Вторник, 11 маяИнститут «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» СПбГУ

Динамика русскоязычных медиа в Финляндии: лингвокультурологические аспекты

Поста­нов­ка про­бле­мы. Рус­ско­языч­ные изда­ния выхо­дят на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Фин­лян­дии столь­ко, сколь­ко при­сут­ству­ют здесь люди, вла­де­ю­щие рус­ским язы­ком, т. е. актив­но — с нача­ла XIX в. [Shenshin 2008]. Если ана­ли­зи­ро­вать тема­ти­ку рус­ско­языч­ных медиа, то надо отме­тить, что это были преж­де все­го пуб­ли­ка­ции, каса­ю­щи­е­ся цер­ков­ных и воен­ных дел, поз­же — вой­ско­вых посе­ле­ний и все­го с ними свя­зан­но­го, далее, с момен­та вхож­де­ния в состав Рос­сий­ской импе­рии в каче­стве авто­ном­но­го Вели­ко­го кня­же­ства, — по самым раз­ным вопро­сам зако­но­да­тель­ства и жиз­не­устрой­ства [Юсси­ла 2009]. Печа­та­лись и свои учеб­ни­ки по рус­ско­му язы­ку, и раз­го­вор­ни­ки (см. [Вах­тин 2011]), и путе­во­ди­те­ли. Боль­шая часть мате­ри­а­лов до сих пор, прав­да, нахо­дит­ся в руко­пис­ном виде в архи­вах (см. [Шква­ров 2016]). Нам бы хоте­лось выяс­нить, как, про­дол­жая тра­ди­ции, совре­мен­ная фин­лянд­ская рус­ско­языч­ная прес­са вли­я­ет на меди­а­ланд­шафт стра­ны, како­ва ее роль сего­дня. В медиа­линг­ви­сти­ке сло­жи­лись опре­де­лен­ные под­хо­ды к рус­ско­языч­но­му зару­беж­но­му тек­сту, пред­по­ла­га­ю­щие все­сто­рон­нее рас­смот­ре­ние меди­а­тек­стов мето­да­ми смеж­ных наук и выво­ды о спе­ци­фи­че­ском харак­те­ре медиа­пуб­ли­ка­ций, под­вер­жен­ных раз­лич­ным внут­ри- и внеш­не­по­ли­ти­че­ским и социо­линг­ви­сти­че­ским влияниям.

Исто­рия вопро­са. Нам уже при­хо­ди­лось рас­ска­зы­вать об осо­бен­но­стях рус­ско­языч­ной прес­сы Фин­лян­дии под раз­ны­ми угла­ми зре­ния [Про­та­со­ва 2004; 2006; 2007]. Тогда нас преж­де все­го инте­ре­со­ва­ла спе­ци­фи­ка упо­треб­ле­ния рус­ско­го язы­ка в ситу­а­ции язы­ко­во­го кон­так­та и отли­чия рус­ско­языч­ной печа­ти зару­бе­жья от внут­рен­них изда­ний по уста­нов­кам, сло­во­упо­треб­ле­нию, тема­ти­ке. Теперь мы поста­ра­ем­ся дать общую харак­те­ри­сти­ку рус­ско­языч­но­го инфор­ма­ци­он­но­го поля Финляндии.

В соста­ве рус­ско­языч­ных СМИ по-преж­не­му «Фин­лянд­ский тор­го­вый путь» (http://​kauppatie​.com), «Спектр» (http://​spektr​.net), «Ново­сти Хель­син­ки» (http://​novosti​-helsinki​.com), «Моза­и­ка» (http://​mosaiikki​.info), «Оста­нов­ка в Фин­лян­дии» (http://​stopinfin​.ru), севе­ро­ев­ро­пей­ский жур­нал «Новые рубе­жи» (http://​newhorizons​.fi), исто­ри­ко-куль­тур­ный и лите­ра­тур­ный жур­нал «LiteraruS — Лите­ра­тур­ное сло­во» (http://​literarus​.org). Мно­гие из них ста­ра­ют­ся вклю­чить в себя парал­лель­ные или допол­ни­тель­ные мате­ри­а­лы на фин­ском язы­ке. Все эти изда­ния име­ют опре­де­лен­ную редак­ци­он­ную поли­ти­ку, боль­шин­ство тек­стов обще­до­ступ­но бла­го­да­ря Интер­не­ту. В новой ситу­а­ции откры­то­сти иссле­до­ва­те­лям мас­сме­диа лег­че ста­ло узна­вать, чем живут сооте­че­ствен­ни­ки за рубежом.

Опи­са­ние цели, задач, мето­ди­ки иссле­до­ва­ния. В свя­зи с ростом обще­ния меж­ду Рос­си­ей и зару­бе­жьем воз­рос инте­рес к тому, как живут сооте­че­ствен­ни­ки вне Рос­сии, как сохра­ня­ет­ся «рус­скость» и в чем выра­жа­ет­ся вли­я­ние окру­же­ния, в нашем слу­чае — фин­ско­го мен­та­ли­те­та, куль­ту­ры, обра­за мыс­лей. Нам кажет­ся заман­чи­вым попы­тать­ся опре­де­лить, в чем состо­ят раз­ли­чия в тема­ти­ке и состо­я­нии рус­ско­го язы­ка в совре­мен­ной и более ран­ней прес­се, как отзы­ва­ет­ся диас­по­ра на акту­аль­ные собы­тия. Состав рус­ско­языч­но­го сооб­ще­ства моди­фи­ци­ро­вал­ся (ста­ло боль­ше рус­ско­языч­ных имми­гран­тов, при­е­хав­ших по рабо­те или уче­бе), есть авто­ры и чита­те­ли с боль­шим опы­том жиз­ни в СССР и за рубе­жом и моло­дые актив­ные люди, соци­а­ли­зи­ро­вав­ши­е­ся в пост­со­вет­ской Рос­сии. Если рань­ше через прес­су имми­гран­ты иска­ли себя, то теперь они ищут инфор­ма­цию о про­ис­хо­дя­щих в Фин­лян­дии собы­ти­ях и раз­лич­ные точ­ки зре­ния на них. Посте­пен­ное фор­ми­ро­ва­ние мень­шин­ства может про­ис­хо­дит через осо­зна­ние сво­ей роли как посред­ни­ка меж­ду странами.

