Воскресенье, Ноябрь 17Институт «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Динамика русскоязычных медиа в Финляндии: лингвокультурологические аспекты

В статье рассматриваются особенности современных русскоязычных СМИ Финляндии в диахроническом аспекте: дается анализ медиаматериалов 2017 г. и более ранних — 2000-х годов. Отмечено, что изменилось отношение к миграции и мигрантам: из экзотики они стали обыденностью. Обращается внимание на различия между первым и вторым поколениями иммигрантов и их отношением к получению информации, к информационному полю. Рассказывается о некоторых новых исследованиях в сфере потребления СМИ. Демонстрируются некоторые актуальные направления освещения событий (взаимоотношения России и Финляндии, занятия русскоязычного меньшинства, политические новости, особенности финского образа жизни, исторические параллели). Показано, что изменения в русскоязычных медиа касаются не только формата, но и статуса и содержания сообщений, которые отражают трансформирующийся состав русскоязычного населения страны. Даются образцы материалов, по той или иной причине привлекательных для внутреннего читателя. Авторы анализируют и комментарии читателей, посвященные дискуссиям, происходящим на сайтах внутрифинляндских русскоязычных форумов, ставших местом встречи тех, кто говорит по-русски, их тематику и характер. Выдвигается гипотеза о новых функциях массмедиа за границей. Включен комментарий особенностей языка новых публикаций.

Dynamics of the Russian-speaking media in Finland: Linguistic and cultural aspects 

The present article considers the characteristics of Russian-language mass media in Finland in comparison with the situation 10–25 years ago. The most significant change that has taken place concerns the attitude to emigration and to immigrants: the previous exoticism and sense of adventure has gone, and the topic has now become commonplace. We aim to pinpoint the differences between the first and the second generation of immigrants and their attitudes to various sources of information. The article includes a survey of recent research in the sphere of media use. Particular attention is paid to various current trends in news reporting (relations between Russia and Finland, the activities of the Russian-speaking minority, political news, peculiarities of the Finnish way of life, historical parallels). An example is given of a local Russian-language media outlet. It is further demonstrated that changes in the Russian-language media concern not only the format, but also the status and content of the reporting. Materials of interest to the local reader are xemplified. We put forward hypotheses concerning the cyclical nature of people’s media interest, as well as the new functions of the mass media abroad. The article also includes brief remarks on the linguistic peculiarities of the new publications.

Ханнес Виимаранта — магистр;
hannes.viimaranta@gmail.com

Екатерина Юрьевна Протасова —д-р пед. наук, доц.;
ekaterina.protassova@helsinki.fi

Хельсинкский университет, 00014, Хельсинки, Финляндия

Hannes Viimaranta — MA;
hannes.viimaranta@gmail.com

Ekaterina Iu. Protassova — PhD;
ekaterina.protassova@helsinki.fi

University of Helsinki, PO Box 24, 00014, Helsinki, Finland

Виимаранта Х., Протасова Е. Ю. Динамика русскоязычных медиа в Финляндии: лингвокультурологические аспекты // Медиалингвистика. 2018. Т. 5. № 1. С. 110–122.

DOI: 10.21638/11701/spbu22.2018.109

URL: https://medialing.ru/dinamika-russkoyazychnyh-media-v-finlyandii-lingvokulturologicheskie-aspekty/ (дата обращения: 17.11.2019)

Viimaranta H., Protassova E. Iu. Dynamics of the Russian-speaking media in Finland: Linguistic and cultural aspects. Media Linguistics, 2018, Vol. 5, No. 1, pp. 110–122. (In Russian)

DOI: 10.21638/11701/spbu22.2018.109

URL: https://medialing.ru/dinamika-russkoyazychnyh-media-v-finlyandii-lingvokulturologicheskie-aspekty/ (accessed: 17.11.2019)

УДК 811.161.1'271.12+811.161.1'27.16

Поста­нов­ка про­бле­мы. Рус­ско­языч­ные изда­ния выхо­дят на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Фин­лян­дии столь­ко, сколь­ко при­сут­ству­ют здесь люди, вла­де­ю­щие рус­ским язы­ком, т. е. актив­но — с нача­ла XIX в. [Shenshin 2008]. Если ана­ли­зи­ро­вать тема­ти­ку рус­ско­языч­ных медиа, то надо отме­тить, что это были преж­де все­го пуб­ли­ка­ции, каса­ю­щи­е­ся цер­ков­ных и воен­ных дел, поз­же — вой­ско­вых посе­ле­ний и все­го с ними свя­зан­но­го, далее, с момен­та вхож­де­ния в состав Рос­сий­ской импе­рии в каче­стве авто­ном­но­го Вели­ко­го кня­же­ства, — по самым раз­ным вопро­сам зако­но­да­тель­ства и жиз­не­устрой­ства [Юсси­ла 2009]. Печа­та­лись и свои учеб­ни­ки по рус­ско­му язы­ку, и раз­го­вор­ни­ки (см. [Вах­тин 2011]), и путе­во­ди­те­ли. Боль­шая часть мате­ри­а­лов до сих пор, прав­да, нахо­дит­ся в руко­пис­ном виде в архи­вах (см. [Шква­ров 2016]). Нам бы хоте­лось выяс­нить, как, про­дол­жая тра­ди­ции, совре­мен­ная фин­лянд­ская рус­ско­языч­ная прес­са вли­я­ет на меди­а­ланд­шафт стра­ны, како­ва ее роль сего­дня. В медиа­линг­ви­сти­ке сло­жи­лись опре­де­лен­ные под­хо­ды к рус­ско­языч­но­му зару­беж­но­му тек­сту, пред­по­ла­га­ю­щие все­сто­рон­нее рас­смот­ре­ние меди­а­тек­стов мето­да­ми смеж­ных наук и выво­ды о спе­ци­фи­че­ском харак­те­ре медиа­пуб­ли­ка­ций, под­вер­жен­ных раз­лич­ным внут­ри- и внеш­не­по­ли­ти­че­ским и социо­линг­ви­сти­че­ским вли­я­ни­ям.

Исто­рия вопро­са. Нам уже при­хо­ди­лось рас­ска­зы­вать об осо­бен­но­стях рус­ско­языч­ной прес­сы Фин­лян­дии под раз­ны­ми угла­ми зре­ния [Про­та­со­ва 2004; 2006; 2007]. Тогда нас преж­де все­го инте­ре­со­ва­ла спе­ци­фи­ка упо­треб­ле­ния рус­ско­го язы­ка в ситу­а­ции язы­ко­во­го кон­так­та и отли­чия рус­ско­языч­ной печа­ти зару­бе­жья от внут­рен­них изда­ний по уста­нов­кам, сло­во­упо­треб­ле­нию, тема­ти­ке. Теперь мы поста­ра­ем­ся дать общую харак­те­ри­сти­ку рус­ско­языч­но­го инфор­ма­ци­он­но­го поля Фин­лян­дии.

В соста­ве рус­ско­языч­ных СМИ по-преж­не­му «Фин­лянд­ский тор­го­вый путь» (http://​kauppatie​.com), «Спектр» (http://​spektr​.net), «Ново­сти Хель­син­ки» (http://​novosti​-helsinki​.com), «Моза­и­ка» (http://​mosaiikki​.info), «Оста­нов­ка в Фин­лян­дии» (http://​stopinfin​.ru), севе­ро­ев­ро­пей­ский жур­нал «Новые рубе­жи» (http://​newhorizons​.fi), исто­ри­ко-куль­тур­ный и лите­ра­тур­ный жур­нал «LiteraruS — Лите­ра­тур­ное сло­во» (http://​literarus​.org). Мно­гие из них ста­ра­ют­ся вклю­чить в себя парал­лель­ные или допол­ни­тель­ные мате­ри­а­лы на фин­ском язы­ке. Все эти изда­ния име­ют опре­де­лен­ную редак­ци­он­ную поли­ти­ку, боль­шин­ство тек­стов обще­до­ступ­но бла­го­да­ря Интер­не­ту. В новой ситу­а­ции откры­то­сти иссле­до­ва­те­лям мас­сме­диа лег­че ста­ло узна­вать, чем живут сооте­че­ствен­ни­ки за рубе­жом.

