста­точ­но чёт­кую автор­скую и ситу­а­тив­ную мар­ки­ро­ван­ность полу­чи­ли в своё вре­мя такие «фра­зео­ло­ги­че­ские мар­ке­ры», как про­цесс пошёл и мы все в одной лод­ке, харак­тер­ные для поли­ти­че­ско­го дис­кур­са М. С. Гор­ба­чё­ва, лечь на рель­сы, не так сели или Борис, ты не прав, став­шие язы­ко­вы­ми мет­ка­ми Б. Н. Ель­ци­на или зна­ме­ни­тое путин­ское мочить в сор­ти­ре [Bierich 2002].

Неред­ко в орби­ту таких фра­зео­ло­ги­че­ских мар­ке­ров стре­ми­тель­но вры­ва­ют­ся извест­ные клас­си­че­ские кры­ла­тые сло­ва и выра­же­ния, полу­ча­ю­щие вто­рое дыха­ние бла­го­да­ря какой-либо зло­бо­днев­ной поли­ти­че­ской ситу­а­ции. Так, уже почти забы­тое сло­во­со­че­та­ние бед­ная Лиза в янва­ре-фев­ра­ле 2016-го года полу­чи­ло неожи­дан­ную реви­та­ли­за­цию в свя­зи с острой про­бле­мой мигран­тов в Гер­ма­нии и исто­ри­ей 13-лет­ней «девоч­ки Лизы», заяв­ляв­шей об изна­си­ло­ва­нии несколь­ки­ми мигран­та­ми в интер­вью жур­на­лу Der Spiegel. Девоч­ка-под­ро­сток ушла из дома 11 янва­ря, а вер­ну­лась лишь через 30 часов. Вер­нув­шись, она рас­ска­за­ла роди­те­лям о том, что её похи­ти­ли и изна­си­ло­ва­ли три мигран­та, одна­ко в ходе опро­са в поли­ции девоч­ка отка­за­лась от этой вер­сии и сооб­щи­ла, что она всту­па­ла в сек­су­аль­ный кон­такт по вза­им­но­му согла­сию. По вер­сии про­ку­ра­ту­ры, девоч­ка реши­ла не при­хо­дить домой из-за про­блем в шко­ле и оста­лась дома у сво­е­го 19-лет­не­го дру­га турец­ко­го про­ис­хож­де­ния. Сле­дов сек­су­аль­но­го кон­так­та с ним про­ку­ра­ту­ра не нашла, моло­дой чело­век про­хо­дит по делу как сви­де­тель. Дома у него нашли вещи девоч­ки. 

О слу­чае девоч­ки Лизы сооб­щил «Пер­вый канал», после чего в Гер­ма­нии про­шли митин­ги рус­ских нем­цев про­тив наси­лия мигран­тов. Дело Лизы так­же ком­мен­ти­ро­вал гла­ва МИД Рос­сии Сер­гей Лав­ров (https://​news​.mail​.ru/​s​o​c​i​e​t​y​/​2​4​7​0​0​2​1​3​/​?​f​r​o​m​m​a​i​l​=10 01.02.2016).

Прес­са тут же заце­пи­лась за имя Лиза, акту­а­ли­зи­ро­вав кры­ла­тое выра­же­ние бед­ная Лиза — назва­ние сен­ти­мен­таль­ной пове­сти (1792) Н. М. Карам­зи­на, геро­и­ня кото­ро­го — бед­ная девуш­ка Лиза, уто­пив­ша­я­ся от несчаст­ной люб­ви. Сей­час обо­рот упо­треб­ля­ет­ся как харак­те­ри­сти­ка сен­ти­мен­таль­но сла­ща­вых и бес­по­мощ­ных людей [БМШ 2008: 1, 88]. Семан­ти­че­ский акцент это­го ста­ро­го выра­же­ния в пуб­ли­ци­сти­че­ском дис­кур­се, есте­ствен­но, не толь­ко акту­а­ли­зи­ро­вал­ся, но и суще­ствен­но сме­стил­ся в сто­ро­ну иро­ни­че­ской харак­те­ри­сти­ки это­го «жаре­но­го фак­та».

Вот лишь несколь­ко таких упо­треб­ле­ний.

Штай­н­май­ер сер­дит­ся: бед­ная Лиза «раз­ве­ла» Рос­сию и Гер­ма­нию.

Дело о воз­мож­ном изна­си­ло­ва­нии девоч­ки Лизы на этой неде­ле с улиц бер­лин­ско­го Мар­ца­на пере­нес­лось на дипло­ма­ти­че­ский уро­вень. Хлест­ки­ми ком­мен­та­ри­я­ми обме­ня­лись мини­стры ино­стран­ных дел Рос­сии и Гер­ма­нии. Поле­ми­ка рас­тя­ну­лась на три дня. Сер­гей Лав­ров на ито­го­вой пресс-кон­фе­рен­ции заявил, что сле­дит за судь­бой 13-лет­ней Лизы. Он выска­зал надеж­ду, что Гер­ма­нии не будет «полит­кор­рект­но зала­ки­ро­вы­вать дей­стви­тель­ность в каких-то внут­ри­по­ли­ти­че­ских целях». Немец­кий кол­ле­га отре­а­ги­ро­вал на сле­ду­ю­щий день. Штай­н­май­ер обви­нил Лав­ро­ва во вме­ша­тель­стве во внут­рен­ние дела Гер­ма­нии. Посо­ве­то­вал рос­сий­ским вла­стям не исполь­зо­вать ситу­а­цию «для поли­ти­че­ской про­па­ган­ды». 28 янва­ря уже из Ашха­ба­да Лав­ров отве­тил на кри­ти­ку: речь идет о рос­сий­ской граж­дан­ке, а зна­чит, Москва впра­ве не про­сто ждать… 