Мате­ри­а­лом ана­ли­за послу­жи­ли фин­лянд­ские рус­ско­языч­ные медиа — бумаж­ные изда­ния и их интер­нет-вер­сии, кото­рые зача­стую бога­че, интер­ак­тив­нее и быст­рее реа­ги­ру­ют на ситуацию.

Для медиа­линг­ви­сти­ки харак­тер­на поли­дис­ци­пли­нар­ность [Dobrosklonskaya 2014]. Поэто­му в сво­ем иссле­до­ва­нии мы опи­ра­ем­ся на каче­ствен­ные мето­ды [напр.: Liamputtong 2013]: тема­ти­че­ский ана­лиз [Braun, Clarke 2006] и дис­курс-ана­лиз [напр.: Фил­липс, Йор­ген­сен 2008; Шме­ле­ва 2012], а так­же опи­сы­ва­ем мате­ри­ал с точ­ки зре­ния меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции. Всё это поз­во­ля­ет выбрать из име­ю­ще­го­ся мате­ри­а­ла имен­но те идеи и их вопло­ще­ние, кото­рые кажут­ся зна­ме­на­тель­ны­ми по каким-то при­чи­нам, свя­зан­ным с уста­нов­ка­ми авто­ров иссле­до­ва­ния. Каче­ствен­ный ана­лиз под­хо­дит для выбо­роч­но­го ана­ли­за тек­стов и отве­ча­ет нашей цели — пока­зать вли­я­ние фин­ско­го окру­же­ния на рус­ско­языч­ные медиа в Фин­лян­дии. Ана­лиз мате­ри­а­ла: новое в меди­а­ланд­шаф­те. Со вре­ме­ни пуб­ли­ка­ции наших преды­ду­щих науч­ных работ по теме [Про­та­со­ва 2004; 2006; 2007] рус­ско­языч­ное инфор­ма­ци­он­ное поле в Фин­лян­дии кар­ди­наль­но изме­ни­лось: как и повсе­мест­но, бумаж­ные фин­лянд­ские изда­ния на рус­ском язы­ке пыта­ют­ся выжить, интер­нет-сай­ты ста­но­вят­ся глав­ны­ми источ­ни­ка­ми инфор­ма­ции, люди чита­ют не ново­сти и ста­тьи вооб­ще, а то, что ото­бра­но опре­де­лен­ны­ми бло­ге­ра­ми или сооб­ще­ства­ми. Сто­ит доба­вить, что ауди­то­рия чита­те­лей вырос­ла: чис­ло рус­ско­языч­ных в стране при­бли­жа­ет­ся к 80 тыс., еже­год­ные посе­ще­ния рус­ско­го­во­ря­щи­ми тури­ста­ми состав­ля­ют более мил­ли­о­на чело­век (а в туч­ные годы и несколь­ко мил­ли­о­нов), в погоне за сен­са­ци­я­ми рос­сий­ские жур­на­ли­сты пере­смат­ри­ва­ют мно­же­ство изве­стий из Фин­лян­дии на доступ­ных им язы­ках и часто «кор­мят­ся» не толь­ко прав­ди­вы­ми, но и неле­пы­ми све­де­ни­я­ми. Напри­мер, пер­во­ап­рель­ский шуточ­ный мате­ри­ал «Фри­ка­дель­ка, шер­стя­ной носок и шари­ко­вая руч­ка — курьез­ные убий­цы поне­во­ле» [Фри­ка­дель­ка… 2016] был пере­пе­ча­тан мно­же­ством изда­ний как досто­вер­ный. Не сто­ит это­му удив­лять­ся, если есть под­лин­ные попу­ляр­ные лет­ние сооб­ще­ния — «Фин­лян­дия уста­но­ви­ла миро­вой рекорд по коли­че­ству купа­ю­щих­ся голы­шом», «Лебедь с застряв­шей в клю­ве пив­ной бан­кой и пти­цы, запу­тав­ши­е­ся в лес­ке — фото, как мусор кале­чит диких живот­ных» [см. так­же: Shalygina 2015]. Осо­бен­но вос­тре­бо­ва­на в Рос­сии инфор­ма­ция о школь­ной систе­ме Фин­лян­дии (обыч­но тек­сты вос­тор­жен­ные, а ком­мен­та­рии частич­но скеп­ти­че­ские), о соци­аль­ной защи­те (офи­ци­аль­ные орга­ны и про­стые граж­дане пыта­ют­ся всех успо­ка­и­вать, но тре­во­га оста­ет­ся) и о базо­вом дохо­де (зависть сме­ши­ва­ет­ся с непо­ни­ма­ни­ем). По этим вопро­сам жур­на­ли­сты рус­ско­языч­ных изда­ний неред­ко обра­ща­ют­ся к нам, фило­ло­гам, как к экс­пер­там. В свою оче­редь, рус­ско­языч­ные жур­на­ли­сты Фин­лян­дии сле­дят за казу­са­ми в изда­ни­ях по обе сто­ро­ны гра­ни­цы: то в Рос­сии супру­га пре­зи­ден­та Нии­ни­стё ока­за­лась рекла­ми­ру­ю­щей кос­ме­ти­ку (исполь­зо­ва­лась ее фото­гра­фия), то на облож­ке кни­ги «Все езди­ли на „Ладах“» поме­ще­но изоб­ра­же­ние «Моск­ви­ча». В поли­ко­до­вом тек­сте, кото­рый, бес­спор­но, наи­бо­лее аттрак­ти­вен для чита­те­ля, в этом слу­чае фото­гра­фия дис­со­ни­ру­ет с тек­стом, что при­во­дит к ком­му­ни­ка­тив­ной неудаче.