Опи­са­ние цели, задач, мето­ди­ки иссле­до­ва­ния. В свя­зи с ростом обще­ния меж­ду Рос­си­ей и зару­бе­жьем воз­рос инте­рес к тому, как живут сооте­че­ствен­ни­ки вне Рос­сии, как сохра­ня­ет­ся «рус­скость» и в чем выра­жа­ет­ся вли­я­ние окру­же­ния, в нашем слу­чае — фин­ско­го мен­та­ли­те­та, куль­ту­ры, обра­за мыс­лей. Нам кажет­ся заман­чи­вым попы­тать­ся опре­де­лить, в чем состо­ят раз­ли­чия в тема­ти­ке и состо­я­нии рус­ско­го язы­ка в совре­мен­ной и более ран­ней прес­се, как отзы­ва­ет­ся диас­по­ра на акту­аль­ные собы­тия. Состав рус­ско­языч­но­го сооб­ще­ства моди­фи­ци­ро­вал­ся (ста­ло боль­ше рус­ско­языч­ных имми­гран­тов, при­е­хав­ших по рабо­те или уче­бе), есть авто­ры и чита­те­ли с боль­шим опы­том жиз­ни в СССР и за рубе­жом и моло­дые актив­ные люди, соци­а­ли­зи­ро­вав­ши­е­ся в пост­со­вет­ской Рос­сии. Если рань­ше через прес­су имми­гран­ты иска­ли себя, то теперь они ищут инфор­ма­цию о про­ис­хо­дя­щих в Фин­лян­дии собы­ти­ях и раз­лич­ные точ­ки зре­ния на них. Посте­пен­ное фор­ми­ро­ва­ние мень­шин­ства может про­ис­хо­дит через осо­зна­ние сво­ей роли как посред­ни­ка меж­ду стра­на­ми.

Мате­ри­а­лом ана­ли­за послу­жи­ли фин­лянд­ские рус­ско­языч­ные медиа — бумаж­ные изда­ния и их интер­нет-вер­сии, кото­рые зача­стую бога­че, интер­ак­тив­нее и быст­рее реа­ги­ру­ют на ситу­а­цию.

Для медиа­линг­ви­сти­ки харак­тер­на поли­дис­ци­пли­нар­ность [Dobrosklonskaya 2014]. Поэто­му в сво­ем иссле­до­ва­нии мы опи­ра­ем­ся на каче­ствен­ные мето­ды [напр.: Liamputtong 2013]: тема­ти­че­ский ана­лиз [Braun, Clarke 2006] и дис­курс-ана­лиз [напр.: Фил­липс, Йор­ген­сен 2008; Шме­ле­ва 2012], а так­же опи­сы­ва­ем мате­ри­ал с точ­ки зре­ния меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции. Всё это поз­во­ля­ет выбрать из име­ю­ще­го­ся мате­ри­а­ла имен­но те идеи и их вопло­ще­ние, кото­рые кажут­ся зна­ме­на­тель­ны­ми по каким-то при­чи­нам, свя­зан­ным с уста­нов­ка­ми авто­ров иссле­до­ва­ния. Каче­ствен­ный ана­лиз под­хо­дит для выбо­роч­но­го ана­ли­за тек­стов и отве­ча­ет нашей цели — пока­зать вли­я­ние фин­ско­го окру­же­ния на рус­ско­языч­ные медиа в Фин­лян­дии. Ана­лиз мате­ри­а­ла: новое в меди­а­ланд­шаф­те. Со вре­ме­ни пуб­ли­ка­ции наших преды­ду­щих науч­ных работ по теме [Про­та­со­ва 2004; 2006; 2007] рус­ско­языч­ное инфор­ма­ци­он­ное поле в Фин­лян­дии кар­ди­наль­но изме­ни­лось: как и повсе­мест­но, бумаж­ные фин­лянд­ские изда­ния на рус­ском язы­ке пыта­ют­ся выжить, интер­нет-сай­ты ста­но­вят­ся глав­ны­ми источ­ни­ка­ми инфор­ма­ции, люди чита­ют не ново­сти и ста­тьи вооб­ще, а то, что ото­бра­но опре­де­лен­ны­ми бло­ге­ра­ми или сооб­ще­ства­ми. Сто­ит доба­вить, что ауди­то­рия чита­те­лей вырос­ла: чис­ло рус­ско­языч­ных в стране при­бли­жа­ет­ся к 80 тыс., еже­год­ные посе­ще­ния рус­ско­го­во­ря­щи­ми тури­ста­ми состав­ля­ют более мил­ли­о­на чело­век (а в туч­ные годы и несколь­ко мил­ли­о­нов), в погоне за сен­са­ци­я­ми рос­сий­ские жур­на­ли­сты пере­смат­ри­ва­ют мно­же­ство изве­стий из Фин­лян­дии на доступ­ных им язы­ках и часто «кор­мят­ся» не толь­ко прав­ди­вы­ми, но и неле­пы­ми све­де­ни­я­ми. Напри­мер, пер­во­ап­рель­ский шуточ­ный мате­ри­ал «Фри­ка­дель­ка, шер­стя­ной носок и шари­ко­вая руч­ка — курьез­ные убий­цы поне­во­ле» [Фри­ка­дель­ка… 2016] был пере­пе­ча­тан мно­же­ством изда­ний как досто­вер­ный. Не сто­ит это­му удив­лять­ся, если есть под­лин­ные попу­ляр­ные лет­ние сооб­ще­ния — «Фин­лян­дия уста­но­ви­ла миро­вой рекорд по коли­че­ству купа­ю­щих­ся голы­шом», «Лебедь с застряв­шей в клю­ве пив­ной бан­кой и пти­цы, запу­тав­ши­е­ся в лес­ке — фото, как мусор кале­чит диких живот­ных» [см. так­же: Shalygina 2015]. Осо­бен­но вос­тре­бо­ва­на в Рос­сии инфор­ма­ция о школь­ной систе­ме Фин­лян­дии (обыч­но тек­сты вос­тор­жен­ные, а ком­мен­та­рии частич­но скеп­ти­че­ские), о соци­аль­ной защи­те (офи­ци­аль­ные орга­ны и про­стые граж­дане пыта­ют­ся всех успо­ка­и­вать, но тре­во­га оста­ет­ся) и о базо­вом дохо­де (зависть сме­ши­ва­ет­ся с непо­ни­ма­ни­ем). По этим вопро­сам жур­на­ли­сты рус­ско­языч­ных изда­ний неред­ко обра­ща­ют­ся к нам, фило­ло­гам, как к экс­пер­там. В свою оче­редь, рус­ско­языч­ные жур­на­ли­сты Фин­лян­дии сле­дят за казу­са­ми в изда­ни­ях по обе сто­ро­ны гра­ни­цы: то в Рос­сии супру­га пре­зи­ден­та Нии­ни­стё ока­за­лась рекла­ми­ру­ю­щей кос­ме­ти­ку (исполь­зо­ва­лась ее фото­гра­фия), то на облож­ке кни­ги «Все езди­ли на „Ладах“» поме­ще­но изоб­ра­же­ние «Моск­ви­ча». В поли­ко­до­вом тек­сте, кото­рый, бес­спор­но, наи­бо­лее аттрак­ти­вен для чита­те­ля, в этом слу­чае фото­гра­фия дис­со­ни­ру­ет с тек­стом, что при­во­дит к ком­му­ни­ка­тив­ной неуда­че.

Рас­ши­рив­ше­е­ся инфор­ма­ци­он­ное поле тре­бу­ет посто­ян­ной под­пит­ки: вез­де нуж­ны «авто­ры тек­стов». Вот поче­му мож­но гово­рить о появ­ле­нии интер­дис­кур­са, посвя­щен­но­го преж­де все­го соци­аль­ным про­бле­мам, — он созда­ет­ся сила­ми фин­лянд­ских и рос­сий­ских жур­на­ли­стов, пишу­щих на рус­ском язы­ке.