Бед­ная Лиза: Гер­ма­ния «избав­ля­ет­ся» от изна­си­ло­ва­ния рус­ской девоч­ки (назва­ние ста­тьи) (Анна Редь­ки­на // Вести.ru http://​www​.vesti​.ru/​d​o​c​.​h​t​m​l​?​i​d​=​2​7​1​3​781 28.01.2016)

Бед­ная Лиза. Что нам извест­но об инци­ден­те с рус­ской девоч­кой из Бер­ли­на… Да. Извест­но, что ей 13 лет, ее зовут Лиза (немец­кие изда­ния до сих пор упор­но име­ну­ют ее Леной, что­бы не допу­стить утеч­ки лич­ных дан­ных, хотя насто­я­щее имя дав­но не тай­на), она из семьи выход­цев из Рос­сии. Те, кто давал ком­мен­та­рии рос­сий­ским СМИ, — дядя Лизы Тимо­фей и её тетя Мари­на — реаль­ные люди. (Ксе­ния Мель­ни­ко­ва, Алек­сей Куп­ри­я­нов. Lenta​.ru / Мир. 1 фев­ра­ля 2016. https://​lenta​.ru/​a​r​t​i​c​l​e​s​/​2​0​1​6​/​0​1​/​2​0​/​g​i​rl/)

Бед­ная Лиза: исто­рия исче­зав­шей в Бер­лине девоч­ки ста­но­вит­ся всё зага­доч­ней. От бер­лин­ской поли­ции ждут объ­яс­не­ния слу­чая. Мария Пав­ло­ва, Бер­лин («МК-Гер­ма­ния») (МК в реги­о­нах 1 фев­ра­ля 2016. http://​www​.mk​.ru/​s​o​c​i​a​l​/​2​0​1​6​/​0​1​/​1​9​/​b​e​d​n​a​y​a​-​l​i​z​a​-​i​s​t​o​r​i​y​a​-​i​s​c​h​e​z​a​v​s​h​e​y​-​v​-​b​e​r​l​i​n​e​-​d​e​v​o​c​h​k​i​-​s​t​a​n​o​v​i​t​s​y​a​-​v​s​e​-​z​a​g​a​d​o​c​h​n​e​y​.​h​tml)

Что до Лизы, то бед­ная Лиза рас­ко­ло­лась за несколь­ко дней. От ана­мне­за до эпи­кри­за всё сего­дня извест­но о ней. Пред­ков Лизи­ных вызва­ли в шко­лу, пред­ки ста­ли её биче­вать — и за это она, по при­ко­лу, не яви­лась домой ноче­вать. Ста­ли делать над ней экс­пер­ти­зы — и узна­ли: с две­на­дца­ти лет два любов­ни­ка было у Лизы, а наси­лия не было, нет. Так что сим­вол невин­но­сти чистой ока­зал­ся не чище, увы, чем наци­сты, сади­сты, чеки­сты и дру­гие куми­ры Моск­вы… Вы Рос­сию, как бед­ную Лизу, геро­и­ню сплош­ных пор­но­драм, два­дцать лет накло­ня­е­те кни­зу, чтоб наси­ло­вать в голо­ву прям. И она, обал­дев­ши от боли, поза­быв­шая все, кро­ме вас, воз­ра­зить вам спо­соб­на не боле, чем ним­фет­ка, попав на мат­рас. Так и воет, не взви­дев­ши све­ту, напле­вав­ши на шко­лу и честь… И вдо­ба­вок поли­ции нету. А в Гер­ма­нии всё-таки есть. (http://​www​.novayagazeta​.ru/​c​o​l​u​m​n​s​/​7​1​6​4​8​.​h​t​m​l​?​p=2)

Подоб­ных фра­зео­ло­ги­че­ских мар­ке­ров в язы­ке средств мас­со­вой инфор­ма­ции нема­ло. Руб­ри­ки, в кото­рых могут быть упо­треб­ле­ны подоб­ные выра­же­ния, лег­ко пред­ска­зу­е­мы. Для таких же ярко экс­прес­сив­ных и эмо­ци­о­наль­но насы­щен­ных жан­ров, как фелье­тон и пам­флет, харак­тер­ны­ми мар­ке­ра­ми явля­ют­ся преж­де все­го раз­го­вор­но-про­сто­реч­ные иди­о­мы, обыч­ные и для худо­же­ствен­ной речи.

Спе­ци­фи­ка пуб­ли­ци­сти­че­ской фра­зео­ло­гии про­яв­ля­ет­ся так­же в отбо­ре таких выра­же­ний, кото­рые сво­ей внут­рен­ней фор­мой отра­жа­ют наи­бо­лее акту­аль­ные для совре­мен­но­сти реа­лии и явле­ния. Имен­но поэто­му в фонд пер­вой гораз­до опе­ра­тив­нее, чем во фра­зео­ло­гию худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры, про­ни­ка­ют фра­зео­ло­ги­зи­ро­ван­ные науч­но-тех­ни­че­ские тер­ми­ны и интер­на­ци­о­на­лиз­мы. В этом отно­ше­нии пуб­ли­ци­сти­ка явля­ет­ся сво­е­го рода «про­пуск­ным филь­тром» мно­гих устой­чи­вых сло­во­со­че­та­ний, вопрос о жиз­нен­но­сти кото­рых поз­же реша­ет­ся лишь закреп­ле­ни­ем в язы­ке лите­ра­ту­ры.