Рас­ши­рив­ше­е­ся инфор­ма­ци­он­ное поле тре­бу­ет посто­ян­ной под­пит­ки: вез­де нуж­ны «авто­ры тек­стов». Вот поче­му мож­но гово­рить о появ­ле­нии интер­дис­кур­са, посвя­щен­но­го преж­де все­го соци­аль­ным про­бле­мам, — он созда­ет­ся сила­ми фин­лянд­ских и рос­сий­ских жур­на­ли­стов, пишу­щих на рус­ском языке.

Фин­лянд­ские вла­сти стре­мят­ся вовлечь имми­гран­тов, и не толь­ко тех, кто гово­рит по-рус­ски, в граж­дан­ское обще­ство, пре­вра­тить их в актив­ных участ­ни­ков обще­го дис­кур­са, при­вить соб­ствен­но фин­лянд­ские цен­но­сти, позна­ко­мить с аль­тер­на­тив­ной точ­кой зре­ния на про­ис­хо­дя­щее [Participation… 2015]. При этом посто­ян­но под­чер­ки­ва­ет­ся, что люди с иным куль­тур­ным фоном долж­ны сохра­нять свои тра­ди­ции и, изу­чая фин­ский, не отка­зы­вать­ся от сво­е­го род­но­го язы­ка, от воз­мож­но­стей исполь­зо­вать рус­ский язык на посто­ян­ной осно­ве бла­го­да­ря пере­во­дам, реаль­ным и авто­ма­ти­че­ским. Тех­ни­че­ских средств, в кото­рых име­ет­ся функ­ция пере­во­да, ста­но­вит­ся все боль­ше, что может в какой-то сте­пе­ни затруд­нять инте­гра­цию в при­ни­ма­ю­щее обще­ство. Тут воз­ни­ка­ет дилем­ма: с одной сто­ро­ны, объ­ем зна­ний о фин­лянд­ском соци­у­ме на рус­ском язы­ке уве­ли­чи­ва­ет­ся, с дру­гой — они дают­ся в кем-то отфиль­тро­ван­ном виде, что не тре­бу­ет поис­ков в фин­но­языч­ной или шве­до­языч­ной прес­се, зна­ком­ства со всей мас­сой инфор­ма­ции и отбо­ра ново­стей из обще­го пото­ка све­де­ний в соот­вет­ствии с соб­ствен­ны­ми интересами.

На пер­вый план для мест­но­го рус­ско­языч­но­го насе­ле­ния выдви­га­ют­ся сооб­ще­ния, во-пер­вых, све­жие и акту­аль­ные, во-вто­рых, отра­жа­ю­щие офи­ци­аль­ную фин­лянд­скую точ­ку зре­ния. Имен­но поэто­му сайт «Юле.фи» (https://​yle​.fi/​n​o​v​o​sti), рабо­та­ю­щий в онлайн-режи­ме круг­ло­су­точ­но, ока­зал­ся наи­бо­лее вос­тре­бо­ван­ным. Инфор­ма­ция на рус­ском язы­ке дает­ся еже­днев­но в 16:50, менее пяти минут, с пере­во­дом на фин­ский, ново­сти смот­рят и фин­ны, преж­де все­го те, кото­рые зна­ют рус­ский как ино­стран­ный, так как такая про­грам­ма поз­во­ля­ет под­дер­жать пони­ма­ние рус­ской речи на близ­ких по содер­жа­нию при­ме­рах. Жур­на­ли­сты отби­ра­ют мате­ри­а­лы для пере­во­да, кото­рые поме­ща­ют­ся на сай­те, про­во­дят само­сто­я­тель­ные репор­та­жи, орга­ни­зу­ют соб­ствен­ные про­ек­ты: «Рус­ский акцент» (о раз­лич­ных аспек­тах фин­ской жиз­ни, име­ю­щих отно­ше­ние к рус­ско­му язы­ку), «Спорт­фо­лио» (о спор­те, чрез­вы­чай­но важ­ной состав­ля­ю­щей фин­лянд­ско­го обра­за жиз­ни), «Фин­ский пере­улок» (об осо­бен­но­стях фин­ско­го язы­ка). Ведут­ся руб­ри­ки «Лицо дня» (интер­вью с раз­лич­ны­ми пер­со­на­ми на рус­ском язы­ке), про­во­дят­ся чаты с поль­зо­ва­те­ля­ми по акту­аль­ным для имми­гран­тов про­бле­мам (напри­мер, о соб­ствен­ном пред­при­ни­ма­тель­стве, о пра­во­вой защи­те, о дву­языч­ном вос­пи­та­нии детей, о куль­тур­ной жиз­ни) с после­ду­ю­щей пуб­ли­ка­ци­ей обзоров.