Фин­лянд­ские вла­сти стре­мят­ся вовлечь имми­гран­тов, и не толь­ко тех, кто гово­рит по-рус­ски, в граж­дан­ское обще­ство, пре­вра­тить их в актив­ных участ­ни­ков обще­го дис­кур­са, при­вить соб­ствен­но фин­лянд­ские цен­но­сти, позна­ко­мить с аль­тер­на­тив­ной точ­кой зре­ния на про­ис­хо­дя­щее [Participation… 2015]. При этом посто­ян­но под­чер­ки­ва­ет­ся, что люди с иным куль­тур­ным фоном долж­ны сохра­нять свои тра­ди­ции и, изу­чая фин­ский, не отка­зы­вать­ся от сво­е­го род­но­го язы­ка, от воз­мож­но­стей исполь­зо­вать рус­ский язык на посто­ян­ной осно­ве бла­го­да­ря пере­во­дам, реаль­ным и авто­ма­ти­че­ским. Тех­ни­че­ских средств, в кото­рых име­ет­ся функ­ция пере­во­да, ста­но­вит­ся все боль­ше, что может в какой-то сте­пе­ни затруд­нять инте­гра­цию в при­ни­ма­ю­щее обще­ство. Тут воз­ни­ка­ет дилем­ма: с одной сто­ро­ны, объ­ем зна­ний о фин­лянд­ском соци­у­ме на рус­ском язы­ке уве­ли­чи­ва­ет­ся, с дру­гой — они дают­ся в кем-то отфиль­тро­ван­ном виде, что не тре­бу­ет поис­ков в фин­но­языч­ной или шве­до­языч­ной прес­се, зна­ком­ства со всей мас­сой инфор­ма­ции и отбо­ра ново­стей из обще­го пото­ка све­де­ний в соот­вет­ствии с соб­ствен­ны­ми инте­ре­са­ми.

На пер­вый план для мест­но­го рус­ско­языч­но­го насе­ле­ния выдви­га­ют­ся сооб­ще­ния, во-пер­вых, све­жие и акту­аль­ные, во-вто­рых, отра­жа­ю­щие офи­ци­аль­ную фин­лянд­скую точ­ку зре­ния. Имен­но поэто­му сайт «Юле.фи» (https://​yle​.fi/​n​o​v​o​sti), рабо­та­ю­щий в онлайн-режи­ме круг­ло­су­точ­но, ока­зал­ся наи­бо­лее вос­тре­бо­ван­ным. Инфор­ма­ция на рус­ском язы­ке дает­ся еже­днев­но в 16:50, менее пяти минут, с пере­во­дом на фин­ский, ново­сти смот­рят и фин­ны, преж­де все­го те, кото­рые зна­ют рус­ский как ино­стран­ный, так как такая про­грам­ма поз­во­ля­ет под­дер­жать пони­ма­ние рус­ской речи на близ­ких по содер­жа­нию при­ме­рах. Жур­на­ли­сты отби­ра­ют мате­ри­а­лы для пере­во­да, кото­рые поме­ща­ют­ся на сай­те, про­во­дят само­сто­я­тель­ные репор­та­жи, орга­ни­зу­ют соб­ствен­ные про­ек­ты: «Рус­ский акцент» (о раз­лич­ных аспек­тах фин­ской жиз­ни, име­ю­щих отно­ше­ние к рус­ско­му язы­ку), «Спорт­фо­лио» (о спор­те, чрез­вы­чай­но важ­ной состав­ля­ю­щей фин­лянд­ско­го обра­за жиз­ни), «Фин­ский пере­улок» (об осо­бен­но­стях фин­ско­го язы­ка). Ведут­ся руб­ри­ки «Лицо дня» (интер­вью с раз­лич­ны­ми пер­со­на­ми на рус­ском язы­ке), про­во­дят­ся чаты с поль­зо­ва­те­ля­ми по акту­аль­ным для имми­гран­тов про­бле­мам (напри­мер, о соб­ствен­ном пред­при­ни­ма­тель­стве, о пра­во­вой защи­те, о дву­языч­ном вос­пи­та­нии детей, о куль­тур­ной жиз­ни) с после­ду­ю­щей пуб­ли­ка­ци­ей обзо­ров.

Ста­ра­ясь оста­вать­ся ней­траль­ны­ми, СМИ при­зы­ва­ют рус­ско­языч­ных имми­гран­тов при­ни­мать уча­стие в обще­ствен­ной жиз­ни, иметь граж­дан­скую пози­цию, делить­ся сво­им мне­ни­ем с осталь­ны­ми. В 2016 г. редак­ция «Юле.фи» сле­ди­ла, при­вле­кая мне­ния экс­пер­тов, за тем, как участ­ву­ют в выбо­рах в Госу­дар­ствен­ную думу Рос­сий­ской Феде­ра­ции про­жи­ва­ю­щие в стране граж­дане РФ [Tvaltvadze 2016]. В 2017 г. про­шли муни­ци­паль­ные выбо­ры в Фин­лян­дии, и жур­на­ли­сты про­во­ди­ли интер­вью с рус­ско­языч­ны­ми кан­ди­да­та­ми от раз­ных пар­тий и из раз­ных горо­дов (см. ряд пуб­ли­ка­ций на «Юле.фи» https://​yle​.fi/​u​u​t​i​s​e​t​/​o​s​a​s​t​o​/​n​o​v​o​s​ti/ municipalnyje_vybory_2017). Еще одним актив­ным орга­ном на этих выбо­рах была газе­та «Спектр», пред­став­ляв­шая про­грам­мы кан­ди­да­тов, при­ни­мав­шая уча­стие в орга­ни­за­ции деба­тов, нако­нец, под­вед­шая ито­ги выбо­ров [Гуса­тин­ская 2017]. По всей стране было выдви­ну­то 164 рус­ско­языч­ных кан­ди­да­та (из них 28 с одним рос­сий­ским граж­дан­ством, 105 с дву­мя). Про­го­ло­со­ва­ло толь­ко 19,7 % от обще­го чис­ла изби­ра­те­лей, имев­ших рос­сий­ское граж­дан­ство (име­ли пра­во голо­со­вать 22 637 чело­век с одним граж­дан­ством РФ и 22 266 — с дву­мя граж­дан­ства­ми). Было избра­но 8 рус­ско­языч­ных кан­ди­да­тов (в муни­ци­па­ли­те­тах Ван­таа, Инкоо, Йоэн­суу, Кух­мой­нен, Мюр­скю­ля, Тох­ма­яр­ви, Хаапа­ве­си, Хель­син­ки).

Как пока­за­ли иссле­до­ва­ния, имми­гран­ты с рус­ским язы­ком часто ори­ен­ти­ру­ют­ся в сво­их пред­по­чте­ни­ях на рос­сий­ские источ­ни­ки инфор­ма­ции и про­яв­ля­ют недо­ста­точ­ную вовле­чен­ность в дела внут­ри самой Фин­лян­дии [Davydova-Minguet et al. 2016; Martikainen et al. 2016; Pikkarainen 2015; Rynkänen 2014]. Зада­чей фин­лянд­ской язы­ко­вой поли­ти­ки явля­ет­ся реа­ли­за­ция пра­ва каж­до­го жите­ля стра­ны на полу­че­ние инфор­ма­ции, в том чис­ле и на род­ном язы­ке, по всем жиз­нен­но важ­ным вопро­сам [см.: Язы­ко­вая поли­ти­ка… 2016; Mustajoki, Protassova 2015; Viimaranta et al. 2017]. Изда­ни­ям на рус­ском язы­ке отво­дит­ся важ­ная роль. Имен­но поэто­му мно­гие изда­те­ли и сай­ты полу­ча­ют дота­ции от госу­дар­ства.