Мно­гие иссле­до­ва­те­ли под­чёр­ки­ва­ют всё уси­ли­ва­ю­ще­е­ся вли­я­ние науч­но-тех­ни­че­ской тер­ми­но­ло­гии на сло­вар­ный и фра­зео­ло­ги­че­ский состав совре­мен­ных лите­ра­тур­ных язы­ков. «Меж­ду сло­ва­рем нау­ки и сло­ва­рем быта, — отме­чал ещё В. В. Вино­гра­дов, — пря­мая и тес­ная связь. Вся­кая нау­ка начи­на­ет с резуль­та­тов, добы­тых мыш­ле­ни­ем и речью наро­да, и в даль­ней­шем сво­ем раз­ви­тии не отры­ва­ет­ся от народ­но­го язы­ка. Ведь даже так назы­ва­е­мые точ­ные нау­ки до сих пор удер­жи­ва­ют в сво­их сло­ва­рях тер­ми­ны, взя­тые из обще­на­род­но­го язы­ка (вес, рабо­та, сила, теп­ло, звук, свет, отра­же­ние и т. п.)» [Вино­гра­дов 1977: 165]. Наше вре­мя, вре­мя науч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са, осо­бен­но интен­си­фи­ци­ру­ет вто­рую диа­лек­ти­че­скую сто­ро­ну этой свя­зи меж­ду сло­ва­рем нау­ки и сло­ва­рем быта: обще­на­род­ный язык щед­ро чер­па­ет теперь из тер­ми­но­ло­ги­че­ской сфе­ры, семан­ти­че­ски адап­ти­руя спе­ци­аль­ные сло­ва и выра­же­ния. Мно­гие устой­чи­вые тер­ми­ны в язы­ке пуб­ли­ци­сти­ки пре­тер­пе­ва­ют про­цесс «гене­ра­ли­за­ции зна­че­ния», кото­рый и дела­ет их фра­зео­ло­гиз­ма­ми [Сидо­рен­ко 1978; 1979: 6; 1980: 82–84]. Так, в рус­ском язы­ке от пер­во­на­чаль­ной тер­ми­но­ло­ги­че­ской сфе­ры семан­ти­че­ской гене­ра­ли­за­ци­ей ото­рва­ны такие обо­ро­ты, как тяжё­лая артил­ле­рия, нака­лять атмо­сфе­ру, брать на абор­даж, брать на бук­сир, бро­сить якорь, нажи­мать на все педа­ли. Здесь соб­ствен­но тер­мин высту­па­ет в каче­стве струк­тур­ных ком­по­нен­тов все­го сло­во­со­че­та­ния и пото­му лег­че под­да­ёт­ся гене­ра­ли­за­ции.

Фра­зео­ло­ги­за­ция состав­ных тер­ми­но­ло­ги­че­ских наиме­но­ва­ний — это лишь один из резуль­та­тов более широ­ких семан­ти­че­ских пре­об­ра­зо­ва­ний тер­ми­но­си­сте­мы в язы­ке пери­о­ди­че­ской печа­ти и худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры, кото­рые обо­га­ща­ют семан­ти­ку тер­ми­на эмо­ци­о­наль­но-экс­прес­сив­ны­ми кон­но­та­ци­я­ми, рас­ша­ты­ва­ют его поня­тий­ную (обыч­но узко­спе­ци­аль­ную) незыб­ле­мость. Фра­зео­ло­ги­за­ция тер­ми­на не про­ис­хо­дит пря­мо­ли­ней­но. «Тер­ми­но­си­сте­ма нико­гда зер­каль­но не отра­жа­ет­ся на плос­ко­сти фра­зео­ло­гии: про­ис­хо­дит выбо­роч­ная интер­пре­та­ция систем­ных свя­зей вли­я­ния тер­ми­но­ло­гии» [Сидо­рен­ко 1979: 15]. Такая изби­ра­тель­ность заклю­ча­ет­ся, с одной сто­ро­ны, в пред­по­чте­нии того семан­ти­че­ско­го стерж­ня, кото­рый наи­бо­лее удо­бен для деспе­ци­а­ли­за­ции, с дру­гой — в рас­ши­ре­нии кру­га лек­си­ки, кото­рый может с быв­шим тер­ми­ном соче­тать­ся. при­ме­ры тако­го рода широ­ко пред­став­ле­ны в фун­да­мен­таль­ном трёх­том­ни­ке «Новые сло­ва и зна­че­ния. Сло­варь-спра­воч­ник по мате­ри­а­лам прес­сы и лите­ра­ту­ры 90-х годов» [НСЗ-90, 1–3 — см. подроб­нее в рецен­зии: Мок­и­ен­ко 2015]. 

Неред­ко про­цесс гене­ра­ли­за­ции при­во­дит к более рез­ко­му отры­ву соче­та­ния от тер­ми­но­ло­ги­че­ско­го зна­че­ния и пре­вра­ще­нию его во фра­зео­ло­гизм. 

Насы­ще­ние фра­зео­ло­ги­че­ско­го фон­да тер­ми­но­ло­ги­че­ски­ми соче­та­ни­я­ми в пуб­ли­ци­сти­ке тес­но свя­за­но и с интер­на­ци­о­на­ли­за­ци­ей сло­вар­но­го соста­ва. Во фра­зео­ло­ги­че­ском соста­ве каж­до­го совре­мен­но­го язы­ка нема­ло обще­го, интер­на­ци­о­наль­но­го, хотя неред­ко оно трак­ту­ет­ся фра­зео­ло­га­ми как наци­о­наль­ное [Валь­тер, Мок­и­ен­ко 2013].