Ста­ра­ясь оста­вать­ся ней­траль­ны­ми, СМИ при­зы­ва­ют рус­ско­языч­ных имми­гран­тов при­ни­мать уча­стие в обще­ствен­ной жиз­ни, иметь граж­дан­скую пози­цию, делить­ся сво­им мне­ни­ем с осталь­ны­ми. В 2016 г. редак­ция «Юле.фи» сле­ди­ла, при­вле­кая мне­ния экс­пер­тов, за тем, как участ­ву­ют в выбо­рах в Госу­дар­ствен­ную думу Рос­сий­ской Феде­ра­ции про­жи­ва­ю­щие в стране граж­дане РФ [Tvaltvadze 2016]. В 2017 г. про­шли муни­ци­паль­ные выбо­ры в Фин­лян­дии, и жур­на­ли­сты про­во­ди­ли интер­вью с рус­ско­языч­ны­ми кан­ди­да­та­ми от раз­ных пар­тий и из раз­ных горо­дов (см. ряд пуб­ли­ка­ций на «Юле.фи» https://​yle​.fi/​u​u​t​i​s​e​t​/​o​s​a​s​t​o​/​n​o​v​o​s​ti/ municipalnyje_vybory_2017). Еще одним актив­ным орга­ном на этих выбо­рах была газе­та «Спектр», пред­став­ляв­шая про­грам­мы кан­ди­да­тов, при­ни­мав­шая уча­стие в орга­ни­за­ции деба­тов, нако­нец, под­вед­шая ито­ги выбо­ров [Гуса­тин­ская 2017]. По всей стране было выдви­ну­то 164 рус­ско­языч­ных кан­ди­да­та (из них 28 с одним рос­сий­ским граж­дан­ством, 105 с дву­мя). Про­го­ло­со­ва­ло толь­ко 19,7 % от обще­го чис­ла изби­ра­те­лей, имев­ших рос­сий­ское граж­дан­ство (име­ли пра­во голо­со­вать 22 637 чело­век с одним граж­дан­ством РФ и 22 266 — с дву­мя граж­дан­ства­ми). Было избра­но 8 рус­ско­языч­ных кан­ди­да­тов (в муни­ци­па­ли­те­тах Ван­таа, Инкоо, Йоэн­суу, Кух­мой­нен, Мюр­скю­ля, Тох­ма­яр­ви, Хаапа­ве­си, Хельсинки).

Как пока­за­ли иссле­до­ва­ния, имми­гран­ты с рус­ским язы­ком часто ори­ен­ти­ру­ют­ся в сво­их пред­по­чте­ни­ях на рос­сий­ские источ­ни­ки инфор­ма­ции и про­яв­ля­ют недо­ста­точ­ную вовле­чен­ность в дела внут­ри самой Фин­лян­дии [Davydova-Minguet et al. 2016; Martikainen et al. 2016; Pikkarainen 2015; Rynkänen 2014]. Зада­чей фин­лянд­ской язы­ко­вой поли­ти­ки явля­ет­ся реа­ли­за­ция пра­ва каж­до­го жите­ля стра­ны на полу­че­ние инфор­ма­ции, в том чис­ле и на род­ном язы­ке, по всем жиз­нен­но важ­ным вопро­сам [см.: Язы­ко­вая поли­ти­ка… 2016; Mustajoki, Protassova 2015; Viimaranta et al. 2017]. Изда­ни­ям на рус­ском язы­ке отво­дит­ся важ­ная роль. Имен­но поэто­му мно­гие изда­те­ли и сай­ты полу­ча­ют дота­ции от государства.

Хочет­ся рас­ска­зать об одном при­ме­ча­тель­ном явле­нии: про­вин­ци­аль­ная газе­та “Raahelainen” (https://​raahenseutu​.fi/​n​a​k​o​i​s​l​e​h​t​i​/​r​a​a​h​e​l​a​i​nen) из Раахе, рас­по­ло­жен­но­го вбли­зи стро­я­щей­ся «Роса­то­мом» и «Фен­но­вой­ма» АЭС «Хан­хи­ки­ви», в тече­ние полу­го­да в 2016 г. пуб­ли­ко­ва­ла еже­не­дель­ную стра­ни­цу на рус­ском язы­ке в сотруд­ни­че­стве с Сою­зом пред­при­ни­ма­те­лей горо­да Раахе. На этих стра­ни­цах рас­ска­зы­ва­лось об обще­фин­лянд­ских и мест­ных про­бле­мах, обы­ча­ях, при­выч­ках, делах. Соглас­но инфор­ма­ции от и. о. глав­но­го редак­то­ра газе­ты, ста­тьи пред­став­ля­ли собой пере­во­ды мате­ри­а­лов, в раз­ное вре­мя пуб­ли­ко­вав­ших­ся на фин­но­языч­ных стра­ни­цах изда­ния и не поте­ряв­ших акту­аль­ность. Сооб­ща­лось, напри­мер, о кон­цер­тах в мест­ном куль­тур­ном цен­тре, при­чем крат­ко харак­те­ри­зо­ва­лись высту­па­ю­щие груп­пы. В ста­тье К. Туйк­ка­ла гово­ри­лось о том, что прак­ти­че­ски все новые квар­ти­ры про­да­ют­ся на ста­дии стро­и­тель­ства, пере­жи­ва­ю­ще­го бум. Ста­тья М. Кести «Школь­ный день про­ве­сти весе­ло на вол­нах» повест­во­ва­ла о зна­ком­стве школь­ни­ков с мор­ски­ми вида­ми спор­та. Т. Лян­ки­нен сооб­щал, что маяк на ост­ро­ве Тас­ку отре­ста­ври­ро­ван, а сле­ду­ю­щим ста­нет, может быть, маяк Исо-Кра­асе­ли или Кум­пе­ли. Полез­ные све­де­ния из ста­тьи: ста­рин­ный маяк без источ­ни­ка све­та назы­ва­ет­ся pooki; в ремон­те при­ни­ма­ли уча­стие Фин­лянд­ское обще­ство мая­ков, город Раахе, доб­ро­воль­цы и бежен­цы. Порт Раахе при­ни­ма­ет парус­ни­ки (на фин­лянд­ских про­ис­хо­дит обу­че­ние мат­ро­сов), в том чис­ле и четы­рех­мач­то­вый барк «Кру­зен­штерн». Рас­ска­зы­ва­лось о птен­цах орла­на-бело­хво­ста, об охо­те на вод­ных птиц, о сорев­но­ва­ни­ях по голь­фу, о новых транс­порт­ных марш­ру­тах из-за ремон­та шос­се, о том, как орга­ни­зо­ва­ны пере­воз­ки вод­ным транс­пор­том на ост­ро­ва архи­пе­ла­га. В реклам­ном при­ло­же­нии мест­но­го спор­тив­но­го клу­ба дано на рус­ском и англий­ском язы­ках опи­са­ние игры «песа­пал­ло» — фин­ско­го ана­ло­га бейс­бо­ла. Всё это очень чело­веч­ные, локаль­ные замет­ки, бла­го­да­ря кото­рым новые жите­ли здеш­них мест могут немно­го луч­ше понять окру­жа­ю­щий их мир.