Хочет­ся рас­ска­зать об одном при­ме­ча­тель­ном явле­нии: про­вин­ци­аль­ная газе­та “Raahelainen” (https://​raahenseutu​.fi/​n​a​k​o​i​s​l​e​h​t​i​/​r​a​a​h​e​l​a​i​nen) из Раахе, рас­по­ло­жен­но­го вбли­зи стро­я­щей­ся «Роса­то­мом» и «Фен­но­вой­ма» АЭС «Хан­хи­ки­ви», в тече­ние полу­го­да в 2016 г. пуб­ли­ко­ва­ла еже­не­дель­ную стра­ни­цу на рус­ском язы­ке в сотруд­ни­че­стве с Сою­зом пред­при­ни­ма­те­лей горо­да Раахе. На этих стра­ни­цах рас­ска­зы­ва­лось об обще­фин­лянд­ских и мест­ных про­бле­мах, обы­ча­ях, при­выч­ках, делах. Соглас­но инфор­ма­ции от и. о. глав­но­го редак­то­ра газе­ты, ста­тьи пред­став­ля­ли собой пере­во­ды мате­ри­а­лов, в раз­ное вре­мя пуб­ли­ко­вав­ших­ся на фин­но­языч­ных стра­ни­цах изда­ния и не поте­ряв­ших акту­аль­ность. Сооб­ща­лось, напри­мер, о кон­цер­тах в мест­ном куль­тур­ном цен­тре, при­чем крат­ко харак­те­ри­зо­ва­лись высту­па­ю­щие груп­пы. В ста­тье К. Туйк­ка­ла гово­ри­лось о том, что прак­ти­че­ски все новые квар­ти­ры про­да­ют­ся на ста­дии стро­и­тель­ства, пере­жи­ва­ю­ще­го бум. Ста­тья М. Кести «Школь­ный день про­ве­сти весе­ло на вол­нах» повест­во­ва­ла о зна­ком­стве школь­ни­ков с мор­ски­ми вида­ми спор­та. Т. Лян­ки­нен сооб­щал, что маяк на ост­ро­ве Тас­ку отре­ста­ври­ро­ван, а сле­ду­ю­щим ста­нет, может быть, маяк Исо-Кра­асе­ли или Кум­пе­ли. Полез­ные све­де­ния из ста­тьи: ста­рин­ный маяк без источ­ни­ка све­та назы­ва­ет­ся pooki; в ремон­те при­ни­ма­ли уча­стие Фин­лянд­ское обще­ство мая­ков, город Раахе, доб­ро­воль­цы и бежен­цы. Порт Раахе при­ни­ма­ет парус­ни­ки (на фин­лянд­ских про­ис­хо­дит обу­че­ние мат­ро­сов), в том чис­ле и четы­рех­мач­то­вый барк «Кру­зен­штерн». Рас­ска­зы­ва­лось о птен­цах орла­на-бело­хво­ста, об охо­те на вод­ных птиц, о сорев­но­ва­ни­ях по голь­фу, о новых транс­порт­ных марш­ру­тах из-за ремон­та шос­се, о том, как орга­ни­зо­ва­ны пере­воз­ки вод­ным транс­пор­том на ост­ро­ва архи­пе­ла­га. В реклам­ном при­ло­же­нии мест­но­го спор­тив­но­го клу­ба дано на рус­ском и англий­ском язы­ках опи­са­ние игры «песа­пал­ло» — фин­ско­го ана­ло­га бейс­бо­ла. Всё это очень чело­веч­ные, локаль­ные замет­ки, бла­го­да­ря кото­рым новые жите­ли здеш­них мест могут немно­го луч­ше понять окру­жа­ю­щий их мир.

В то же вре­мя мест­ные сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции уди­ви­лись тому, что «Роса­том» устро­ил в Калай­о­ки лет­ний дет­ский меж­ду­на­род­ный лагерь, в кото­рый при­е­ха­ла моло­дежь из Вен­грии, Рос­сии, Сло­ва­кии, Фин­лян­дии и Чехии. По мне­нию фин­ских поли­то­ло­гов, это часть пиар-кам­па­нии, а не про­сто воз­мож­ность позна­ко­мить­ся с куль­ту­рой и при­ро­дой [Дет­ский лагерь… 2017]. Мож­но ска­зать, что это часть все­гдаш­не­го недо­ве­рия фин­нов к Рос­сии, с одной сто­ро­ны, и стра­ха перед атом­ной стан­ци­ей — с дру­гой.

Отно­си­тель­но каче­ства рус­ско­го язы­ка в пуб­ли­ку­е­мых мате­ри­а­лах мож­но заме­тить, что шеро­хо­ва­то­сти и неточ­но­сти свя­за­ны, как пра­ви­ло, с пере­вод­ны­ми тек­ста­ми (пря­мой или кос­вен­ной цита­ци­ей), в то вре­мя как ошиб­ки в орфо­гра­фии и пунк­ту­а­ции соб­ствен­ные, обу­слов­лен­ные незна­ни­ем пра­вил рус­ско­го язы­ка. Спе­ци­фич­ным для любой прес­сы, рабо­та­ю­щей в ино­языч­ном окру­же­нии, ста­но­вит­ся про­бле­ма вклю­че­ния мест­ных реа­лий в кон­текст основ­но­го язы­ка: сто­ит ли исполь­зо­вать напи­са­ние и алфа­вит исход­но­го язы­ка, пере­во­дить ли в скоб­ках, в кавыч­ках (и каких), в снос­ке, в тек­сте; давать бук­валь­ный или смыс­ло­вой пере­вод, отсы­лать ли к ана­ло­гам из соб­ствен­ной куль­ту­ры. Несмот­ря на суще­ство­ва­ние офи­ци­аль­ных пра­вил, нет един­ства даже в транс­ли­те­ра­ции гео­гра­фи­че­ских назва­ний и имен соб­ствен­ных. Прак­ти­че­ски в каж­дой замет­ке встре­ча­ют­ся какие-то ляпы. Самы­ми харак­тер­ны­ми, пожа­луй, мож­но счи­тать те, кото­рые воз­ни­ка­ют на сты­ке двух куль­тур, когда фин­ский жур­на­лист гово­рит о чем-то таком, о чем непри­выч­но читать рус­ско­языч­но­му. Все еще нет еди­но­го мне­ния о пере­да­че фин­ских реа­лий на рус­ском язы­ке: часто репор­те­ры спо­рят о том, за какой тер­мин ухва­тить­ся, а пере­вод­чи­ки-про­фес­си­о­на­лы пред­ла­га­ют неудо­бо­ва­ри­мые вари­ан­ты. Если пере­во­дить близ­ко к тек­сту, полу­ча­ет­ся неук­лю­же, если пере­во­дить по смыс­лу и истол­ко­вы­вать поня­тия, полу­ча­ет­ся неа­у­тен­тич­но. Нет одно­знач­ных реше­ний по пово­ду транс­ли­те­ра­ции. Вот при­ме­ры таких стран­но­стей: В одно вос­кре­се­нье вече­ром в Raahesali мож­но насла­ждать­ся музы­кой Jukka Kuoppamäki, у кото­ро­го в репер­ту­а­ре более двух­сот песен. Его карье­ра длить­ся уже более 50 лет и в этом кон­цер­те он испол­нит все свои клас­си­ки и неко­то­рые новые пес­ни. Brahe Classica пре­крас­но откро­ет свой осен­ний сезон со спек­так­лем «Neljä Pientä Annosta» (Четы­ре Малень­ких Пор­ции). В этой музы­каль­ной коме­дии Martti Suosalo выпол­нит мно­гие роли от гоф­мей­сте­ра до пере­во­рот­чи­ка нот и Iiro Rantala от пиа­ни­ста-педа­го­га до герой­ско­го соли­ста (Raahelainen. 2016. 20 Aug 20. S. 9).

Одним из пер­вых сай­тов на рус­ском язы­ке был сайт Suomi​.ru [Маль­ми-Левиц­ки 2004], тогда рус­ско­языч­но­го насе­ле­ния было зна­чи­тель­но мень­ше, чем теперь. Потом он был пере­куп­лен и пре­вра­тил­ся в Russian​.fi [см.: Shalygina 2014]. Дру­гие важ­ные фору­мы — http://​prohelsinki​.fi, http://​vse​.fi, http://​doska​.fi, http://​da​.fi. Здесь важ­но отме­тить и тема­ти­ку, и пере­клю­че­ние кодов (пере­ход с фин­ско­го на рус­ский и наобо­рот, вклю­чая транс­ли­те­ра­цию), и диле­тант­ские или про­фес­си­о­наль­ные пояс­не­ния к сло­вам и вещам.