Интер­на­ци­о­наль­ный фонд фра­зео­ло­гии во мно­гом явля­ет­ся тра­ди­ци­он­но-книж­ным, ибо его дли­тель­ное вре­мя пита­ли мифо­ло­ги­че­ские, биб­лей­ские и лите­ра­тур­ные сюже­ты. Тако­вы, напри­мер, ябло­ко раз­до­ра, вави­лон­ское стол­по­тво­ре­ние, кра­е­уголь­ный камень и под. Жур­на­ли­сты охот­но и раз­но­об­раз­но исполь­зу­ют эти тра­ди­ци­он­ные интер­на­ци­о­на­лиз­мы и неред­ко раз­лич­ны­ми при­ё­ма­ми вно­сят в них допол­ни­тель­ный заряд экс­прес­сии. Тако­во, напри­мер, обыг­ры­ва­ние интер­на­ци­о­наль­но­го обо­ро­та пустить утку, эти­мо­ло­гию кото­ро­го веро­ят­нее все­го мож­но свя­зать с латин­ской аббре­ви­а­ту­рой NT — non testatur ‘не засви­де­тель­ство­ва­но’, кото­рая по-немец­ки чита­ет­ся как «en–te», т.е. как Ente. [Бра­ги­на 1995: 122–123; БМС 2005: 715]. Ср. в назва­нии:

Зачем Мед­ве­дев пустил неф­тя­ную утку?

Пре­зи­дент Рос­сии Дмит­рий Мед­ве­дев пору­чил пра­ви­тель­ству раз­ра­бо­тать док­три­ну энер­ге­ти­че­ской без­опас­но­сти и опре­де­лить­ся с неот­лож­ны­ми мера­ми по её реа­ли­за­ции. Ста­ло извест­но, что запа­сы неф­ти в Рос­сии выра­бо­та­ны более чем на 50%, а про­гноз­ные ресур­сы газа оце­ни­ва­ют­ся в 165 трлн. кубо­мет­ров. https://​newsland​.com/​c​o​m​m​u​n​i​t​y​/​1​0​1​1​/​c​o​n​t​e​n​t​/​z​a​c​h​e​m​-​m​e​d​v​e​d​e​v​-​p​u​s​t​i​l​-​n​e​f​t​i​a​n​u​i​u​-​u​t​k​u​/​2​849

Раз­лич­ные спо­со­бы транс­фор­ма­ции ФЕ в газе­тах и жур­на­лах дос­ко­наль­но изу­че­ны иссле­до­ва­те­ля­ми [Солган­ник 1976; Капра­ло­ва 1980; Сти­ли­сти­ка 1981; Ваку­ров 1983; Нови­ков 2004; Язык СМИ 2003; Валь­тер, Мок­и­ен­ко 2005 и др.]. Обыч­но такое обыг­ры­ва­ние внут­рен­ней фор­мы и струк­ту­ры ФЕ воз­мож­но тогда, когда послед­ние проч­но уко­ре­ни­лись в созна­нии чита­те­ля и вос­при­ни­ма­ют­ся как устой­чи­вые, стан­дарт­ные еди­ни­цы. Язык средств мас­со­вой инфор­ма­ции и здесь более опе­ра­ти­вен, чем язык худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры.

Интер­на­ци­о­на­ли­за­ция лек­си­че­ско­го соста­ва, как извест­но, харак­тер­на для всех совре­мен­ных лите­ра­тур­ных язы­ков. Для сла­вян­ских язы­ков этот актив­ный про­цесс име­ет свою спе­ци­фи­ку уже пото­му, что тен­ден­ция к лек­си­ко-фра­зео­ло­ги­че­ско­му инте­гри­ро­ва­нию ката­ли­зи­ру­ет­ся здесь как язы­ко­вым род­ством, так и мно­ги­ми общи­ми соци­аль­но-эко­но­ми­че­ски­ми усло­ви­я­ми раз­ви­тия сла­вян­ских стран в после­во­ен­ную эпо­ху.

Мно­гие сло­во­со­че­та­ния, воз­ни­ка­ю­щие в совре­мен­ной речи — как узко­на­ци­о­наль­ные, так и интер­на­ци­о­наль­ные, — про­хо­дят через гор­ни­ло средств мас­со­вой инфор­ма­ции. Мы, фра­зео­ло­ги, обя­за­ны чут­ко реа­ги­ро­вать на каж­дый новый обо­рот, втя­ги­ва­е­мый жур­на­ли­ста­ми в это гор­ни­ло. 

Толь­ко один харак­тер­ный при­мер. Д. М. Поцеп­ня, извест­ная мно­гим линг­ви­стам сво­им изыс­кан­ным сти­ли­сти­че­ским вку­сом, недав­но обра­ти­ла моё вни­ма­ние на незна­ко­мое ей выра­же­ние заводить/ заве­сти рака за камень. Ею запи­сан и кон­текст это­го обо­ро­та: «Все эти жёст­кие усло­вия для того, что­бы заве­сти рака за камень» (т.е. зату­ше­вать суть дела — облег­чить про­це­ду­ру банк­рот­ства в поль­зу бан­ка-кре­ди­то­да­те­ля, а не для заём­щи­ка)». Он про­зву­чал в радио­эфи­ре 20 октяб­ря 2015 года при обсуж­де­нии зако­на о банк­рот­стве. Харак­тер­но, что интер­нет-спра­воч­ник грамота.ру, bolshyvopros при­во­дит пред­ла­га­е­мое тол­ко­ва­ние фра­зео­ло­гиз­ма: «Оши­бить­ся?» под вопро­сом. Кон­тек­сты, най­ден­ные мною, тем не менее пол­но­стью под­твер­жда­ют дефи­ни­цию Д. М. Поцеп­ни:

Не заво­дить рака за камень посо­ве­то­вал Путин Улю­ка­е­ву.