В то же вре­мя мест­ные сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции уди­ви­лись тому, что «Роса­том» устро­ил в Калай­о­ки лет­ний дет­ский меж­ду­на­род­ный лагерь, в кото­рый при­е­ха­ла моло­дежь из Вен­грии, Рос­сии, Сло­ва­кии, Фин­лян­дии и Чехии. По мне­нию фин­ских поли­то­ло­гов, это часть пиар-кам­па­нии, а не про­сто воз­мож­ность позна­ко­мить­ся с куль­ту­рой и при­ро­дой [Дет­ский лагерь… 2017]. Мож­но ска­зать, что это часть все­гдаш­не­го недо­ве­рия фин­нов к Рос­сии, с одной сто­ро­ны, и стра­ха перед атом­ной стан­ци­ей — с другой.

Отно­си­тель­но каче­ства рус­ско­го язы­ка в пуб­ли­ку­е­мых мате­ри­а­лах мож­но заме­тить, что шеро­хо­ва­то­сти и неточ­но­сти свя­за­ны, как пра­ви­ло, с пере­вод­ны­ми тек­ста­ми (пря­мой или кос­вен­ной цита­ци­ей), в то вре­мя как ошиб­ки в орфо­гра­фии и пунк­ту­а­ции соб­ствен­ные, обу­слов­лен­ные незна­ни­ем пра­вил рус­ско­го язы­ка. Спе­ци­фич­ным для любой прес­сы, рабо­та­ю­щей в ино­языч­ном окру­же­нии, ста­но­вит­ся про­бле­ма вклю­че­ния мест­ных реа­лий в кон­текст основ­но­го язы­ка: сто­ит ли исполь­зо­вать напи­са­ние и алфа­вит исход­но­го язы­ка, пере­во­дить ли в скоб­ках, в кавыч­ках (и каких), в снос­ке, в тек­сте; давать бук­валь­ный или смыс­ло­вой пере­вод, отсы­лать ли к ана­ло­гам из соб­ствен­ной куль­ту­ры. Несмот­ря на суще­ство­ва­ние офи­ци­аль­ных пра­вил, нет един­ства даже в транс­ли­те­ра­ции гео­гра­фи­че­ских назва­ний и имен соб­ствен­ных. Прак­ти­че­ски в каж­дой замет­ке встре­ча­ют­ся какие-то ляпы. Самы­ми харак­тер­ны­ми, пожа­луй, мож­но счи­тать те, кото­рые воз­ни­ка­ют на сты­ке двух куль­тур, когда фин­ский жур­на­лист гово­рит о чем-то таком, о чем непри­выч­но читать рус­ско­языч­но­му. Все еще нет еди­но­го мне­ния о пере­да­че фин­ских реа­лий на рус­ском язы­ке: часто репор­те­ры спо­рят о том, за какой тер­мин ухва­тить­ся, а пере­вод­чи­ки-про­фес­си­о­на­лы пред­ла­га­ют неудо­бо­ва­ри­мые вари­ан­ты. Если пере­во­дить близ­ко к тек­сту, полу­ча­ет­ся неук­лю­же, если пере­во­дить по смыс­лу и истол­ко­вы­вать поня­тия, полу­ча­ет­ся неа­у­тен­тич­но. Нет одно­знач­ных реше­ний по пово­ду транс­ли­те­ра­ции. Вот при­ме­ры таких стран­но­стей: В одно вос­кре­се­нье вече­ром в Raahesali мож­но насла­ждать­ся музы­кой Jukka Kuoppamäki, у кото­ро­го в репер­ту­а­ре более двух­сот песен. Его карье­ра длить­ся уже более 50 лет и в этом кон­цер­те он испол­нит все свои клас­си­ки и неко­то­рые новые пес­ни. Brahe Classica пре­крас­но откро­ет свой осен­ний сезон со спек­так­лем «Neljä Pientä Annosta» (Четы­ре Малень­ких Пор­ции). В этой музы­каль­ной коме­дии Martti Suosalo выпол­нит мно­гие роли от гоф­мей­сте­ра до пере­во­рот­чи­ка нот и Iiro Rantala от пиа­ни­ста-педа­го­га до герой­ско­го соли­ста (Raahelainen. 2016. 20 Aug 20. S. 9).