Суще­ству­ют рус­ские сай­ты обще­ствен­ных орга­ни­за­ций, клу­бов, учре­жде­ний допол­ни­тель­но­го обра­зо­ва­ния. Сре­ди основ­ных рус­ско­языч­ных орга­ни­за­ций в Фин­лян­дии мож­но назвать Фин­лянд­скую ассо­ци­а­цию рус­ско­языч­ных обществ (http://​faro​.fi), Обще­фин­лянд­ский союз орга­ни­за­ций рос­сий­ских сооте­че­ствен­ни­ков (http://​osors​.fi), Рус­ско­языч­ные Фин­лян­дии (http://​svkeskus​.fi), а так­же Рус­ский куль­тур­но-демо­кра­ти­че­ский союз (http://​russkijdom​.fi). Актив­ную роль в рус­ско­языч­ном инфор­ма­ци­он­ном про­стран­стве игра­ет так­же дву­языч­ный сайт обще­ства Mosaiikki («Моза­и­ка») (http://​mosaiikki​.info), выпус­ка­ю­ще­го так­же дву­языч­ный бумаж­ный жур­нал с таким же назва­ни­ем. Prohelsinki​.fi — сайт, посвя­щен­ный инте­рес­ным собы­ти­ям в сто­ли­це. Новой орга­ни­за­ци­ей, заре­ги­стри­ро­ван­ной в 2017 г., явля­ет­ся рус­ско-фин­ская ассо­ци­а­ция «РУФИ» (http://​rufi​.fi/​p​i​d​_​5​2​7​9​5​/​i​n​d​e​x​.​p​hp/), кото­рая ста­вит сво­ей целью «создать поло­жи­тель­ную атмо­сфе­ру и теп­лый, дру­же­ствен­ный под­ход в отно­ше­ни­ях меж­ду Рос­си­ей и Фин­лян­ди­ей», а более кон­крет­но — «бороть­ся с русо­фо­би­ей и ста­рать­ся изме­нить созна­ние фин­нов в более пози­тив­ное пред­став­ле­ние о Рос­сии» (в пред­ло­же­нии допу­ще­на сти­ли­сти­че­ская ошиб­ка — грам­ма­ти­че­ское несо­гла­со­ва­ние). Дея­тель­ность этой ассо­ци­а­ции вызы­ва­ет, одна­ко, рез­кую кри­ти­ку со сто­ро­ны мно­гих пред­ста­ви­те­лей рус­ско­языч­но­го мень­шин­ства, преж­де все­го в свя­зи с про­ве­де­ни­ем акции «Бес­смерт­ный полк» в цен­тре Хель­син­ки 9 мая 2017 г. Это харак­те­ри­зо­ва­лось, напри­мер, глав­ным редак­то­ром газе­ты «Спектр» Эйли­ной Гуса­тин­ской как «агрес­сив­ная про­во­ка­ция, ниче­го обще­го не име­ю­щая с жела­ни­ем почтить память вете­ра­нов» [Широ­ко­ва 2017].

«Фон­тан­ка» (http://​fontanka​.fi) — сво­е­го рода фин­лянд­ский фили­ал петер­бург­ско­го пор­та­ла, кото­рый посто­ян­но зна­ко­мит с тем, о чем сто­ит знать рус­ским, инте­ре­су­ю­щим­ся фин­лянд­ски­ми обы­ча­я­ми и собы­ти­я­ми. Сооб­ща­ют, в част­но­сти, о пяти каче­ствен­ных вещах оте­че­ствен­но­го про­из­вод­ства, кото­рые мож­но най­ти в доме каж­до­го фин­на: это нож­ни­цы фир­мы Fiskars, шваб­ра фир­мы Sini, нож puukko, хозяй­ствен­ные поло­тен­ца, сал­фет­ки и туа­лет­ная бума­га фир­мы Serla, чаш­ки с изоб­ра­же­ни­я­ми Муми-трол­лей фир­мы Arabia [Аксе­но­ва 2017]. Такие мате­ри­а­лы, конеч­но, застав­ля­ют тури­стов при­це­нить­ся к суве­ни­рам, отра­жа­ю­щим «фин­скость», а мест­ных рус­ско­языч­ных — про­ве­рить, насколь­ко они соблю­да­ют выде­лен­ные кри­те­рии «фин­ско­сти». Все это вполне впи­сы­ва­ет­ся в разъ­яс­не­ния из сфе­ры меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции, свя­зан­ной с необ­хо­ди­мо­стью луч­ше узнать друг дру­га.

Зна­чи­тель­ной попу­ляр­но­стью поль­зу­ют­ся стра­ни­цы в «Фейс­бу­ке» (вро­де «Рус­ско­языч­ные орга­ни­за­ции в Фин­лян­дии», «Рус­ско­языч­ные Фин­лян­дии — Suomenvenäjänkieliset», лич­ные бло­ги извест­ных жур­на­ли­стов и поли­ти­ков), а так­же фору­мы «ВКон­так­те» (типа «мамочки.фи»). При­ве­дем при­мер дис­кус­сии, состо­яв­шей­ся после пере­по­ста пере­во­да из Inosmi​.ru ста­тьи из Ilta-Sanomat, одной из наи­бо­лее попу­ляр­ных в Фин­лян­дии газет, посвя­щен­ной тому, что ску­па­ют в фин­лянд­ских мага­зи­нах рос­сий­ские тури­сты [Паа­на­нен 2017]: преж­де все­го сыр, но так­же хлеб, олив­ки, кофе, чай, какао, шоко­лад, олив­ко­вое мас­ло, мою­щие сред­ства, в основ­ном Fairy и Оmо, вита­ми­ны, имбир­ное варе­нье, кет­чуп, рыбу. Тема заде­ла за живое участ­ни­ков груп­пы. На сооб­ще­ние о том, что в Фин­лян­дию едут за хле­бом, сле­ду­ет репли­ка: Да уж. Тут хле­ба то нор­маль­но­го нет. Одни кор­жи­ки сухие. Есть невоз­мож­но — и отсыл­ка к пре­це­дент­но­му тек­сту: Наши люди в булоч­ную на так­си не ездят, пари­ру­е­мая фра­зой: А на меж­ду­го­род­нем авто­бу­се ско­ка хош! Ста­ро­жил вспо­ми­на­ет: В 80–90‑е из Фин­лян­дии вози­ли Лады. Все под­дер­жи­ва­ют выска­зы­ва­ние: А мы везём опре­де­лен­ные про­дук­ты из Рос­сии в Фин­лян­дию. Но об этом никто не пишет. Из инди­ви­ду­аль­но импор­ти­ру­е­мо­го пере­чис­ля­ют мед, май­о­нез, дар­ниц­кий и вооб­ще чер­ный хлеб, тво­рог, сме­та­ну, семеч­ки. Не соглас­ны с тем, что най­ти место в авто­бу­се, отправ­ля­ю­щем­ся в Фин­лян­дию, труд­но, но под­чер­ки­ва­ют, что и с фин­ской сто­ро­ны не в музеи едут, что это назы­ва­ет­ся «при­гра­нич­ный туризм» и что всё в поряд­ке. Поли­ти­че­ская состав­ля­ю­щая дис­кус­сии не вызы­ва­ет боль­шо­го инте­ре­са, но все же упо­ми­на­ет­ся: Ездят те, кто могут, за насто­я­щи­ми про­дук­та­ми. Осталь­ным при­хо­дит­ся доволь­ство­вать­ся тем, что есть, по завы­шен­ным ценам. Эта иди­от­ская исто­рия с импор­то­за­ме­ще­ни­ем уда­ри­ла в первую оче­редь по насе­ле­нию Рос­сии: цены вырос­ли, каче­ство упа­ло. Обсуж­да­ет­ся, где луч­ше про­дук­ты, в част­но­сти мас­ло, — в Фин­лян­дии или в Эсто­нии. Это есте­ствен­но, пото­му что при­е­хав­ших из Эсто­нии рус­ско­языч­ных мно­го, а при­гра­нич­ный обмен с этой стра­ной так­же хоро­шо нала­жен. И это сно­ва очень обы­ден­ная, всех каса­ю­ща­я­ся тема.