Министр эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия Алек­сей Улю­ка­ев пред­ло­жил отобрать у РЖД пра­во само­сто­я­тель­но менять тари­фы на гру­зо­пе­ре­воз­ки и вер­нуть его Феде­раль­ной служ­бе по тари­фам (ФСТ). Желез­но­до­рож­ной моно­по­лии в этом году пере­да­ли пол­но­мо­чия регу­ли­ро­вать тари­фы в рам­ках кори­до­ра от «минус 12,8 %» до «плюс 13,4 %». «Сей­час это пра­во — повы­шать тариф по отдель­ным направ­ле­ни­ям и кате­го­ри­ям гру­зов — закреп­ле­но за ком­па­ни­ей «Рос­сий­ские желез­ные доро­ги». Есть пред­ло­же­ние о том, что­бы вер­нуть­ся к систе­ме, когда Феде­раль­ная служ­ба по тари­фам непо­сред­ствен­но рас­по­ла­га­ет таки­ми воз­мож­но­стя­ми, и изъ­ять его из пра­ва ком­па­нии», — ска­зал на засе­да­нии Гос­со­ве­та Алек­сей Улю­ка­ев.

Пре­зи­дент Вла­ди­мир Путин на это ска­зал, что сей­час менять что-то не вре­мя. «Там есть пред­ста­ви­те­ли госу­дар­ства в этой ком­па­нии, не нуж­но здесь рака за камень заво­дить. Все это мож­но регу­ли­ро­вать, но толь­ко нуж­но делать свое­вре­мен­но и про­счи­ты­вать надо до кон­ца все послед­ствия и для самой ком­па­нии «РЖД», кото­рая явля­ет­ся одной из важ­ней­ших состав­ля­ю­щих всей нашей эко­но­ми­ки, её инве­сти­ци­он­но­го паке­та, нуж­но посмот­реть для отрас­лей эко­но­ми­ки. Вовре­мя толь­ко делать всё надо», — ска­зал пре­зи­дент. 

(ПРОВЭД.рф. 24.12.2013. 11:17 http://​xn​-​-b1ae2adf4f​.xn​-​-p1ai/​e​c​o​n​o​m​i​c​s​/​9​0​5​5​-​n​e​-​z​a​v​o​d​i​t​-​r​a​k​a​-​z​a​-​k​a​m​e​n​-​p​o​s​o​v​e​t​o​v​a​l​-​p​u​t​i​n​.​h​tml)

Рез­кую про­тест­ную реак­цию вызва­ла у пред­се­да­те­ля Сове­та ини­ци­а­ти­ва нашей груп­пы по выдви­же­нию в ЦИК (Цен­траль­ную Изби­ра­тель­ную Комис­сию) Каре­лии пред­ста­ви­те­ля от Лах­ден­похско­го рай­о­на. Сна­ча­ла Вла­ди­мир Маль­ков­ский. 

Свя­зан запрос был с опа­се­ни­ем по пово­ду воз­мож­но­го закры­тия шко­лы в Тау­нане. Каза­лось бы, чего про­ще: «Чело­ве­ка вол­ну­ет (не без­осно­ва­тель­но) судь­ба шко­лы. Задан вопрос. Дол­жен про­зву­чать ответ. Если шко­ла не закры­ва­ет­ся, ска­жи­те: «Сплет­ни, слу­хи и домыс­лы». Зачем для его реше­ния нуж­но за час до сес­сии соби­рать депу­та­тов-педа­го­гов и убеж­дать заяви­те­ля снять вопрос с повест­ки? Для того, что­бы не нака­лять обста­нов­ку? Ну и уж совсем не сто­ит «заво­дить рака за камень»** по пово­ду соблю­де­ния-несо­блю­де­ния регла­мен­та. Есть про­бле­ма — сво­ра­чи­ва­ние посе­лен­че­ских школ в нашем рай­оне… (**) «Заво­дить рака за камень» — люби­мая при­сказ­ка Вла­ди­ми­ра Михай­ло­ви­ча. Озна­ча­ет, судя по все­му, при­мер­но то же, что «Запу­ты­вать про­бле­му», «Искать слож­ные реше­ния про­стых вопро­сов», «Выда­вать чер­ное за белое» (robinzonst​.ru. http://​robinzonst​.ru/​b​l​o​g​/​z​a​v​o​d​i​m​-​r​a​k​a​-​z​a​-​k​a​m​en/).

Выво­ды. Так, про­пус­кая через гор­ни­ло пуб­ли­ци­сти­че­ско­го дис­кур­са то или иное сло­во или выра­же­ние, жур­на­ли­сты стре­мят­ся не про­сто их упо­треб­лять, но и как мож­но точ­нее семан­ти­зи­ро­вать. Разу­ме­ет­ся при этом, что не всё, про­шед­шее через это гор­ни­ло, попа­да­ет в лите­ра­тур­ный язык и сохра­ня­ет­ся вре­ме­нем. Закреп­ле­ние того или ино­го фра­зео­ло­гиз­ма в язы­ке, его пере­ме­ще­ние из пери­фе­рии в самый центр лите­ра­тур­но­го упо­треб­ле­ния зави­сит от мно­гих объ­ек­тив­ных и субъ­ек­тив­ных фак­то­ров. Тем не менее имен­но про­вер­ка «на пуб­ли­ци­стич­ность» явля­ет­ся сей­час пер­вым и, види­мо, самым серьёз­ным эта­пом тако­го язы­ко­во­го отбо­ра. Ведь имен­но пуб­ли­ци­сти­че­ский дис­курс выяв­ля­ет и закреп­ля­ет основ­ные каче­ства фра­зео­ло­гиз­мов — их экс­прес­сив­ность и харак­те­ри­стич­ность.