Одним из пер­вых сай­тов на рус­ском язы­ке был сайт Suomi​.ru [Маль­ми-Левиц­ки 2004], тогда рус­ско­языч­но­го насе­ле­ния было зна­чи­тель­но мень­ше, чем теперь. Потом он был пере­куп­лен и пре­вра­тил­ся в Russian​.fi [см.: Shalygina 2014]. Дру­гие важ­ные фору­мы — http://​prohelsinki​.fi, http://​vse​.fi, http://​doska​.fi, http://​da​.fi. Здесь важ­но отме­тить и тема­ти­ку, и пере­клю­че­ние кодов (пере­ход с фин­ско­го на рус­ский и наобо­рот, вклю­чая транс­ли­те­ра­цию), и диле­тант­ские или про­фес­си­о­наль­ные пояс­не­ния к сло­вам и вещам.

Суще­ству­ют рус­ские сай­ты обще­ствен­ных орга­ни­за­ций, клу­бов, учре­жде­ний допол­ни­тель­но­го обра­зо­ва­ния. Сре­ди основ­ных рус­ско­языч­ных орга­ни­за­ций в Фин­лян­дии мож­но назвать Фин­лянд­скую ассо­ци­а­цию рус­ско­языч­ных обществ (http://​faro​.fi), Обще­фин­лянд­ский союз орга­ни­за­ций рос­сий­ских сооте­че­ствен­ни­ков (http://​osors​.fi), Рус­ско­языч­ные Фин­лян­дии (http://​svkeskus​.fi), а так­же Рус­ский куль­тур­но-демо­кра­ти­че­ский союз (http://​russkijdom​.fi). Актив­ную роль в рус­ско­языч­ном инфор­ма­ци­он­ном про­стран­стве игра­ет так­же дву­языч­ный сайт обще­ства Mosaiikki («Моза­и­ка») (http://​mosaiikki​.info), выпус­ка­ю­ще­го так­же дву­языч­ный бумаж­ный жур­нал с таким же назва­ни­ем. Prohelsinki​.fi — сайт, посвя­щен­ный инте­рес­ным собы­ти­ям в сто­ли­це. Новой орга­ни­за­ци­ей, заре­ги­стри­ро­ван­ной в 2017 г., явля­ет­ся рус­ско-фин­ская ассо­ци­а­ция «РУФИ» (http://​rufi​.fi/​p​i​d​_​5​2​7​9​5​/​i​n​d​e​x​.​p​hp/), кото­рая ста­вит сво­ей целью «создать поло­жи­тель­ную атмо­сфе­ру и теп­лый, дру­же­ствен­ный под­ход в отно­ше­ни­ях меж­ду Рос­си­ей и Фин­лян­ди­ей», а более кон­крет­но — «бороть­ся с русо­фо­би­ей и ста­рать­ся изме­нить созна­ние фин­нов в более пози­тив­ное пред­став­ле­ние о Рос­сии» (в пред­ло­же­нии допу­ще­на сти­ли­сти­че­ская ошиб­ка — грам­ма­ти­че­ское несо­гла­со­ва­ние). Дея­тель­ность этой ассо­ци­а­ции вызы­ва­ет, одна­ко, рез­кую кри­ти­ку со сто­ро­ны мно­гих пред­ста­ви­те­лей рус­ско­языч­но­го мень­шин­ства, преж­де все­го в свя­зи с про­ве­де­ни­ем акции «Бес­смерт­ный полк» в цен­тре Хель­син­ки 9 мая 2017 г. Это харак­те­ри­зо­ва­лось, напри­мер, глав­ным редак­то­ром газе­ты «Спектр» Эйли­ной Гуса­тин­ской как «агрес­сив­ная про­во­ка­ция, ниче­го обще­го не име­ю­щая с жела­ни­ем почтить память вете­ра­нов» [Широ­ко­ва 2017].

«Фон­тан­ка» (http://​fontanka​.fi) — сво­е­го рода фин­лянд­ский фили­ал петер­бург­ско­го пор­та­ла, кото­рый посто­ян­но зна­ко­мит с тем, о чем сто­ит знать рус­ским, инте­ре­су­ю­щим­ся фин­лянд­ски­ми обы­ча­я­ми и собы­ти­я­ми. Сооб­ща­ют, в част­но­сти, о пяти каче­ствен­ных вещах оте­че­ствен­но­го про­из­вод­ства, кото­рые мож­но най­ти в доме каж­до­го фин­на: это нож­ни­цы фир­мы Fiskars, шваб­ра фир­мы Sini, нож puukko, хозяй­ствен­ные поло­тен­ца, сал­фет­ки и туа­лет­ная бума­га фир­мы Serla, чаш­ки с изоб­ра­же­ни­я­ми Муми-трол­лей фир­мы Arabia [Аксе­но­ва 2017]. Такие мате­ри­а­лы, конеч­но, застав­ля­ют тури­стов при­це­нить­ся к суве­ни­рам, отра­жа­ю­щим «фин­скость», а мест­ных рус­ско­языч­ных — про­ве­рить, насколь­ко они соблю­да­ют выде­лен­ные кри­те­рии «фин­ско­сти». Все это вполне впи­сы­ва­ет­ся в разъ­яс­не­ния из сфе­ры меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции, свя­зан­ной с необ­хо­ди­мо­стью луч­ше узнать друг друга.