Спе­ци­фи­чен для имми­гран­тов мотив вос­пи­та­ния дву­язы­чия у детей. В бло­гах то и дело моло­дые мамы, кото­рые рань­ше были оза­бо­че­ны тем, как выучить фин­ский, спо­хва­ты­ва­ют­ся, как сохра­нить у детей рус­ский, и обмен опы­том идет на самых раз­ных уров­нях. Обсуж­да­ют, когда отда­вать ребен­ка в дет­ский сад, в какой отда­вать — фин­ский, рус­ский, дву­языч­ный; какие кни­ги луч­ше читать, в какую шко­лу пой­ти, в какой лагерь отпра­вить; мож­но ли обра­щать­ся к сво­е­му ребен­ку по-фин­ски в при­сут­ствии дру­гих детей, в обще­ствен­ных местах; не опас­но ли, с како­го воз­рас­та вво­дить тре­тий язык; когда начи­нать учить гра­мо­те и на каком язы­ке, не повре­дит ли обще­ние с учи­тель­ни­цей, гово­ря­щей по-рус­ски с акцен­том, долж­ны ли фин­ские чле­ны семьи гово­рить с ребен­ком по-рус­ски и т. п. Воз­ни­ка­ют вопро­сы о каче­стве обра­зо­ва­ния: если подру­га в Рос­сии или Эсто­нии водит ребен­ка с трех лет в три круж­ка, то доста­точ­но ли про­сто отпра­вить пяти­лет­не­го в хок­кей­ную сек­цию или надо уже начи­нать учить англий­ский? Вза­и­мо­по­мощь при­во­дит к рас­про­стра­не­нию инфор­ма­ции внут­ри сво­их, в част­но­сти о воз­мож­но­стях посе­тить спек­так­ли, при­гла­сить лого­пе­да, орга­ни­зо­вать пик­ник или сов­мест­ную с детьми экс­кур­сию. В каком-то смыс­ле это тоже граж­дан­ские ини­ци­а­ти­вы, и радость от раз­де­ле­ния про­блем с теми, кто име­ет боль­ше опы­та и может посо­ве­то­вать что-то полез­ное, под­дер­жи­ва­ет маму-бло­ге­ра.

Выво­ды. В Фин­лян­дии актив­но зву­чат раз­лич­ные мне­ния о сути демо­кра­тии, о том, что допу­сти­мо и что недо­пу­сти­мо гово­рить и обсуж­дать, в част­но­сти, о Рос­сии, об имми­гра­ции, о бежен­цах и мень­шин­ствах, о толе­рант­но­сти и язы­ке враж­ды [Globalization… 2015; Vihapuhe Suomessa 2015; Räsänen 2015; Mitä mieltä… 2015 и др.]. Неко­то­рые пор­та­лы и сай­ты, раз­жи­га­ю­щие меж­на­ци­о­наль­ную рознь, ока­зы­ва­ют­ся под запре­том. Рус­ско­языч­ные граж­дане отча­сти вовле­ка­ют­ся в обще­ствен­ный дис­курс, при­чем спектр мне­ний варьи­ру­ет от обо­ро­ни­тель­ной пози­ции и защи­ты тра­ди­ци­он­ных рос­сий­ских цен­но­стей до актив­но­го пози­тив­но­го взгля­да на буду­щее отно­ше­ний меж­ду дву­мя стра­на­ми, в кото­ром рус­ско­языч­ным фин­лянд­цам отве­де­на роль посред­ни­ков. Зна­ния из обла­сти меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции ока­зы­ва­ют­ся полез­ны­ми и для тех, кто посто­ян­но про­жи­ва­ет в Фин­лян­дии, и тех, кто при­ез­жа­ет сюда тури­стом.

Фин­лянд­ские вла­сти пред­при­ни­ма­ют уси­лия для дости­же­ния вли­я­ния в имми­грант­ских общи­нах и при­вле­че­ния раз­лич­ных воз­раст­ных и соци­аль­ных сло­ев рус­ско­языч­но­го сооб­ще­ства к пони­ма­нию потреб­но­стей при­ни­ма­ю­ще­го соци­у­ма, ста­ра­ясь инте­гри­ро­вать имми­гран­тов в основ­ную мас­су насе­ле­ния, в том чис­ле и через пуб­ли­ка­ции на рус­ском язы­ке. Слыш­ны голо­са и тех, кто не инте­гри­ро­вал­ся, кто не раз­де­ля­ет мне­ние боль­шин­ства. Воз­ни­ка­ют, по-види­мо­му, и локаль­ные ини­ци­а­ти­вы по при­тя­ги­ва­нию рус­ско­языч­ных к сов­мест­ной с фин­лянд­ца­ми обще­ствен­ной жиз­ни, хотя актив­ность этой груп­пы насе­ле­ния в граж­дан­ских ини­ци­а­ти­вах и на выбо­рах по-преж­не­му низ­кая. В создан­ных по жела­нию имми­гран­тов фору­мах, клу­бах и круж­ках выра­жа­ет­ся потреб­ность в допол­ни­тель­ном обра­зо­ва­нии на рус­ском язы­ке, в про­дол­же­нии тра­ди­ций, при­ве­зен­ных с роди­ны, напри­мер в вос­пи­та­нии и обу­че­нии детей. Как пра­ви­ло, вто­рое поко­ле­ние имми­гран­тов нуж­да­ет­ся в них мень­ше, чем пер­вое.

Рус­ско­языч­ное мень­шин­ство заня­ло свое место в фин­лянд­ском обще­стве. Мно­гие из пред­ла­га­е­мых в мас­сме­диа содер­жа­тель­ных мате­ри­а­лов на рус­ском язы­ке появ­ля­ют­ся по воле офи­ци­аль­ных вла­стей. В то же вре­мя вырос­ли воз­мож­но­сти меж­лич­ност­но­го обще­ния, появи­лись лиде­ры обще­ствен­но­го мне­ния, чьи бло­ги име­ют мно­го после­до­ва­те­лей. Созда­ют­ся пло­щад­ки для обсуж­де­ния насущ­ных тем на рус­ском язы­ке, раз­ветв­ля­ют­ся сете­вые груп­пы. Рус­ско­языч­ное сооб­ще­ство рас­тет в чис­ле, посто­ян­но при­бы­ва­ют новые имми­гран­ты, у кото­рых есть те же потреб­но­сти, что и у преды­ду­щих поко­ле­ний при­е­хав­ших, но так­же и новые, свя­зан­ные с изме­нив­ши­ми­ся тех­но­ло­ги­че­ски­ми и соци­аль­ны­ми усло­ви­я­ми. Инфра­струк­ту­ра рус­ско­языч­но­го обще­ния укруп­ни­лась, соот­вет­ствен­но, есть новые запро­сы на обмен инфор­ма­ци­ей.

Ака­де­ми­че­ские иссле­до­ва­ния рус­ско­языч­ных СМИ ведут­ся в Фин­лян­дии в раз­ных науч­ных пара­диг­мах: вос­тре­бо­ва­на руси­сти­ка, в том чис­ле в аспек­те РКИ, тео­рия меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции (инте­рес к фин­ско-рус­ско­му вза­и­мо­вли­я­нию), медиа­ло­гия (акцент на зако­но­мер­но­стях мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции). В дан­ной ста­тье были про­де­мон­стри­ро­ва­ны резуль­та­ты их ком­плекс­но­го при­ме­не­ния для отра­же­ния дина­ми­ки в этом сег­мен­те фин­лянд­ских мас­сме­диа.

Наста­ло вре­мя сде­лать фин­лянд­ские рус­ско­языч­ные СМИ объ­ек­том тако­го акту­аль­но­го поли­дис­ци­пли­нар­но­го направ­ле­ния, как медиа­линг­ви­сти­ка. Нам кажет­ся, что под­хо­ды, пред­ло­жен­ные в дан­ной ста­тье, соот­вет­ству­ют потен­ци­а­лу медиа­линг­ви­сти­че­ско­го ана­ли­за.

Аксенова С. Пять вещей в финском доме // Фонтанка.fi. 2017. 16 июля. URL: fontanka.fi/articles/34988/ (дата обращения: 13.08.2017).

Вахтин Н. Стереотипные представления об общении между носителями разных языков: финско-русские и русско-финские разговорники // Языки соседей: мосты или барьеры?: проблемы двуязычной коммуникации: сб. статей / отв. ред. Н. Вахтин. СПб.: Изд-во Европ. ун-та в Санкт-Петербурге, 2011. С. 203–234.

Гусатинская Э. Без иллюзий? Без иллюзий! // Спектр. 2017. № 5. С. 4–5.

Детский лагерь «Росатома» в Калайоки вызывает недоумение в региональных СМИ // Yle uutiset. 2017. 28 июля. URL: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/detskii_lager_rosatoma_v_kalaioki_vyzyvaet_nedoumenie_v_regionalnykh_smi/9747013 (дата обращения: 13.08.2017).