© Мок­и­ен­ко В. М., 2016

БМС 2005: Бирих А. К., Мокиенко В. М., Степанова Л.И. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. Около 6000 фразеологизмов. /СПбГУ: Межкафедральный словарный кабинет им. Б. А. Ларина / Под ред. В. М. Мокиенко. 3-е изд., испр. и доп. М.: Астрель: АСТ: Люкс, 2005.

БМШ 2008-2009: Берков В. П., Мокиенко, В. М., Шулежкова С. Г. Большой словарь крылатых слов и выражений русского языка : ок. 5000 ед. : в 2-х т. (Т. I. А–М. — 658 с.; — Т. II. Н–Я. — 656 с.) / Под ред. С. Г. Шулежковой. 2-е изд., испр. и доп. Магнитогорск : МаГУ; Greifswald : Ernst-Moritz-Arndt-Universität, 2008–2009.

БСЖ: Мокиенко В.М., Никитина Т.Г. Большой словарь русского жаргона. 25 000 слов и 7 000 устойчивых сочетаний. СПб.: «Норинт», 2000.

Брагина А. А. Мир животных в мире слов: Книга для внеклассного чтения. М.: Московский лицей, 1995.

Вакуров В.Н. Основы стилистики фразеологических единиц. М.: изд-во МГУ, 1983.

Вальтер Х., Мокиенко В. М. Антипословицы русского народа. СПб.: Издательский Дом «Нева», 2005.

Вальтер Х., Мокиенко В. М. Национальное и интернациональное в славянской фразеологии: различное в едином // Nationales und internationales in der slawischen Phraseologie. Национальное и интернациональное в славянской фразеологии. XV Международный съезд славистов. 20-27 августа 2013 г. Минск, Беларусь. Greifswald: Ernst-Moritz-Arndt-Univesität Greifswald. Institut für Slawistik, 2013. С. 1-18.

Виноградов В. В. Основные типы лексических значений слова // Виноградов В.В. Лексикология и лексикография. Избранные труды. М., 1977.

Дубровина К. Н. Энциклопедический словарь библейских фразеологизмов. М.: Флинта: Наука, 2010. 

Дуличенко А. Д. Русский язык конца ХХ столетия. Hrsg. von W. Lehfeldt (= Slavistische Beiträge, № 317). München: Verlag „Otto Sagner“, 1994.

Капралова С. Г. Об использовании фразеологии в общественно-политической лексике // Вопросы языкознания и русского языка. М., 1969. С. 60-70. 

Капралова С. Г. Функционирование в публицистике и лексикографическая трактовка лексики и фразеологии: Автореф. дис. ... доктора филол. наук. М.: 1980.

Киселева Л. А. Вопросы теории речевого воздействия. Л.: Изд-во ЛГУ, 1978.

Костомаров В. Г. Русский язык на газетной полосе: Некоторые особенности языка современной газетной публицистики. М.: МГУ, 1971.

Костомаров В. Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа. М.: «Педагогика-Пресс», 1994.

Костомаров В. Г. Наш язык в действии. Очерки современной русской стилистики. М.: Гардарики, 2005.

Лепта библейской мудрости. Краткий русско-словацко-немецкий словарь крылатых слов. Ружомберок-Грайфсвальд-Санкт-Петербург, 2012. 

Лепта библейской мудрости. Библейские крылатые выражения и афоризмы на русском, английском, белорусском, немецком, словацком и украинском языках / авторы-составители: Д. Балакова, Х. Вальтер, Н.Ф. Венжинович, М.С. Гутовская, Е.Е. Иванов, В.М. Мокиенко. Могилев: МГУ имени А.А. Кулешова. 2014. 

Мокиенко В. М. Славянская фразеология. 2-е изд., испр. и доп. М.: «Высшая школа», 1989. 

Мокиенко В. М. Неологизация архаизма: визга много, а шерсти мало // Мир русского слова 2013. № 3. С.11-18.

Мокиенко В. М. Языковая летопись России 90-х годов XX века. Новые слова и значения… // Вестник Российского гуманитарного научного фонда. Бюллетень, 2015, № 4 (81). С. 268-274.

Новиков А. Б. Словарь перифраз русского языка. 2-е изд. М.: Русский язык, 2004. 

НСЗ-90, 1-3: Новые слова и значения. Словарь-справочник по материалам прессы и литературы 90-х годов / Т.Н. Буцева, Е.А. Левашов, Ю.Ф. Денисенко, Н.Г. Стулова. Н.А. Козулина, С.Л. Гонобоблева. Отв. ред. Т.Н. Буцева. Ин-т лингвистических исследований РАН. Т. 1 (А-К). СПб.: «Дмитрий Буланин», 2009-2015.

Серов В. Крылатые слова: Энциклопедия. М.: Локид-Пресс, 2003. 

Сидоренко К. П. Фразеологические единицы терминологического происхождения. Автореф. канд. дисс. ... филол. наук. Л., 1979. 

Сидоренко К. П. Фразеологизмы терминологического происхождения // Русская речь. 1978. № 3. С. 84–88. 

Сидоренко К. П. От термина к фразеологизму. Русская речь. 1980. № 2. C. 84-88.

Солганик Г. Я. Системный анализ газетной лексики ее источники формирования: Автореф. дис. докт. филол. наук. М., 1976. 

Стилистика газетных жанров / Под ред. Д.Э. Розенталя. М.: Изд-во МГУ, 1981. 

Химик В. В. Большой словарь русской разговорной экспрессивной речи. СПб.: Норинт, 2004. 

Толковый словарь библейских выражений и слов / В. М. Мокинко, Г. А. Лилич, О. И. Трофименко. М.: АСТ, 2010.

Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования / Отв. ред. М. В. Володина. М., 2003.

Bierich Alexander. «Мочить в сортире...» Zum allgemeinen Jargon im Russischen. // Слово. Фраза.Текст. Сборник научных статей к 60-летию М.А. Алексеенко. М.: «Азбуковник», 2002. С. 86-62.

Chlebda Wojciech. Fatum i nadzieja. Szkice do obrazu samoświadomośći językowej dzisiejszych Rosjan (= Studia i monografie. Uniwersytet Opolski. — N 226). Opole, 1995.

Bierich Alexander. „Soak in the toilet...“ Zum allgemeinen Jargon im Russischen. // The word. Phrase.Text. Collection of scientific articles dedicated to the 60th anniversary of M. A. Alekseenko. [«Mochit‘ v sortire...» Zum allgemeinen Jargon im Russischen. // Slovo. Fraza.Tekst. Sbornik nauchnyh statej k 60-letiyu M.A. Alekseenko.] Moscow: „Azbukovnik“, 2002. P. 86-62. «Мочить в сортире...» Zum allgemeinen Jargon im Russischen. 

BMS 2005: Birikh A. K., Mokienko V. M., Stepanova L. I. Russian phraseology. Historical and etymological dictionary. About 6,000 idioms. / St Petersburg State University: Interdepartmental vocabulary study in the name B. A. Larin, ed. by V. M. Mokienko. 3d Ed., Rev. and additional [Russkaya frazeologiya. Istoriko-ehtimologicheskij slovar‘. Okolo 6000 frazeologizmov. /SPbGU: Mezhkafedral‘nyj slovarnyj kabinet im. B. A. Larina / Pod red. V. M. Mokienko. 3-e izd., ispr. i dop.] Moscow: Astrel: AST: Suite, 2005. 

BIS 2008-2009: V. P. Berkov, Mokienko, V. M., S. G. Shulezhkova. Great dictionary of winged words and expressions of the Russian language : approx. 5000 units in 2-x t. (Vol. I. A.–658 p.; Vol II. N–Ya — 656 S.), ed. by S. G. Shulezhkova. 2d Ed., Rev. and extra [Bol‘shoj slovar‘ krylatyh slov i vyrazhenij russkogo yazyka : ok. 5000 ed. : v 2-h t. (T. I. A–M. — 658 s.; — T. II. N–YA. — 656 s.) / Pod red. S. G. SHulezhkovoj. 2-e izd., ispr. i dop.] Magnitogorsk : Magu; Greifswald : Ernst-Moritz-Arndt-Universität, 2008-2009. 

Bragina A. A. The world of animals in the world of words: a Book for extracurricular reading [Mir zhivotnyh v mire slov: Kniga dlya vneklassnogo chteniya]. Moscow: Moscow Lyceum, 1995. 

BUJ: Mokienko V. M., Nikitina T. G. Big dictionary of Russian jargon. 25 000 7 000 words and steady combinations. [Bol‘shoj slovar‘ russkogo zhargona. 25 000 slov i 7 000 ustojchivyh sochetanij] St Petersburg: „Norint“, 2000. 

Chlebda Wojciech. Fatum i nadzieja. Szkice do obrazu samoświadomośći językowej dzisiejszych Rosjan (= Studia i monografie. Uniwersytet Opolski. — N 226). Opole, 1995.

Dictionary of biblical vyrajenii and words: approx. 2,000 units /V. M. Mokienko, G. A. Lilic, O. I. Trofimkina [Yazykovaya letopis’ Rossii 90-h godov XX veka. Novye slova i znacheniya… // Vestnik Rossijskogo gumanitarnogo nauchnogo fonda]. Moscow: AST: Astrel, 2010. 

Dubrovina K. N. Encyclopedic dictionary of biblical phraseology [Enciklopedicheskij slovar‘ biblejskih frazeologizmov]. Moscow: Flinta : Nauka, 2010. 

Doolichenko A. D. Russian language of the late twentieth century. [Russkij yazyk konca XX stoletiya] Ed. by W. Lehfeldt (= see online, № 317). Munich: Publishing House „Otto Sagner“, 1994. 

Explanatory Dictionary of Biblical expressions and words [Tolkovyj slovar’ biblejskih vyrazhenij i slov] / V. M. Mokienko, G. A. Lillich, O. I. Trofimenko. M .: AST, 2010.

Kapralova S. G. On the use of phraseology in the socio-political language // Questions of linguistics and the Russian language [Ob ispol’zovanii frazeologii v obshchestvenno-politicheskoj leksike]. M., 1969. P. 60-70. 

Kapralova S. G. The operation in journalism and lexicographic interpretation of Lexis and phraseology: PhD thesis [Funkcionirovanie v publicistike i leksikograficheskaya traktovka leksiki i frazeologii: Avtoref. dis. ... doktora filol. nauk]. Moscow: 1980. 

Khimik V. V. Large dictionary of the Russian colloquial speech [Bol‘shoj slovar‘ russkoj razgovornoj ehkspressivnoj rechi]. St Petersburg.: Norint, 2004. 

Kiseleva L. A. A theory of speech influence [Voprosy teorii rechevogo vozdejstviya]. Leningrad: Publishing house Leningrad state University, 1978. 

Kostomarov V. G. Language taste of epoch. From observations of speech practice of mass-media [Yazykovoj vkus ehpohi. Iz nablyudenij nad rechevoj praktikoj mass-media]. Moscow: Pedagogika-Press, 1994. 

Kostomarov V. G. Our language in use. Essays of modern Russian stylistics [Nash yazyk v dejstvii. Ocherki sovremennoj russkoj stilistiki]. M.: Gardariki, 2005. 