Зна­чи­тель­ной попу­ляр­но­стью поль­зу­ют­ся стра­ни­цы в «Фейс­бу­ке» (вро­де «Рус­ско­языч­ные орга­ни­за­ции в Фин­лян­дии», «Рус­ско­языч­ные Фин­лян­дии — Suomenvenäjänkieliset», лич­ные бло­ги извест­ных жур­на­ли­стов и поли­ти­ков), а так­же фору­мы «ВКон­так­те» (типа «мамочки.фи»). При­ве­дем при­мер дис­кус­сии, состо­яв­шей­ся после пере­по­ста пере­во­да из Inosmi​.ru ста­тьи из Ilta-Sanomat, одной из наи­бо­лее попу­ляр­ных в Фин­лян­дии газет, посвя­щен­ной тому, что ску­па­ют в фин­лянд­ских мага­зи­нах рос­сий­ские тури­сты [Паа­на­нен 2017]: преж­де все­го сыр, но так­же хлеб, олив­ки, кофе, чай, какао, шоко­лад, олив­ко­вое мас­ло, мою­щие сред­ства, в основ­ном Fairy и Оmо, вита­ми­ны, имбир­ное варе­нье, кет­чуп, рыбу. Тема заде­ла за живое участ­ни­ков груп­пы. На сооб­ще­ние о том, что в Фин­лян­дию едут за хле­бом, сле­ду­ет репли­ка: Да уж. Тут хле­ба то нор­маль­но­го нет. Одни кор­жи­ки сухие. Есть невоз­мож­но — и отсыл­ка к пре­це­дент­но­му тек­сту: Наши люди в булоч­ную на так­си не ездят, пари­ру­е­мая фра­зой: А на меж­ду­го­род­нем авто­бу­се ско­ка хош! Ста­ро­жил вспо­ми­на­ет: В 80–90‑е из Фин­лян­дии вози­ли Лады. Все под­дер­жи­ва­ют выска­зы­ва­ние: А мы везём опре­де­лен­ные про­дук­ты из Рос­сии в Фин­лян­дию. Но об этом никто не пишет. Из инди­ви­ду­аль­но импор­ти­ру­е­мо­го пере­чис­ля­ют мед, май­о­нез, дар­ниц­кий и вооб­ще чер­ный хлеб, тво­рог, сме­та­ну, семеч­ки. Не соглас­ны с тем, что най­ти место в авто­бу­се, отправ­ля­ю­щем­ся в Фин­лян­дию, труд­но, но под­чер­ки­ва­ют, что и с фин­ской сто­ро­ны не в музеи едут, что это назы­ва­ет­ся «при­гра­нич­ный туризм» и что всё в поряд­ке. Поли­ти­че­ская состав­ля­ю­щая дис­кус­сии не вызы­ва­ет боль­шо­го инте­ре­са, но все же упо­ми­на­ет­ся: Ездят те, кто могут, за насто­я­щи­ми про­дук­та­ми. Осталь­ным при­хо­дит­ся доволь­ство­вать­ся тем, что есть, по завы­шен­ным ценам. Эта иди­от­ская исто­рия с импор­то­за­ме­ще­ни­ем уда­ри­ла в первую оче­редь по насе­ле­нию Рос­сии: цены вырос­ли, каче­ство упа­ло. Обсуж­да­ет­ся, где луч­ше про­дук­ты, в част­но­сти мас­ло, — в Фин­лян­дии или в Эсто­нии. Это есте­ствен­но, пото­му что при­е­хав­ших из Эсто­нии рус­ско­языч­ных мно­го, а при­гра­нич­ный обмен с этой стра­ной так­же хоро­шо нала­жен. И это сно­ва очень обы­ден­ная, всех каса­ю­ща­я­ся тема.

Спе­ци­фи­чен для имми­гран­тов мотив вос­пи­та­ния дву­язы­чия у детей. В бло­гах то и дело моло­дые мамы, кото­рые рань­ше были оза­бо­че­ны тем, как выучить фин­ский, спо­хва­ты­ва­ют­ся, как сохра­нить у детей рус­ский, и обмен опы­том идет на самых раз­ных уров­нях. Обсуж­да­ют, когда отда­вать ребен­ка в дет­ский сад, в какой отда­вать — фин­ский, рус­ский, дву­языч­ный; какие кни­ги луч­ше читать, в какую шко­лу пой­ти, в какой лагерь отпра­вить; мож­но ли обра­щать­ся к сво­е­му ребен­ку по-фин­ски в при­сут­ствии дру­гих детей, в обще­ствен­ных местах; не опас­но ли, с како­го воз­рас­та вво­дить тре­тий язык; когда начи­нать учить гра­мо­те и на каком язы­ке, не повре­дит ли обще­ние с учи­тель­ни­цей, гово­ря­щей по-рус­ски с акцен­том, долж­ны ли фин­ские чле­ны семьи гово­рить с ребен­ком по-рус­ски и т. п. Воз­ни­ка­ют вопро­сы о каче­стве обра­зо­ва­ния: если подру­га в Рос­сии или Эсто­нии водит ребен­ка с трех лет в три круж­ка, то доста­точ­но ли про­сто отпра­вить пяти­лет­не­го в хок­кей­ную сек­цию или надо уже начи­нать учить англий­ский? Вза­и­мо­по­мощь при­во­дит к рас­про­стра­не­нию инфор­ма­ции внут­ри сво­их, в част­но­сти о воз­мож­но­стях посе­тить спек­так­ли, при­гла­сить лого­пе­да, орга­ни­зо­вать пик­ник или сов­мест­ную с детьми экс­кур­сию. В каком-то смыс­ле это тоже граж­дан­ские ини­ци­а­ти­вы, и радость от раз­де­ле­ния про­блем с теми, кто име­ет боль­ше опы­та и может посо­ве­то­вать что-то полез­ное, под­дер­жи­ва­ет маму-блогера.