Мальми-Левицки О. Общение русскоязычных иммигрантов в Интернете: на примере интернет-портала suomi.ru // Русскоязычный человек в иноязычном окружении / под ред. А. Мустайоки, Е. Протасовой. Helsinki: Univ. of Helsinki Press, 2004. С. 234–245 (дата обращения: 13.08.2017).

Паананен А. Российские туристы едут в Финляндию с неожиданной целью // ИноСМИ.ру. 2017. 18 июля. URL: inosmi.ru/social/20170718/239834551.html (дата обращения: 13.08.2017).

Протасова Е. Ю. Преодоление стереотипов: обзор печати Финляндии на русском языке // Ethnicity studies: русские в странах Балтийского региона: меньшинство и государство. 2007. № 2. С. 174– 192.

Протасова Е. Ю. Феннороссы: жизнь и употребление языка. СПб.: Златоуст, 2004.

Протасова Е. Ю. Юмор в русскоязычной прессе Финляндии // Диаспоры. 2006. № 4. С. 53–70.

Протасова Е. Ю. Языковая политика в современной Финляндии и русский язык // Настройка языка: управление коммуникациями на постсоветском пространстве / под общ. ред. Е. Г. Лапиной-Кратасюк, О. В. Мороз, Е. Г. Ним. М.: Нов. лит. обозр., 2016. С. 413–437.

Филлипс Л., Йоргенсен М. В. Дискурс-анализ: теория и метод. Харьков: Гуманитар. центр, 2008.

Фрикаделька, шерстяной носок и шариковая ручка — курьезные убийцы поневоле // Yle uutiset. 2016. 1 апр. URL: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/frikadelka_sherstyanoi_nosok_i_sharikovaya_ruchka__kureznye_ubiitsy_ponevole/8781199 (дата обращения: 13.08.2017).

Широкова С. Бессмертный полк раздора // Фонтанка.fi. 2017. 7 мая. URL: fontanka.fi/articles/33906/ (дата обращения: 13.08.2017).

Шкваров А. Когда пришли русские…: efter det Ryssan kom i landet…: Статист. исслед. семей русских военных чинов и финляндских женщин в гарнизонах Свеаборга и Гельсингфорса в первой половине XIX в.: по матер. Национ. архива Финляндии. Вып. 1. Helsinki: RME Group Oy, 2016.

Шмелева Т. В. Дискурс и исследовательский инструментарий медиалингвистики // Науч. ведомости. Сер. Гуманитарные науки. 2012. № 18 (137), вып. 15. С. 200–207.

Юссила О. Великое княжество Финляндское 1808–1917. Хельсинки: Руслания, 2009.

Braun V., Clarke V. Using thematic analysis in psychology // Qualitative Research in Psychology 2006. N 3. P. 77–101.

Davydova-Minguet O., Sotkasiira T., Oivo T., Riiheläinen J. Suomen venКjКnkieliset mediankäyttäjinä. Helsinki: Valtioneuvoston selvitys- ja tutkimustoiminnan julkaisusarja/ 2016. 35.

Dobrosklonskaya T. G. Media linguistics: theory and methods of studying language in the media // Медиалингвистика. 2014. № 2 (5). С. 7–15.

Globalization and borders: cultural, political and regional aspects of the Finnish and Russian borders / ed. by M. Jokela. Imatra: Border and Coast Academy, 2015.

Liamputtong P. Qualitative Research Methods. 4th ed. South Melbourne: Oxford Univ. Press, 2013.

Martikainen T., Pynnöniemi K., Saari S. Venäjän muuttuva rooli Suomen lКhialueilla // Valtioneuvoston selvitys- ja tutkimustoiminnan julkaisusarja. 2016. N 34. URL: https://www.arcticfinland.fi/news/Tuore-raportti-Venaja-turvallistamassa-arktista-politiikkaansa/ueu55irt/44cb1cc0-7706-405d-b75e-5716407cdb4b (дата обращения: 13.08.2017).

Mitä mieltä Suomessa saa olla — Suvaitsevaisto vs. arvokonservatiivit / eds Toim. T. Vihavainen, M. Hamilo, J. Konstig. Helsinki: Minerva, 2015.

Mustajoki A., Protassova E. The Finnish-Russian relationships: the interplay of economics, history, psychology and linguistics // Journ. of Russian Linguistics. 2015. N 4. P. 69–81.

Participation, integration, and recognition: changing pathways to immigrant incorporation / eds E. Heikkilä, A. Kostiainen, J. Leinonen, I. Söderling. Turku: Institute of migration, 2015.

Pikkarainen M. Euroopan unionin venäjänkieliset yhteisöt: yhdistykset, toimintatavat ja venäjän kielen säilyttäminen. Helsinki: Cultura-säätiö, 2015.

Räsänen J. Liberaalin dilemma — monikulttuurisuus ja vapaa yhteiskunta. Helsinki: Suomen Perusta, 2015.

Rynkänen T. Monikielisyys ja demokratia: esimerkkinä venäjänkieliset maahanmuutajat Suomessa // Demoktratia, Demokrati, Democracy, Demokratie / Ed. Toim. S. Lamminpää, C. Rink. Vaasa: VAKKI Publications. 2014, no. 3. S. 182–194.

Shalygina L. Летнее сумасшествие в разгаре — самые необычные и эксцентричные финские соревнования и фестивали / Yle uutiset. 2015. 2 июля. URL: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/letnyee_sumasshestvie_v_razgare__samye_nyeobychnye_i_ekstsentrichnye_finskie_sorevnovaniya_i_festivali/ 8122632 (дата обращения: 13.08.2017).

Shalygina L. Создатели suomi.ru: Политические споры на развитии форума отражаются негативно // Yle uutiset. 20154. 21 июля. URL: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/sozdateli_suomiru_politicheskie_spory_na_razvitii_foruma_otrazhayutsya_negativno/7367303.

Shenshin V. Venäläiset ja venäläinen kulttuuri Suomessa: Kulttuurihistoriallinen katsaus Suomen venäläisväestön vaiheista autonomian ajoilta nykypäiviin. Helsinki: Helsingin yliopisto, Aleksanteri-instituutti, 2008.

Tvaltvadze L. Избиратели в Финляндии отдали предпочтение Единой России и Яблоку // Yle uutiset. 2016. 1 апр. URL: yle.fi/uutiset/osasto/novosti/izbirateli_v_finlyandii_otdali_predpochtenie_yedinoi_rossii_i_yabloku/9182391 (дата обращения: 13.08.2017).

Vihapuhe Suomessa / ed. by R. Neuvonen. Helsinki: Edita, 2015.

Viimaranta H., Protassova E., Mustajoki A. Aspects of commodification of Russian in Finland // Russian Journal of Linguistics. 2017. N 3. P. 620–634.

Aksenova S. Piat’ veshchei v finskom dome [Five things in the Finnish home] // Fontanka.fi. 2017. July 16. URL: http://fontanka.fi/articles/34988/ (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Braun V., Clarke V. Using thematic analysis in psychology. Qualitative Research in Psychology, 2006, no. 3, pp. 77–101.

Davydova-Minguet O., Sotkasiira T., Oivo T., RiihelКinen J. Suomen venäjänkieliset mediankäyttäjinä [Finland’s Russian-speakers as media users]. Valtioneuvoston selvitys- ja tutkimustoiminnan julkaisusarja [Helsinki: Publications of the Government's analysis, assessment and research activities], 2016. 35. (In Finnish)

Dobrosklonskaia T. G. Media linguistics: theory and methods of studying language in the media. Media Linguistics, 2014, no. 2 (5), pp. 7.15.

Fillips L., Jorgensen M. V. Diskurs-analiz. Teoriia i metod [Discourse analysis. Theory and method]. Har’kov, 2008. (In Russian)

Gusatinskaia E. Bez illiuzii? Bez illiuzii! [Without illusions? Without illusions!]. Spektr, 2017, no. 5, pp. 4–5. (In Russian)

Heikkilä E., Kostiainen A., Leinonen J., Söderling I. (eds.) Participation, integration, and recognition: changing pathways to immigrant incorporation. Turku, 2015.

Jokela M. (ed.) Globalization and borders: cultural, political and regional aspects of the Finnish and Russian borders. Imatra, 2015.