Kostomarov V. G. Russian language newspaper strip: Some language features of modern newspaper journalism [Russkij yazyk na gazetnoj polose: Nekotorye osobennosti yazyka sovremennoj gazetnoj publicistiki]. Moscow: MGU, 1971. 

Mokienko V. M. Slavic phraseology. 2-e Izd., Rev. and additional [Slavyanskaya frazeologiya. 2-e izd., ispr. i dop.]. Moscow: Vysshaya SHKOLA, 1989. 

Mokienko V. M. Neological archaism: a lot of squealing and little wool // the World of the Russian word 2013 [Neologizaciya arhaizma: vizga mnogo, a shersti malo // Mir russkogo slova]. No. 3. P. 11-18. 

Mokienko V. M. Language chronicle of Russia 90-ies of XX century. New words and meanings... // Bulletin of the Russian humanitarian scientific Fund [Yazykovaya letopis‘ Rossii 90-h godov XX veka. Novye slova i znacheniya… // Vestnik Rossijskogo gumanitarnogo nauchnogo fonda]. Bulletin, 2015, No. 4 (81). P. 268-274. 

Novikov A. B. Paraphrase dictionary of the Russian language [Slovar‘ perifraz russkogo yazyka]. 2-e Izd. M.: Russian language, 2004. 

NSA-90, 1-3: New words and meanings. Dictionary based on materials of press and literature of the 90-ies [Novye slova i znacheniya. Slovar’-spravochnik po materialam pressy i literatury 90-h godov] / T. N. Buzawa, E. A. Levashov, Yu. F. Denisenko, N. G. Stulova. N.. Kozulin, S. L. Gonobobleva. Resp. edited by T. N. Buzawa. Institute of linguistic studies, RAS. — Vol. 1 (A-K). — SPb.: “Dmitry Bulanin”, 2009-2015. 

Serov V. Winged words: encyclopedia [Krylatye slova: Enciklopediya]. Moscow: Lokid-Press, 2003. 

Sidorenko K. P. From the term to the idiom // Russian speech [Ot termina k frazeologizmu. Russkaya rech’.]. 1980. No. 2. P. 84-88.

Sidorenko K. P. Phraseological units of terminological origin. PhD thesis [Frazeologicheskie edinicy terminologicheskogo proiskhozhdeniya. Avtoref. kand. diss. ... filol. nauk]. Leningrad, 1979. 

Sidorenko K. P. Phraseological units of terminological origin // Russian speech [Frazeologizmy terminologicheskogo proiskhozhdeniya // Russkaya rech’]. 1978. No. 3. P. 84-88. 

Solganik G. Yu. Systematic analysis of newspaper vocabulary its sources: PhD thesis [Sistemnyj analiz gazetnoj leksiki ee istochniki formirovaniya: Avtoref. dis. dokt. filol. nauk]. Moscow, 1976. 

Stylistics of newspaper genres [Stilistika gazetnyh zhanrov]/ Ed. by D. E. Rosenthal. Moscow: Izd-vo MGU, 1981. 

The contribution of biblical wisdom. Brief Russian-Slovak-German dictionary of winged words [Lepta biblejskoj mudrosti. Kratkij russko-slovacko-nemeckij slovar’ krylatyh slov]. Ruzomberok-Greifswald-St. Petersburg, 2012. 

The contribution of biblical wisdom. Biblical sayings and aphorisms in English, Russian, Belarusian, German, Slovak and Ukrainian / authors-compilers: D. balakova, H. Walter, N. F. Vojinovic, M. S. Gutowska, E. E. Ivanov, V. M. Mokienko [Lepta biblejskoj mudrosti. Biblejskie krylatye vyrazheniya i aforizmy na russkom, anglijskom, belorusskom, nemeckom, slovackom i ukrainskom yazykah / avtory-sostaviteli: D. Balakova, H. Val’ter, N.F. Venzhinovich, M.S. Gutovskaya, E.E. Ivanov, V.M. Mokienko]. Mogilev: MSU named after A. A. Kuleshov. 2014.

The mass media language as an object of interdisciplinary research / Ed. edited by M. V. Volodina [Yazyk SMI kak objekt mezhdisciplinarnogo issledovaniya / Otv. red. M. V. Volodina]. Moscow, 2003. 

Vakurov V. N. The basics of stylistics of phraseological units [Osnovy stilistiki frazeologicheskih edinic]. Moscow: Izd-vo MGU, 1983. 

Vinogradov V. V. The main types of lexical meanings of the word // Vinogradov V. V. Lexicology and lexicography. Selected works [Osnovnye tipy leksicheskih znachenij slova // Vinogradov V.V. Leksikologiya i leksikografiya. Izbrannye trudy]. Moscow, 1977. 

Walter H., V. M. Mokienko. Antipolicy of the Russian people [Antiposlovicy russkogo naroda]. St Petersburg: Publishing House „Neva“, 2005. 

Walter H., V. M. Mokienko. National and international Slavonic phraseology: various in a single // Nationales und Internationales in der slawischen Phraseologie. National and international in Slavic idioms. XV international Congress of Slavists [Nacional’noe i internacional’noe v slavyanskoj frazeologii: razlichnoe v edinom // Nationales und Internationales in der slawischen Phraseologie. Nacional’noe i internacional’noe v slavyanskoj frazeologii. XV Mezhdunarodnyj s”ezd slavistov. 20-27 avgusta 2013 g. Minsk, Belarus’]. August 20-27, 2013 in Minsk, Belarus. Greifswald: Ernst-Moritz-Arndt-Univesität Greifswald. Institut für slawistik is, 2013. P. 1-18.