Выво­ды. В Фин­лян­дии актив­но зву­чат раз­лич­ные мне­ния о сути демо­кра­тии, о том, что допу­сти­мо и что недо­пу­сти­мо гово­рить и обсуж­дать, в част­но­сти, о Рос­сии, об имми­гра­ции, о бежен­цах и мень­шин­ствах, о толе­рант­но­сти и язы­ке враж­ды [Globalization… 2015; Vihapuhe Suomessa 2015; Räsänen 2015; Mitä mieltä… 2015 и др.]. Неко­то­рые пор­та­лы и сай­ты, раз­жи­га­ю­щие меж­на­ци­о­наль­ную рознь, ока­зы­ва­ют­ся под запре­том. Рус­ско­языч­ные граж­дане отча­сти вовле­ка­ют­ся в обще­ствен­ный дис­курс, при­чем спектр мне­ний варьи­ру­ет от обо­ро­ни­тель­ной пози­ции и защи­ты тра­ди­ци­он­ных рос­сий­ских цен­но­стей до актив­но­го пози­тив­но­го взгля­да на буду­щее отно­ше­ний меж­ду дву­мя стра­на­ми, в кото­ром рус­ско­языч­ным фин­лянд­цам отве­де­на роль посред­ни­ков. Зна­ния из обла­сти меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции ока­зы­ва­ют­ся полез­ны­ми и для тех, кто посто­ян­но про­жи­ва­ет в Фин­лян­дии, и тех, кто при­ез­жа­ет сюда туристом.

Фин­лянд­ские вла­сти пред­при­ни­ма­ют уси­лия для дости­же­ния вли­я­ния в имми­грант­ских общи­нах и при­вле­че­ния раз­лич­ных воз­раст­ных и соци­аль­ных сло­ев рус­ско­языч­но­го сооб­ще­ства к пони­ма­нию потреб­но­стей при­ни­ма­ю­ще­го соци­у­ма, ста­ра­ясь инте­гри­ро­вать имми­гран­тов в основ­ную мас­су насе­ле­ния, в том чис­ле и через пуб­ли­ка­ции на рус­ском язы­ке. Слыш­ны голо­са и тех, кто не инте­гри­ро­вал­ся, кто не раз­де­ля­ет мне­ние боль­шин­ства. Воз­ни­ка­ют, по-види­мо­му, и локаль­ные ини­ци­а­ти­вы по при­тя­ги­ва­нию рус­ско­языч­ных к сов­мест­ной с фин­лянд­ца­ми обще­ствен­ной жиз­ни, хотя актив­ность этой груп­пы насе­ле­ния в граж­дан­ских ини­ци­а­ти­вах и на выбо­рах по-преж­не­му низ­кая. В создан­ных по жела­нию имми­гран­тов фору­мах, клу­бах и круж­ках выра­жа­ет­ся потреб­ность в допол­ни­тель­ном обра­зо­ва­нии на рус­ском язы­ке, в про­дол­же­нии тра­ди­ций, при­ве­зен­ных с роди­ны, напри­мер в вос­пи­та­нии и обу­че­нии детей. Как пра­ви­ло, вто­рое поко­ле­ние имми­гран­тов нуж­да­ет­ся в них мень­ше, чем первое.

Рус­ско­языч­ное мень­шин­ство заня­ло свое место в фин­лянд­ском обще­стве. Мно­гие из пред­ла­га­е­мых в мас­сме­диа содер­жа­тель­ных мате­ри­а­лов на рус­ском язы­ке появ­ля­ют­ся по воле офи­ци­аль­ных вла­стей. В то же вре­мя вырос­ли воз­мож­но­сти меж­лич­ност­но­го обще­ния, появи­лись лиде­ры обще­ствен­но­го мне­ния, чьи бло­ги име­ют мно­го после­до­ва­те­лей. Созда­ют­ся пло­щад­ки для обсуж­де­ния насущ­ных тем на рус­ском язы­ке, раз­ветв­ля­ют­ся сете­вые груп­пы. Рус­ско­языч­ное сооб­ще­ство рас­тет в чис­ле, посто­ян­но при­бы­ва­ют новые имми­гран­ты, у кото­рых есть те же потреб­но­сти, что и у преды­ду­щих поко­ле­ний при­е­хав­ших, но так­же и новые, свя­зан­ные с изме­нив­ши­ми­ся тех­но­ло­ги­че­ски­ми и соци­аль­ны­ми усло­ви­я­ми. Инфра­струк­ту­ра рус­ско­языч­но­го обще­ния укруп­ни­лась, соот­вет­ствен­но, есть новые запро­сы на обмен информацией.

Ака­де­ми­че­ские иссле­до­ва­ния рус­ско­языч­ных СМИ ведут­ся в Фин­лян­дии в раз­ных науч­ных пара­диг­мах: вос­тре­бо­ва­на руси­сти­ка, в том чис­ле в аспек­те РКИ, тео­рия меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции (инте­рес к фин­ско-рус­ско­му вза­и­мо­вли­я­нию), медиа­ло­гия (акцент на зако­но­мер­но­стях мас­со­вой ком­му­ни­ка­ции). В дан­ной ста­тье были про­де­мон­стри­ро­ва­ны резуль­та­ты их ком­плекс­но­го при­ме­не­ния для отра­же­ния дина­ми­ки в этом сег­мен­те фин­лянд­ских массмедиа.

Наста­ло вре­мя сде­лать фин­лянд­ские рус­ско­языч­ные СМИ объ­ек­том тако­го акту­аль­но­го поли­дис­ци­пли­нар­но­го направ­ле­ния, как медиа­линг­ви­сти­ка. Нам кажет­ся, что под­хо­ды, пред­ло­жен­ные в дан­ной ста­тье, соот­вет­ству­ют потен­ци­а­лу медиа­линг­ви­сти­че­ско­го анализа.

Cта­тья посту­пи­ла в редак­цию 15 сен­тяб­ря 2017 г.; 
реко­мен­до­ва­на в печать 28 октяб­ря 2017 г.

© Санкт-Петер­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет, 2018