Jussila O. Velikoe kniazhestvo Finliandskoe 1808–1917 [The Great Duchy of Finland]. Hel’sinki: Ruslaniia, 2009. (In Russian)

Liamputtong P. Qualitative Research Methods. 4th ed. South Melbourne, 2013.

Mal’mi-Levitski O. Obshchenie russkoiazychnykh immigrantov v Internete (na primere internet-portala suomi. ru) [Communication between Russian-speaking immigrants on the Internet (on the example of the Internetportal Suomi.ru)]. Mustajoki A., Protasova E. Russkoiazychnyi chelovek v inoiazychnom okruzhenii [Russian-speaking people in a non-Russian-speaking environment]. Helsinki, 2004, pp. 234–245. (In Russian)

Martikainen T., Pynnöniemi K., Saari S. Venäjän muuttuva rooli Suomen lähialueilla [Russia’s changing role in Finland’s neighbourhood]. Valtioneuvoston selvitys- ja tutkimustoiminnan julkaisusarja [Publications of the Government's analysis, assessment and research activities], 34, 2016. (In Finnish)

Mustajoki A., Protassova E. The Finnish-Russian relationships: The interplay of economics, history, psychology and linguistics. Journal of Russian Linguistics, 2015, no. 4, pp. 69–81.

Neuvonen R. (ed.) Vihapuhe Suomessa [Hate speech in Finland]. Helsinki, 2015. (In Finnish)

Paananen A. Rossiiskie turisty edut v Finliandiiu s neozhidannoi tseliu [Russian tourists go to Finland with a surprising goal]. 2017. July 18. Available at: http://inosmi.ru/social/20170718/239834551.html (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Pikkarainen M. Euroopan unionin venäjänkieliset yhteisöt. Yhdistykset, toiminta tavat ja venäjän kielen säilyttäminen [Russian-speaking communities in the European Union. Societies, action modes, and maintenance of the Russian language]. Helsinki, 2015. (In Finnish)

Protasova E. Iu. Preodolenie stereotipov: obzor pechati Finliandii na russkom iazyke [Overcoming stereotypes: a review of the Russian-language press in Finland]. Ethnicity studies. Russkie v stranah Baltijskogo regiona: men’shinstvo i gosudarstvo [Ethnicity studies. Russians in the countries of the Baltic region: minority and state]. 2007, no. 2, pp. 174–192. (In Russian)

Protasova E. Iu. Fennorossy: zhizn’ i upotreblenie iazyka [Fennorosses: life and use of language]. St. Petersburg, 2004. (In Russian)

Protasova E. Iu. Iumor v russkoiazychnoi presse Finliandii [Humour in the Russian-speaking press of Finland]. Diasporas [Diaspory], 2006, no. 4, pp. 53–70. (In Russian)

Protasova E. Iu. Iazykovaia politika v sovremennoi Finliandii i russkii iazyk [Language policy in modern Finland and the Russian language]. Eds E. G. Lapina-Kratasjuk, O. V. Moroz, E. G. Nim. Nastroika iazyka: upravlenie kommunikatsiiami na postsovetskom prostranstve [Arrangement of language: regulation of communications in the post-Soviet space]. Moscow, 2016, pp. 413–437. (In Russian)

Räsänen J. Liberaalin dilemma — monikulttuurisuus ja vapa ayhteiskunta [Liberal dilemma — multiculturalism and a free society]. Helsinki, 2015. (In Finnish)

Rynkänen T. Monikielisyys ja demokratia: esimerkkinä venäjänkieliset maahanmuutajat Suomessa [Multiculturalism and democracy: the example of the Russian-speaking immigrants in Finland]. Eds S. Lamminpää, C. Rink. Demoktratia, Demokrati, Democracy, Demokratie. Vaasa, 2014, pp. 182–194. (In Finnish)

Shalygina L. Letnee sumasshestvie v razgare — samye neobychnye i ekstsentrichnye finskie sorevnovaniia i festivali [Summer madness at its high point: The most unusual and eccentric Finnish competitions and festivals]. 2015. July 2. Available at: http://yle.fi/uutiset/letnyee_sumasshestvie_v_razgare_-_samye_nyeobychnye_i_ekstsentrichnye_finskie_sorevnovaniya_i_festivali/8122632 (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Shalygina L. Sozdateli suomi.ru: Politicheskie spory na razvitii foruma otrazhaiutsia negativno [Creators of Suomi.ru: Political disputes are negatively reflected in the forum’s development]. Yle uutiset, 2014. July 21. Available at: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/sozdateli_suomiru_politicheskie_spory_na_razvitii_foruma_otrazhayutsya_negativno/7367303/ (In Russian)

Shenshin V. Venäläiset ja venäläinen kulttuuri Suomessa. Kulttuurihistoriallinen katsaus Suomen venäläis-väestön vaiheista autonomian ajoilta nykypäiviin [Russians and Russian culture in Finland. A cultural and historic overview of Finland’s Russian population from the times of autonomy till today]. Helsinki, 2008. (In Finnish)

Shirokova S. Bessmertnyi polk razdora [The immortal regiment of discord]. 2017. May 5. Available at: http://fontanka.fi/articles/33906/ (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Shkvarov A. Kogda prishli russkie… Efter det Ryssan kom i landet… Statisticheskoe issledovanie semej russkih voennyh chinov i finljandskih zhenshhin v garnizonah Sveaborga i Gel’singforsa v pervoj polovine XIX v.: po materialam Nacional’nogo arhiva Finljandii [When the Russians came… When the Russian came into the country… Statistic study of the Russian military officers’ families and Finnish women in the garrisons of Sveaborg and Helsingfors in the first half of the 19th century, based on materials from the Finnish National Archive]. Vypusk 1. Helsinki, 2016. (In Russian)

Shmeleva T. V. Diskurs i issledovatel’skii instrumentarii medialingvistiki [Discourse and the research instru mentation of media linguistics]. Nauchnye vedomosti. Seriia Gumanitarnye nauki, 2012, no. 18 (137), issue 15, pp. 200–207. (In Russian)

Sluzhba novostei. Detskii lager’ «Rosatoma» v Kalajoki vyzyvaet nedoumenie v regional’nyh SMI [The Rosatom children’s camp in Kalajoki creates perplexity in the regional media]. Yle uutiset, 2017. July 28. Available at: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/detskii_lager_rosatoma_v_kalaioki_vyzyvaet_nedoumenie_v_regionalnykh_smi/9747013 (accessed 13.08.2017). (In Russian)

Tvaltvadze L. Izbirateli v Finliandii otdali predpochtenie Edinoj Rossii i Iabloku [In Finland, the voters preferred United Russia and Yabloko]. Yle uutiset, 2016. April. 1. Available at: http://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/izbirateli_v_finlyandii_otdali_predpochtenie_yedinoi_rossii_i_yabloku/9182391 (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Vahtin N. Stereotipnye predstavleniia ob obshchenii mezhdu nositeliami raznykh iazykov: finsko-russkie i russko-finskie razgovorniki [Stereotypical views of communication between native speakers of different languages: Finnish-Russian and Russian-Finnish phrase books]. Ed. by N. B. Vahtin. Iazyki sosedei: mosty ili bar’ery? Problemy dvuiazychnoi kommunikatsii [Languages of neighbours: bridges or barriers? Problems of bilingual communication]. St. Petersburg, 2011. P. 203–234. (In Russian)

Vihavainen T., Hamilo M., Konstig J. (eds.) Mitä mieltä Suomessa saa olla — Suvaitsevaisto vs. arvokonservatiivit [What opinions can one have in Finland — ideology of tolerance vs. conservative values]. Helsinki, 2015. (In Finnish)

Viimaranta H., Protassova E., Mustajoki A. Aspects of commodification of Russian in Finland. Russian Journal of Linguistics, 2017, no. 3, pp. 620–634.

Frikadel’ka, sherstianoi nosok i sharikovaia ruchka — kur’eznye ubiitsy ponevole [Meatballs, woollen socks, and a ball-point pen — curious killers willy-nilly]. Yle uutiset, 2016. April 1. Available at: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/frikadelka_sherstyanoi_nosok_i_sharikovaya_ruchka__kureznye_ubiitsy_ponevole/8781199 (accessed: 13.08.2017). (In Russian)

Cта­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 сен­тяб­ря 2017 г.; 
реко­мен­до­ва­на в печать 28 октяб­ря 2017 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018